Электрический шторм

Что-то медленно переворачивается в Олеге после звёздного минета: шок и отвращение от увиденного перерабатывается в неожиданную жгучую нежность. Он смотрит на Серого по-новому: теперь не может развидеть эту опасную хрупкость, скрытую под его нахальством, под его присыпанной деньгами самоуверенностью. С неохотой Серый рассказывает о своей болезни: приступы провоцирует мигающий свет и контрастные паттерны, он пьёт таблетки, и они помогают — если избегать триггеры и не употреблять стимулирующие наркотики. Он жалуется, что теперь ему нужно не меньше девяти часов, чтобы выспаться, но рано ложиться не даёт бессонница, поэтому частенько он начинает рабочие созвоны прямо из кровати, еле открыв глаза, – Олег сначала пугается, а потом привыкает, продолжает видеть сны под переливающиеся интонации Серого: от резких до сладких — пока тот наконец не поднимается и не уходит собираться, продолжая кого-то в чём-то убеждать по телефону. На вопрос, чем он занимается, Серый отвечает лаконично: “Бизнесом,” – подробностей из него у Олега не получается вытянуть, а из подслушанных утренних разговоров тоже ничего конкретного не складывается: встречи, инвесторы, клиенты, тендеры, апдейты, бухгалтерия – действительно, бизнес. После этого они один раз идут вместе на рейв. Серый говорит: — Я принял двойную дозу лекарства. Всё будет нормально. Я не первый раз это делаю. Я же постоянно хожу по клубам. А Олег видит, как тот ненадолго замирает, уставившись в одну точку, а затем переводит осмысленный взгляд на Олега, улыбается, продолжает танцевать, а потом в какой-то момент снова останавливается, и Олег обеспокоенно заглядывает ему в глаза, чтобы понять, что это, а получает в ответ лишь лёгкую вопросительную улыбку тут же очнувшегося Серого. Олег держит себя в руках из последних сил, чтобы не схватить Серого и не утащить прочь от стробоскопов, жаркой толпы и беспощадной стены звука. — Я с тобой больше не пойду, извини, — выдавливает из себя Олег, когда фиолетовая машина в холодных предрассветных сумерках везёт их к Серому на Петроградку. Серый молчит, и молчание это ужасно давит, заставляя Олега чувствовать себя виноватым. Но когда они добираются до дома и валятся в одежде и обуви на кровать, Серый говорит: — Ты можешь остаться у меня. В смысле жить. И Олег, не раздумывая, соглашается. На следующий же день он перевозит все свои немногочисленные вещи из Девяткино и пишет хозяйке о том, что съезжает. Вечером он ставит свой новый микс, записанный для подкаста иностранного лейбла, Серый включает умную подсветку, и они оба ложатся на ковёр, держась за руки. — Дай мне что-нибудь, — просит Олег на втором треке. … 
— Мне написала западная промогруппа. 
У Серого загораются глаза. — Давай отметим. 
— Да подожди, пока они ничего конкретного не предложили. Но они отмечают каким-то бесконечно дорогим вином из запасов Серого. Кажется, что ему не всё равно. Промогруппа Олега подписывает.