Четыре государства

— ТЫ...ПРОКЛЯТЬЕ!       Рык разгневанного короля удяряется о стены замка и эхом разлетается по коридорам. А после тишина. Оглушающая и звонкая. Хотя, даже не прикладывая особых усилий, можно было слышать тяжёлое дыхание Пика, который прямо сейчас сжимал в руках воротник мятной рубашки, да так крепко, что на затылке у пикового валета отпечаталась полоска из-за натяжения ткани.       Оба парня стояли в самом центре гостинной. Ну, точнее, как "стояли"? Пик стоял, а вот его валет нервно выгибался и подвисал назад, а единственное, что его удерживало от падения, это сильная рука одномастника, которая по прежнему цеплялась за воротник. — Да что я-то сразу, а?! Это вообще не моя идея была!!! Иди психуй на трефовоподобного, идиот! — Одна из рук Вару падает на напряжённую ладонь короля в попытках освободиться от хватки, но выходило плохо. Не удивительно! В отличии от кудрявого, Пик не пренебрегал физическими нагрузками и его телосложение даже внешне было крепче. — А чей это, по-твоему, народ, урод?! Всё было стабильно до твоего появления! — Фиолетововолосый только крепче сжал несчастную ткань, а после, не выдержав прикосновения к своей ладони, откинул младшего на пол, грозно оскалившись и сомкнув руки за спиной.       Прохлаждался на полу валет не долго. Ох, как же его всё это бесило! Вару, безусловно, любил лезть на рожон, но в этот момент жизнь была дороже. Как ни крути, а пятый знал, когда можно доводить своего короля, а когда "можно, если хочется умереть быстро, но мучительно". Хотя, без подзатыльников, недовольных физиономий и грубых словестных выражений, конечно, не обходилось.       Но сейчас Пиковый Король в ярости! И на то были причины. После объединения государств экономика стала шаткой, повысился криминальный уровень, который включает в себя грабежи, насилие, убийства, порчу государственного имущества, и всё это из-за этих никчёмных зелёных мерзавцев. Всего лишь за месяц! Разве можно оставаться спокойным, когда всё, что ты выстраивал годами, рушится, как по щелчку пальцев?!       Нужно тратить ресурсы на востановление той разрушенной территории, на которой живут граждане бывшего Варулэнда, утихомирить бунтующий пыл этих жителей, направить их энергию в нужное русло и заставить поверить в силу и власть своего императора. Ну и этого зелёного лентяя.       Обстановка в замке была подобающей его хозяевам. Тёмная, холодная, устрашающая. На первый взгляд. Но это был крепкий замок. Никто тут особо не жаловал яркий свет, поэтому внутри был ласкающий взгляд полумрак, горящие свечи. Даже сейчас они мирно освещали тёмные силуеты.       Закат давно прошёл, на империю снизошла бледная луна, что невесомо проникала в гостинную, сквозь большие окна. Кажется, ночью в этом государстве всегда было холодно. Круглогодично. И это, в целом, всех устраивало.       Поздняя осень сулила империи голые деревья, дожди, грязь и мизерное количество солнца. "Хочешь жить - пей витамин D!" - девиз Пикового государства. Если жители здесь и без того редко улыбались, то в холодные времена года все поголовно ходили с минами полной ненависти к окружающему миру и желанием сдохнуть да поскорее. Впрочем, есть в кого. — Завтра мы с девяткой разберёмся, что делать с твоими бездарями. Сегодня нужно высвободить наших одномастников. — Басистый, более спокойный, нежели ранее, голос разрывает тишину на клочья лишь через пять минут. Всё это время Пик ходил по широкой комнате, обдумывая дальнейшие действия и только после встал перед своим валетом, недовольно щурясь. Зато зрачки вернули себе естественную черноту! — Если эти паршивцы вытворят ещё хотя бы что-то, что может сказаться на государстве – вылетишь вместе с ними нахуй! — Куда-куда? — Вару по привычке натягивает хитрую лыбу, задорно щуря глаза, зная, что их не будет видно за зелёными стёклами очков. — В КУРОГРАД!

