Несчасный случай 2ч

Через время, с улыбками на лицах и радостью внутри, они пришли в центр, на площадь. Та была совсем не большой, с высокой ёлкой в центре, обвешанной пёстрыми игрушками и яркими гирляндами на ветках, и гладким катком, стоящем в стороне. Сейчас ещё было светло, однако вечер подкрадывался всё ближе. Компания подошла к ограждению катка и прошла ко входу. Там, под навесом, были хранения и прокат самих коньков, пара скамеек. Семейство взяли в аренду четыре пары обуви и две камеры, по одной на две пары ботинок и сапог. Переобулись, спрятали вещи и отправились на лёд. Родители, сразу же, взявшись за руки, поехали куда-то в центр, к другим людям. Ян оставался прямо у входа, держа Агату за руку и наблюдая за её неуверенными шагами. Девушка, проскользив всего пару сантиметров, с ужасом схватилась правой рукой за бортик и испугано осмотрела молодого человека. Тот, с улыбкой и не спеша повел её по периметру. Агата же настороженно глядела себе под ноги и с опаской скользила вперёд. Размеренно и медленно, они проехали полкруга. После, девушка убедила его, что дальше сама и забрала свою ладонь, положив её на бортик. Ян, не сильно доверяя её навыкам, остался рядом, наблюдая за тем, как она пробирается дальше, держась за ограждение. Спустя минуту, как она удалилась, подъехал ближе. Агата, заметив его слежку, быстро отогнала и ускорилась вдоль бортика. Ян только улыбнулся, смотря на это. Снова подъехал и стал медленно двигаться вместе с ней. Спустя пару метров, девушка недовольно и возмущённо посмотрела на него. Тот лишь весело поднял ладони и отъехал назад. Агата недовольно погрозила ему пальцем и вернула глаза на лёд, продолжив скользить вперёд. Родители, что нарезали пятый круг, наблюдая за этим, только улыбались и вспоминали себя молодых, как сами познакомились и как папа ухаживал за своей возлюбленной. Ян же после таких угроз, отъехал ещё дальше, развернулся и направился по кругу, против часовой стрелки. Сначала ехал спокойно, после начал разгоняться. Ещё. Быстрее. Пройдя круг, он продолжал набирать скорость. Неизвестно почему, но ему хотелось бежать, куда-то вперёд, быстро. Очень быстро. Пригнулся. Руки ходили синхронно с ногами. Шаг стал шире, решительнее. Полосы от коньков - длиннее и глубже. Он не знал с какой скоростью бежит, но она казалась высокой. Ещё быстрее. Ещё. Холодный ветер в лицо. Острый и мелкий снег. Люди. Их тела сменялись очень быстро. Многие уходили с пути, дабы не сбил. Они убегали дальше к борту. Казалось, Ян сошел с ума. Он не мог остановиться. Не хотел. Хотелось только скорости. Чего-то быстрого, стремительного, опасного. Мозг пустовал. Под курткой становилось жарко. Кожа пыталась охладиться. Он начал интенсивно потеть. Закружилась голова. Было жарко. Душно. Воздух... Его не хватало. Глаза. Они замёрзли, кололи, болели, высыхали. Гортань обжигал холод. Лёгкие быстро раздувались и сдувались. Быстро. Даже слишком. Образы перед глазами начинали плыть. Сбросил скорость. Сердце билось везде. В груди, ногах, горле, голове. Изо рта продолжал идти горячий пар. Много пара. Положил руки на горло и грудь. Силы почему-то ушли. Появилась странная слабость. Он перестал перебирать ногами. Ехал только по инерции. Судорожно расстегнул верх куртки. Легче не становилось. Сердце билось как в конвульсиях. Лёгкие не выдерживали. Голова разрывалась. Она собиралась вот-вот лопнуть. Ян весь побледнел. Его опустевшие глаза с трудом разбирали где люди, а где предметы. Ехал прямо. Ноги и весь скелет с мышцами больше не хотели держать его тела. Они собирались сдаться совсем скоро. Приблизился к бортику. Упёрся рукой. Она не хотела этого. Не удалось её даже напрячь. Облокотился всем боком, продолжая часто дышать. Рядом появились какие-то голоса. Цветные пятна. На плече что-то было. Голоса... Что они говорили? Это был только какой-то бубнеш. Ян ничего не понимал. Просто голоса. Мужской, женский, пятна. Ноги оторвались от мозга. Они полностью расслабились. Всё тело полетело вниз. Кто-то остановил падение. Его взяли за плечи и прижали копчиком к ограждению. Голоса... Ноги полностью отняло. Голова же не имела сил даже подняться, так что продолжала безжизненно висеть вперёд. Мастеру оставалось смотреть только на несколько размытых пятен внизу. Голубое, два чёрных и белое. Он уже не мог понять, что это, где это, да и кто он вообще такой. Голоса продолжали что-то бубнеть прямо на ухо. Плохо слышно из-за какого-то шума. Море, плохой сигнал или что-то в этом роде, но оно завладело его ушами и не собиралось впускать что-то другое. Гул. Пятна становились всё больше и тускнее. Тело не контролировалось и жаждало расслабиться. В какой-то момент, совсем скоро, оно так и сделало. Глаза мгновенно закрылись, а мышцы потеряли контроль. Под собственным весом, Ян упал на лёд в полном отсутствии сознания. Даже отцовские руки не смогли удержать его. Испуганная мама стояла рядом, прикрыв руками рот и нос. Агата же - слева от неё, держась за борт и шокировано смотря на тело возлюбленного. Вокруг, также, стояли несколько людей. Некоторые, что продолжали кататься, поглядывали сквозь головы в толпу и интересовались, что, всё-таки, произошло. Папа, взволнованно осмотрев ребенка, быстро