Недоступный секрет Находкинса

Он решил вернуться к своему делу, но теперь он решил лишь делать вид.Он не мог и Что же делать такому юноше в этой трюфельной долине, когда твоя семья абсолютно не любит тебя, доставляя тебе дискомфорт каждый день своим, то присутствием, то отсутствием? Безумно. Парень 23 лет, который оставался один, безумно жаждал любви. Безумно хотелось любви, власти, понимая, заботы. Паренек частенько «затуплял» свои страдания самоудовлетворением. Как и та ночь, которая решала всю его жизнь, тогда, когда Находкинс узнал, что люди узнали про Всменужки, когда он прекратил бренчать на гитаре, осознавая, что его следующий день, что его ближайшее будущее будет окутано в зеленых бумажках. Его день был насыщенный, и тогда он вновь решил, что пора заняться самоудовлетворением, но теперь он делил свое помещение с его семьей. Так что теперь он не один в доме, соответственно, он не смог заняться этим тихо, и без последствий. Это была его привычка. — Черт, ведь меня могут услышать, — смотрел в потолок Находкинс понимая, что ему скучно. Осознавание, что теперь его могут запалить, достаточно возбудило его, и он явно не смог уснуть, пока под одеялом было видно очертание его любви. Но он лишь решил сдержаться, и заснуть… С тех пор, у Находкинса не было возможности заниматься ЭТИМ. Тогда, пока он делал это громко, и мог лишь рассердится на желающих барбалутов залезть к нему в дом, то теперь его фабрика развивалась, и он не мог посвящать себе больше времени. Началась проектировка его города Тниидвиль. Тогда, он закрылся в своем кабинете, и занимался очень важной работой. Конечно же, за дверьми стояли его братья, а его мама, которая принимала людей к Находкинсу (только попробуйте заявиться туда, и попросить зайти к Находкинсу, сразу же получали лелей от его мамы). Дел было сотни, ведь нужно все гармонично сделать, чтобы людям жилось хорошо, и чтобы ни у кого не было подозрений. — Итак, значит спортзалы будут находится здесь и здесь, а магазины сладостей будут ближе к центру города… Находкинс кусал губу, а его бедра начали тереться. Тогда он и не заметил, как вновь ему начало лезть в голову неприличные мысли, а его рука уже лежала на бедре. — Ссссс… — Прошипел Находкинс, — черт! Откуда ему так сильно хотелось любви? Бедняга работал сутками, постоянно уставал, и не успевал даже расслабиться физически. Тогда он решил почитать свои журналы, чтобы отвлечься. Кажется, что его редакторы отлично справляются против активистов. — О, да, Тниид на постере, и каждая страница имеет хотя бы часть, задумался Находкинс, — Вот бы сами журналы были из Тниида. Но лучше не стоит, хотелось бы настоящих денег, — начал громко смеяться Находкинс. Его братья перешептывались. Но, с каждой новым журналом, с каждой новой страницей, он все меньше и меньше задумывался про то, что он читает, а буквы начали плавать, когда в его груди стало горячо, и он не мог больше возвращаться в свои мысли. Нет. он слишком долго терпел. Сколько произошло неприятных ситуаций, сколько он себе отказывал в том, что он не мог расслабиться. Тогда он лишь ощущал, что он ушел от давней привычки, но ведь никто не отрицал то, что он не заслужил удовлетворить желания мужчины. Его природа построена на этом, поэтому он не мог уйти от своих мыслей. Сердце стучалось, как будто там было накачено сотни литров крови… Хотя, судя по ощущениям, что кровь налилась не только в сердце. Его давно манило женское тело. Начиная смотреть на девочек. Но он был такой стеснительный, что никогда не подойдет к кому-то поэтому он лишь сидел за партой и тихонько смотрел на женские формы. Причем ему безумно нравились полные женщины. Ему нравились большие бедра, круглое личико, и длинные шелковистые волосы… Он взялся за голову, упираясь об стол. — Черт, черт, успокойся, надо сосредоточиться. Он понял, что мысли просто превратили его в зверя, но он ничего не мог с этим поделать. Он крупный бизнесмен, требовательный к себе человек, который не может просто так взять, и отвлекаться, верно? Сложно представить, что его руки вновь должны опустится ниже живота просто так. Он осторожно начал тереться своей эрекцией об стол, попутно думая про то, где будет стоять табличка — названия города. Эти сладкие движения просто вскружили его голову, и он начал чувствовать, что теперь он не сухой, и кажется его голова начинает кружится. Тогда он не выдержал, встал со стула и обсмотрев все вокруг, даже посмотрев в окно он решил удалиться в ванную, которая находилась возле его кабинета. Тогда он закрыл дверь, повернулся, уперся об стену. Он чувствовал, как его сердце начало стучаться, и его зрачки бегали туда-сюда, быстро осматривая, и возвращая себя в реальность, что он действительно находится в ванной. — Ч…что я делаю? Я не должен, но…я больше не могу. Это нужно было не просто, потому, что ему просто хотелось сделать этого, дабы успокоится, ему безумно хотелось любви и понимания. Вместо объятий в детстве, он заменял свои желания помогая самому себе. Тогда он упал, и его спина упиралась о дверь, и он больше не мог ждать ни секунды, и он начал снимать свой пиджак, попутно расстёгивая ширинку на штанах… Тогда он перестал думать о работе, о его семье, которая слышит его за теми большими дверьми, но это все стало ненужным и таким неважным. Он попал в эйфорию Кажется, он перестал сдерживаться и его громкие стоны издавались из ванны. Его зрачки вновь бегали туда-сюда, а голова продолжала кружится, но самое главное, что он может теперь ответить своему теплу. Теперь его тепло пускает любовь в его мозг, и его все больше и больше охватывают приятные спазмы ниже живота, пока эта любовь не выпускается наружу. Тогда, он даже не заметил, как его штаны испачкались. Его торс заметно двигался вперед и назад, точнее он тяжело вздыхал. — О, боже, я обожаю свою работу, я обожаю всех! Ммм. Как подозрительно в один миг он ощутил, что он любит весь мир, как его перчатки окрасились в белый цвет, как его лицо окрасилось в красный, а сердцебиение стало чуть тише. Тогда он испугался, тем что он громко издавал звуки, вернулся в реальность, и закрыв рукой рот, резко встал, и открыл дверь. Сам он не успел ни надеть штаны, ни застегнуть рубашку, так тут на него смотрит с полным шоком мама братья…