* * *

      Девушка проходит внутрь замка, в полуобороте головы наблюдая за тем, как швейцары закрывают за ней высокие двери. В практически идеальной тьме силует лишь слегка освещался и всё, что было видно у новой фигуры в замке при этом лжесвете, так это довольно высокий рост и чёрная одежда.       Макушка скрыта большим капюшоном, от тени которого не было видно лица. Казалось, всё тело поглотила тьма тканей. Но, по всей видимости, обладательнице этого тела, до одежды не было дела.       Из гостиной доносился шум. Стоит заметить, гораздо ярче выраженный, чем обычно. Голосов больше, чем два. Это настораживало. Пришлось ускорить шаг.       Что эти двое не поделили между собой в этот раз? Вару вновь вывел короля из себя и теберь отгребает? От этих мыслей у тенью движущейся фигуры плечи напряглись лишь сильнее.       Просторное место, но, смотря на то, что в нём происходило, казалось, что это не огромное пространство, а маленькая комнатушка. Чуланчик. Никакая не гостиная. — ХАХАХХАХАХАХ — Валет, как всегда, раззирался смехом, — ВЫ ВЫГЛЯДИТЕ ОДИНАКОВО! ВОТ ТЕБЕ — Юноша указал на молодого человека с длинными кудрявыми волосами, — НЕ ХВАТАЕТ ТОЛЬКО СЕДОЙ ПРЯДИ, КАК У ЭТОГО — Палец метнулся на рядом стоящего мужчину в белом костюме с красным галстуком, что узлом напоминал пионерский — И БЕЛОГО КОСТЮМА, ХАХАХАХАХАХАХА.       Пикового валета, чей юмор мало кому был понятен, просто разрывало на части от комичности ситуации. А вот молодых людей, что стояли рядом друг с другом и обжигали кудрявого своим разгневанным взглядом, явно не устраивали такие шутки. С другой стороны, холерик был в чём-то прав. Пиковые восьмёрка и тройка и впрямь издали были внешне похожи друг на друга. Бледная кожа, высокий рост, чёрные волосы, красные глаза. Только у одного короткие прямые волосы с белыми прядями, а у второго густые, завязанные в низкий хвост белой лентой. У Ричарда, пиковой восьмёрки, одеяние было полностью чёрное, мрачное, но изящное. Подчёркивало его фигуру. — Это не седой, а белый. — Фыркнул Риккардо, не сводя с тролля алых глаз, — И, если ты, лупоглазый брокколи, не можешь увидеть, что мы разные, то тебе стоит протереть свои окуляры. — А лучше сразу вернуть туда, где нашёл — Дополняет пиковая дама, губы которой тут же расплываются в кривой улыбке, — Ну, точнее выкинуть. Ты же их на мусорке взял?       Вару насупился, и схватил Эмму за воротник чёрной рубашки, что была заправлена в такого же цвета брюки и расстёгнута на две пуговицы. На ногах у дамы красовались тяжёлые берцы с металлическими вставками. Не смотря на классический крой рубашки, на шее у Эммы был застёгнут кожаный чёкер с острыми шипами, что чередовались между собой на манеру "длинный-короткий-длинный". На этом же чёкере висела подвеска в виде креста, что изредка посверкивала от свечей. — Это мои очки!! И нигде я их не нашёл!!! — Взрывается парнишка, сильнее сжимая в ладонях тёмную ткань. Пришла его очередь злиться — Вы все просто завидуете тому, что из вас всех я единственный яркий! А вы трое вообще одинаковые! Кто у кого копировал, а? — Злобно усмехается пятый, щуря глаза, чей цвет никому из клонов не был известен. Эмма хмурится, поднимает руку и сжимает в ладони горло валета. Силинее давление – слабее хватка Вару. — Не выёбывайся. Тебе нечем гордиться, клоун — И после этого ладонь резко отдёрнулась от чужого горла, словно обожглась, хотя на самом деле никакого жара барышня не чувствовала.       Всё это время Пик стоял подальше от конфликтующих собратьев с картами в руках. Точнее, с последней картой. Пиковой пятёркой. Все остальные уже бродили по гостиной. Кто-то успел подраться, кто-то спокойно осматривался, кто-то и вовсе смотрел в окно.       