нагнулся к нему, обхватил за рёбра и попытался поднять. Мгновенно схватился за спину и жалобно пискнул. Слегка приподнятый Ян, снова, упал на холодный лёд. Женщины продолжали беспокойно наблюдать. К счастью, подошли двое молодых людей. Один из них был под два метра ростом и широк в плечах, второй немного ниже самого Яна. Оба казались спортивного телосложения. Они присели к бессознательному телу. Приподняли и перебросили руки себе за шеи, обхватили торс. Начали аккуратно подниматься. Папа, к этому времени, выровнялся, только потирая поясницу и жалобно смотря за сыном. Все трое стали ровно. Голова Яна продолжала болтаться где-то впереди. Сам он, также, был бледным, холодным и со снегом на щеке. Его не спеша поволокли к выходу с катка, оставляя после себя две непрерывающиеся, тонкие и неглубокие царапины, из-под его коньков. Родители взволнованно направились следом, прихватив с собой Агату. Девушка схватилась за руку Марины Васильевны и нервно проехала центр катка. Остальные отдыхающие провели их беспокойными взглядами. Сойдя со льда, Яна посадили на скамью, под стенкой и облокотили на неё же. Родители и Агата зашли буквально сразу же. Подошли к молодым людям. Рядом уже взволнованно ждал немногочисленный персонал катка, состоящий из трёх человек. Незнакомцы, что приволокли его сюда, пока не отходили. Невысокий взял пострадавшего за макушку и начал легко бить по щекам, приводя в сознание. Второй придерживал плечо, чтоб тот не упал. Мама беспокойно наблюдала за этим, прикрыв рот и со слезами на глазах. Папа спрашивал персонал об аптечке. А Агата слегка обнимала Марину Васильевну и пыталась успокоить, взволнованно поглядывая на любимого. В конце концов он начал приходить в себя. Неуверенно двигая заторможенной головой и глазами, пытался смотреть по сторонам. Тот, что его бил, схватил за плечи и уверенно посмотрел в глаза: - Ян, ты не сдохнешь просто так. Мастер слегка улыбнулся: - И я рад тебя слыдеть... Второй усмехнулся, слыша это и наклонил к нему голову: - "Слыдеть"? - начал он басом. - Это ты у Макса нахватался? Тот заторможенно посмотрел на него: - А у кого ещё..? Агата, наблюдая за этим, только удивлялась какие у Яна бывают друзья. Мама же взволнованно подошла к нему и обняла. Низкий немного отошёл, спрятав ладони в карманы джинс и поглядывая на приятеля. Папа же вернулся и радо осмотрел ребенка: - Ян, ты не представляешь, как напугал нас... - Ну... - заторможенно усмехнулся тот, отпуская маму. - Всё же обошлось. Я живой, - осмотрел всех. Женщина как раз выровнялась и стала рядом. - Ты же, - сомнительно начал обладатель баса, осматривая собственный кулак, - помнишь, что я ненавижу твой чёрный юмор? Тот, покосившись на знакомого, быстро откашлялся и спокойно продолжил, опустив голову: - Ну, вспомнил уже... Знакомый выдохнул, опустил руку и отошёл ко второму другу. Стал немного позади. Агата ещё раз осмотрела незнакомцев. Те осмотрели её, всё семейство. Ян продолжал быть в полуживом состоянии, с бледным лицом и холодной кожей. Вскоре, семья решила отправиться домой, а старые друзья вызвались донести знакомое тело домой. Ян хотел возразить, но приятель просто закрыл ему рот ладонью и дождался пока тот успокоится. Когда это наконец произошло, убрал руку. Девушка как раз, отметила для себя, как может заставить любимого согласиться на принятие помощи. Все переобулись. Приятели взяли Яна под руки и поволокли на улицу. Родители и Агата шли следом. Сейчас, самый яркий весельчак, молчал и даже не из-за того, что еле перебирал ногами, а из-за громилы, что поддерживал слева. Второй же расспрашивал как тот поживает, чем сейчас занимается и вообще куда пошёл учиться, работать. Мастер отвечал скудно, точно по делу, ни шагу в сторону, ибо там ждала неминуемая шутка с последствиями в виде недовольства слева. Несмотря на то, что Ян слегка побаивался его, в действительности, он никогда не видел его злым или рассерженным. Но лучше было перестраховаться, ведь стычки с таким человеком, он мог просто не пережить. Громила же совершенно не разделял его напряжения. Молодой человек спокойно шёл вдоль дороги и слушал разговор приятелей. Он практические не говорил, только, если спрашивали о чём-то. Агата же совершенно не боялась этих двух. После нескольких встреч с Виктором, она боялась только его агрессивного настоя, так что, также, спокойно шла позади и слушала. Родители же волновались за состояние ребенка. Несмотря на некоторую энергию, он продолжал выглядеть плохо, будто скоро упадет. Ноги не спеша, но более уверенно, продолжали топтать асфальт, движения рук и головы слегка ускорились, речь стала чётче и громче. Но всё также, оставалась бледность, холод кожи и пульсирующие вены на шее, блеск липкого пота на коже. Не так быстро как хотелось бы, но они пришли домой. Приятели завели прямо внутрь и посадили на тумбу для обуви. Агата помогла ему раздеться и разуться, хотя Ян пытался сопротивляться. У него плохо получалось. Мама же пригласила новых гостей на чай, в знак благодарности, но те быстро отказались, попрощались и ушли. Папа проводил за ворота и ещё раз поблагодарил. Когда вся семья разделась, молодого человека отвели наверх и положили в кровать, укрыли. Тот из всех оставшихся сил