Гарри Поттер и Чувство Альтернативы

"Если вам кажется, что за вами не следят - это не значит, что это так." - или как там оно было? Начались выходные, и Гарри снова на весь день собирался запереться в заброшенном кабинете и отрабатывать заклинания. Сегодня он опробовал все свои палочки. И каждая из них работала в его руках превосходно! "Вот уж, кто действительно верен!" - Гарри ласково гладил палочки. Впрочем, он никогда не был ревнив. Верность, как таковая, ему была почти не нужна. Вот, лояльность и взаимовыгодное сотрудничество или приятное времяпрепровождение в компании с кем-то - это другое дело! Грубо говоря, Хагрид с его Пятничными Чаями обеспечивал ему последнее. В этом Гарри не имел к нему никаких претензий. Он бы, наверное, и сейчас мог завалиться к великану и попить чая с кексами в его компании. Просто, он теперь будет знать и помнить, что Хагрид - инструмент Дамблдора. А Дамблдор сам себе на уме. И что именно за интригу он крутит, пока непонятно. Впрочем, Флоренц же что сказал? Кто-то хочет вернуться в мир живых, этому кому-то нечего терять, а в Хогвартсе что-то хранится. Что-то, что, судя по нахождению в одной фразе с остальным, поможет этому кому-то вернуться в мир живых. Вспомнились слова Хагрида, сказанные им, среди прочего, в самом начале их знакомства, что Тот-Кого-Нельзя-Называть не умер окончательно. Что он просто исчез. Но поскольку тот больше не творит террор, а его сторонники либо мертвы, либо сидят в Азкабане, либо ведут себя тише воды, ниже травы - то все вокруг расслабились и каждый год 31 октября празднуют свой День Избавления. "Значит, вот кто хочет вернуться! И значит, будет крутиться около Хогвартса. А может, уже в нём," - просчитывал Поттер. - "Не его ли рук дело - тот тролль? Организовал панику и попытался проникнуть... Куда-то." - Точно! - Гарри хлопнул себя по ноге. - Ведь, "левое крыло третьего этажа закрыто для всех, кто не хочет умереть ужасной смертью!" - частично процитировал он речь директора на праздничном пиру первого сентября. - Значит, это там. И да, этот хрен в Хогвартсе или может проникать в него. Как-то. Вопрос: что делать лично ему? А что он может? Или, вернее, зачем? Это интрига Дамблдора - вот, пусть и расхлёбывает... - Ах, ты тварь! - вслух простонал Гарри, когда всё понял, когда все части мозаики сложились в одну картину. Имя Гарри Поттера не зря культивируется в обществе. И самого Гарри Поттера не зря привели в Лес и сказали ему то, что сказали. И волшебник в балахоне, который пил кровь единорога - это он, Волан-де-Морт! Или одержимый им живой волшебник - надо пойти в библиотеку и узнать: может ли такое быть в волшебном мире? Но логика и Чувство Альтернативы уже говорили ему, что да - может быть. И это, скорее всего, именно так. * * * Мадам Пинс, конечно, удивилась его запросу, но он пояснил, что хотел бы заранее защитить себя знанием о возможной опасности - и она принесла ему нужный том. Книга была не из Запретной Секции, но выносить из читального зала её было нельзя. Спустя полчаса Гарри откинул голову назад, уставившись в высокий сводчатый потолок. Это дерьмо существовало. Но никаких заклинаний для выявления одержимого приведено не было. Более того, под признаки одержимости подпадали такие банальные вещи, как: резкое изменение поведения, привычек и голоса... "Это что же такое происходит со всеми людьми в пубертате?!" - усмехнулся Гарри с тоскливым настроем. А из того, что делать - было только одно указание: немедленно вызвать Аврорат. * * * Гарри не мог начать проверять всех. Это школа-пансионат, и тут у многих пубертат. Воистину, этот гад умеет маскироваться! "Стоп!" - Гарри аж замер. - "А почему одержимый - ребёнок? Это же Квиррелл прибежал сообщить о тролле и поднял панику своим падением в обморок!.. И чалма на его голове... Как та длинная тряпка, что упала с головы балахонщика в Лесу..." Поттер ощутил, как у него вспотели ладони. Враг, его личный