признайся, ты без ума

°❀⋆.ೃ࿔*:･

- Видишь, он снова это делает, - стонет Субин, пытаясь испепелить Ёнджуна взглядом. - Терпеть его не могу. - Хён, он буквально просто стоит, - говорит Хюнин Кай. - Нет, - Субин качает головой. Хюнин Кай настолько наивен, что становится ослеплен врагом. Как и Бомгю. - Он разговаривает со всеми так, словно чертовски с ними близок. Словно у него есть некая врожденная потребность, чтобы все его любили. Это раздражает. И боковым зрением он видит, как Ёнджун подкрадывается к Бомгю. Очень близко, так, что дыхание Ёнджуна скользит по чужой шее. - Посмотри, как он обхватывает Бомгю своими ручонками. Они говорили сколько... раза три? - Бомгю знал его задолго до тебя, - стонет Хюнин Кай, кладя вилку на стол, и сует свои грязные пальцы в священную картошку Субина. - Парень просто проявляет дружелюбие. - Дружелюбие? Он никогда не бывает таким дружелюбным со мной, - говорит Субин, горечь пузырями заполняет его нутро. Он бесится не потому, что Ёнджун не дышит ему в шею, как с Бомгю. Он бесится, потому что Кай крадет его еду. Точно. - Потому что ты бежишь в другую сторону всякий раз, когда он здоровается с тобой. Ты не особо дружелюбен с ним, - Кай утыкается лицом в ладони, размазывая сырную крошку по щекам. Зрелище отвратительное, но Тэхёна здесь нет, чтобы его отругать, а Субину слишком лень что-то говорить. - Я дружелюбен, - говорит Субин, и обида в его голосе звучит четко и ясно. Он бросает на Чхве Ёнджуна еще один осуждающий взгляд - сегодня Ёнджун пришел на работу в коротких шортах и с сумочкой. Отврат. Людям необязательно знать, что у него красивые, гладкие, длинные ноги и кожа молочного цвета, что выглядит мягкой на ощупь. Он, скорее всего, еще и бреет их и увлажняет, и они, скорее всего, пахнут детской присыпкой и цветущей вишенью и ванилью. Абсолютно возмутительно. Ёнджун выбирает именно этот момент, чтобы глянуть в их сторону, и Субин отводит взгляд от гладких, молочных, бритых ног Ёнджуна и начинает пихать в рот что попало. Ему следует казаться нормальным, словно не он только что пускал слюни на... этот... восхитительный... салат, в котором несколько отсыревших сухариков выделяются среди несчастной, вялой зелени. - Упс. - Хён, - шикает Хюнин Кай. - Ты снова пялился. - Нет, - Субин ковыряется в своем салате и пытается смотреть то на мерцающее снаружи солнце, то на присыпанные сыром пальцы Хюнин Кая. Он скрещивает ноги и заправляет прядь волос за ухо. Здесь так жарко. Наверное, проблемы с кондиционером. - Даже если он тебе не нравится... ты можешь хотя бы попытаться быть повежливее, знаешь, - Кай крадет еще одну палочку жареной картошки и громко жует. Субин пялится на его жирные руки. - Я вежлив, - говорит Субин. - Мы ехали на одном лифте в понедельник. - Ага. И ты конечно же не отправил мне двадцать четыре смски, пробыв с ним там менее трех минут. - Он называл меня секси, - стонет Субин. - Он всех называет секси. Ты не особенный. И к тому же, у него есть реальный бойфренд, - слова Кая все равно, что гвоздь по стеклу. Черт. Это неприятно. Каю необязательно напоминать Субину об успешных интрижках Ёнджуна и отсутствию у него, Субина, личной жизни. Еще одна причина в его длинный список, почему Субин терпеть не может Чхве Ёнджуна. - Но это не значит, что он должен поступать так со мной. Я здесь жертва. Кай вздыхает. - Знаешь что... Ёнджун не так уж и плох. Хён - неплохой парень, если узнать его получше, - говорит Кай, и Субину внезапно не хочется делиться с ним своей картошкой. Он шлепает Кая по руке, когда та крадется к его половине стола. - Предатель, - фыркает Субин. - Я не ожидал на самом деле услышать от тебя что-то хорошее о нем. - Не знаю, - говорит Кай, отдергивая