Все заткнулись и обернулись, когда басистый голос начал читать всем знакомое заклинание. Карта в руках короля засветилась, а после возле мужчины появился силует.       Смугловатая кожа, веснушки, высокий рост. В глаза бросалось всё: яркие малиновые волосы, неестественная гетерохромия и, самое главное, эльфийские уши. Правый глаз был тёмно-тёмно-коричневым. Практически чёрным, от чего зрачок сложно было сразу разглядеть. Левый – тёмно-малиновый. Сам зрачок был обычным, круглым, спокойно реагирующим на свет. Под левым глазом находилась миниатюрная родинка, практически у середины самого глаза. Волосы новенького были пышными и кудрявыми, чуть длиннее плеч. — Имя? — Строго интересуется Пик, всматриваясь в длинные острые уши. Уж кого он не ожидал увидеть среди одномастников, так это эльфов.       Молодной человек внимательно смотрит на неизвестного ему мужчину, а после вытягивает губы в приятной улыбке. — Винсент. Привет — Спокойный задористый голос наконец-то разрывает тишину. После этого эльф кидает заинтересованные глаза на своих одномастников и подходит уже к ним, осматривает и натыкается взглядом на зелёные очки со спиралями. — Классные очки!!! — Улыбается пятёрка, даря Вару яркую улыбку.       И валет расцвёл. Ну наконец-то! Хоть кто-то в восторге от его аксессуара и понимает всю красоту этого предмета.       Заметив это гордливое выражение лица, Ричард усмехнулся и подошёл к одномастнику, склонившись над его ухом. — Смотри-ка, теперь ты не один "яркий". И, если такие очки себе можно сделать, то настоящие эльфийские уши ты не слепишь — Глаза щурятся, а сам восьмёрка выпрямляется, со злобной гримассой глядя на Вару.       Холерик сначала опешил, а после брови и вовсе поползли к переносице. Взглянув на выделяющиеся уши Винсента, где-то внутри пятого всё сжалось. Что, если этот эльф его затмит? Что, если он, пятёрка, захочет встать на место валета? Все перестанут обращать внимание на Вару и тогда никакие шутки и росказни ему не помогут. Запахло страхом и обидой.       Теперь юноша смотрел на своего одномастника с презрением, а в душе поселилось чувство конкуренции. Кто бы мог подумать, что обычный стёб мог так изменить мнение о человеке? Ричард не знал точных слабостей валета, но догадывался и, кажется попал в точку, хотя не планировал. Вару боится остаться незамеченным, никому не нужным.       Девушка заворачивает в гостиную. Шаг её был тихим, но не беззвучным.       Только фигура появляется в проходе, как Ричард вытаскивает кинжал и кидает его в неизвестный силует. Зачем? Прислуга сюда не приходит, пока её не позовёшь. Здесь, в гостиной, должны быть все карты пиковой масти, Пик их только призвал, значит это не кто-то из одномастников. Значит это может быть враг, но кто именно Ричард пока не думал.       Кинжал летит быстро, ровно, но перехватывается ровно за рукоять, когда остриё лезвия находится в паре сантиместров от груди. Хорошая реакция. — Ты задержалась. — Щурит глаза в недовольстве король, сложив руки на груди. — Мы начали без тебя.       Кажется, мужчину вовсе не интересовала попытка ранения и это оружие. А вот Вару с интересом глядел на кинжал в руках скрывающейся за тканью девушки. Или он смотрел на руку, что держала его?       Ричард недовольно нахмурился, смотря на незнакомку. Кто это? И почему при призыве всех карт она должна была присутствовать? Она играет здесь какую-то роль? С другой стороны, если она попала сюда и с ней говорит король, то, должно быть, что-то она да значит. Но доверия не вызывала. Особенно, когда так легко отстановила летящее прямо в себя оружие. — Ты сам дал мне задание, которое невозможно выполнить быстро. Я лишь выполняла его. — Наконец-то раздаётся спокойный, чёткий голос, что был даже немного хрипловат после длительного молчания.       