Мечта любой леди

Мой «господин из Браавоса» отыграл свою роль великолепно, так что я действительно ощутила себя прежней, притом уже на следующее утро. И выспалась, и чувства с ощущениями вернулись, и солнце за балконом показалось жизнерадостным, и тепло постели приятным. И за всей моей радостью, как выяснилось, тихо наблюдал мой драгоценный супруг с улыбкой на лице.        Исцелил жену! Помог с травмой разобраться. Ну разве не лапушка, а?        Мне остро захотелось что-то в ответ для него такое приятное сделать — ну там на морде у Караксеса в голом виде полежать в лучах солнца, чтобы супруг получил свободу рук, губ и всего, чем обладает. Но потом я внезапно вспомнила, что у нас тут юный гость образовался, и спросила:        — Что там с Джейсом, любимый мой?        Любимый фыркнул.        — Рейнис закинула его сюда, как мешок, на своей Мелеис, потому что дети ему написали, как им нравится игрушки делать. Пацан загорелся и решил присоединиться хотя бы за несколько дней до недели пиров. Это его версия для дедушки с бабушкой.        — А на самом деле?        — Он просто от них сбежал, а Драконий камень оказался рядом. В Королевскую гавань ему возвращаться не хочется после того, как ему так нагло врали его родители. А у нас тут вроде почестнее всё, вот он и решил пересидеть здесь.        — То есть он узнал, что Лейнор с Рейнирой ему врали?        — А то! После их побега Рейнис списалась с Лейнором, вызвала его на Дрифтмарк по срочному семейному делу и рассказала, что натворил его сын. Джейс устроил скандал, что его держат за идиота, Рейнис с Лейнором и раскололись. Теперь Джейс знает, что у его родителей был договорной брак по приказу короля, и злится уже больше на Визериса, чуть меньше на родителей — за враньё, но вроде как Лейнор смог его убедить, что любит и его, и Алисанну как отец, и что Рейнира их тоже как мать очень любит.        — Ох.        — Я ему подтвердил, что так бывает: родители могут любить своих детей и быть равнодушными друг к другу. Тогда Джейс попросил меня пообщаться с ним наедине как знающий взрослый, и я вывел его к скамейкам на горе.        — А наши дети как к этому отнеслись? — заинтересовалась я.        — Полностью поддержали и сказали мне: «Успокой его, пап. Мы надеемся на тебя». Я и взялся успокаивать.        Тут Деймон замолчал, и на его лице возникло такое непонятное выражение, будто он колебался, говорить дальше или нет. Я воспользовалась паузой и прикинула, что это могло бы быть, и мне пришло на ум, что он сомневается, посвящать ли меня в их мужской разговор. Ну, потому что он мужской, тет-а-тет, без свидетелей, и вроде как мальчишка ему доверился.        Мне, конечно, было ужасно любопытно, о чём они там беседовали — взрослый дядя с восьмилеткой — да так, что пришлось из замка среди ночи уходить. Но с другой стороны… подставлять мужа, которому оказали доверие, принуждать раскрывать чужие секреты (пусть даже маленькие) было как-то не с руки.        Доверие — важная штука. И между мной и супругом, и вот такое — у кого-то из нас с кем-то ещё.        Так что… любопытство любопытством, если буду настаивать — мне расскажут, но, пожалуй, обойдусь. Пусть их мужская тайна тайной и останется.        Я и так о Деймоне и от Деймона очень много знаю.        Так что я сказала вслух:        — Ладно, не надо. Мальчишка тебе доверился, это касается вас двоих.        Лицо Деймона стало каким-то растроганным, он молча поцеловал мне руку.        — Скажи мне, чего нам всем ждать тут дальше? Джейс с родителями в ссоре? Не в ссоре? На неделю пиров они прилетят? Визерис будет? Меня вот это как организатора интересует.        — О, ну смотри: с Лейнором Джейс расстался, пожав ему руку и заявив, что ему нужно это всё обдумать. Больше ни с кем, кроме наших детей и меня, не делился, его сестра Алисанна ничего не знает и, как Джейс считает, ему не поверит. Лорд Корлис с Рейнис собираются на неделю пиров, Алисанна собиралась точно вместе с Рейнирой — они не пропустят день сладостей, Лейнор — возможно, будет. Мой брат-обжора не пропустит такое точно. Так что ждём всех! Как всегда.        — Ну, хоть что-то в этом мире постоянное. Надеюсь, ты и наши дети этого мальчишку успокоят до начала праздников.        — Я тоже… — Деймон снова нашарил мою руку, но не чтобы поцеловать, а просто подержать в своей. — Знаешь, этот ребёнок ещё при наших детях так расстроенно высказался о том, что ему будет нелегко видеть нас с тобой — это несправедливо, но так выходит. А наш Джей возмутился и ответил: «Что ты такое говоришь? Наоборот смотри на наших папу с мамой как можно внимательнее, чтобы знать, как самому потом себя вести! Ты же когда-нибудь женишься!» И эта идея нашему гостю понравилась, так что в ближайшие дни мы с тобой будем для него как правильная семья.        — Мы с тобой всегда правильная семья, — поправила его я. — Ты — чудесный муж, самый заботливый, сам разумный, самый внимательный. Ты замечаешь всё и делаешь меня счастливой. Я просыпаюсь и радуюсь, что ты рядом со мной. Так что пусть ребёнок учится на очень хорошем примере.        Деймон на меня уставился как-то совсем странно: такой застывший и одновременно… даже не растроганный, нет, а какой-то беззащитный взгляд…        А потом он на меня накинулся, отбросил на пол одеяло и принялся зацеловывать и заняшивать буквально всю. Я вообще такой реакции вот прямо сейчас не ожидала! Обычные же комплименты вроде бы, не? Правдивые притом абсолютно: то, как внимательно Деймон считал моё замороженное состояние вчера, а потом так творчески из него вывел, — это дорогого стоит! Действительно и заботливый, и разумный, и самый лучший.        А иди ж ты! Вон что устраивает, как будто его впервые в жизни похвалили.        Не, не зря ещё в моей прежней жизни у нас по соцсетям ходили и мемы, и комментарии на тему того, как редко мужчинам делают комплименты, причём настолько, что они их все потом всю жизнь помнят!        Все пять!        Ну, или у кого-то три… У кого-то один… Кому-то десятилетнему продавщица на рынке сказала, что у него глаза очень красивые и выразительные, когда он джинсы мерил и на картонке стоял, и он вон в сорокалетнем возрасте с теплотой это вспоминает… Кого-то контролёр в автобусе похвалила ещё школьником за сильные руки, он об этом вспоминает раз в год… У каждого свой списочек таких вот услышанных от женщин комплиментов, и все очень дороги их сильному мужскому сердцу.        Я, кстати, ещё в первой своей жизни это проверяла: могла сказать какому-то бородатому суровому мужчине, что у него красивый тембр голоса, очень приятно слушать (что было чистой правдой), и после этого с минуту наблюдала растроганное лицо этого сильного и уверенного в себе здоровяка, одновременно такие неверящие глаза и попытки что-то говорить мне, не показывая, насколько ему приятно. После этого начинаешь верить в мемы.        Они реально правдивы, потому что мужчин в принципе недохваливают, считая, что комплименты нужны только женщинам, а это не так. Поэтому и с Деймоном я если вижу за что похвалить — сразу хвалю. Если не вижу — приглядываюсь. Самые вот такие брутальные, сильные, уверенные могут нуждаться в похвале больше всех, в том числе и потому, что своей уверенностью производят впечатление, что им-то такое точно не надо! Глупости всякие… Ерунда…        Ага, ага.        Ещё как надо!        Такие как раз и недополучают.        Но я надеюсь, это всё-таки не случай Деймона, потому что вот с ним я стараюсь, чтобы он слышал от меня регулярно, как и в чём именно он хорош, и как мне с ним повезло. Вон — сейчас выдала спонтанно короткий монолог на эту тему и что получила?        Состояние счастливой возбуждённой лужицы. Вернее, сначала — возбуждённой, потом — лужицы. И главное, этот мой энергичный мужчина мастерски довёл меня до всяких громких звуков! Просьб! Восторгов! Я его умоляла, вообще-то, и даже не один раз! А он только старался ещё больше и больше…        В результате, когда у меня не осталось никаких сил кончать, а мой любимый в этом убедился и распластался рядом, я сообразила, что у нас в гостях мальчишка, и он даже не в гостевом крыле ночевал, потому что дети забрали его расстроенного в свою общую комнату.        