Одна на двоих

По окончании последнего урока в классе поднялся большой шум. После такого долгого времени, проведенного в школе, каждый куда-то торопился, а потому суетливо бросал учебники с тетрадками в рюкзак, поднимал за собой стул и поспешно удалялся. Вот только мне и моему соседу по парте, похоже, с уходом придется повременить... Поскольку сегодня мы дежурные, на нашу долю выпало навести в классе порядок, вытереть доску, поднять стулья за теми, кто этого не сделал, и подмести пол. Ох, ну почему именно сегодня приходится делать так много работы..? Невооружённым глазом можно было заметить на полу сломанную ручку, изорванные кусочки бумаги, какие-то непонятные крошки и прочий мусор. Вся доска исписана алгебраическими задачками, а на последних партах, как обычно, не подняты стулья. Ну и свинарник. – Пиздец. – говорил Сашка, оглядывая кабинет. – Пиздец. – подтверждал я. Решив не медлить, я принялся вытирать доску, в который раз стирая с нее все цифры и буквы, пока Собакин поднимал стоящие на паркете стулья с характерным громким звуком металлических ножек, ударяющихся о деревянную поверхность стола. Закончив с этими делами, игрой "Камень, ножницы, бумага" мы решили, кто будет мести пол. ... – Да блять! – мой импровизированный колодец накрыли ладонью – бумагой. Я снова ему проиграл! – Не везёт тебе, Тоша, – насмешливо говорил мой самый лучший в мире друг, за что получил кулачком по своей пушистой гриве. ... В конечном итоге, Сашенька решил проявить сострадание и помог мне поскорее закончить с уборкой. Мы наконец покинули душное учебное заведение, наслаждаясь порывом ветра, дующего нам в лица. Правда, я начал неумолимо ржать, когда увидел, что стало с Сашиной прической. Но, думаю, это не мешало ему наслаждаться прохладным ветерком, так ведь? Да и к тому же... Уверен, я выгляжу ничуть не лучше него. Под подошвами раздавался приятный шелест листьев. Температура на улице с каждым днём становилась все ниже, напоминая людям о том, что зима не за горами, и следует одеваться потеплее. Солнышко стало выглядывать реже, его лучи уже не так хорошо нас согревают. Даже сейчас оно предпочло спрятаться за одеялом из нежных облаков, не желая одаривать людишек своим драгоценным теплом. Но тем не менее... Заморозки ещё не наступили, и температура пока что позволяла ходить без шапки. Перед тем, как пойти ко мне домой, мы с Сашей решили зайти в супермаркет и купить чего-нибудь перекусить. Накопленные с обедов деньги хотелось потратить на что-то более вкусное, чем на школьную стряпню, при употреблении которой у меня иногда начинались рвотные позывы. Не каждый же день там подают мою любимую еду... Я как всегда пошел к прилавку с чипсами и сухариками, в то время как друг решил остановиться у полок с различными сладостями. Необычно, однако... Он будто ищет что-то конкретное. Я с истинной грустью смотрел на цены своих любимых чипсов, которые, с момента моего прошлого прихода сюда, успели повыситься на десять, а то и на двадцать рублей. Знают же, как побольше денег высосать из бедных людей... Ещё и сухарики самые невкусные завезли. Желание поесть и безысходность в данной ситуации одолели меня, а потому я смирился с суммой за продукт, превышающую сто рублей и всё-таки взял себе свои любимые чипсики. Сразу после этого я почувствовал, как кто-то коснулся моего плеча. Нетрудно догадаться, кто это был. Я повернулся к приятелю, смотря на красную прямоугольную коробку в его руке. – Чё за хрень? – недоумевая, спросил я. – Подешевле химии твоей будет. И повкуснее, – со смешком выдал парень. Надпись на картонной коробке гласила: "Pocky". Какие-то палочки-печеньки в шоколадной глазури... Выглядит неплохо, но кто знает, какая хуйня может ожидать нас внутри этой причудливой коробочки. – Я когда в школу сегодня шел, – начал Собакин, – увидел, как влюбленная парочка на лавке сидит и ест эти палки. Я сначала подумал, что они с земли их подобрали и охуел, а потом присмотрелся. – я приподнял уголок губ, выпалив неловкий смешок. – Короче, давай попробуем? Вдруг вкусные, потом ещё такие возьмём, с борщом будем есть, – парень улыбнулся настолько искренне, что я ненароком представил, как мы, кушая горячий, вкусный супец, параллельно хрустим этими палочками, а потом идём дристать на одном унитазе после такого великолепного сочетания пищи. Думаю, это было бы очень романтично. – Хорошо... Пойдем на кассу, – я улыбнулся ему в ответ, после чего мы вместе пошли оплачивать наши покупки.

