Don't leave before you love me

Я стою в самом конце от эпицентра всего происходящего. Хочу сделать шаг вперёд, я не могу просто стоять. Но ноги будто приросли к сырой земле, которая уже пропитала воздух ощущением поздней осени. Тело прошибает очередной волной мурашек. Осознание медленно ползёт ко мне, но я отчаянно не слушаю его. Сглотнув вязкий ком в горле я делаю пару шагов и останавливаюсь у полицейских машин. Собралось большое количество людей. Повсюду противные сирены и мигалки. Все звуки смешались. Я поднимаю голову и натыкаюсь на крупные капли дождя. Осматриваюсь и узнаю до боли знакомое здание. Оно давно заброшенное. Но отсюда самые лучшие закаты. Я знаю. Где-то у входа собралось много врачей. Воздух пропитался тревогой и дождём. Я пытаюсь найти людей вокруг, которые могут объяснить, что за недоразумение тут происходит. Взгляд цепляется за одного из полицейских, что стоит недалеко от меня. Я иду (бегу) к нему. - Здравствуйте. Что тут произошло? – не узнаю свой голос. Он звучит сейчас как у человека, который вот вот съедет с катушек. - Добрый вечер, если его можно таким назвать. Самоубийство. Причина выясняется. -будничным тоном говорит полицейский. - К-как..? Личность уже установлена? – я не хочу ничего слышать. Отчаянно не хочу. - Паренёк лет 19. Оставил предсмертную записку, адресованную некому Крису. Надо бы найти его. И вот что с этой молодёжью не так, чего не хватает? -рассуждал вслух полицейский. Что-то с треском разбилось об впитавший в себя все ужасы этого мира асфальт. Что-то моё. Голова вдруг становится невыносимо тяжёлой. Падаю на колени. - Что с Вами? Вам плохо? Врача гражданскому! -завопил полицейский. Но я уже не слышал его. Мое сознание будто хотело сделать ещё больнее, если существует боль сильнее той, которую испытываю я сейчас, и невольно начало воспроизводить все воспоминания. Самые светлые. Самые больно-бьющие теперь. 11 ноября. Бежевое пальто утяжеляет плечи до боли. Очень кстати, я ведь и без этого сейчас полон энергии. Хочется скинуть его, но сохранить тепло. Ох уж эта осень. На работе как обычно завал бумаг. Но я своё отработал на год (день) вперёд. Надо бы взять отпуск вообще. Ладно Чан, что-то ты совсем постарел. Быстро устаю, теряю хватку, не хорошо. Сейчас как завалюсь в спячку на добрые двое суток. Аж облизнуться от этой мысли хочется. Иду совсем не спеша, да и куда и к кому мне? Разве что к кровати и недоеденному вчера рамену. Надо бы за кофейком заскочить, а то прям на обочине слягу. Но не тут-то было. Мой чуткий слух уловил безумно красивую мелодию. Скрипка? Прямо в центре Сеула? Впечатляет. Хочется подойти поближе. Но я стою завороженный такой кристаллически-чистой игрой. Следую за звуком музыки словно голодный за тарелкой ароматного кимпаба. Собралось много людей. Кто-то снимает, кто-то охает и удивляется. Но все слушают. Внимательно. Я улавливаю каждую ноту. Каждое движение смычка. Я наблюдаю за молодым человеком, красиво меняющим эмоции на лице в такт своей мелодии. Мое лицо озаряет улыбка. Светлая макушка впутала в себя лучи предзакатного солнца. Тонкие пальцы, кажется, вообще не касаются скрипки. Они подцепляют смычек, виртуозно направляя его по струнам, и возникает ощущение, будто скрипка парит на ветру и создаёт музыку сама. Это завораживает. Юное дарование стоит с таким изящным инструментом в каких-то шароварах. Ему бы рэп читать. Поразительно. Молодёжь сейчас такая неординарная. Футболка растянута так, что оголяет правую сторону ключицы. Шнурки на кедах вот вот развяжутся, и я подавляю желание подойти к солнечному скрипачу прямо сейчас, чтобы исправить это. Паренек смотрит на меня и улыбается. Я показываю ему большой палец. Мелодия становится тише, а затем и вовсе останавливается. Зрители громко хлопают и выкрикивают звуки восхищения. Я тоже будто отмираю, и принимаюсь аплодировать. Многие подходят, чтобы оставить в чехле скрипки монеты, а кто-то оставляет и купюры. Я подошёл к парню, мне жизненно необходимо сейчас завязать с ним диалог. Он благодарил каждого, кто уделял ему хоть каплю внимания и весь светился, точно солнце во время рассвета. - Ты замечательно играешь.