И это он всё сейчас слышал?!        — Деймон! — укоризненно посмотрела я на него. — Джейс же здесь!        — И что? — даже ухом не повёл этот тип. — Пусть знает, как должно быть в правильной семье.        Я попыталась изобразить укоризненный взгляд. Вообще зря, потому что Деймон выдал на него очень сытую самодовольную улыбку, погладил меня кончиками пальцев по руке и добавил:        — Не забивай голову. Весь Драконий камень привык, и этот привыкнет. Нормально всё будет.        Р-р-р!        Вот эта его беззаботность… Иногда просто раздражает… И тут самое главное — поскорее с этим раздражением справиться, пока мне не устроили второй раунд отвлечения от всяких посторонних мыслей.        Я тяжко вздохнула, глядя на любимое бесстыжее лицо — оно заулыбалось ещё шире, и уткнулась носом в подушку. Вот на её мягкость всегда можно было рассчитывать!        ***        Неделя до начала нашего фестиваля еды пролетела как-то очень быстро. Джейс, который повеселил Деймона пылающими ушами в самое первое утро после своего прибытия на Драконий камень, вскоре свыкся с нашей любвеобильностью и тем, что Деймон, по всей видимости, взял себе за правило показывать гостю, как надо обращаться с любимой женщиной. Он целовал мне руки, лицо, ловил за руки, приобнимал, крепко обнимал, усаживал себе на колени по вечерам, ухаживал за мной за столом, уносил на руках в спальню. Каждый раз у Джейса было очень выразительное лицо с распахнутыми глазами, а наши детишки тайком хихикали в кулачок и показывали Деймону знаки типа: «Давай, пап! Всё правильно делаешь!»        И вот вроде бы я, взрослая (формально) женщина, мать троих детей, хозяйка целого острова… Надо же быть серьёзной, да? К порядку там призывать, к приличиям…        Но мне было откровенно лень по очень важной причине: Джейсу уже сейчас слишком явно нравилась милаха Хелейна. И мне тоже нравилась эта девчонка, которая, кстати сказать, росла совершенно не замкнутой, а очень даже живенькой и активной. Жуков, конечно, все равно любила и собирала, но увлекалась не только ими.        А ещё она обожала танцевать, притом как с моей Висеньюшкой — они в этом случае зажигали в самом центре зала, так и — ещё больше, наверное — с Джейсом. Он единственный умудрялся заставлять ей не просто улыбаться, а хохотать. Звонко и легко.        Как-то на очередном праздновании дня рождения короля Визериса Хелейна бросила мне фразу: «Ты не дала танцевать драконам, тётя, поэтому я могу танцевать!» — и умчалась к своему Джейсу.        В общем, Хелейна росла солнечной и очень приятной девочкой, я всеми лапками болела за её сближение с Джейсом и уже раскидала соответствующие намёки её родне (включая Рейниру, Алисенту и Визериса), что у такой пары возможно очень хорошее будущее, и вся родня мне вняла, возражений не имела. А раз так, надо, чтобы милахе Хелейне достался достойный милаха-муж, поэтому я всё-таки была за то, чтобы Джекейрис рос джентльменом и рыцарем, и вырос в хорошего супруга.        Поэтому я даже с ним за эту неделю наедине пересеклась, поинтересовалась, как ему у нас, — он ответил, что всем доволен и благодарен. А потом как-то к слову пришлось, я сообщила ему, что не знаю, о чём он говорил с Деймоном, когда прибыл к нам, но если ему нужно будет спросить о чём-то меня, услышать женское мнение, я охотно отвечу.        Парнишка тогда даже слегка завис, но потом тряхнул своей белой и пушистой копной волос и ответил:        — Я это запомню, тётя Рея!        И тут же — через пару секунд — спросил:        — А вы правда любите дядю Деймона?        — Очень, Джейс. Он моя самая большая любовь, мой главный и единственный мужчина, и я благодарна богам за то, что они свели меня именно с Деймоном. Да ты сам посмотри на него: разве можно его не любить?        — И он вас тоже любит… — как-то невпопад ответил мальчишка, потом встряхнулся, извинился и умчался к моим детям.        Это было позавчера.        