История под Рождество

      Это случилось в прошлом году, под Рождество, когда я только-только приехала в Германию с целью посетить знаменитый рождественский базар, устраиваемый ежегодно в канун праздника.       Погода была тихой и спокойной. С неба сыпал снег, создавая поистине сказочную атмосферу. Кругом играла приятная музыка, перемешанная с рождественскими песнями. Площадь, отведённая под базар, была богато украшена гирляндами из остролиста и задорно мигающих огоньков. В воздухе ощущался божественный аромат пряностей и свежего кофе.       Я неспешно бродила среди торговых рядов, любуясь расписными ёлочными игрушками и восхищаясь необыкновенными формами имбирных пряников, богато и затейливо украшенными сахарной глазурью и разноцветной посыпкой.       Внезапно моё внимание привлёк хриплый мужской голос, громко выкрикивающий на всю площадь на манер речитатива примерно следующее:       — Дамы и господа, якорь вам в печень! Есть ли среди вас отважные пираты, что способны по-настоящему оценить прекрасный вкус этого пряного напитка?! Только истинные ценители хорошего алкоголя способны понять всю палитру этого торжества виноделов! Подходите, не бойтесь! Ибо тот, кто трус, не достоин жить! Чтоб вас всех!       Я заглянула за угол и увидела пирата, одетого в яркую одежду на манер 14-15 веков. Его косматая борода торчала как придётся, а глаза горели бешеным огнём. В одной руке он держал кружку с каким-то напитком, а в другой — пистолет. Пират размахивал и тем и другим, время от времени прикладываясь к кружке, и хрипло, совсем прокурено зазывал народ к бордовой палатке, прохаживаясь перед ней взад и вперёд.       Заинтересовавшись, я направилась в сторону палатки. Если не ошибалась, этот человек-зазывала являлся пиратом Клаусом Штертебекером — «немецкий Робин Гуд». Он не похож был на косплеера или аниматора, а значит… Привет, пространственно-сказочно-магический портал.       Пират, заметив мой интерес, галантно приподнял полог палатки, пропуская внутрь. Я глубоко вдохнула и нырнула в палатку, почувствовав, как за моей спиной бесшумно опустился полог, заглушая все внешние звуки.       В палатке приятно пахло корицей и мускатным орехом. Приветливо горел старинный фонарь, задорно мигала разноцветная гирлянда. Посредине стоял прямоугольный деревянный стол, накрытый красивой скатертью. На нём расположился большой пузатый котёл, из которого густо валил пар и доносились пряные запахи, а на подносе — перевёрнутые бокалы и черпак.       Перед столом стояла красивая девушка с длинными густыми волосами и голубыми глазами. Она с улыбкой приняла у меня плату за напиток и отступила в сторону, в то время как её коллега — мужчина с длинными усами в коричневой треуголке и красном камзоле — доверху наполнил мой бокал. Если я правильно помнила, то девушка — прекрасная Лорелея, а мужчина — знаменитый барон Мюнхгаузен.       Я немного отпила, отметив, что вкус алкоголя практически не ощущался благодаря сильной смеси пряностей — корица, имбирь, кардамон, мускатный орех. Напиток пробирал с ног до головы, оставляя после себя приятное тепло и чувство удовлетворения.       — Что здесь делают такие знаменитые сказочные персонажи? — спросила я после того, как похвалила эту необычную пряную версию глинтвейна.       — Мы всегда собираемся на этом базаре в канун Рождества, — улыбнулся Мюнхгаузен. — Это уже становится нашей традицией, ведь в Германии всегда такая волшебная и сказочная атмосфера.       — И много вас здесь?       — Много. Здесь все, кто был создан в Германии. Все, кто считает эту страну своим домом. Ведь именно благодаря нам люди чувствуют приближение праздника, стремятся делать друг другу подарки и собираться за столом одной большой семьёй. Мы дарим людям свет, радость и теплоту, которой так не хватает в череде серых будней.       На прощание Лорелея подарила мне очень красивую открытку с изображением рождественской ёлочки, а Мюнхаузен вручил расписную фигурку Щелкунчика с золотым орешком в руках.       Пират Клаус Штертебекер на секунду замолчал, чтобы проводить меня долгим взглядом и приятно улыбнуться, когда я, проходя мимо, подарила ему воздушный поцелуй.       Я шла вдоль рождественских рядов, слушала красивую музыку и затихающий речитатив Клауса и чувствовала себя самым счастливым человеком на свете.