враг, убивший его семью и попытавшийся убить его во младенчестве - уже три месяца бродит и живёт рядом! И преподаёт ему ЗОТИ. "Что же, самое время научиться вызывать Аврорат," - подумал Поттер. И нет, он не собирался вызывать Аврорат прямо сейчас: это серьёзная организация, и у него должны быть стопроцентные доказательства - лучше всего, если это будет взрослый волшебник, удостоверившийся в факте наличия одержимости. Но с Квирреллом теперь Гарри собирался держать ухо востро. * * * В технологии вызова Аврората не было ничего сложного для волшебника: нужно, всего лишь, зажечь камин, кинуть в пламя щепотку Дымолётного порошка и произнести вслух слово-активатор. В данном случае, активатором и было это самое слово "Аврорат"... Так ему объяснил староста, к которому он подошёл с этим вопросом. - Что-то случилось, Поттер? - спросил он после. - Нет, ничего, просто в книге читал про оборотней - и там было сказано: встретите - вызывайте Аврорат. А как вызвать - не написано. Я ж у маглов жил, - чуть виновато развёл он руками. - А, обращайся, если что. - Спасибо. Вот так просто. Но нужен камин и Дымолётный порошок под рукой. Гарри представил ситуацию, за шаблон которой взял своё столкновение с троллем, и понял: либо над ним сейчас посмеялись, как над магловским дурачком, либо это неприглядная правда волшебного мира - и если кто встретит опасное существо - то должен будет победить его или погибнуть. Такой вот естественный отбор. Он даже не поленился - и ещё раз сходил в библиотеку, и уточнил у мадам Пинс: страдают ли волшебники от перенаселения? И где можно ознакомиться со статистикой по демографии волшебного мира? - Я похожа на справочник, мистер Поттер? А на ваш второй вопрос я не могу ответить, так как статистика не ведётся. Гарри поблагодарил её и вышел из библиотеки. Похоже, волшебники действительно сумасшедшие. Поставь Волан-де-Морт цель: зачистить Британию от волшебников - и он сможет сделать это за считанные годы, а то и месяцы. Он будет просто убивать их по-одному, по одной семье, по одному поселению. Без учёта они не знают, сколько их есть всего. И не узнают, пока все и не закончатся. С другой стороны, отсутствие учёта равно отсутствию эффективного контроля. Сильный и богатый волшебник легко может вырастить собственную армию прямо под носом у Министерства. А желающие стать рекрутами найдутся - те же оборотни, например. Отсюда же происходит то, что Дамблдор имеет такое подавляющее влияние. Но он уже стар и у него есть Хогвартс, в котором он может отбирать себе юные умы и взращивать их по своему усмотрению. А потом, те становятся функционерами Министерства, в частности. С третьей стороны, самого Гарри это пока мало касается. Он всё ещё внизу социальной пирамиды, но с какими-то шансами подняться наверх. Его же за что-то называют новым Тёмным Лордом? Этого бы не было, если бы массы не хотели в это верить. А они хотят. По-сути, они уже согласны на это и только ждут того момента, когда Гарри начнёт одеваться в стильные чёрные мантии и раздавать собственный фасон татушек на их предплечья. Они готовы: стать жертвами психа, стать пешками политика, стать рабами хозяина. Они сами могут этого и не осознавать, на словах с пеной у рта отрицать это. Но они готовы. И они, на самом деле, этого хотят. Хочет ли этого он? Увы, но оставаясь в их обществе, выбор невелик: либо господствовать, либо пресмыкаться. И всё тот же вопрос: будет ли страдать Гарри Поттер лично или не будет? Ответ на него Гарри мог дать совершенно искренне: он выберет только лучшее для себя. Это же естественно! * * * Время шло к вечеру. День был, в целом, противоречивый, но всё ещё можно было: пойти к Хагриду - вдруг, того замучает совесть и он расскажет чего-нибудь?; пойти спать пораньше - так Гарри естественным путём подлечит себе нервишки, да и общее здоровье укрепит; а ещё можно было потренироваться в Фините Инкантатем - появилась у него офигенная