from the archives

[Щелчок] [ГРИАН] Заявление от… Скотта С. Мейджора, касательно поездки с друзьями на север Англии. Оригинал интервью расшифрован три года назад, 15 сентября 2019 года. Заявление начинается. [ГРИАН (ЗАЯВЛЕНИЕ)] Это просто должен был быть обычный поход. Серьезно. Это было около месяца назад. У нас с тремя моими друзьями — Джоэлом, Джимми и Лиззи — примерно в одно и то же время были недельные перерывы в расписании, поэтому мы решили, что это — идеальное время для поездки на север. Мы давно уже это планировали. Решили, что поднимемся наверх, разобьем лагерь, проведем там три дня или около того, а затем обратно. Соприкоснуться с природой, или… короче. Сначала всё было нормально. Мы встретились, выехали из города и продолжали двигаться на север, пока не оказались в Пеннинских горах. Нашли нужную тропу, припарковались и несколько часов поднимались в гору пешком. Все были в хорошем настроении. Джоэл и Лиззи привезли с собой свою собачку Джеральдину, просто золотце, погода тоже была довольно хорошая. Помню, единственное, что я заметил, что на самом деле не было слышно мелких диких животных, не так много певчих птиц или чего-то ещё. Нам потребовалось больше времени, чем мы думали, чтобы найти место для лагеря. Большую часть пути вверх было довольно круто, и мы также хотели найти место, где было бы более-менее чисто. Вокруг было много деревьев, и мы не хотели устраивать лесной пожар. Но в конце концов мы нашли место, где тропа переходила в небольшую поляну — идеальное место для установки наших палаток. Было уже довольно поздно, так что мы развели костер и приготовили немного еды, пока не стемнело, а потом– Именно тогда мы впервые услышали вой. Я не знаю, известно ли вам, но в Англии просто нет волков. Они вымерли здесь на протяжении веков. После того, как всё случилось, я провел… много исследований. Что бы мы ни слышали, это были не волки. Но что-то похожее. Мы все были… полагаю, будет справедливо сказать, немного напуганы. Любой был бы. Джимми предложил спуститься обратно к машине, но, очевидно, этого не произошло. Это был бы двухчасовой спуск по скалам в кромешной тьме. По крайней мере, у нас было укрытие и огонь. Никто из нас толком не выспался в ту ночь. У нас было две палатки — Джоэл и Лиззи делили одну, очевидно, они женаты, у нас с Джимми была другая. Я видел… ну, по крайней мере, нам с Джимми показалось, что мы видели… что-то движущееся в лесу, но когда мы посветили туда фонариками, мы ничего не смогли разглядеть. Может быть, страх сыграл с нами злую шутку, но… я сомневался в этом. И, слушайте. Очевидно в лесу водятся животные, я не идиот. Но это было что-то… большое. И голодное. Я ничего не видел, но я просто знал. Лиззи позже рассказала мне, что Джеральдина тоже была очень обеспокоена в ту ночь. Она ни на что не соглашалась, продолжала расхаживать по их палатке и рычать. В конце концов мне всё-таки удалось заснуть, по крайней мере, на пару часов. Мне приснилось несколько действительно странных снов, что, вероятно, не так уж удивительно, учитывая обстоятельства. Я мало что из них помню. Просто погоня, и много… красного. Но когда я проснулся, что-то было не так. Я чувствовал… тошноту, жар, как будто у меня была лихорадка, и весь мир казался красным. Как это было в моих снах. И– Я проснулся раньше Джимми. Он всё ещё спал. Я смотрел на него, и у меня возникла такая мысль, типа: я мог бы просто убить его. Задушить подушкой, вот что я подумал. Он не настолько силен. И я, ну– мне потребовалось мгновение для осознания, что я уже держу подушку на коленях. Я не знаю, почему это произошло. Я не хотел причинять ему боль! Как только я понял, о чем думаю, то швырнул подушку через всю палатку, и мне пришлось сесть на руки, чтобы они не дрожали. Джимми проснулся, и, вероятно, я выглядел совершенно ужасно, потому что он выглядел таким встревоженным и велел мне прилечь. Хотя, честно, к тому моменту всё, чего я хотел — это убраться с этой чертовой горы. Я знал, что что-то не так. Но как только я сказал, что со мной всё в порядке и я просто хочу убраться отсюда как можно скорее, мы услышали раскат грома. Я всё ещё думаю о том шторме. Я