пытался встать и начать говорить, что не нужен ему отдых, но Агата быстро остановила всё это. Чтобы отправить его обратно на подушку, хватило всего лишь нажать одним пальцем в центр лба. Ян мгновенно приземлился затылком на ткань и погрузился в мягкость. Прикрыл глаза. Родители ушли придумывать как ему помочь. Агата же присела на край и посмотрела на него. Тот, не выражая эмоций, шевеля только глазами, осматривал её. Спустя минуту, легко, еле заметно, погладил её ягодицу ногтем среднего пальца и посмотрел в глаза. На что услышал усталое: - Ян, ты полчаса назад в обморок упал... - И... - слабо выдавил он. - Что? - Тебе спать надо. - И что? - Ты плохо выглядишь. - Я и не называл себя первым красавцем. - Ян... - измученно протянула она, согнулась и подперла голову ладонью, упёршись локтем в колено. - Почему ты шутишь? Тебе же плохо. - И что? Это не причина не шутить. - Тебе очень плохо. - Кто тебе сказал такую глупость? - Твой обморок. - Я споткнулся и упал. - На месте? Ты на месте споткнулся? Тот молчал, отведя взгляд и продолжая гладить её ягодицу несколькими пальцами. После, продолжил: - Тебе показалось. Агата тяжело выдохнула и поднялась. Отвернувшись, сделала несколько шагов в сторону и сложила руки на груди. Тот печально посмотрел на неё: - Ты куда? - Мне надоело это. - Ну, Ага... - Ян, ты постоянно говоришь, что мне показалось. Зачем? - пожала плечами. - Зачем ты это делаешь? - Не хочу расстраивать по пустякам... Зачем тебе оно? - улыбнулся. - Всё же в порядке. Она возмущённо повернулась и указала на него: - Не ври. Никогда не ври мне. - Но я не вру, - с такой же светлой и наивной улыбкой продолжил он. - Это правда. А́га, всё в порядке. Чего ты так волнуешься? - Ты. Врёшь, - вернула руку на грудь. - Но с чего ты взяла? Она тяжело выдохнула, развернулась и недовольно вышла, закрыв дверь. Спустилась вниз. Ян только провел её жалобным взглядом. Вздохнул и лёг на бок, лицом к стене. Укрылся с головой, приняв позу эмбриона, и закрыл глаза. Агата же спустилась в столовую, села за стол и продолжила дуться на него. Вскоре сюда пришла беспокойная Марина Васильевна. Девушка покосилась на неё и быстро отвела взгляд в сторону. Женщина, заметив это, подошла и взволнованно положила руку на плечо: - Что случилось, Агаточка? - Ваш сын не слушается меня, - недовольно буркнула гостья. - А как он сейчас и что с ним? Вчера был в порядке, а сегодня с самого утра сам не свой... Это же не отравление..? - сомнительно протянула она. - Нет, - быстро и тихо выдала Агата куда-то в сторону. Его мама тяжело вздохнула. Обернулась. Выдвинула стул из-под стола и села рядом, к девушке лицом. После, сложила руки на коленях и деликатно спросила: - Вчера что-то случилось? - Да... - виновато протянула Агата, повернув голову к женщине. - Что? - Он дрался вечером... Марина Васильевна печально опустила голову. Глаза её судорожно забегали по полу. Сжала губы. - Ч-что... - с дрожью продолжила хозяйка. - Произошло..? - Когда мы возвращались с прогулки, то встретили каких-то его знакомых... Они быстро разозлили его и... В общем, он ударил... Потом его ударили... А потом, снова, он... - Ч-что..? Кто..? Кто посмел сделать такое с моим сыночком? - посмотрела в коридор и громко выкрикнула. - Саша! Оттуда послышалось взволнованное: - Да? А? Что? Иду. Агата подняла голову и виновато осмотрела женщину, перевела глаза на выход. Спустя секунду, Александр Иванович показался в двери, держась одной рукой за выем. Супруга, всё ещё, смотрела на него. Взгляд её блестел. Мужчина беспокойно поспешил к жене: - Что случилось? Марин, что такое? Подошёл, положив ладони на плечи. Немного нагнулся. Марина Васильевна продолжала смотреть ему в глаза. - Марин, - взволнованно продолжил он, - что случилось? - Ян... - дрожащим голосом начала женщина. - Снова подрался... Это мигом разозлило отца. Тот выпрямился, сжав кулаки, и более спокойно выдал: - Не волнуйся. Я сейчас поговорю с ним, - строго указал на Агату. - А ты сиди здесь, защитница... Девушка даже испугалась такого тона. Проглотила слюну. Мужчина быстро опустил руку и тяжелым шагом отправился наверх. Женщины провели его взволнованным взглядом. Ян, тем временем, лежал под одеялом и пытался согреться. Было одновременно холодно и гулко в груди. Сердце продолжало выскакивать. Также, мучало недомогание и общая слабость. Неожиданно, в комнату ворвался папа. Молодой человек даже не успел отреагировать на это, как мужчина сорвал с него одеяло и сбросил на пол: - Что, малец?! Кулаками махать научился, а думать - нет?! Ян мигом понял, что будет дальше. Его глаза выкатились от ужаса, а дыхание замерло. Молодой человек быстро сгруппировался. Подобрал колени к подбородку и опустил голову, прикрыв затылок. Закрыл глаза и жалобно выдавил: - Па, не ругайся... Сейчас, он был не в состоянии возразить разгневанному отцу. - Да как же! - возмущённо развел руками. Резко обернулся и захлопнул дверь. Вернулся к ребёнку. Тот ждал в позе зародыша. Подошёл к кровати: - Ты что о себе думаешь?! - Ну па... - Ты хоть понимаешь, что наделал?! Кого ты избивал?! Кто удостоился столь великой чести стать калекой из-за тебя?! - Ну, па... - ещё жалобней протянул он. - Не "папкай"! Ты думать хоть умеешь, идиота