Внеси поправки

Она проснулась в Хогвартсе и после первой ночи, и после второй. Через неделю пришлось смириться: они застряли здесь. С другой стороны, если это реальность, то им действительно дан шанс всё поменять. А значит просто не нужно наступать на одни и те же грабли. Конечно, хотелось бы иметь чуть больше информации, но библиотека Хогвартса оказалась абсолютно бессильна. Возможно, они первые, кто попал в эту заварушку за всю историю магии. И если это действительно так, то придется разбираться самостоятельно. В любом случае, уже не привыкать. Сколько они проходили «приключений» до этого момента? Да их же с самого первого курса и до конца войны хотели убить. И каждый раз всё заворачивалось в лучшую сторону. Возможно, их защищал сам Мерлин, возможно это волшебные действия шрама Поттера, но кто его знает? Гермиона бежала по коридору, чтобы успеть на Трансфигурацию. Её несли крылья любви к своему преподавателю. Один из плюсов попадания в прошлое: возможность снова быть ближе в людьми, который поддерживали её на протяжении всей жизни. Именно таким человеком быть Макгонагалл. Она была с ней с самого первого курса, видя стремление маленькой девочки к знаниям. Минерва стала ей второй матерью в стенах Хогвартса, а после войны помогала вернуть память родителям. Последний поворот до кабинета был уже совсем близко, и у неё оставалось ещё целых семь минут до начала. И она точно успела бы, если бы не нежданная встреча. — Грейнджер, ты глаза на задницу нацепила? Смотри куда идешь. Гермиона столкнулась с ним слишком молниеносно. Просто не успела среагировать и сделать шаг в сторону, и теперь собирала с пола упавшие учебники и пергамент. Она даже не собиралась реагировать, а уж тем более извиняться. Малфою тоже нужно было быть внимательнее. — Ты что, ещё и оглохла? — не унимался парень. — Малфой, — Грейнджер уже подняла свое свои учебные принадлежности и подняла на него взгляд, — Пошёл к черту. Вот и всё. Никаких ссор, просто «Иди к черту». Лаконично и понятно. И она уже собиралась обойти его, направившись к кабинету, но у Драко были свои планы на этот счет. Он перекрыл ей путь и прижал к стене, ставя руку на уровень её головы. Его тень опасно нависла над ней, но Гермиона не собиралась сдаваться под малфоевским напором. Она с вызовом посмотрела в серые глаза. — Грейнджер, — она растягивал гласные в её фамилии, как будто кусал кусок пиццы и тянул сыр, — А чего это мы такие борзые? Твоих дружков рядом нет, никто не поможет. Возможно ей показалось, но она видела его добрую ухмылку. Как будто он смеялся над ней, но не как обычно. Как будто они друзья. — Думаешь я не смогу за себя постоять? Молчание затянулось. Малфой обдумывал свои дальнейшие действия, пока она покорно ждала. Почему она ждала? — Только не против меня. Тонкие губы накрыли её собственные едва касаясь, боясь спугнуть. Драко не напирал, не просил большего. И именно в этот момент сердце рухнуло в район пяток, а перед глазами пронеслась вся жизнь. Жизнь, которая у неё когда-то была.

***

Она выходила из гостиной Гриффиндора, как мышка, боясь каждого лишнего скрипа. Гарри и Рон уснули на диване, огонь в камине почти потух. Скоро на часах стрелка покажет цифру два. Гермиона открыла дверь и выдохнула. Первый этап пройден. До Выручай–комнаты осталось совсем немного, если учитывать, что дорога пройдет без происшествий. В это время обход уже должен быть закончен. Она освещала себе путь слабым люмосом, чтобы не разбудить картины, иначе они могут поднять на уши весь замок. Но несмотря на все страхи, всё проходило тихо. Филч с миссис Норрис давно покинули коридоры замка и до места их встречи девушка добралась спокойно. Представив перед глазами нужную картинку, девушка открыла дверь в небольшую, но уютную спальню. — Привет. — Драко обнял её со спины, утыкаясь носом в волосы. — Привет. — женские руки накрыли мужские и она расслабилась в этих прикосновениях.

***

Тишина была настолько звонкой, что закладывало уши. Гермиона тяжело сглотнула, не открывая глаз от Малфоя. «Что это было?» — читалось в её взгляде. Она хотела бы что-то сказать, но его уже не было рядом. Остался только легкий запах: виски и горький шоколад. Малфой сбежал, а Грейнджер продолжала стоять у стены, пока из омута мыслей её не вытянул пробивший колокол.