не знаю, было ли это просто невезением. Но я знаю, что если бы этого не произошло именно тогда, когда это произошло, мы бы уехали оттуда на второй день, и… Что ж. Сейчас это не имеет значения. Дождь начался быстро. Затем пошел ливень. К счастью, палатки были в основном водонепроницаемыми, но это всё равно означало, что мы застряли, пока дождь не прекратится и тропы не просохнут. У нас даже не было спутникового телефона или чего-то подобного, чтобы позвать на помощь, что было тупо, хотя прогноз был ясным. Большую часть того дня мы провели в палатках. Мне становилось всё хуже и хуже. Ужасно трясло, а сердце билось слишком громко, слишком быстро. Джимми забеспокоился настолько, что в какой-то момент сказал, что они должны отвезти меня в больницу, но, похоже, мы ничего не добились бы, пока дождь не прекратится. И моё зрение становилось всё краснее. Я просто хотел… знаете, когда вы больны, даже если на самом деле вам не настолько плохо, всё, чего вы хотите — это больше не болеть? Вот я чувствовал именно это. Я чувствовал, будто умираю, и я точно знал, что мне нужно сделать, чтобы почувствовать себя лучше, я хотел сделать это просто для того, чтобы перестать чувствовать, что вот-вот умру. Меня останавливало то, что я должен был сделать — это убить одного из своих друзей. Я не знаю, откуда я знал, что это именно то, что я должен был сделать. Просто знал. Но всё началось с подушки и становилось только хуже. Лиззи заглянула около полудня посмотреть, как у нас дела, и я подумал о том, как вытаскиваю её из палатки и разбиваю её голову о камни. Я не сделал этого. Очевидно. Я бы никогда этого не сделал– и, между нами говоря, я даже не уверен, что смог бы одолеть Лиззи в драке. Она страшна в гневе. Но я всё равно продолжал думать об этом. Весь день. Это было ужасно. Хуже всего стало в какой-то момент вечером. Я даже толком не знаю, что произошло. Я закрыл глаза, а когда снова открыл, обнаружил, что лежу на земле, и руки Джимми сжимают мои плечи. У него на лице появился синяк. Он сказал мне, что на мгновение мои глаза покраснели. Именно тогда я понял, что мне нужно покинуть палатку. Я не доверял себе, не хотел причинить кому-нибудь боль. Я уговорил Джимми не говорить Лиззи и Джоэлу– агх, теперь я жалею об этом. Я имею в виду, я думаю, что в тот момент, вероятно, это было правильным решением. Мы ничего не знали. Но если бы я сказал им тогда, возможно, они не были бы так… неподготовлены. Снаружи всё ещё лил дождь. Я промок насквозь ещё до того, как добрался до линии деревьев. Но я сел там и сказал себе, что не сдвинусь с места, пока снова не почувствую себя самим собой. Если этого никогда не случится… значит, этого никогда не случится. Но я не собирался убивать никого из своих друзей. Я думал, что умру там. Но потом, наконец, солнце село, и внезапно я почувствовал себя просто… прекрасно. Я снова мог дышать, вся краснота исчезла, и мои руки перестали дрожать. Я чувствовал себя измотанным, как будто совсем не осталось сил, но я был настолько рад, что снова мог думать, чтобы даже реально это заметить. Дождь тоже наконец-то прекратился. Я встал– чуть не упал правда– и пошел обратно к нашей с Джимми палатке, сказать ему, что я чувствую себя лучше и, похоже, мы сможем уехать утром. Он обнял меня, как только я нырнул обратно в палатку– что было фантастически глупо, так как я совершенно промок. Сказал, что просто рад видеть меня снова похожим на себя, это было очень мило с его стороны. Но у нас даже не было времени отдышаться, прежде чем начался настоящий ад. Лиззи закричала. Джеральдина начала лаять. И волки– или что бы там ни было в лесу– начали выть. Думаю, мы с Джимми оба одновременно поняли, что на самом деле означало моё выздоровление. Лиззи позже сказала мне, что Джеральдина спасла положение. Она не обратила внимания, когда это случилось, но у Джоэла был нож. Джеральдина встала между ними, сильно укусила Джоэла за руку– я полагаю, она знала, что на самом деле это был не он. Но это дало Лиззи достаточно времени, чтобы понять, что что-то очень не так, и выбраться из палатки прежде, чем он успел избавиться от неё. Мы с Джимми встретили её в центре лагеря. На