В душе

Горячие струи душа расслабляют напряженное с самого утра тело, позволяют наконец не думать ни о чем, просто подставить лицо воде и отдохнуть. Венти сжимает губы и слизывает капли, промаргивается, смотрит в зеркало, висящее прямо в душевой. И впервые его взгляд опускается ниже пояса почти без всяких затруднений. Повернувшись, парень заправляет мокрые волосы за ухо и сощуривается, рассматривая свое отражение. Столько лет ему было страшно даже просто подумать о том, почему он не такой, не то, что посмотреть. А сегодня, после того, что сделал Сяо... Венти прикусывает губу, когда тело отзывается приятной дрожью на воспоминание о горячем языке, тех быстрых движениях, пальцах внутри... — Бля. Ноги слабеют, и он опускается прямо на пол, немного в стороне от бьющих струй воды. Это кажется чем-то невозможным, сидеть вот так — напротив зеркала — и думать... Думать об этом, сжимая бедра. Это ведь должно быть отвратительно. В низу живота тянет от предвкушения — или снова от мыслей о Сяо? — и Венти медленно, будто боясь, раздвигает ноги. Задержав дыхание, он опускает взгляд,, смотря в отражение. Не должно быть так. Он не должен хотеть этого. Рука ложится на живот, словно сомневаясь, ногти царапают кожу, а сам парень дергает щекой. Почему же так трудно признать, что ему хочется? Хочется снова почувствовать то одурманивающее удовольствие, заставляющее ноги трястись от ощущений, может даже посмотреть на себя, свое лицо в этот момент. До непростительного пошло... И так заводит. Венти осторожно касается пальцами промежности, вздрагивает, и почти приближается мыслями к отказу от всей этой идеи. А перед глазами появляется Сяо, крепко держащий его под коленями и юрко двигающий языком по клитору. Неуверенно, медленно, но парень на пробу трет себя, пытаясь не сгореть от стыда. Все ведь отлично, никого нет дома, никто не увидит его, не укорит в совершенном, так почему хочется просить прощения у самого себя? Просить прощения и продолжать, двигать пальцами до входа во влагалище, собирать липкую смазку, дрожать от этих ненавязчивых прикосновений. Как он вообще продержался столько, пока Сяо ему отлизывал? Первый раз в жизни Венти занимается чем-то подобным, и от незнания все кажется каким-то не таким. Приятным, но не таким... А партнер почти не трогал его руками, только языком. Хотя, нет, стойте, было же немного. Сглотнув скопившуюся слюну, парень вновь перемещает пальцы выше, пробует двигать ими по кругу, затрагивая клитор, и неосознанно дергает ногой, едва успев закусить губу. Вот так. Уже почти перестав думать, Венти монотонно двигает кистью и откидывает голову назад, прикрыв глаза. И правда, от чего только отказывался столько лет. Сяо тогда спросил, не было ли хоть раз желания сделать что-то с собой... И парень не решился вспоминать об Итане в тот момень. Из груди вырывается тихий вздох, весьма похожий на стон, и Венти покачивает головой, заставляя себя уже определиться, о ком думать. Хотя как, определиться. Просто не думать об Итане. Как бы тот ему все еще не нравился, вряд ли это можно было назвать любовью. Да и вряд ли бы с ним было настолько комфортно, насколько было с Сяо. И, блять, то что он делал сегодня. Парень приподнимает веки, смотря на отражение. Так же будет легче вспомнить, да? То, как Сяо покрывал все тело поцелуями, как вылизывал шею, господи, будто не менее часа прошло до тех пор, пока он не успокоился и двинулся ниже, как расцеловывал грудь, как гладил живот, ноги, как трогал... Пальцы двигаются быстрее, скользят от смазки, и бедра дергаются, приподнимаясь над полом. Это не сравнится с горячим и наученым бывшими девушками языком, но, даже так, Венти закусывает