кусок?! Или твои руки избивают каждого встречного?! - Па... - Замолчи! Назви хоть одну причину по которой ты не мог решить словами! Из-за какой ерунды ты поругался в этот раз?! А?! Тот возмутился. Открыл глаза и уверенно посмотрел на него, опустив руки: - Это не ерунда, - сел, подняв колени. - А что же?! - упёрся кулаками в бока. Ян начал злиться, сквозь зубы продолжил: - Эти уроды сказали, что я "купил" Агату. Было видно, что папе омерзительно это. Он замолчал, стиснув зубы. Сложил руки на груди. Ребёнок смотрел с возмущением, сидя на простыне. Неожиданная тишина озадачила женщин в столовой. Десяток секунд отец и сын молчали, после, Ян добавил: - Вот я и врезал. - Что было потом? - чётко и злостно спросил мужчина. - Их было трое, я один. Догадаться не сложно. - Как тебя били? - Это не важно. Главное, что я ответил тем же. - Кто это был? - Не имеет значения. - Имеет. - Какой смысл тебе знать это? - Разбираться пойду. - Не надо, - еле сдерживая гнев начал он, - ничего делать. Я уже всё решил. Они больше не приблизятся ко мне. - Статистика твоих драк говорит другое. Ян возмущённо посмотрел на него: - Ещё скажи, что записываешь каждую! - Ты каждый раз возвращаешься изувеченный! Что мне ещё остаётся делать?! Какого дьявола ты не вызвал скорую?! В обморок же падаешь! У тебя может быть сотрясение или сломано что-то! - Ничего у меня не сломано, успокойся! - Как я могу успокоиться, если ты возвращаешься еле живой?! - Карвалола выпей и успокоишься! - Не язви! - указал на него зажатым пальцем. - Я и не язвлю. Тот опустил руку: - Когда ты уже успокоишься и перестанешь нарываться на неприятности? - Когда состарюсь и умру. - Пожалей хоть нас с мамой! У нее нервы и так на пределе! - Я и жалел! Не рассказывал! Это Агата проболталась?! Да если бы не она - мы бы сейчас не разговаривали! - И ты бы продолжал умирать! - Я не умираю! Успокойтесь все! Я буду жить до старости! - С таким характером - вряд ли! - Да я ещё детей своих переживу! Так что успокойтесь! Я не умираю и мне нормально! Хватит опекать меня! - Мы хотим как лучше! - А получается..?! Иди лучше маму успокой! - указал на дверь. - А сам чего не спустишься? - осмотрел ребенка. - Ты меня видишь? - возмущённо показал на лицо. - Я бледный как смерть! И холодный! Иди ты! У тебя хоть вид здоровый! - А с тобой, что делать? - А что со мной делать? - озадачился мастер. - Тебе врач нужен. Ян только закатил глаза, прижав губы. - И глаза не заказывай! - возмутился папа. Тот посмотрел на него: - Хочу и закатываю! - Не груби. - Я и не грублю! Мне нормально! Успокойтесь все! Не нужен мне врач! И вообще, через пару часов у нас поезд! Так что не трогайте меня! Не помру! - Ты ещё и на поезд собрался в таком состоянии?! - Да! - кивнул. - А что мне ещё делать?! Завтра на работу! - Только посмей! - указал на него зажатым пальцем. - Ты еле ходишь! Отлежись! Если возьмёшься за инструменты - самолично приду и уволоку в кровать! - Да если и возьмусь, как ты узнаешь об этом?! Успокойся! Я живой! - Ещё живой! - поднял палец кверху. - Па, да успокойся! - Легко говорить! - сложил руки на груди. - Ты бледный и немощный! - И что?! - Только посмей идти завтра на работу! - Я подумаю! А сейчас, - указал на дверь, - иди и успокой маму! - А ты не смей коньки отбросить, - указал на него. - Их уже сняли! Успокойся и иди! Папа недовольно осмотрел его, сложил руки на груди, возмущённо "хмыкнул" и вышел за дверь. Ян наблюдал злобным взглядом. Когда та захлопнулась, лицо мгновенно изменилось на жалобную гримасу мучений. Он сразу же прижал руку у животу и упал на бок. Скрутился, прижимая предплечье к кишкам. Прикрыл глаза и тихо протянул: - Дьявол... Я скоро на тот свет отправлюсь... Папа же, выйдя из комнаты, отправился на кухню, где ждали взволнованная супруга и гостья. Агата неуверенно посмотрела на мужчину и опустила взгляд. Марина Васильевна продолжала смотреть на него и ждать ответа на немой вопрос о сыне. Александр Иванович тяжело вздохнул, опустив руки и направился к ним. Оказавшись ближе, сообщил, что тот и вправду дрался, и получил по заслугам. Причину драки он не назвал, сказал только то, что она была весомой, но даже это не успокоило материнского сердца. Женщина продолжала волноваться за ребёнка, прикрывая рот ладонью и влажными глазами смотря на мужа. Те поблескивали на свету от скорых слез. Отец семейства сел рядом и обнял, пытаясь успокоить. Он всё говорил. Женщины слушали. Агата с опаской поглядывала на них. Александр Иванович сказал, что Ян в относительном порядке, хотя ещё не в норме и решительно собирается ехать обратно. Всех троих волновало то, как Ян доберётся и с чьей помощью, если с трудом ходит. Как залезет в электричку и как спустится и дойдет ли вообще. Агата сомневалась. Спустя время, они придумали как это организуют. Тут, до поезда, его донесёт Александр Иванович, а уже дома - кто-то из знакомых. Девушка надеялась на Макса, хотя его номера у неё не было, но был у Яна, а сейчас, пока тот в таком состоянии, забрать телефон и позвонить ему, было несложно. На этом и согласились. Вскоре, Агата поднялась в комнату, хозяева оставались на кухне. Ещё не открывая дверь, только держась за ручку, она услышала странные звуки изнутри. Насторожилась