- сказал я. Солнечный скрипач повернулся ко мне, и теперь мне удалось разглядеть его созвездие веснушек на лице. Они были разбросаны в хаотичном порядке, хотелось провести между ними линии, чтобы рисунок проявился. - Спасибо большое. – он поклонился. Мне захотелось пожать его руку, поэтому я протянул свою ладонь. - Кристофер Бан, сегодня был поражен твоим талантом. Он хихикнул и протянул руку в ответ. - Ли Феликс. Прямо сейчас поражен твоими комплиментами. – его необычный акцент показался мне таким знакомым. - Я тут прогуляться собирался, если ты не занят, составишь мне компанию? – я не рассчитываю на согласие, но не хочу потом жалеть о том, что не предложил. - Да, думаю я могу. – Феликс ярко улыбнулся, а я подавил желание зажмуриться. 24 января Я пытаюсь догнать Феликса. Вокруг только белый снег. Он заполонил всё пространство собой. Эта картина напоминает мне чистый лист. Солнце спряталось где-то за горизонтом и перестало светить совсем. Оно уступило Феликсу. Этот неугомонный предложил поиграть в догонялки, и я даже не успел ответить, как в меня прилетел крупный такой комочек снега со словами «ты вода». Сейчас обе мои руки вооружены «снарядами», и я пытаюсь найти парня в голубом пуховике посреди всего белого. Труда мне это явно не составит. Уже вижу, как это чудо мелькает между деревьями. Ты попался. Стараюсь подкрадываться без шума, но хруст снега под ногами меня выдает. Феликс замечает меня и снова убегает, а я прицеливаюсь и кидаю в него снежок, пока опять из виду не пропал. Прямо в цель! - Твоя очередь водить! -победно выкрикиваю я. Феликс быстро смахнул с себя снег, будто ничего и не было. Я посмеялся. - Неа, не выйдет, я точно попал в тебя. - Крис, давай просто в снегу поваляемся? Я устал бегать. -он захлопал глазками. Я не отвечаю, а просто загребаю Феликса в объятия, и мы падаем так в пушистый снег. Он звонко смеётся, и я улавливаю это. Мы раскидываем руки и ноги в стороны, затем машем ими, будто плаваем. - Смотри, смотри, у нас снежные ангелы! – Феликс встал и радостно запрыгал. Я улыбаюсь так широко, как позволяет мне мой рот. Феликс так сияет. Он будто соткан из множества самых ярких и добрых эмоций. Я не могу совладать с чувствами, которые бьют через край и затуманивают здравый смысл. Подхожу ближе и снимаю с его рук перчатки. Я хочу греть эти нежные ладони сам. Кончики его пальцем мгновенно порозовели. Феликс удивлённо смотрит на меня, а я невесомо провожу пальцем по его щекам, усыпанным рыжими пятнышками. Он вновь улыбается, и мне так хочется приклеить его улыбку себе в сознание. Чтобы она всегда была со мной. - Давай зайдем в какое-нибудь кафе, чтобы погреться? Ты сейчас похож на Санту. -щелкаю его по носу я. - Сразу говорю, лучший твой подарочек-это я! - Упаси Господи такие подарки получать. -прикидываюсь, будто в ужасе я. - Не умеешь ты врать, Крис, совсем не умеешь. -хмыкает Феликс. 