***

Путь до дома мы провели в активных беседах о всем подряд. Обсудили даже пробежавшую перед нами уличную кошку, подметив, что у нее довольно большой живот. Саша сказал, что если позже увидит во дворе маленьких белых котят, то он назовет их нашими именами. В ответ на это, я спросил: – "А что, если котенок будет только один, или их будет больше двух?" – "Если один, то его будут звать Антоша, а если больше двух, то их будут звать Антон 1, Антон 2, Антон 3 и так далее" – сказал он. Подобные утверждения меня очень смутили, но я, не зная, что ответить, промолчал, отведя взгляд и густо краснея. Когда мы зашли в квартиру, нас встретила голодная Гречка, которая сразу же начала ластиться к Саше и тереться об его ноги. Парнишка же на такое отвечал мягкими поглаживаниями животного по спинке. Опустившись на колени, Собакин решил посвятить немного времени моему миловидному питомцу, взяв кошку на руки и начав ее всячески тискать. –Кажется, я нашел тебе замену, Тошенька, – лепетал Саша, поднося мордочку Гречки к своему лицу и целуя ту в нос. Животное в ответ лизнуло его нижнюю губу. – Я ее засосу сейчас. – Эй! – я воспринял всерьез сказанную другом фразу, а потому незамедлительно забрал у него свою маленькую девочку и пошел с ней на кухню, слыша из коридора чужой нежный смех. Я положил пачку с чипсами на стол, решив оставить ее на потом. Мы ведь с Сашей собирались попробовать те палочки... Предварительно опустив Гречку на пол, я быстро помыл руки, после чего достал из ящика пачку жидкого корма для своей любимицы. Животное замурчало, дабы побудить меня быстрее выдавить в миску еду. Кошачьи уговоры сработали на ура, и теперь Гречка с аппетитом чавкала, пока я гладил ее по макушке. Похоже, родители снова уехали в цветочный... Значит, вернутся они не скоро. Я прикрыл глаза на минутку и задумался о чем-то своем... Тройку по химии исправил... Думаю, мама будет очень рада этому. Похвалит меня ещё. Люблю, когда меня хвалят. ... – Забыл про меня, Тоша? – Собакин наблюдал за происходящим, стоя в дверном проёме, всем своим видом стремясь показать, как сильно ему сейчас нужно мое внимание: руки скрещены на груди, брови нахмурены, а буравящий взгляд изучает меня. – Тебя не забудешь... – я легко улыбнулся, какое-то время продолжая размеренно поглаживать кошку. – Пойдем пробовать эти твои "Покки"? – После длинного учебного дня всегда хочется перекусить. Конечно, в разы лучше был бы полноценный прием пищи, вроде супа или любого другого плотного блюда. Но по какой-то причине я считал, что химозные снэки, которые я постоянно беру в киоске, будут гораздо вкуснее и полезнее, чем приготовленные любимой матерью деликатесы, а потому первым делом я съедал то, что успел купить после школы. Я поднялся с пола, обходя своего друга, и направился в комнату. Краем глаза я заметил его странную улыбку, что заставило меня насторожиться. Снова он что-то задумал? ... Уже сидя на кровати, Саша доставал из коробки запакованный пакетик с лакомством, и открыл его, показывая мне содержимое. – Хм... Не густо, но и не пусто... – я достал из пакетика одну палочку, откусывая ее глазированный конец под пристальным наблюдением приятеля. Ничего необычного. Простая печенька и шоколад. Но на вкус очень даже неплохо. Первая палочка улетела очень быстро... Как жаль, что в упаковке их не очень много. – Тоша, ты неправильно ешь, – вдруг выдал Собакин. – Э?.. – я посмотрел на друга с непониманием. – А как правильно..? – Смотри, – Саша достал ещё одну палочку, поднося ее кончик ко рту. – Я буду есть ее с этой стороны, а ты с той. Хорошо? Что?.. Это он сам придумал, или подсмотрел где-то..? Если мы будем есть палочку с двух сторон, то рано или поздно мы соприкоснемся, и... Я растерялся, чувствуя, как кончики моих ушей краснеют. – Н-но... Почему мы не можем есть их.. как бы.. по отдельности..? – мой голос дрожит от смущения. Как же стыдно и неловко... – М-м... – лениво протягивает он, – Но это ведь скучно. Давай же, Антошенька, чего ты так боишься? – Саша улыбнулся, прикусывая колечко пирсинга. – Та парочка на скамейке ела эти палочки именно так. Я посчитал, что есть их тем же способом будет