и испугалась одновременно. Прислушалась. Это не был храп, слова, даже заглушенные. Голос, но какой-то странный. Да, это, все еще, Ян, но... Этих протяжных звуков Агата никогда не слышала. Что-то еле слышное, длинное, монотонное и ужасно заглушенное. Нахмурила брови. «Может, это Рекс скулит..? - начали мысли. - Но собаки делают это выше...» Прокрутила ручку. Кажется, Ян услышал тихий щелчок. Всё затихло. Всё, кроме постели. Она зашуршала, но быстро успокоилась. Образовалась тишина. Агата медленно и тихо приоткрыла дверь. Настороженно заглянула внутрь. Ничего кардинального тут не произошло. Ян продолжал лежать лицом к стене и укрываться одеялом. К слову, Рекса здесь не было. Девушка вошла. Озадаченно покрутила головой. Прикрыла дверь и, ещё держась за ручку, негромко обратилась: - Ян, а... Её прервал демонстративный храп. Агата скептически осмотрела его. Вздохнула, закатив глаза. После, сложила руки на груди и начала: - Не прикидывайся. Тот продолжал храпеть и сопеть, до боли не убедительно. К тому же, у каждого его выдоха, как ни странно, была не нормальная интонация и протяжённость. Не нормальная именно для Яна. Слишком быстрая. Раза в два или три. Казалось, у него отдышка. - Ян, - недовольно продолжила девушка. - Ты храпишь по-другому. Не прикидывайся. Ты не спишь. Мастер игнорировал эти слова, продолжая стоять на том, что он, якобы, спит. Агата выдохнула и подошла. Посмотрела на лицо. Тот усердно и полностью прикрывал его углом одеяла, держа и прижимая к голове обеими руками. Продолжал более-менее ровно храпеть. - Что случилось? Тот не отвечал. Девушка присела на край. Странно, но от этого, Ян скукожился ещё больше. Сильнее прижал одеяло к лицу, колени к голове и, в принципе, немного отполз в сторону. Агату озадачило это. Опустила руки. Одну положила на середину его плеча: - Ты чего? Ян продолжал имитировать сон. Девушка же легла на его бок и немного приобняла, положив левый висок на ребра. Негромко протянула: - Буду греть тебя... Он не отвечал. Только храп становился более тихим и каким-то несвойственным. Протяженным, глухим. Задавленным. Ян со всей силы прижал одеяло к лицу и замер. Он не дышал, не храпел, не двигался хоть как-то. Только держал это одеяло и напрягал пресс. Агату пугало все это. Девушка взволнованно подползла выше и погладила его затылок, держась за плечо. Тот не реагировал. Она продолжала. Не спеша склонилась над ухом и прошептала: - Янчик, что с тобой..? Что случилось?.. - перевела взгляд на лицо, прикрытое тканью. - Чего ты такой странный?.. Неожиданно тот ответил. Голос его был тихим, отстранённым, заглушенным одеялом: - Всё в порядке. Пресс и всё тело оставались напряжены. - Но, Ян... - легла виском на плечо. - Что такое? Ты не такой как всегда. Что произошло? - Ничего. - Всегда, когда ты это говоришь - обманываешь. - Всё в порядке. - Но, Ян... - В порядке, - чётко перебил он. - Чувство, будто ты попугая проглотил. Ну, Ян... Расскажи, что такое? Тот молчал. Девушка нахмурилась. Опустила взгляд и прижалась к нему. Тихо продолжила: - Мы с твоим папой придумали как донести тебя до электрички. Он донесет тебя прямо до поезда, посадит и уйдет, а дома, я надеюсь позвонить Максу, чтобы он нас встретил и донёс тебя домой. Что ты думаешь по этому поводу? - печально взглянула на него. Ян молчал. Не пыхтел, не мычал, а просто лежал не издавая никаких звуков. Это обескураживало девушку. Она практически не понимала, что с ним происходит. Тихо удивилась: - Возражений не будет? Тот не реагировал. Дыхание постепенно возвращалось и Агата начинала не спеша ходить вверх-вниз на его плече. - Ян, - взволнованно продолжила девушка, - что произошло? Молодой человек только выдохнул и опустил одеяло на грудь, всё ещё прижимая к себе. В пустоту ответил: - Ничего... Агата не заметила существенных изменений на его лице. Он был, всё также, бледный и потный, разве что с красноватыми глазами и таким же носом. Но это, скорее всего, было из-за одеяла, которым он долго прикрывался. Яну же было плохо, как бы он не хотел это скрыть. В груди билось и сжималось, в горле - также. В конечностях было холодно. Глаза высыхали и болели. А в голове... Там было пусто. Он не хотел и не мог думать. В животе продолжало наполняться. Оно разливалось и не прекращало свой ток. Ещё не так много и Ян мог отправится на тот свет. «Долго я так не протяну, - пронеслось в мыслях. - Надо скорее идти обратно. Домой, если смогу...» Перевёл жалобный взгляд на девушку. Та лежала на плече и также жалобно смотрела на него. Опустил глаза. - Ян, - негромко обратилась она. Тот не реагировал. - А что это были за звуки? Продолжал смотреть на одеяло. - Я слышала какой-то вой странный или скулеж... - Это, - вяло начал он, - собаки за окном. Девушка покосилась на него: - Но оно закрыто. - У соседей хаски. Она громко воет. Вернулась к молодому человеку. Легла на плечо и вздохнула, осмотрев бледное лицо: - Ты сможешь подняться? - Да. - Уверен? - Нет. - Тебе очень плохо? Тот молчал, глядя вперёд. Агата пробежалась по нему взглядом. Не спеша поднялась и отвернулась к столу. Начала собирать вещи. Ян никак не реагировал. Он слушал её шаги, шуршание тканей, других вещей и продолжал отчаянно смотреть