руку и опуская голову, словно грустный щенок. Теперь Субин чувствует себя паршиво. - Я просто не понимаю, почему ты так терпеть не можешь этого парня. - Ну, - говорит Субин и пялится на свой поднос с наполовину съеденным обедом. Сегодня на десерт - печеньки с матча. - Ёнджун словно... швейный набор, а я жестянка для печенья. - Прости, что? - Типа... - Субин подбирает печеньку и снимает пластиковую упаковку. - Если в поисках перекуса ты наткнешься на жестянку для печенья, полную швейных принадлежностей, то просто разочаруешься. Это как… я и Ёнджун. Мы просто преследуем разные цели в жизни, и наши пути не должны пересекаться, но каким-то образом пересеклись. - Субин поджимает губы. - Просто люди предпочитают настоящие печеньки в жестянках для печенья. - Так значит, ты - жестянка для печенья, а Ёнджун-хён - разочарование, - невозмутимо говорит Кай. - Не в этом дело, Хюка, - Субин отламывает кусочек печенья и закидывает в рот. Сладость растекается на языке, а затем сменяется приглушенной горечью. - Я просто хочу сказать, что мы несовместимы, независимо от того, как сильно люди хотят, чтобы мы сработались. Именно в этот момент смех Ёнджуна подкрадывается к их столику в кафетерии, и Субин тайком бросает на него еще один взгляд. Боже, как человек может быть таким громким.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

Субину хотелось бы думать, что он человек простой. Ему нравятся здания, бетонные, рациональные и функциональные, поэтому он стал архитектором. Большую часть времени Субин погружен в себя: он выпустился со средним баллом, а затем устроился на среднестатистическую должность, работая достаточно, чтобы сводить концы с концами. Когда он скучает по маме, то звонит ей, а когда ему одиноко, он обнимает своего питомца-ежика. Он не встречается по-серьезному, потому что отношения беспорядочны и запутанны и разрушают простую жизнь. Субин усвоил это с юных лет. В Субине все просто. Ему нравится, когда все очевидно, честно и четко, потому что так легче разложить свою жизнь по полочкам. Вот почему когда он встретил Ёнджуна, переведясь в фирму, Субин терпеть его не мог. Не потому, что Ёнджун пролил горячий кофе на Субина в его первый день, а потому, что Ёнджун громкий и несносный, и он растекается повсюду. Он встречается на работе и флиртует буквально со всеми, у кого есть ноги, а еще, может, рот. И хуже всего то, что Ёнджун постоянно говорит вещи, которых не подразумевает, сладкие глупости льются из его рта, словно мед, капающий с ложки. Субин и Ёнджун - полные противоположности; они тусуются в разных кругах. Ёнджун сидит в кафетерии с парнями из финансового, где все с ним общаются, а Субин сидит с неформалами компании, стараясь с ними не разговаривать. Субин и Ёнджун просто принципиально разные. Они не созданы друг для друга, все просто. Жестянка для печенья и швейный набор.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

- Субин, - говорит Чонгук, постукивая Субина по плечу. - Ты не мог бы отнести это на 8-ой этаж? Это предложение для нового эко-парка в Йонсан-гу. - Конечно, хён, - Субин улыбается Чонгуку и берет файл обеими руками. У Чонгука, может, и милая улыбка, но он точно дьявол, потому что посылает Субина прямиком в ад. Чонгук кивает. - 8-ой этаж. Чхве Ёнджун, - Чонгук подмигивает и возвращается в свой кабинет. Мозг Субина отключается от этого имени. Вот. Вот оно. Находиться от Ёнджуна в радиусе десяти метров - один из двух страхов Субина; другой - потерять его двухстороннюю подушку в полный рост с Сакурадзима Маи из "Негодник, которому не снилась девушка-кролик", которую Бомгю подарил ему на рождество, что случалось лишь единожды, но было одинаково печально и душераздирающе. Субин