Пик чуть расслабил плечи. Он не спрашивал, как прошло поручение, возникли ли трудности и есть ли новости. Он знал, что эта особа справится с любым заданием как минимум хорошо. — Кто это? — Вскидывает бровь Риккардо, заведя руки за спину и оглядывая фигуру с ног до головы. Лица так и не было видно, хотя подбородок и губы всё же освещались. — Это наш местный убийца!! — Втискивается в разговор валет, смотря, на то, как кончики губ девушки кривятся в недовольстве, — Пиковая девятка.       Девушка сжимает в руке кинжал и проходит внутрь гостиной, останавливаясь прямо перед Ричардом. Она была ниже, но головы не вскидывала, чтобы заглянуть в чужие глаза, только губы шевелились, что-то тихо-тихо говоря черноволосому. Вернув оружие владельцу, барышня сделала пару шагов назад, обеспечивая себе и восьмёрке личное пространство.       Руки тянутся к капюшону, снимают его и стягивают с тела плащ. Теперь-то всё было прекрасно видно и даже немного ужасало. Хотя, касательно пиковой масти, пожалуй, лишь удивляло.       На чёрных увесистых шнурованых ботинках с высокой строгой подошвой виднелись капли уже засохшей крови. Штаны и заправленная в них водолазка тоже были в пятнах, но из-за цвета было не совсем понятно, кровь ли это, но догадки были. Пояс туго затягивался на талии, а на нём висели заполненные ножны. К левой ноге тоже был прицеплен пояс, а к нему крепилась кобура с выглядывающим пистолетом. С рук девятка снимает перчатки и вешает их на пояс.       Никто не смотрел на одежду. Большинство одномастников пялилось на лицо. На левой щеке был кровяной брызг. Самая крайняя капелька была на переносице. Кровь застыла. — Дьявол!! — Хохочет Винсент, разглядывая незнакомку и приглядываясь к длинноватому шраму на её правой брови. Он явно появился давно. — Именно. — Соглашается мужчина, а после хмурится. — Неужели нельзя было умыться перед тем, как сюда заходить, Азазель? — Фыркает Пиковый Король, смотря в алые глаза девушки, — Любишь привлекать к себе внимание?       Азазель хмурится, чем вызывает у старшего надменную улыбку. Пик знал, что девятка не выносила чужой крови на своей одежде, что уж говорить о коже. И явно не любила излишнее внимание. — У меня не было возможности ни переодеться, ни сходить за салфетками. Он мог сбежать. — Щурит глаза девушка, сверля глазами Пика. Кто "он" никто из новеньких так и не понял. — Но, раз уж "Его Величество" это так злит, то я вынуждена откланяться.       И она действительно ушла, поправляя пятернёй чёлку и напоследок оглядывая каждую карту поголовно.       Эмму привлекла больше не кровь на её щеке, а именно волосы. Смотря на Пика и перекидывая глаза на Азазель во время их диалога, легко было заметить сходство в острых выпирающих вверх прядях волос, что напоминали некие рожки. Хотя, в отличие от правителя, у девятки волосы были чёрные.       Но даме показалось. Волосы у Дьявола были кобальтово-синие, что из-за недостатка света походили на чёрный.       Ричард смотрел на свою руку, в которую вложили кинжал. К слову, не самый обычный. Конец его рукояти был изображён в виде розы. Но он не рассматривал её, а, казалось, отсутствующе пялился. — Я не достойна смерти от такого красивого оружия — Шептала ему тогда девушка, — Не пачкай его в крови человека, который не заслуживает такого конца.       