вперёд. Было тошно, душно, противно внутри. Через минуту или две, прикрыл лицо одеялом и закрыл глаза. Девушку только озадачивало такое поведение. Подобного упадка никогда не наблюдалось. Вскоре, когда она всё упаковала в сумку, попробовала на вес. «Тяжеловато... - протянули мысли. - Ну, а что мне ещё остаётся? - взглянула на молодого человека. - Сама тащить буду...» Поставила вещи на пол и подошла к Яну. Не спеша погладила плечо: - Янчик, нам на поезд скоро... Тот лениво повернул голову и посмотрел на неё, оставив одеяло на простыне. Его пустые, полные отчаяния, глаза пугали. Агата только вздохнула, смотря на это: - Я позову твоего папу... - направилась к двери. Молодой человек даже и не собирался провожать её взглядом. Он не спеша вернулся щекой на подушку и посмотрел прямо перед собой, на стену. Девушка, держась за ручку, обернулась. Осмотрела бледное и безразличное лицо. Поникла и быстро вышла, прикрыв дверь. Ян, слыша удаляющиеся шаги, тихо вздохнул и лениво перебросил всё одеяло перед собой, чтобы вставать было легче. Угол, которым прикрывал лицо, спрятал под самый низ. Обернулся. От смены расположения, закружилась голова. Начало подташнивать. Прижал ладонью рот и двумя пальцами крылья носа. Не спеша, с помощью второй руки, перевернулся на другой бок. Лёг, протянув руки. После, когда освоился в таком положении, спустил ноги. С помощью рук, сел. Голова, снова, протестовала. Резко зажал рот с носом. Желудок был также против. Спустя минуту, выдохнул. Послышались шаги. Больной лениво перевёл взгляд на дверь. Вскоре, она открылась. В проёме показались папа и Агата, за его спиной. Родитель мгновенно осмотрел бледного и немощного ребенка. Подошёл. Упёрся ладонями в бока: - Ходить можешь? Тот лишь жалобно покосился на него и тихо выдал: - Не знаю... Папа тяжело вздохнул. Девушка же взволнованно наблюдала за ними, стоя рядом с вещами. Отец немного присел. Перебросил его руку себе за шею, обхватил торс и повёл наружу. Ян перебирал ногами вяло и неохотно. Агата, схватив сумку, поспешила следом. Они спустились. Молодой человек смотрел себе под ноги и отчасти не понимал, что происходит. Подойдя к двери, слабо спросил где мама. Папа сказал, что дал ей успокоительного и отвёл в кровать. Сейчас она должна была спать. Яна посадили на тумбу. Он начал сам обуваться, хотя делал это невероятно медленно. За это время, родитель и Агата успели полностью одеться. Шнурки завязать он так и не смог. Сил не хватило затянуть концы. От этой беспомощности ему становилось хуже. В груди шумело, а горло сжималось. В итоге, папа помог завязать узлы, при этом не выдав ни одной язвительной шутки по этому поводу. После, Ян поднялся и с трудом надел куртку. Агата быстро застегнула её и натянула шапку ему на голову. Поправила. Отец, в это время, начал бить по карманам в поиске ключей. Молодой человек же, будто не замечая девушку, потянулся за сумкой, оставленной справа от него. Глаза Агаты выкатились. Она быстро остановила его руку и оттолкнула в сторону: - Не смей, - погрозила пальцем. Тот скептически посмотрел в глаза: - Я мужчина. Я, - указал на вещи, - понесу. - Ты упадешь, мужчина, - недовольно выдала она, сложив руки на груди. Папа, ещё держа руки на карманах, посмотрел на них: - Что происходит? - Этот, - указала девушка на Яна, - в обморок упасть хочет. Тот, на сколько хватило сил, закатил глаза, отведя их в сторону. Казалось, он просто посмотрел вверх. - Пусть только попробует, - высказался родитель. Ян немощно посмотрел на него и слабо выдал: - Я и не собирался... - Мы тебе не верим, - выдал папа. Молодой человек, снова, отвёл взгляд. Через минуту, когда мужчина, наконец, нашел связку, они двинулись в путь. Александр Иванович обнял сына за плечо и недовольно вывел на улицу, Агата поспешила следом, схватив по сумке в руку. Одну дорожную и одну обычную. Выйдя, родитель закрыл входную дверь, после, калитку. Всё это время и до самого поезда, Ян недовольно молчал, глядя куда-то в сторону. Он чувствовал себя самым беспомощным, жалким и гнусным. От подобных мыслей злился, но так слабо, что это можно было назвать только недовольством или легким негодованием. Придя на вокзал, зашли в комнату ожидания. Агата оставила сумку рядом с мужчинами, что сели на скамье и отправилась к кассам, покупать два билета в один конец. Немногочисленное семейство молчало. Каждый смотрел в свою сторону с недовольным и усталым лицом. Возвращаясь, девушка даже улыбнулась, глядя на их сходство. Казалось, это один и тот же человек, только отзеркаленный по вертикали и в разном возрасте. Один молодой, а второй зрелый, практически пенсионер. К моменту приезда нужной электрички, они вышли на перрон. Приехал поезд, открылись двери. Первой внутрь запрыгнула Агата. Девушка быстро оставила сумку на полу, у стены и начала принимать Яна, которого родитель насильно запихивал внутрь. Мастер из всех немногочисленных сил хватался за перила и пытался подняться, но это казалось слишком непосильным. Сзади, в спину толкал папа, помогая передвигать собственное тело, спереди, обхватив руку, тянула Агата. Другие пассажиры смотрели за этим с любопытством и каким-то волнением. - Упадет или нет? - интересовались некоторые. К счастью, он не