сгладывает и встает. Его ноги превращаются в желе, пока он ковыляет к лифту и нажимает кнопку с цифрой 8. За семь месяцев работы здесь Субин успешно избегал этой цифры, и все же сегодня тот день, когда он направляется прямиком навстречу своей погибели из-за гребаного клочка бумаги, который Чонгук не может доставить сам. Поездка слишком длинная, и Субин переминается с ноги на ногу и считает от одного до десяти, а затем в обратном порядке. Когда лифт открывается с веселым "дзинь", Субин испытывает внутренний дискомфорт и внезапно желает вернуться в свое безопасное убежище, свою маленькую кабинку, спрятанную в углу и прикрытую искусственным, колючим цветком, пожалуй, лучшее место в офисе, без сомнения. Ужасно. Несколько сотрудников, что обсуждают свои наброски в гибком пространстве, останавливаются и с любопытством смотрят на него, а Субин стискивает зубы и осматривает планировку этажа. Приметив на горизонте розовый кардиган, Субин двигается в его направлении, со всем скопившимся за жизнь негативом. - Ёнджун-щи, - говорит Субин, бросая файл на стол. Он чувствует, словно весь его обед вот-вот поднимется к горлу и выплеснется наружу. Ёнджун разворачивает свое кресло, широко раскрыв глаза, и с этого ракурса Субин видит едва заметные очертания его груди под кардиганом, что свободно свисает с плеча. Какого хрена этот парень не застегнул кардиган должным образом; людям необязательно знать, что у него подтянутая грудь. - Мои глаза выше, - говорит Ёнджун, и Субин срывается. - От Чонгук-хёна. Это предложение для парка в Йонсан-гу, - коротко говорит Субин. Румянец заливает его щеки, и прежде чем Ёнджун успевает снова открыть свой дурацкий, розовый, ненавистный рот, Субин разворачивается и топает к лифту. - Большое спасибо, секси! - голос Ёнджуна преследует его, словно назойливый рекламщик, который не понимает намека, что Субина не интересует их финансовая пирамида под прикрытием протеиновых коктейлей. Субину хочется умереть. Когда он возвращается на свой этаж, Чонгук поджидает его рядом с искусственным, колючим цветком. Садистский изгиб его губ говорит о том, что он в действительности наслаждается страданиями Субина. - Было не так уж и ужасно, правда? - Пожалуйста, никогда больше не посылай меня туда, - говорит Субин, потому что потерять двухстороннюю подушку в полный рост с Сакурадзима Маи из "Негодник, которому не снилась девушка-кролик" звучит вполовину не так ужасно, как пересечься взглядом с Ёнджуном... или... более... точно, с мужскими сиськами Ёнджуна. Субин сейчас взорвется. Чонгук запрокидывает голову и смеется. - Значит, это правда, - подмигивает ему Чонгук. Субин фыркает. Он ненавидит, когда Чонгук изъясняется туманно. - Что правда, хён? - Твои сильные чувства к Ёнджуну, Субин, - говорит Чонгук, кладя руку Субину на плечо. Чонгук крупный парень, но ему все равно приходится встать на цыпочки, чтобы возвышаться над ростом Субина, и Субин слегка сжимается, чтобы ему было удобнее. - Я нормально к нему отношусь, - говорит Субин, прочищая горло. - На самом деле я вообще ничего к нему не испытываю. - Твое лицо не скрывает твоих чувств, Субин-а, - говорит Чонгук, и Субин сглатывает, потому что чувствует себя слегка неловко. - Не волнуйся. Я никому не расскажу про твой краш.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