губу, шумно выдыхая. Из-за того, что он в душевой кабине, все слышно слишком хорошо. И эти звуки... Сместив руку ниже, парень даже замирает на миг, медленно вставляя пальцы внутрь. И, блять, так просто. Облегчение накрывает с головой, за ним следует удовольствие. Всегда так стыдно и больно у врача, и так до одури хорошо самостоятельно. Или с Сяо. Ох, господи. Ритмичные движения в сторону живота, как делал партнер, заставляют инстинктивно сжиматься, выталкивать пальцы обратно. Даже на долю секунды Венти не может вернуться к своим мыслям о правильности и неправильности, сейчас перед глазами и правда будто стоит Сяо, снова устроившийся между его ног, снова держащий за бедра, сжимающий кожу так сильно, что вот-вот появятся следы. Он улыбается одними глазами, высовывает язык, осторожно, едва ощутимо, касается головки клитора. — Сука, — Венти прикусывает губу. — Сука... Кто бы мог подумать, что он будет фантазировать о своем молодом человеке в душе, да никогда в жизни о подобном нельзя было и подумать. Кто бы что не говорил, пытаясь успокоить или просто напоминая, всегда от этого в горле вставал противный ком. Каждый ебаный раз. Но, оказывается, так просто представить человека здесь, рядом с собой. Если знаешь его чуть ли не наизусть, помнишь ощущения от его прикосновений, эти сухие губы, иногда немного грубые пальцы, звук тяжелого дыхания, которое у Сяо сбивается всякий раз, стоит им поцеловаться с языком. Он бы... Он бы много чего сделал сейчас, будь у него возможность. Он бы резко вытащил пальцы, смущая Венти громким звуком, дразняще коснулся входа еще несколько раз, немного надавливая, растянул половые губы в стороны, тронул рядом — совсем рядом, но не напрямую — с клитором, снисходительно хмыкнул на прерывистый вздох. Обхватил бы его головку губами, потянул, выбил из груди высокий стон, повторил так еще несколько раз. Пальцы соскальзывают с нужного места и парень невольно кряхтит, стараясь сдержать раздражение на самого себя. Блять, куда легче позвонить Сяо и... И что? Вспыхнув, Венти вытирает лишнюю смазку о бедро, вновь касаясь клитора. И что бы он ему сказал? «Хэй, я здесь решил помастурбировать немного, думая о тебе, но получается плохо. Было бы славно, если бы ты приехал»? Звучит так глупо, да вот только идея нравится. И правда будет неплохо сейчас набрать Сяо и, если даже не дождаться его у себя дома... Блять, нет, секс по телефону в планы на ближайшее время точно не должен входить. Откуда вообще могут в голове возникать настолько пошлые мысли, когда только вчера Венти в принципе понял, что секс может быть не только стыдным, но и приятным? Трение уже заставляет бедра дрожать, и парень сглатывает, поудобнее переставляя ноги. Закончил бы быстрее, будь он не один. Но, даже так, все внутри туго скручивает, когда движения ускоряются. Более не зацикливаясь на фантазиях, Венти касается губ пальцами, прикусывает подушечки зубами, сдерживая постанывания. Он один, но все равно слышать свой голос неудобно. — Блять. Колени непроизвольно сжимаются, стоит дойти до пика, и парень с силой кусает фаланги пальцев, подавляя последующие звуки. Которые, в прочем, все равно слышно — рваный вздох, так похожий на скулеж, всхлип, удовлетворенное мычание. Вжимая пальцы в промежность, Венти откидывает голову назад и мутными глазами смотрит на бьющие сверху струи душа. С трудом опираясь на подрагивающие руки, он двигается ближе к воде, подставляет ей расслабленные плечи и лопатки. Бегущая по волосам, попадающая в глаза, она позволяет успокоиться, забыться. Как минимум не начинать думать о том, что он только что сделал. — Пиздец, — Венти вздыхает, заправляя челку за уши. — Полный пиздец.