упал. Залез. Схватившись за дверную ручку, в вагон, обернулся. Там, внизу, стоял взволнованный папа и махал, спрятав одну руку в карман: - Агата! - А? - рассеянно обернулась девушка. - Позвони, как приедете! Скажешь, как этот оболтус, - указал на сына. - Да, - судорожно кивнула. - Хорошо! - Пока, - взглянул на Яна. Тот слабо кивнул ему с печальными глазами. Свист поезда. Двери закрылись. Электричка тронулась с места. Вагон покачнулся. Ян, к счастью, не упал, хотя сделал бы это, если бы не Агата, что придавила его к двери. Когда качка усмирилась, а поезд начал набирать скорость, девушка отошла в сторону и нагнулась за сумкой. Молодой человек как раз двинулся в вагон. Сейчас он был заполнен пассажирами. Свободных мест оставалось не так много. Хватаясь за ручки на спинках лавок, и еле держа равновесие, он пробирался к центру. При виде еле живого человека некоторые пугались, хотя многим, а точнее большинству, было всё равно. Они спокойно продолжали говорить между собой, не обращая и малейшего внимание на эту агонию, что медленно подбиралась к ним. Агата догнала молодого человека, когда тот уже прошел три скамьи. Он будто не видел куда шёл и зачем. У девушки складывалось именно такое впечатление, так как пустые места вначале, он прошел без задней мысли. Взялась за плечо: - Ян..! Тот растерянно обернулся: - А? Что..? Агата указала на места позади. - Пошли. Реакция молодого человека была никакая. Он будто застывал, не понимая, что происходит. Спустя секунду, не спеша развернулся и, всё также, хватаясь за ручки, направился к скамье. Агата шла рядом. Посадив молодого человека, осмотрела мужчин, что сидели напротив. Те настороженно осматривали безучастного Яна. Мастер же мог только наблюдать за тем, что происходит вокруг. На остальное, у него просто не хватало сил. Девушка же обратилась к одному из пассажиров с просьбой поставить сумку на верхнюю полку. Те, сперва, даже не поняли, что от них хотят, так были увлечены разглядыванием живого трупа, но после, один из них поднялся. Когда до Яна дошло, что происходит, он пытался встать и возразить этому, но Агата достаточно не сильно нажала на его плечо и тот молча сел обратно. Мужчина же взял сумку и поставил наверх. Все сели. Пассажир на своё место, Агата - слева от Яна, сразу у прохода. Молодому человеку не нравилось всё это. Он чувствовал себя непонятно кем. «Слабый, несамостоятельный и беспомощный...» Девушка взволнованно осмотрела бледное лицо. Тот безучастно смотрел вниз, на свои руки и ноги, не говорил, и не реагировал, только изредка моргал и, кажется, дышал. Выдохнула. Также посмотрела вниз. После, достала телефон. Поняла, что не тот. Залезла в сумку к Яну. Тот оставался безразличен. Достав мобильный, разблокировала и залезла в список контактов. Пролистав, нашла Макса. Набрала, беспокойно гладя на возлюбленного. Мужчины, напротив, продолжали рассматривать его и думать, что же могло произойти. Гудки. Исчезли. Отвела взгляд вперёд: - Алло? - Да? А? Кто это? Агата? - Да, Макс, привет, - посмотрела на Яна. Тот моргнул. - Да, привет. Вы уже возвращаетесь? - Да и... Нам нужна помощь. - И какая же? - озадачился тот. - Эм... - прижала губы, посмотрев в проход слева. - Яну плохо. Ты мог бы нас встретить и помочь отнести его домой? - А..? - сомнительно протянул Макс. - А где он сейчас? Рядом с тобой? - Да, - кивнула. - И... И он не сопротивляется, слушая это? Посмотрела на молодого человека: - Нет. Ян моргнул. - Твою ж..! - испугался Макс. - Что произошло?! Когда вы будете?! Где встречать?! - Мы едем на центральный вокзал. Прибытие в семь сорок. - Да! Окей! Он там хоть живой ещё?! - Да... Дышит, моргает... - Ё-кэ-лэ-мэ-нэ! Скажи, чтоб не подыхал! Я уже выбегаю! - Ага, хорошо. - Всё! Давай! Сбросил. Агата только взволнованно посмотрела на чёрный экран. Вздохнула и вернула его в сумку. Осмотрела Яна. Тот не менялся. В молчании прошла вся дорога. Молодой человек будто спал с открытыми глазами. Смотрел в одну точку, покрывался мурашками и синевой. Даже не дрожал. Просто замерзал. Агата, наблюдая за этим, также, покрывалась гусиной кожей, только не из-за холода, а из-за волнения. Приехав на конечную станцию, девушка попросила всё тех же незнакомцев достать её вещи с полки, что они спокойно сделали, перед тем как отправились к выходу. Ян продолжал сидеть. Агата, пока что оставила вещи на скамье. Дождалась, когда весь проход освободится. Окликнула молодого человека: - Ян, пошли. Тот растерянно поднял голову и не спеша посмотрел по сторонам. Вокруг никого уже не было. Девушка помогла встать, схватила вещи и отправилась к внутренним дверям. За ними ещё были люди, что постепенно выходили на платформу. Молодой человек шёл следом. Неторопливо шагая к девушке, хватался за любую опору в виде стены или спинки другой скамьи. Выйдя в открытую дверь, впился в неё со всех оставшихся сил, чтобы не упасть. Перед ними оставались ещё трое. Агата, стоя у прохода в следующий вагон, держала сумки и взволнованно поглядывала на еле живого механика. Тот не изменялся в лице. Оно оставалось всё таким же безразличным. Подошла их очередь выходить. К счастью, перрон был на уровне выхода, так что карабкаться вниз не надо было. Первой выскочила наружу Агата. Она буквально