Вот только Чонгук жесток и зол и не прислушивается к опасным для жизни опасениям, высказанным его беспомощными хубэ, потому что каждый раз, когда ему требуется передать что-либо команде дизайнеров, именно Субину приходится это делать. Субин не понимает, почему он, добрый и с ямочками на щеках и великодушный, должен каждый день проходить через эту пытку на работе ради садистского развлечения Чонгука. Все настолько плохо, что Субин начал узнавать нечто новое против своей воли, как, например, то, что два передних зуба Ёнджуна чуть больше, и у него всегда была родинка у глаза? - Какого хрена Чонгук не может сделать это сам, - стонет Субин в ладони и издает звук, средний между удушьем и карканьем умирающей птицы. Он выглядит смешно, он знает, но Субин посреди нервного срыва, и то, что он сидит за одним столом с Хюнин Каем и Бомгю, не помогает. Ему нужен Тэхён, потому что Тэхён слушает и не задает лишних вопросов. - Или попросить кого-нибудь другого с нашего этажа, - продолжает ныть Субин. - Словно Уён не сидит в двух креслах от меня. - Что ж, он прав. У тебя действительно сильные чувства к Ёнджуну, - небрежно говорит Хюнин Кай. Субин купил сегодня пулькоги, и Хюнин Кай тянется своими палочками к подносу Субина, чтобы украсть кусочек мяса. - Не обязательно краш, потому что он предполагает, что ты способен на романтические чувства. Больше похоже на... одержимость. - Хён, твоя проблема в том, что ты слишком много чувствуешь, - говорит Бомгю, выглядывая из-под челки. Субин ненавидит работать с креативщиками, потому что нужно запретить на работе волчьи стрижки и мелирование, а не поощрять непредубежденный дресс-код, потому что Бомгю выглядит так, словно знает аккорды 'Creep' от Radiohead на укулеле и никогда за свою жизнь не видел чужого члена. - Просто заглуши все, как я. - Как ты заглушаешь свои чувства к Тэхёну? - Хюнин Кай с любопытством смотрит на Бомгю, и Субин не упускает из виду красноту, заливающую чужие уши. - Вы все так одержимы мной, - говорит Бомгю, закидывая в рот кусочек банчана и вызывающе пережевывая. - Понимаю. Я бы тоже был одержим собой, - он подмигивает и убирает с лица длинные пряди, жирными пальцами размазывая рисовое зернышко по щеке. - Вы, ребята, все чудаки. Субин-хён - драматичный подросток, а Бомгю-хён - нарциссичный, самовлюбленный психопат, - вздыхает Кай. - Я просто не могу и дальше окружать себя таким негативом. Это сказывается на моей коже. - Кай достает карманное зеркальце и начинает поправлять челку, а Субин дарит ему осуждающий взгляд. - Я люблю вас, парни, но мне стоит пересесть к отделу кадров. - И снова занудствовать? - Субин закатывает глаза. - Хватит нести чушь, Хюка. Негатив здесь - это Ёнджун. - Ах, ну вот, опять зациклился, - говорит Кай, и от этих слов у Субина колет ребра. Хюнин Кай заглядывает Субину за плечо и слащаво улыбается. - Я не вижу, чтобы он излучал какой-то негатив. На самом деле он сейчас очень ярко улыбается. - Мне необязательно было это знать, - Субин засовывает себе в рот кусок мяса. - Я не зациклен на Ёнджуне, и у меня нет на него краша, - говорит он и по обыкновению осматривает кафетерий, пока не замечает Ёнджуна у окна. Солнце падает и мерцает в черных волосах Ёнджуна, покрытых гелем, и Кай прав. Ёнджун светится, будто весь остальной мир вокруг его фигуры слегка потускнел. - У всех вроде как есть краш на Ёнджуна, - говорит Бомгю, и Субин бросает еще один взгляд на Ёнджуна, который хихикает и обвивает руку Уёна своей. Следует вновь запретить и свидания на работе. - Уён такой счастливый парень. - Я не понимаю, что Уён в нем нашел, - говорит Субин, наблюдая, как они синхронно смеются, танец настолько личный и интимный, что Субину приходится мгновенно отвести взгляд. - Очевидно, он очень хорошо в постели. Типа, он фанат оральных ласк, - небрежно говорит Бомгю. - Он упадет перед тобой на колени, словно взволнованный миской со взбитыми сливками щенок, и ничто его не остановит, пока ты не кончишь пятнадцать раз и не потеряешь чувствительность. Типа совсем. Хюнин Кай резко поворачивает голову, а Субин громко вздыхает. - Как