правильнее. Я стыдливо отвёл взгляд от парня, не решаясь посмотреть ему в глаза. Какая вообще разница, как правильно нужно есть? Что за лишние церемонии? Тем более, этот способ употребления лакомства скорее всего рассматривается для двух влюбленных людей, состоящих в отношениях. А Саша предлагает это мне... Так странно и необычно... Я жутко стесняюсь, но с другой стороны... Мне очень интересно попробовать разделить этот перекус с ним. Как бы странно это ни звучало. Я нервно тереблю край своей рубашки, решаясь совершить, возможно, самую большую ошибку в своей жизни. Ладно... Была не была... Я крепко зажмурил свои глаза и взял другой конец палочки в рот, зажав его зубами. Стыдно... Я чувствую, как к щекам приливает кровь и становится жарко. Я услышал хруст печенья и почувствовал движение в свою сторону. Саша... Близко... Теперь мне тоже нужно откусить..? Я придвинулся чуть ближе, дабы съесть больше лакомства и наконец сделал укус. Мне показалось, что я ощутил, как шоколад тает во рту. Слюна обильно выделяется от ощущения сладости на языке. Помимо этого теперь я слышу и чувствую чужое дыхание, опаляющее мое лицо. С каждой стороны был сделан ещё один укус. Нас разделяют всего лишь несколько сантиметров. Несколько миллиметров. Внезапно расстояние между нами сократилось совсем. Похоже, Саша сделал больше одного укуса... Его губы уже касаются моих, но он не двигается, похоже, ожидая моих действий. Я неуверенно приблизился, не оставляя между нашими губами никакого пространства. Я тихо и осторожно пережевываю кусочек глазированного печенья и машинально приоткрываю рот, в ту же секунду чувствуя, как Саша проталкивает внутрь свой язык вместе со своим кусочком печенья, передавая его мне, а затем отстраняется, ожидая, когда я прожую его. Я делаю это быстро и приоткрываю напряженные глаза, заглядываясь на красное лицо друга. Заметив, что я смотрю на него, Собакин резко отвёл от меня взгляд. Ох, он чувствует себя точно также, как я... от осознания этого мне становится немного легче, но мое сердце по-прежнему бьётся так быстро, что в ушах отдаются стуки. Без определенного темпа. Как будто в дверь тарабанят. Что уж там, я чувствую пульсацию во всем своем теле. Бесконтрольную. По моему лбу стекают капельки пота, пальцы сжимают ткань штанов. Я... Слишком сильно волнуюсь. Мы ведь просто правильно едим покки, так? Тогда почему оба сейчас так сильно краснеем и не можем выровнять дыхание? По спине прошёлся табун мурашек, когда Собакин внезапно снова приблизил свои уста к моим, начав неумело их наминать. Я почувствовал холодок железных пластинок на своих губах. Робко взял друга за щеки, водя по ним дрожащими пальцами, пытаясь принять более удобное положение для нас двоих. Ох, а считаются ли нормальными подобные действия в отношении двух друзей..? Он провел языком по моей нижней губе, намекая на то, чтобы я снова открыл рот и впустил его. Когда я наконец делаю это, чувствую его приятный юркий язык, ласкающий всю полость моего рта. Он делает это так, словно самым сладким лакомством для него являются отнюдь не шоколадные палочки-печеньки. Я охотно принимаю все его напористые нежности , чувствуя, как наша общая слюна стекает с моего подбородка. Я все ещё ощущаю во рту сладость и вкус металла. Сочетание очень странное, но оно так мне нравится. Я не могу контролировать свои действия, беспорядочно двигая языком навстречу, в попытках как-то отвечать на поцелуй. По всей комнате раздаются влажные причмокивания и мое редкое мычание. Я не знаю, сколько длится наш поцелуй, но я бы очень не хотел, чтобы он заканчивался. Саша валит меня на постель, нависая сверху, не смея завершать свои настойчивые ласки. Он проходится пальцем по пуговицам на моей рубашке, затем пытается их расстегнуть, и уже вскоре нежно касается моих рёбер, заставляя меня постыдно простонать ему в губы. Чужая рука поднимается чуть выше, едва касаясь моей грудной клетки... От этого действия я задрожал и чуть выгнулся навстречу пальцам. Спустя пару секунд парень нехотя отстраняется и проходится по мне взглядом, словно оценивая, в каком положении мы с ним оказались. – Ну что, Тоша, ещё одну?