1 апреля - Я не справлюсь. -он закрывает глаза и по щеке скатывается одинокая слеза. - Ээээй, ты чего? Справишься конечно, я в тебя верю. Дай себе отдых, ты упорно стараешься, это не может не дать никаких плодов. Ты уже многого добился, всё получится! -я обнимаю это хрупкое чудо и слышу всхлипы. Поглаживаю по спине в попытках успокоить. - Прости, я не хотел ныть, я правда не хотел. -невнятное бормотание заставляет моё сердце сжаться. - Мой солнечный скрипач, ты не ноешь, всё в порядке. Ты можешь говорить со мной обо всём, что чувствуешь, помнишь? Я буду стараться помочь. -я взъерошил светлую макушку Феликса, чтобы он посмотрел на меня. Эти порозовевшие от слез щеки хотелось расцеловать, чтобы такого больше не повторилось. Я снова дотрагиваюсь до таких осязаемых веснушек. Пересчитываю каждую и запоминаю их местоположение. За окном в небе появились опавшие с цветущих сакур розовые лепестки. Они сначала кружили в воздухе вальс друг с другом, затем невесомо опускались на землю точно снежинки в спокойную зимнюю ночь или пожухлая листва в пасмурную осень. Я заставляю Феликса обратить на это чудесное явление внимания, смахивая с его раскрасневшихся от влаги щёк слезы. Я предлагаю прогуляться под цветущими деревьями и с искорками в глазах напротив получаю лёгкий кивок. Погода позволяет не нагружать плечи несколькими слоями одежды, что не может не радовать. Солнце медленно катится за горизонт, оставляя за собой оранжево-розовые разводы, в которые тот час же окрашиваются облака, и теперь напоминают нам сладкую вату. Мы покупаем её в ларьке с уличной едой и сравниваем вату с нашими головами. Безумно радостно наблюдать за тем, как тревога и отчаяние покидают Феликса, и я готов поклясться себе и ему в том, что за его постоянное хорошее расположение духа отдал бы всё, что угодно. Сакура в самом разгаре своего расцвета. Феликс встаёт под одно из деревьев и улыбается. Я достаю старый мини-фотоаппарат и настраиваю камеру на нём. Фокус слегка размыт, но так получается даже лучше. Феликс замечает это и принимается вставать в смешные позы. Мы громко смеемся. Его смех отпечатывается на получившихся снимках. Скрипач подходит ко мне, берёт из моих рук камеру и направляет ее на нас так, чтобы взять в кадр и розовые деревья. Мы делаем только один удачный снимок. На остальных корчим глупые рожицы и безумные лица. Теперь нам захотелось согреться в каком-нибудь уютном месте. Становилось прохладнее. Виной тому солнце, которое полностью скрылось из виду. Небо затянулось маленькими тучками, которые сердито следили за городом. Недалеко находился книжный магазин, где готовили вкусный кофе. Феликс выбрал раф, а я какао. Мы также взяли по свежему круассану с шоколадом. Дабы скоротать ожидание, я предложил выбрать книги. Феликс потянул меня к полкам с классикой. Он внимательно изучал аннотацию приглядевшихся книг, сдвинув брови к переносице. Я снова достал камеру, чтобы сохранить образ этого солнечного скрипача, листающего эксклюзивную классику, не только в памяти своего сознания. Точно! Тут же есть ксерокс и печать. - Феликс, я сейчас вернусь, забери наш заказ, ладно? - Да, конечно. А куда ты? -спросил он. - Просто жди тут. Я быстро. 16 мая - Испанский стыд. Что мы вообще смотрим? -посмеялся с глупости главных героев Феликс. - А вот это я должен спрашивать у того, кто выбирал фильм. -щёлкнул я его по носу, а он насупился. Феликс кинул в меня попкорном, а я покрутил указательным пальцем у виска, но в долгу не остался. Следом и в него прилетела карма в виде попкорна. Мы вовремя остановились, опомнившись, что еда всё таки не для игр предназначена. Теперь мы смеялись уже со своей глупости, в то время как остальные зрители, которым кажется фильм не казался интереснее, чем нам, шикали на нас, недовольно косясь с разных сторон. - Предлагаю заняться чем-то поинтереснее, нежели мусорить в кинотеатре. -шепнул я. Феликс хихикнул и кивнул. Но прежде чем покинуть кинозал, мы, конечно же, убрали за собой. На выходе нас проводил раздражённый взгляд охраны. Оказавшись на воздухе, мы смачно так потянулись, будто сидели в неудобных сидениях не сорок с лишним минут, а все два