ты, черт возьми, это узнал? Уён хвастался подобным дерьмом в Твиттере или что? - Нет, нет, не Уён, - качает головой Бомгю. - Ёнджун отсасывал мне в копировальной до того, как начал встречаться с Хосиком. Парень, что был до Уёна, знаете? В любом случае, его рот был настолько хорош, что я испытывал ломку, когда они начали встречаться. Переживал трудные времена. - Опять же, мне необязательно было это знать, - говорит Субин. Он зачерпывает горсть риса и закидывает в рот, стараясь не думать о губах Ёнджуна и о том, как прекрасно они смотрелись бы вокруг члена. В принципе любого члена. Необязательно субинового. Точно. Не то чтобы Субина это вообще волнует. - Нам действительно стоит перестать обедать вместе, - отчаянно шепчет Кай, и Субин молча соглашается.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

Бомгю открыл ящик Пандоры, потому что вот уже три последних дня Субин просто не может перестать думать о губах Ёнджуна. Форма его губ преследует его с момента, как он открывает глаза, до того, как погружается в сон, и в среду Субин просыпается в поту и……со……стояком по какой-то странной причине, которой он явно не понимает. Поэтому, когда Чонгук подходит к нему с папкой в половине пятого в пятницу, Субин вскакивает со своего места. - Чхве Ёнджун. 8-й этаж. Я понял, хён, - говорит Субин, и глаза Чонгука расширяются. - Что с тобой сегодня? - Чонгук прижимает тыльную сторону ладони ко лбу Субина. - Ты же знаешь, что можешь взять больничный? - Нет, хён, я в порядке, - Субин улыбается ему, но выражение лица Чонгука остается обеспокоенным. - Просто предоставь это мне. - Ты ведешь себя странно, - говорит Чонгук. - Тебе нужно немного отдохнуть, - он осматривает комнату, неохотно передавая Субину папку. - Иди домой сразу после. Все уже ушли. Субин быстро осматривает офис и моргает. Лучи закатного солнца льются в окно, отбрасывая оранжевое сияние, и комната зловеще пуста, не считая ровного дыхания Чонгука и ветра, стучащего в окно. Субин улыбается Чонгуку. - Точно, хён. Я был слишком поглощен работой, - ........и определенно не думал о губах Ёнджуна……потому что……потому что Субин вменяемый и адекватный и просто очень обычный парень, который определенно не слышал об особой любви своего коллеги к оральному сексу. И этот коллега определенно не тот парень, которого Субин презирает по абсолютно рациональным и уважительным причинам. Точно. И вода мокрая. - Не волнуйся, хён. Я пойду домой сразу после, - кивает Субин, ускоряя шаг в сторону лифта. - Езжай осторожно. На 8-м этаже также зловеще тихо, и Субин переводит дух, когда замечает знакомые, убранные гелем, черные как смоль волосы в дальнем конце комнаты. - Эй, - говорит Субин, приближаясь к кабинке Ёнджуна, и как обычно бросает папку ему на стол. - Доставка от Чонгук-хёна. Ёнджун разворачивается, и на этот раз Субин неторопливо прослеживает взглядом форму его губ. Его нижняя губа слегка полнее, а верхняя посередине опускается вниз в виде ярко выраженной дуги Купидона. Это, без сомнения, отличительная черта Ёнджуна: общая форма слегка опущена, а уголки загнуты вверх, и Субину любопытно, как смотрелись бы эти губы вокруг... - Спасибо, Субин-щи, - говорит Ёнджун, и желудок Субина сжимается от этого имени. Ёнджун никогда не зовет его Субин-щи. Ёнджун зовет его секси и малышом и ути-пути пусенькой и всякими прозвищами, потому что он бесячий и не понимает намеков, и Субин переводит взгляд на глаза Ёнджуна. В глазах Ёнджуна сегодня слегка разбитое выражение. Намек на игривость исчез, сменившись тяжестью, что отдается в груди Субина. Ёнджун напоминает ему потерянного щенка, которому нужна помощь, и желудок Субина сжимается узлом. - Просто Субин-щи? Не секси? - Я думал, тебе