вулканический

он смеётся от каждого полученного сообщения. до алеющих щёк и намокающих глаз. и Джисон знает, что любит. у него — тепло под ребрами, трепет по рукам и непрекращающиеся мысли. у него клокочат чувства меж лёгких, как бабочки в банке, и он ни за что не хотел бы избавляться от них. ведь каждая минута кажется до странного счастливой, и секунды считать не приходится — они пролетают за мгновение от “привет“ до “пока“. и Джисон катается по постели в одиночестве в своей комнате: он улыбается до боли в щеках, смеётся до спазма в животе — и любит любит любит до головокружения и окрыляющего чувства безграничной радости. он пишет: “правда примешь меня любым?“, заранее зная ответ. он пишет: “я так счастлив, что ты существуешь“, с восторгом всматриваясь в фото в тысячный раз. он пишет: "я люблю тебя!" и сразу добавляет: “надеюсь, эти слова никогда не потеряют для тебя смысл“. а позже — разговоры всю ночь до утра, слезящиеся от экрана телефона глаза и любовь, спрятанная в каждой написанной букве. и на следующий день Джисон, щурясь от яркого света на съёмочной площадке, отмахнется и скажет: “засиделся в играх“, едва сдерживая улыбку. а после — сразу домой. и затем — телефон и чувства в нем. вскоре этого становится мало. переписки, звонки и даже видео Джисон заменил бы одной встречей и касанием рук. ему бы — соприкоснуться губами, ему бы под пальцами слегка сжать кожу на щеке во время поцелуя... он за возможность увидеться вживую пересёк бы поперёк рукав галактики, собрал бы самих ярких звёзд и принес бы комету, словив её за хвост. и если этого мало — он сделал бы больше. но пока Джисон может лишь сшивать из нот песню, рассказывая о своей чуткой привязанности, и мечтать мечтать мечтать до бесконечного и вечного — эти мысли окрыляют его и в то же время душат. и он любовь свою спрячет в недра вулкана — пускай она кипит там, как лава, пускай бурлит и греется — пускай хранится до пробуждения. и в самые черные ночи, в самые страшные времена и во всех безвыходных ситуациях у Джисона всегда есть свет — он хранится у него в руках, спрятанный за часовыми перепискам и десятками звонков. и однажды Джисон обязательно встретится. согреет губы в поцелуе, путаясь пальцами в волосах, посчитает чужое дыхание на своей коже, до трепета в груди цепляясь за руки и шепотом разговаривая до утра... но пока свою любовь он прячет в своем сердце, как в недра вулкана, — там тепло и мягко, безопасно и надёжно. никто не разобьёт, не повредит — и Джисон наполнится ею, пока не захлебнётся. а до тех пор... он вновь не спит до утра, улыбаясь на своей мятой постели. и снова пишет: “я люблю тебя. надеюсь, эти слова никогда не потеряют для тебя смысл“.