самом деле мы не говорили о том, что делать, или о чем-то ещё. На это не было времени. Мы просто… начали бежать. Было темно, и становилось ещё темнее, а земля была сплошь покрыта грязью. У нас была небольшая фора благодаря Джеральдине, но я был абсолютно измотан из-за той странной болезни, что бы это ни было, а у Лиззи сбилось дыхание и кровотечение, и у нас не было времени остановиться и помочь ей с… с Джоэлом и волками позади нас. Я несколько раз оглянулся назад. Я должен был, понимаете? Я видел их, между деревьями. Волков. Это не могли быть волки, но это были они. И Джоэл был там. Он не– Знаете, если я так выглядел, когда чувствовал себя больным, то понимаю, почему Джимми так беспокоился обо мне. Зубы… иу. Мне до сих пор снятся кошмары со всем этим. Погоня вниз с горы, в темноте и сырости, а за нами гонятся волки. Честно говоря, это чудо, что никто из нас не сломал себе шею. Джимми поскользнулся один раз на крутом выступе, чуть не скатился прямо со скалы, и если бы Лиззи не подхватила его, он был бы мертв, в этом у меня нет никаких сомнений. Казалось, мы бежали целую вечность. Когда мы впервые добрались туда, подъем на гору занял два часа… Я понятия не имею, сколько времени потребовалось, чтобы спуститься, но это определенно было больше двух часов. Это могло занять несколько дней. Казалось, прошли дни. Просто бежали и пытались убедиться, что никто не отстал, а Джоэл кричал нам вслед, и этот вой. Через некоторое время его стало трудно разобрать из-за воя. Я не знаю, как у нас это получилось. Но мы это сделали. Когда машина показалась в поле зрения, я чуть не упал в обморок. К тому моменту Джимми бежал с подвернутой лодыжкой. Лиззи пришлось чуть ли не силой заталкивать нас в машину. Был действительно ужасный момент, когда мы поняли, что, возможно, оставили ключи от машины у Джоэла, но, слава богу, они были в сумочке Лиззи. Я не– мы не хотели оставлять его там. Даже когда мы добрались до машины, и Лиззи была за рулем, мы не хотели… он наш друг. Или был им. Он был мужем Лиззи. Я имею в виду, он бы убил нас, но я не уверен, становится ли от этого хоть немного лучше. Они так и не нашли его. Очевидно, мы сообщили рейнджерам на первой попавшейся станции. Они начали поиски, которые продолжались несколько недель, но так и не нашли Джоэла, ни живым, ни– каким-либо иным образом. Они сказали, что наш лагерь был разнесен на куски. Похоже на волков. После этого произошла ещё одна странная вещь. Они отправили нас всех в госпиталь со станции рейнджеров– лодыжка Джимми нуждалась в лечении, а Лиззи была ранена и в шоке, и они тоже были не слишком довольны тем, что я провел под дождем несколько часов. Но Лиззи– Когда… Джоэл напал на неё, она описала это как-то, что он ударил её ножом сзади, а Джеральдина встала у него на пути, так что она просто получила неглубокий порез. Но в больнице, когда они обработали рану, это совсем не было похоже на ножевое ранение. Это было похоже на когти. [Щелчок] [Щелчок] [ГРИАН] Это было… неожиданно найти. Скотт никогда не рассказывал мне большую часть из этого– оу, э-э, для пользы записи, Скотт мой друг, и я знаю Тимми и– ну, я тоже знал Джоэла. Я позвонил Скотту, чтобы спросить об этом, он не хотел говорить слишком много, но, что ж, он придерживается всего, что здесь сказал. Джоэл действительно исчез три года назад, и люди, участвовавшие в той поездке, были последними, кто видел его живым, по крайней мере, насколько сообщалось. Тимми подтвердил рассказ Скотта, когда я позвонил ему, хотя у него не было ничего, что он мог бы добавить, и он не смог подтвердить некоторые детали– в частности, он сказал, что не может ничего рассказать о болезни, описанной Скоттом. Я не смог дозвониться до Лиззи, хотя Скотт уверяет меня, что с ней всё в порядке. Я правда не знаю, что и думать. Скотт не лжец, а Тимми временами немного медлителен, но я не могу представить, чтобы он дурачился, когда речь заходит о пропаже друга. И он прав насчет волков. Последнее сообщение о том, что где-либо в Великобритании видели волка, было в восемнадцатом веке в Шотландии. Я не знаю. Если Джоэл всё ещё где-то там, я надеюсь, с ним всё в порядке. [Щелчок]