не нравится? - Мне не нравится все, что ты делаешь, - говорит Субин, и это по каким-то странным и неясным причинам заставляет Ёнджуна рассмеяться. Субин вздыхает с облегчением, потому что независимо от того, как сильно он Ёнджуна терпеть не может, так тот выглядит лучше. - Перестань смеяться, - стонет Субин. - Это не смешно. - Нет, но приятно знать, что некоторые люди никогда не меняются, - говорит Ёнджун, и разбитость возвращается вновь. Субину ненавистно, что он чувствует при виде этого, но он проглатывает свой дискомфорт. - Ты так много болтаешь, а в итоге ничего не говоришь, - говорит Субин. - Я ухожу, кстати. - Эй, Субин-щи, - голос Ёнджуна подкрадывается к нему, когда Субин нажимает кнопку лифта, и он снова съеживается по какой-то странной причине. - Уён уже ушел? - А что? - говорит Субин. - Пойди проверь сам. Я не нянька твоему парню. - Он больше не мой парень, - глаза Ёнджуна опускаются, а морщинки вокруг них углубляются. Его спина горбится, и внезапно Ёнджун кажется таким маленьким и бесхребетным, словно развалится от легкого движения. Закатный свет падает на щеки Ёнджуна, апельсиновый желток брызжет на молочную кожу, словно акварельный рисунок. Грустный, словно одна из тех музейных картин, что заставляет Субина рассматривать ее часами, потому что его захлестывает печаль, столь сокровенная и личная. Субину не нравится сокровенное и личное. Он архитектор, а не художник. Он смотрит на чертежи зданий и макеты и визуализации, потому что они нейтральны и не пробуждают излишних чувств. Субин замирает и вглядывается в лицо Ёнджуна, пытаясь подобрать правильные слова. - Извини, - Ёнджун прочищает горло, выпрямляется и натянуто улыбается Субину. - Не знаю, почему рассказал тебе. Я тебе даже не нравлюсь. - Эм, - Субин делает вдох. - Все в норме. Уён уже ушел, - говорит он. Его голова тяжелеет, и ему непреодолимо хочется сказать правду. - Спасибо, Субин-щи, - Ёнджун поднимает глаза, и Субин клянется, что уголки его глаз преломляют закатный свет. Ёнджун тихо всхлипывает и вытирает нос рукавом кардигана. - Буду очень признателен, если ты никому не расскажешь. - Я не вмешиваюсь, - Субин сжимает губы в тонкую линию. Субин терпеть не может этого парня, но он всегда был неразговорчив. Кроме того, Субина не интересует любовная жизнь других людей. Так или иначе, есть веская причина, по которой он старается не вмешиваться. - Тебе, эм, следует уйти домой пораньше. - Ох вау, - Ёнджун прикрывает ладонью рот, испуская смешок, и на секунду игривость в его взгляде возвращается. - Я и не ожидал, что ты так переживаешь обо мне, секси. Его бесит, когда Ёнджун зовет его так, но Субин смеется, и узлы в его животе разжимаются, потому что это тот Ёнджун, к которому он привык. - Не переживаю, - говорит Субин, и лицо его застывает, когда он вспоминает, что не должен показывать никаких человеческих эмоций. - Я сказал это из вежливости. Не растрогайся. - Но я уже, - говорит Ёнджун, прижимая руку к сердцу и притворно вздыхая. - Ну и ладно. Я пойду. Уже поздно, - Субин вызывает лифт. Не то чтобы его это волнует.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

- Субин, - Чонгук хлопает его по плечу, когда Субин накидывает свитер через голову. В последние дни становится холоднее, и единственное, чего Субину хочется после работы - завернуться в кокон из одеял в своей кровати и поделиться с Оди тем бесчисленным количеством мыслей, что в последнее время крутится в голове. - Ты в настроении выпить сегодня вечером? Мы выбираемся с ребятами из Дизайна. Идея Намджуна. К черту традицию коллективных попоек и их последствия для современного общества и красивой, безупречной, нежной кожи Субина. Субин сглатывает и свешивает