перепрыгнула небольшую пропасть и мигом покрутила головой в поисках Макса. Вокруг шли люди. Все направо. Обернулась. Ян вылазил не спеша. Он впился рукой в железную дверь и, сосредоточенно глядя на брусчатку, сделал шаг, перенёс обе ноги и отпустил вагон. Выровнялся, жалобно смотря на Агату. Девушка быстро подошла к нему и подставила своё плечо. Тот, как бы он не хотел, приобнял возлюбленную и опёрся на неё. Та оступилась. Быстро восстановила равновесие: - Ян, а ты тяжёлый... Молодой человек только отвёл печальный взгляд куда-то в сторону и вниз. Агата осмотрелась. В толпе, спереди, мелькал кто-то очень наглый. Он бежал против движения, с криками "расступитесь" и "дайте дорогу". Девушка нахмурилась, глядя в ту сторону. Ян никак не реагировал. Этот кто-то становился всё ближе, но его лица, всё ещё не было видно. Будучи на расстоянии нескольких метров, Агата узнала голос Макса, так что подняла руку и громко выкрикнула его имя. Мастеру было всё равно. Он никак не реагировал. Его друг же наоборот. Сначала замер, прислушиваясь и осматриваясь в поисках источника звука, а после, когда нашёл взглядом Агату, что махала ему, разогнался и подбежал. При виде Яна аж вскрикнул, схватившись за сердце: - Ян, блин! Усмирить отдышку он даже и не пытался, хотя та была громкой. Друг совсем не реагировал на его восклик. Это пугало ещё больше. Пару секунд рассматривая бледного приятеля, Макс пытался хоть как-то понять, что с ним случилось, однако, ответа не было, так что он молча подошёл с другой стороны, перебросил левую себе за шею, обхватил торс и собрался идти дальше. Посмотрел на Агату. Та - на него. - Что случилось-то?! - испуганно выдал он. Девушка только вздохнула: - Он подрался... Макс недовольно посмотрел на бледное и опущенное лицо: - Ты дебил? - Нет, - тихо выдал тот. - А как-то не похоже. Ян молчал. - Чудовище... - возмущённо протянул он в сторону. Мастер игнорировал. Макс только вздохнул. Посмотрел вперёд и неторопливо пошёл, придерживая друга. Тот, как мог, перебирал ногами. Агата пристроилась справа. По дороге они предпочли не говорить. Агате сказать было не чего, у Яна не было сил, а Макс был до такой степени возмущен, что для приятеля оставались только отборные маты, вместо слов. Придя домой, поднялись на лифте. Агата быстро открыла, мгновенно включила свет и оставила сумку у стены, за комодом. Разулась и, бросив обувь, убежала в комнату. Макс же не спеша приволок друга к скамье над обувью. Посадил на неё. Тот жалобно посмотрел вверх. Приятелю оставалось только вздохнуть, глядя на это. Сложил руки в карманы. Неожиданно Ян начал говорить. Еле слышно начал: - Макс. - А? - озадачился тот. - Чего? - наклонился. - А ты завтра можешь опоздать на работу? Тот нахмурил брови: - Чего? Ян, чего ты хочешь? - Отнесешь меня в больницу? Сам я не дойду. Макс удивлённо выкатил глаза и медленно выровнялся, разглядывая его: - С тобой всё в порядке? Это вообще ты? Тот слегка кивнул. Неуверенно прикусил губу и тихо продолжил: - Только никому не говори. Особенно Агате. - Да ладно. Не буду. Но ты в порядке? Первый раз слышу, чтоб ты в больницу просился. - Чщщ! - приложил палец к губам. - Тихо. - Ну ладно, ладно, - начал шептать. - Буду тихо. Кто тебя избивал хотя бы? - Догадайся с трёх раз. - "Святая троица"? - Ага, - кивнул. - Кто в этот раз под раздачу попал? - Дима, кто же ещё? - До сих пор много говорит? - Ты ожидал другого? - Нет, конечно, - улыбнулся тот. - Это же "Димон". - Скорее демон. - Тут тоже поспорить сложно. Так что? - посмотрел вокруг. - Во сколько приходить за твоим телом? - вернул глаза на него. - Давай около восьми. Ты как, сможешь отпроситься на утро? - Думаю да. Я за Ярика два дня пахал. Пусть теперь он попотеет несколько часов. Не помрёт. - Ну, да... - Тогда давай, - поднял ладонь. - До завтра. И смотри на тот свет не отправся за ночь. - Угу, - кивнул тот. - Всё, давай, - махнул на него. - Давай. Макс опустил руку и повернулся к комнате: - Агата, пока! Я оставил это чудовище в прихожей! - Ага! Хорошо! Пока! Тот вернулся к приятелю. Махнул на него: - Снова, пока. - Угу, - слегка кивнул тот. Макс поспешил на лестничную клетку. Закрыл дверь. Та захлопнулась. Ян провёл его поникшим взглядом. После, опустил глаза на обувь. Начал не спеша разуваться. Вскоре, прибежала Агата, уже в домашнем халате и тапочках. Помогла расправиться с обувью. Поставила обе пары на свои места. Сняла сумку и куртку. Первую отправила на комод, вторую - на вешалку. Молодой человек неохотно приподнялся и отправился в туалет, девушка - на кухню. Позвонила Александру Ивановичу и сказала, что они уже дома. Тот интересовался, что с ребёнком. Девушка сказала только то, что ему до сих пор плохо. К ночи, лучше Яну так и не стало. Он немного поел за ужином и выпил три чашки чая. Подобная жажда настораживала и пугала. Душ он принимал с большими трудностями, так как постоянно чувствовал, что вот-вот упадёт. Приходилось упираться в стенку обеими руками и пытаться хоть как-то держать равновесие. До самого мытья речь заходила в последнюю очередь. Каким-то чудом, он всё-таки избавился от грязи и пота. Вышел чистый и мокрый. Буквально сразу же лег в кровать и уснул. Агата пристроилась рядом немного позже.