часа. И куда же мы направимся теперь? Ответ оказался проще чем дважды два. Домой. Мы гуляли, не раздумывая над тем, куда идём, поэтому ноги непроизвольно привели нас к нашему подъезду. Мы переглянулись, пожали плечами, так как такой поворот событий нас вполне устраивает, и зашли в квартиру. Я поставил чайник на плиту, а Феликс включил на колонке песни. Несколько минут спустя мы уже гонялись друг за другом по комнате с большими подушками в руках. А на фоне очень кстати играла thinkin bout you. Чайник уже разрывался от кипящей в нём воды, поэтому Феликс пошел на кухню, чтобы предотвратить этот надоедливый свист. Мы выпили чаю с ванильным печеньем, которое приготовили утром. Я предложил найти применение нашим фотографиям. - Давай украсим ими комнату? А ещё звёздочки, светящиеся в темноте, развесим, будет очень красиво! -Феликс сам сейчас как маленькая, но самая яркая звёздочка весь засветился от эмоций. Я лежу на диване, смотря в потолок, увешанный маленькими огоньками. Красивая мелодия словно мёд разливается в ушах, лаская всё тело мурашками. Феликс сидит, откинувшись на спинку дивана, и будто обняв скрипку, плавно водит по её туго натянутым струнам смычком. Его брови то поднимаются вверх, то выстраиваются в удовлетворении в линию, а губы смыкаются в полуулыбке. Я приподнимаюсь на локтях, чтобы взглянуть на него. Феликс в милой пижаме с котиками. Я подползаю ближе и опускаю голову на его колени. Феликс с нежностью поглядывает на меня и улыбается так, что теперь вся квартира заливается светом, словно во время самого разгара восхода. В квартире стоит аромат свежего брауни, который солнечный скрипач испёк совсем недавно. Стена увешана самыми яркими фотографиями. С них на меня смотрят две пары искрящихся глаз. Я снова смотрю на то, как Феликс отдаётся своей мелодии. Поднимаюсь и быстро чмокаю его в губы. Музыка прерывается. Смычек вместе со скрипкой ложится на диван. Я боюсь взглянуть в глаза напротив. Наверное этого не нужно было делать. Только не сейчас. Я испортил такую чудесную атмосферу. Я не нахожу больше слов кроме тихого «прости». В ответ вижу только недоумение напротив, и как же мне хочется сейчас стукнуть себя и громко прокричать «ЧАН, ТЫ ОБЛАЖАЛСЯ». Хочу сказать ещё что-то о том, как это было неуместно, но мои губы уже заняты. И отнюдь не разговорами. 9 июля Эээй, погоди, я ещё даже не переоделся! -я брыкаюсь и махаю руками в надежде вызвать жалость, но удача меня жестоко миновала. Феликс заливисто смеётся и тоже прыгает следом. Я подплываю к нему и начинаю брызгаться. Мы громко хохочем, по очереди бросая друг друга в воду. Город ещё не проснулся ото сна, а нам взбрело в голову искупаться до рассвета. Вода в море, конечно же, ледяная. Но стоит только привыкнуть-выходить не захочется. Поэтому идём на берег мы только спустя час активных игр. Море совсем успокоилось. Видимо виной тому то, что мы теперь на суше. Еле уловимые взору волны приносило к берегу, но своё путешествие они не заканчивали,разбиваясь о воздух и исчезая вовсе. Теперь повсюду был штиль. Уже сухие, мы уминали бутерброды, которые Феликс попутно пихнул в корзину со сладостями, запивая ароматным чаем из каких-то трав, которые мы нарвали в лесу по дороге сюда, а также с лепестками мяты. С волос Феликса стекала вода, поэтому спина в момент стала мокрой. Я взял полотенце и принялся сушить это солнышко, взъерошив его волосы. - Ты похож на барабашку. -посмеялся я. - Сейчас посмотрим, на кого будешь похож ты. -злобно хихикнул Феликс. Мне оставалось только спасаться бегством. Помогло ли? Совсем нет. - Теперь ты чижик. -победно улыбнулся Феликс. А я обиженно сложил руки в замок и отвернулся. Феликс подбежал и чмокнул меня в щеку. Я же не робот какой-нибудь, чтобы