голову, когда Чонгук награждает его строгим взглядом. - Я, эм. Извини, хён, не думаю, что получится, - бормочет Субин. - Кажется, мне нужно вычесать моего ежика. - Тебе нужно найти оправдание получше, - Чонгук закатывает глаза, а Субин застенчиво улыбается. - На этот раз прощаю, - говорит Чонгук, скрещивая руки, и Субин понимает - это предупреждение. - Это хорошо для тимбилдинга. Тимбилдинга, ругается Субин себе под нос. Больше смахивает на фальшивые улыбки, пока не разболится челюсть, и поклоны, пока не хрустнет шея, и разливание соджу, пока не переломится запястье. Субин дарит Чонгуку еще одну извиняющуюся, кривоватую улыбку, и тот качает головой и уходит. - Уён? Ты идешь? - Я с вами, хён, - радостным голосом говорит Уён, проводя рукой по обесцвеченным, светлым волосам. Мысли Субина на мгновение возвращаются к Ёнджуну, и он гадает, почему их разрыв, кажется, не так сильно сказывается на Уёне. Он встает и направляется точно к лифту. Не то чтобы Субина это волнует. Но вместо того, чтобы спуститься к вращающимся дверям в фойе здания, Субин оказывается перед столом Ёнджуна на 8-м этаже. - Что привело тебя сюда сегодня, секси? У Чонгук-хёна что-то есть для меня? - Ёнджун приподнимает бровь. Сегодня на нем кроп-поп, и Субин сглатывает, когда полоска кожи выглядывает в просвете между топом и брюками. - Нет. Не в Чонгук-хёне дело, - говорит Субин. Он не понимает, какого черта он это делает. Что-то, должно быть, не в порядке у него с головой, и он винит разбитость в глазах Ёнджуна тем днем. - Дело в сегодняшней попойке... Слышал, Намджун хотел сплотить наши команды. В общем, тебе не следует идти. Уён собирается пойти. Ёнджун бросает на него еще один многозначительный взгляд, а затем его лицо расплывается в улыбке. - Вау. Я и не знал, что ты так печешься обо мне, - говорит Ёнджун и заправляет прядь волос за ухо. Субин прослеживает движение взглядом. - Ты мог бы послать мне сообщение, а не подниматься сюда, секси. - Больше не зови меня так, - Субин массирует кончик носа, потому что какого хрена он вмешивается. Ему вообще плевать на отношения других людей. - И у меня нет твоего номера. Ёнджун распахивает глаза, и Субин быстро машет руками в воздухе, отнекиваясь. - И это, кстати, не призыв дать мне твой номер. Не надумай ничего странного, - говорит Субин, а затем разворачивается на пятках и вальсирует к лифту. - До свидания. С нетерпением желаю больше никогда не видеть твоего лица. Уголки губ Ёнджуна изгибаются в усмешке, и Субин наскоро третируется, потому что Ёнджун определенно надумал что-то странное. На следующее утро Субин плюхается на стул и обнаруживает приклеенную к его монитору записку с небрежно нацарапанным номером. Он пилит ее долгим взглядом, а затем встает. Субин направляется к балкону на своем этаже. Выходит, закрывает дверь и кричит.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

 - Оди, - вздыхает Субин. - Аппа совершил ошибку, - Субин сгребает ежика в ладони и ждет, пока тот размякнет от прикосновения. Он нежно поглаживает иголочки Оди в их естественном направлении, и Оди безучастно глядит на него круглыми глазами. - Чхве Ёнджун, - вздыхает Субин. - Он... и правда нечто. Ха... что? Оди шипит ему в ладони, и Субин хмурится. В колонках играет зимний плейлист EXO, даже несмотря на середину августа. Субин закрывает глаза и гадает, слушает ли Ёнджун подобную музыку. Ёнджун больше походит на парня, что слушает хип-хоп; ему наверняка нравится динамичная и ритмичная музыка. Ёнджун. Субин снова думает о Ёнджуне. Субин качает головой. - Нет. Я не буду ему писать. Какого черта, - говорит Субин, и Оди напряженно глядит на него. Это уже перебор, поэтому Субин опускает взгляд на свою футболку с Годжо. Рядом