Ну а сегодня с самого утра на Драконьем камне началась неделя пиров, а с ней и большое сумасшествие в виде всё прибывающих кораблей и толп гостей. Шумно было ужасно! Пахло невероятно вкусно! Люди здоровались друг с другом, общались, приценивались, присматривали себе поваров… Повара готовили и заготавливали, уже начали участвовать в конкурсах мастерства, показывали мастер-классы по готовке. Сегодня был день первых блюд, поэтому тут и там по Драконьему городку в лавках и на открытых прилавках булькали разные супы, где-то варили бульон, где-то уже собирали похлёбку…        Вся моя семья занималась приёмом гостей: Деймон неустанно здоровался с разными лордами, я — с дамами, дети приветствовали других детей и утаскивали их в свой кружок. Эта суета меня настолько захватила, что я едва не столкнулась с группой из трёх дам и, что ещё важнее, не сразу сообразила, кто передо мной. Узнала их только по тёмным волосам и значкам в виде оленя!        — Леди Драконьего камня, — коротко поклонилась мне старшая. — Я леди Штормового предела, Кассандра Баратеон, а это мои сёстры Флорент и Эллин.        — Добро пожаловать на Драконий камень, миледи, — улыбнулась им я, пребывая немножко в шоке.        Мы не пересекались!        Ни разу за годы жизни на Драконьем камне я не видела этих сестёр Баратеон, они не приплывали сюда, а на общих праздниках в Красном замке я их тоже не встречала. И тут такой сюприз.        Видимо, Кассандра моё удивление заметила, так что пояснила:        — Леди Рея, мы не посещали это место при вашем пребывании здесь, однако слава о ваших праздниках стала такой громкой, что мы не удержались. Надеюсь, наше прибытие сюда не будет сочтено вами и вашим принцем-супругом как дерзость после неприятных событий девятилетней давности?        А вот тут, как бы гордо она и её сёстры ни пытались держаться, кое-какая неуверенность в её голос всё-таки пролезла. Ну да, их отец собрал армию и подстроил Деймону западню, чтобы убить его, а вместо этого я сожгла всю эту армию на драконе Деймона. А их отца за измену обезглавил Визерис. Воистину неприятные события!        С другой стороны, счета остались в прошлом.        — Ничуть, леди Кассандра, — отозвалась я. — Всё уже в прошлом, лично с вами я вообще ни разу не встречалась. Не знаю насчёт моего супруга…        — С ним мы не общались ни разу.        — Тем более. Ваша сестра должна была вам уже давно написать, что между нами нет счётов, так что я надеюсь, ваше пребывание здесь будет приятным. На Драконьем камне рады гостям.        — Приятно слышать, — повеселели все три дамы. — Принц Деймон.        Меня со спины обхватил и прижал к себе мой супруг, и чмокнул в макушку.        — Приветствую на Драконьем камне, леди Баратеон, — быстро сориентировался он.        — Мы рады быть здесь. Нам хочется верить, что нашей сестре Марис здесь нашлось применение, — заявила Кассандра.        — Да, и что она достаточно расплатилась за всё, что вам сделал наш отец, — с какой-то даже… надеждой добавила Флорент.        — Ваша сестра оказалась нам очень полезной, — честно ответила им я и нашла глазами Марис: эта стройная девушка стояла в десяти домах от нас и с тревогой посматривала в нашу сторону. А вот Али держался рядом и грел уши, вероятно, чтобы донести детали разговора ей.        — Это хорошо. Мы были рады тому, что вы приняли её труд, хотя и не слышали, за кого вы её выдали.        — Пока ещё ни за кого.        — О, понимаем, вы подыскиваете кого-то достаточно… подходящего, чтобы она продолжила расплачиваться за всех нас уже с ним.        У меня возникло дикое желание почесать себе репу.        Что?!        Нет, серьезно: что?!        — Мы действительно это понимаем, — поддержала Кассандру Эллин. — И вы вольны поступить с Марис так, как вам заблагорассудится. Это меньшее, что Дом Баратеон может сделать для вас.        Кажется, я слишком обалдела, так что мой муж вмешался:        — Моя леди-жена так и сделает. Хорошего отдыха на Драконьем камне, леди!        