Её слова эхом кружились в голове, заставляя молодого человека хмуриться. От чего он раздражается? От необдуманности собственных действий? От её слов? Или от того, что он всё-таки не попал в Азазель? Всё же она точно не заслуживала доверия. Здесь вообще никто его не заслуживал! Все были мутными и с прибабахом. Но она, девятка была просто...странной. Она ведь сказала, что не заслуживает смерти от его кинжала и дело не в Ричарде, а в оружии. В том, что оно слишком красиво для неё. То есть, будь это обычный кухонный нож, она бы не стала сопротивляться??? Это вызывало смятение.       Но Ричард хмурился не из-за этого. Он только сейчас понял, что вообще здесь происходит, только сейчас расставил всё по полочкам и понял, что пазлы не сходятся. — Почему все карты призвали только сейчас, а девятка спокойно ходила по миру раньше? — Тихий, но определённо злой голос привлекает внимание к его обладателю. — Я призвал её около четырёх лет назад. — Холодно объясняет король, пожав плечами. — Это же несправедливо!!! — Взрывается восьмёрка, кидаясь на мужчину, хватаясь за ворот строгого пиджака. — Почему она?! Точнее, только она!! Ты должен был призвать нас всех тогда или сейчас, но вместе с девяткой!! Почему она была освобождена раньше остальных, а?!       Его яростное возмущение, казалось, слышал весь замок. И поведение Ричарда явно не нравилось Пику. Вару лишь забавляла эта сцена, а вот большинство остальных карт внимательно слушали эту озлобленную речь, чувствуя в ней какую-никакую правду. — Я освободил её из-за нехватки должностных лиц. В государстве было напряжённо, мне просто было не до этого. — Пусть это и звучало эгоистично, но Пик говорил правду, — Никому из вас не понравилось бы жить в то время и, я готов поспорить, Азазель тоже не питала любовь к своей жизни.       Пиковый Король, не особо церемонясь, хватается за волосы одномастника и грубо отдёргивает Ричарда, вынуждая отцепиться от себя. — Ты не можешь знать наверняка, ясно?! Может, нам просто хотелось жить, иметь возможность выбора, возможность передвижения! — Не утихает молодой человек, прожигая глазами старшего. — Заткнись, восьмёрка. — Намекая на низкое положение Ричарда, правитель не отводит глаз от парня. Зрачки наливаются алым цветом. — Вы вообще должны быть благодарны мне за то, что я вас освободил. Или вам нравилось гнить взаперти своей карты? Знайте, что я могу вас вернуть в это заточение. А те, кто жаждет справедливости, но не знает простых истин, первые будут вовлечены в этот процесс.       Этого хватило, чтобы заставить Ричарда молчать. Пусть он и хотел всё высказать, пусть и был возмущён, но он был не глупым и понимал, что сейчас не время. Потом. Потом он точно всё выяснит. Узнает, что же так не давало Пику дать свободу остальным и почему он выбрал именно девятку для какой-то роли.       А эта девятка она...Она точно не пальцем деланная. И ей явно есть что скрывать. Не спроста Вару назвал её убийцей. Он точно что-то знает об Азазель. И, если Пик не скажет, то скажет Вару. На зло королю.       С этими мыслями восьмёрка выходит из гостиной под вопросительные переглядки и в коридоре натыкается на Азазель. Она ничего не говорила. Лишь подарила ему насмешливый, но такой горький взгляд, какой дарят ребёнку, который спрашивает у взрослого, что такое война. Кажется, она слышала большую часть его возмущений.       И Ричард снова хмурился. Боже, как легко она заставляет его раздражаться! Но он не хотел чувствовать себя ребёнком. Ему 21 год! И он многое понимает. Многое, но явно не это. Не то, почему Пиковый Король отказался от призыва всех карт ещё четыре года назад.       Никому не доверять. Вот какой девиз выбрал для себя Ричард.

       А может, не только он.