***

Она пыталась поймать его взгляд на обеде и ужине, но как назло он сидел к ней спиной. Сегодня не было смешанных пар со Слизерином, и это одновременно радовало и разочаровывало. Вопросы в голове не прекращали свои дебаты, их становилось всё больше и больше, но красными буквами сейчас был выведен только один: что она видела? Это словно забытое воспоминание, которое пробудило в ней странное чувство тоски. Теперь она хотела видеть Драко, хотя бы постоять рядом. Запах, который он оставил после себя, всё ещё преследовал её. Ощущение, будто старая бабочка в животе начала снова шевелиться. И это пугало. Потому что она не знала ничего про него. Что с ним было после суда? Как сложилась его жизнь, когда они выпустились из школы? Была ли у него жена и дети? Ничего из этого Гермиона не знала, потому что всегда относилась к нему абсолютно безразлично. Да, они с Гарри защищали его и Нарциссу в суде, и на этом их коммуникация прекратилась. Они изредка здоровались друг с другом, но дальше сдержанного «Привет» или простого кивка не заходило. Она заметила на себе две пары глаз. Они смотрели с осуждением и непониманием. Уизли, сидящие напротив, уставились на неё, пока она смотрела на спину Малфоя. — Гермиона, куда ты смотришь? — спросила Джинни немного странным тоном, как будто хотела принизить её, напугать за ошибку. — Что? — Грейнджер включила «дурочку», — Никуда. Я просто задумалась. — О чем? — О том, что надо зайти в библиотеку и взять несколько книг по истории магии. Скоро экзамены, я собираюсь хорошенько подготовиться. — быстро нашлась с ответом Гермиона. Гарри, сидящий около неё, пытался начать диалог с Роном, лишь бы Гермионе было спокойнее. Она с трудом выдерживала их компанию, а уж тем более взгляды. Где-то внутри них горел злой огонь желания обладать. И Грейнджер почти стушевалась под ним. Теперь, пройдя весь этот длинный путь, она видела истину. Видела и боялась. Чего? Сама не знала, просто интуиция подсказывала: надо бежать. Они сидели за обеденным столом, а она хотела уйти. Они были за соседней партой, а Гермиона чувствовала тревогу и желание провалиться сквозь землю, лишь бы не видеть их, не слышать, не ощущать в пространстве. Вся эта непонятная тревога накрывала её с головой и только Гарри, который всегда находился рядом, был её последней надеждой, чтобы не утонуть.

***

До отбоя оставалось всего ничего, когда Гермиона вышла из библиотеки. Пустые коридоры, которые ещё освещались факелами, сейчас были холодными. Октябрь в этом году слишком грустный. Девушка посильнее укуталась в мантию. Так хотелось вернуться в комнату и закрыться от мира за балдахином. Укрыться одеялом, опуститься на подушку и… — Черт, Рон! — Мерлин, как она испугалась. Он появился из пустоты и сразу перед её носом. — Почему ты не в гостиной? — Потерял тебя. — он не собирался делать шаг назад, поэтому его сделала Грейнджер. — Я же говорила, что буду с библиотеке. И вообще, обязательно так пугать? Тело пробила мелкая дрожь, то ли от холода, то ли от того, что они остались наедине. — А ещё ты говорила, что возьмешь книги с собой, но я почему то не вижу их. — Рональд, какая разница, решила я взять их с собой, или отложила у мадам Пинс? Если бы сейчас кто-то спросил, что она чувствовала, то Гермиона не смогла бы ответить, потому что всё смешалось в кашу. Паника от интимной обстановки и злость от его слов перекрывали друг друга попеременно. Она решила не медлить и обойти Уизли, чтобы побыстрее попасть на безопасную территорию. Но он остановил её, схватив за плечо. — Отпусти меня. — сама того не ожидая, сказала девушка. В двух словах отразились все мысли по поводу Рона. Парень опешил на мгновение, но уже в следующую секунду усилил хватку. — Что случилось, Гермиона? — Ничего, кроме того, что ты делаешь мне больно. Отпусти, либо этот коридор превратится в поле боя, потому что ещё секунда, и мне придется достать палочку. Эти слова подействовали на него отрезвляюще. Пальцы расслабились и Грейнджер выдернула себя, пулей направившись к башне Гриффиндора. Оставалось только надеяться, что эта ситуация одна из тех сюжетных поворотов, которые поменяют ход событий.

***

В этот же вечер Драко Малфой вернулся в гостиную к своей подруге со словами: — Это точно моя Грейнджер. — С чего ты взял? — Пенси сидела на диване, закинув ноги на небольшой стеклянный столик. — Потому что, дорогая моя, раньше она не вела себя так с Уизли. Раньше она была мягче. — То есть ты всерьез предполагаешь, что не только мы тут из «будущего»? Она закатила глаза и сделала небольшой глоток виски, который любезно предоставил их общий друг — Забини. Как бы ей не хотелось в это верить, Драко, кажется, был прав. Она тоже заметила разлад в отношениях Золотой троицы плюс мелкая Уизли. Но кто же знал, что у них там было три года назад? Может, всё шло по сценарию? Но Малфой был уверен в том, что Грейнджер, которая сейчас здесь, точно из их времени. Паркинсон сделала глубокий вдох и выдох. Она отчетливо помнила тот вечер до того, как проснулась в своей школьной спальне. Драко находился в подавленном состоянии уже несколько лет, и только недавно она узнала у него правду. И вот, Нарцисса в очередной раз рассказала ему эту сказку про праздник Белой Лилии и он, несмотря на неверие, загадал желание. Видимо, это была его последняя надежда. Но какого Мерлина он прихватил её с собой?! Пенси и так жилось прекрасно, до этого самого момента. Она, кажется, ни на что не жаловалась в своей жизни. Нет бы самому решать эти задачки со сломанным временем! За эти дни всё, что делала Пенс, это: прогуливала занятия, спала днём и пила ночью, пока Малфой решал Вселенские вопросы. Ей хотелось просто в один прекрасный момент открыть глаза и представить, что все это был сон. Драко говорил ей, чтобы она не вызывала никаких подозрений своим поведением, но девушке было плевать. Раз уж она застряла здесь, то нужно отдохнуть по полной. — Я уверен, Пенс, что всё это не просто так. И я верну мою Гермиону себе. — Малфой был слишком воодушевлен этой идеей. Он помнил реакцию Грейнджер на этот поцелуй, если его вообще можно так назвать. Она явно вспомнила что-то. И он надеялся, это что-то хорошее, связанное с ним. Паркинсон вновь наполнила свой бокал.