Баратеоновские дамочки раскланялись, поблагодарили его и потопали осматривать лавки. Я же очень медленно развернулась к своему супругу.        — Мне показалось, или эти трое ждали, что мы будем издеваться над Марис через брак?        — Они точно ждали, что ты выдашь её за какое-то чудовище, — подтвердил Деймон.        — У меня настолько кровожадная репутация? Это же ты у нас свирепый дракон, а тебе не должно быть дела до браков девиц.        — Рея, ты летаешь на драконе, — фыркнул он. — И ты сожгла заживо отряд их отца ещё девять лет назад. Всё ещё считаешь, что тебя нельзя заподозрить в кровожадности?        — Э-э…        — Вот именно.        Ладно, с этой стороны я на ситуацию не смотрела. Однако насчёт брака идея всё-таки хорошая, да и жених у Марис есть готовый. Можно и выдать.        Я повертела головой и нашла взглядом Али.        — Подойди-ка, Али!        Этот красивый парень с сумкой-планшетом тут же приблизился к нам с Деймоном.        — Да, леди Рея?        — Ты слышал наш разговор с Баратеонами сейчас насчёт замужества Марис?        — Слышал, миледи.        — Ну, тогда не теряйся! — подмигнула ему я.        Однако парнишка вместо того, чтобы обрадоваться и помчаться к Марис, как-то смутился и опустил голову, начал ковырять дорогу.        — Что такое? — вообще не поняла я.        — Да вот… Я понял, на что вы намекаете, миледи, но только для Марис я друг и никак не больше.        А вот это неожиданно было!        — Да ну! Вы же столько времени проводили вместе все эти годы!        — Проводили, всё правильно. Я старался ей помогать, поддерживать. И она очень хорошая, правда. Но только в сердце у неё другой, а я просто друг.        Али стал ещё сильнее расковыривать дорогу. Вмешался мой муж:        — И кто же этот другой? Он вообще знает об этом?        — Знает, мой принц, только чувствует себя в тупике, потому что леди Марис принадлежит вам, а значит, рассчитывать на брак с ней он не может.        — Имя, Али! — потребовал Деймон.        Парнишка поднял глаза, опустил, снова поднял и… набрав побольше воздуха в грудь, выдохнул скороговоркой:        — Лорд Уиллем Блэквуд.        Упс!        Вот это было неожиданно вдвойне!!!        Уиллем Блэквуд?! Серьёзно? Служит Деймону в гвардии и заглядывается на штормовую умненькую леди?        — Как я это пропустила? — вырвалось у меня вслух.        — Леди Рея, вы не виноваты! — тут же зачастил Али. — У них это совсем недавно началось. Вернее, это Марис поняла совсем недавно, с начала этого года примерно. А лорд Уиллем положил на неё глаз ещё раньше, но никак это не показывал, только вызывался в сопровождение, когда ей надо было кого-то в Драконьем городке поучить. Он мне как-то признался, что из неё бы вышла чудесная Леди Рейвентри, он бы с удовольствием её забрал в свой замок, но Баратеоны уже отдали её вам. Да и сам лорд Уиллем служит в вашей Драконьей гвардии, принц Деймон, так что вроде как тоже должен оставаться здесь.        — Лорд Уиллем поступил в мою гвардию ещё мальчишкой и волен покинуть её, когда пожелает, — заявил мой муж, и я его едва не расцеловала за это.        Деймон этот мой порыв просёк, хмыкнул и добавил для Али:        — Отыщи для меня лорда Уиллема прямо сейчас, Али.        — Слушаюсь, мой принц! — выпалил тот и умчался.        Деймон же улыбнулся мне шире.        — Ну что, готова расстаться с нашим подарком, Рея?        — Очень готова! Марис, конечно, чудесная, но если там такой ценный роман, и целый лорд готов взять её в жёны, разве я встану на пути у счастья молодых?        — Знаю, что не встанешь. Потому и послал за женихом.        — И прекрасно! — я поозиралась по сторонам, засекла сестёр Баратеон у лавки с обувью, и тут мне пришла идея: — Надо им прямо здесь свадьбу устроить. Быструю, на неделе пиров, пока эти сёстры здесь, чтобы они её увидели. Но держать в тайне от них, кто выходит замуж, до самого конца. Хочу увидеть их лица!        — И после этого ты считаешь, что не кровожадная? — заявил Деймон. — Но я согласен. Готовь всё необходимое, мы приведём на их свадьбу короля.