мыслишка: колдовать это заклинание на хогвартские артефакты постоянного действия, но не из критической инфраструктуры, а такие, как: факелы на стенах многочисленных коридоров. Плюсы подхода очевидны: факелов много, они есть там, где почти никого не бывает, и в случае поимки - его ждёт, всего лишь, отработка. А после ночного Запретного Леса и сражения с одержимым, Гарри бы, пожалуй, испугался повторить это со стаей оборотней в полнолуние. Но до такого врядли дойдёт. И если дойдёт - то, что будет, если он откажется идти на отработку в Запретный Лес? Его отчислят? Его, Гарри Поттера! Чтобы выбрать правильно, Гарри развернул своё Чувство Альтернативы. Пока оно выбирало между Хагридом и Финитой... - Ну, да, этого стоило ожидать, - произнёс он, когда чаша весов Хагрида перевесила. За этот вариант выступал фактор момента: если великана использовали втёмную - то он от раскаяния может вывалить всё: всё, что ему там Дамблдор наговорил, напросил и наобещал. Далее. Зная Хагрида, можно почти наверняка утверждать, что сегодня он пьяный: так он снимает стресс. И, тем более, может проговориться в таком состоянии. Третий плюс: если они сегодня "помирятся" - Хагрид станет инструментом не только директора. Он по-прежнему будет тому подчиняться, выполнять поручения и просьбы, но если они будут касаться Гарри - то с некоторой вероятностью и, возможно, значительной - он будет их Поттеру сразу же и сливать... Ну, и как же можно отказаться от таких перспектив?! Ну, можно, конечно. Но смысл?.. * * * К Хагриду он пришёл вовремя: тот уже был давно в зюзю, но ещё не настолько, чтобы блевать или спать. Дверь избушки была открыта - видимо, чтобы собака не отравилась парами зелёного змия - так что, Гарри просто вошёл и сел за стол, напротив. Хагрид поднял мутные глаза и почти полминуты узнавал в сидящем Поттера. А после, молча залился слезами. А потом, и не молча. Но Гарри ждал. Ждал, когда из того выйдут эмоции и останется чистая душа... Он понял, что время пришло, когда Хагрид сел на стуле прямо - насколько это было возможно в его текущем состоянии - и... Поттеру не пришлось ничего говорить, потому что Хагрид всё сказал сам - и такое, на что Поттер никак не мог рассчитывать! - Гарри, я так больше не могу! Я дам тебе Клятву, что больше никогда - никогда не предам тебя и не обману! А Клятву дам на крови - потому что на таких, как я, Обеты не держатся... И плевать - будешь ты меня другом считать, не будешь - я просто хочу это сделать!.. Всё то, как Хагрид держался, формулировал мысли и смотрел на него - говорило о том, что он искренен. Настолько искренен, что возможно это самый честный миг в его жизни! Сама Клятва была под стать названию - Кровавой. Хагрид использовал свой нож, похожий на короткий и широкий меч: зарезать таким человека - раз плюнуть. Он вскрыл себе левую ладонь - и полностью залил стол, пока читал слова Клятвы. И не было никаких эффектов, кроме того, что магия, словно, бурлила вокруг них бешеным водоворотом. Но и не так, что это прямо ощутимо было - просто, что-то на краю чувствительности. Однако, выходить из этого центра во время процесса - Гарри бы никому не посоветовал. Казалось, выйди из избушки - и пропадёшь... Поэтому, Поттер даже на месте сидел, стараясь не двигаться и не дышать лишний раз... Зато, когда всё закончилось - на улице, как-будто, даже посветлело! - Ты совершил достойный поступок, Хагрид, - нашёл Гарри правильные, как ему показалось, слова. - За то, что было - я на тебя не злюсь. А теперь, и не презираю. Он встал. Хагрид смотрел на него, словно, всю жизнь жаждал чего-то, мучился без этого - а Гарри ему это дал. И тот теперь был цельным. И спокойным. Умиротворённым. Теперь, всё было, как надо. Гарри светло улыбнулся Хагриду. Тот так же улыбнулся в ответ. - Доброй ночи, Хагрид. - Доброй ночи, Гарри. * * * Сегодня Гарри уже не стал тренироваться в Фините Инкантатем. День закончился слишком хорошо для этого.