удержаться от улыбки. Пока мы бесились на пляже, солнце показалось где-то совсем низко, между морем и небом. Потихоньку начали открываться всякие магазинчики. По левую сторону от нас появилась пирамидка из досок для сёрфинга с вёслами рядом. - Ну же, чего ты как черепаха, или возраст уже не тот? -дразнится Феликс. - Ну погоди, вот догоню, и тебе не поздоровится. -пригрозил веслом я. Стараюсь грести быстро-быстро, пока не доплываю до Феликса. Он встал на доску, и уже хотел похвастаться тем, что умеет держать равновесие, как я столкнул его и прыгнул в воду следом. Мы вынырнули и снова встали на доски. Гребли мы на встречу солнцу. Оно уже поднялось чуть выше моря и окаймляло всё небо красным заревом. Вода, словно художник на мольберте, отражала в себе эту картину. Мы плывем совсем близко. Протянешь руку и встретишь в ответ другую. Феликс сел на колени и поманил рукой. Я изогнул бровь, но тоже сел на доску и придвинулся. Наши носы столкнулись, и мы неловко посмеялись. Я утянул Феликса в невесомый поцелуй. Целовал со всей нежностью, которую питал к этому удивительному парню. - Мой самый солнечный скрипач, я люблю тебя. Наши дни В квартире источником света является только тускло горящая настольная лампа. На кухне уже час дожидается своей очереди рамен. Не дождётся. Он давно остыл. Я сижу на полу, изучая замысловатые узоры на ковре, которые даже не могу разглядеть. В руках снова письмо. Я выучил его наизусть. Я скучаю. Скучаю по солнцу, которое перестало светить одному мне. Скучаю по теплу, которое перестало разливаться по телу тонким табуном мурашек. Скучаю по самой чувственный и наполненной эмоциями музыке. Скучаю по радости, наполнявшей каждую частичку воздуха. Скучаю по тебе, мой самый солнечный скрипач. Разворачиваю лист бумаги с дрожью в руках и подступающими к глазам слезами, что ждут своего часа, чтобы разлиться водопадом. Привет, мой милый Крис. Я ужасно хочу увидеться с тобой, но понимаю, как тебе будет больно отпускать, а мне уходить. Я так люблю тебя. Ты всегда делаешь меня счастливее. Всегда показываешь самое лучшее, что есть в этой жизни. С тобой мне всегда хорошо. Всё кажется правильным. Понятным. Прости меня. Я не должен вот так внезапно исчезать. Я виноват, знаю. Но надеюсь, что и я смог сделать тебя хоть на капельку счастливее. Ты этого заслуживаешь, моя любовь. Ты заслуживаешь счастья всего этого мира, всей Вселенной! Пожалуйста, будь счастлив. За нас двоих. У меня был выбор: уйти или прожить жизнь так, как я не хочу, с нелюбимым мне человеком. Я сделал выбор. Мне было сложно и боязно вываливать на тебя все проблемы, накопившиеся за много лет. Я рад, что не сделал этого. Мы смогли насладиться каждым мгновением, проведённым друг с другом. Это самая большая радость для меня. В какой-то момент на меня свалилось слишком много всего плохого. Я просто не смог бы идти дальше с таким же настроем и радовать тебя. Пожалуйста, не сердись на меня. И не плачь. Я не хочу, чтобы ты грустил. Время обязательно поможет тебе. Я хочу чтобы ты знал, что я всегда всегда буду с тобой, пусть ты этого и не видишь. Моя любовь всегда будет с тобой. Спасибо тебе за всё, мой самый родной человек. Твой солнечный скрипач Слезы не перестают литься и капают на ковёр, оставляя за собой следы. Я подавляю где-то в горле крик и всхлипываю. Встаю на ватных ногах и подхожу к стене. Снова разглядываю искрящееся на фотографиях лицо. Провожу пальцем по его щекам и грустно улыбаюсь. Вот мы купаемся в снегу. А на фотографии рядом Феликс позирует у красиво цветущей сакуры. Тут Феликс кормит уточек в городском парке. Снова и снова я разглядываю такие тёплые снимки, что оставляют терпкий отпечаток на сердце. - Спи спокойно, мой солнечный скрипач.