с подолом небольшая дырка, что так и просится, чтобы ее зашили, потому что Субин ложится в ней спать целых два дня в неделю. - Ты просто не можешь такое говорить, - Субин снова обращает внимание на Оди. - Мне на него наплевать, - шепчет Субин, когда Оди дергается в его руках. Субин потирает подушечками пальцев его пузико, такое мягонькое, светленькое и тепленькое. - Замолчи, я просто... приглядывал за ним. Он кажется таким расстроенным из-за всей этой ситуации, а Уён просто... казалось, что ему все равно, понимаешь, - говорит Субин и на секунду трется носом о носик Оди, а затем поглаживает его и надувает губы. - Ладно. Может, я сочувствую Ёнджуну. Я простой парень. Вижу беспомощное существо и горю желанием помочь. Теперь счастлив? Оди просто смотрит на Субина своими большими, безучастными глазами. - Ты слишком много болтаешь, Оди. Аппа посадит тебя обратно в клетку. Никаких тебе больше поглаживаний, - говорит Субин, опуская руки, и Оди бежит обратно к своей лежанке. До его окна доносится несколько криков с улицы, и Субин выглядывает наружу и видит влюбленную без ума парочку, что переплетает руки. Он переводит взгляд обратно на комнату, а затем на мерцающую лампочку над головой, и гадает, какой любовь будет на вкус на кончике его языка. Ёнджун, вероятно, знает, потому что это Ёнджун. Ёнджун всегда громко выражает любовь. Субин помнит, как Ёнджун и Уён однажды обменялись улыбками во время обеденного перерыва, и как они идеально переплели руки. Привычка. Близость. Ёнджун прикрыл рот рукой, хихикнув, и провел пальцами по волосам Уёна, мягко шлепнув его по бицепсу. Иногда Субину хочется, чтобы кто-нибудь так же смотрел на него, с огоньком в глазах и улыбкой на губах, с готовностью уткнуться ему в грудь и оставить поцелуй на щеке. Так нежно. Как Ёнджун целовал Уёна. Это глупая мысль, просто потому что Субин не задумывается об отношениях других людей. Они беспорядочны и стоят ему слишком многих мысленный усилий, и на короткую секунду Субин вспоминает своих родителей и их молчаливые беседы, и как те контрастируют с громкостью Ёнджуна и Уёна, когда те были влюблены. Он хватает свой телефон с тумбочки и смотрит на сохраненный контакт с подписью ПОШЕЛ ТЫ ЧХВЕ ЁНДЖУН. Он набрасывает сообщение, совсем коротенькое, переворачивается и обнимает свою самую любимую, самую мягкую двухстороннюю подушку в полный рост с Сакурадзима Маи из "Негодник, которому не снилась девушка-кролик" и утыкается лицом в грудь Сакурадзима Маи, потому что Субину очень нужно сейчас немного утешения. Он только что сделал кое-что глупое. Его сообщение Ёнджуну гласит: ПОШЕЛ ТЫ ЧХВЕ ЁНДЖУН. Субин снова вздыхает. Да, пошел ты, Чхве Ёнджун, за то, что заполонил его разум.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

- Подумать только, ты снова тут, - слащаво улыбается Субин Хюнин Каю, а затем поворачивается к Бомгю и Тэхёну, которые делают вид, что не признают существование друг друга. - Кажется, наш стол становится лишь больше. А как же "Давай перестанем обедать вместе, хён"? - Я просто боялся, что никто не будет с вами сидеть, когда я свалю, - говорит Хюнин Кай, и прежде чем Субин успевает устроиться на своем месте, Хюнин Кай протягивает руку и крадет его банан. - Трогательно, - говорит Бомгю и, прищурившись, осматривает кафетерий. - А знаете, кто сегодня сидит один. Уён. - А я то здесь при чем, - вздыхает Субин, беря палочки для еды, и закидывает в рот кусочек кимчи. - Ох, точно, я забыл, что тебе плевать на Уёна. Его бойфренд, с другой стороны... Они больше не бойфренды, хочет сказать Субин, но он уже дал обещание. Субин моргает и по привычке оглядывает кафетерий, и его желудок сжимается, потому что привычные, черные волосы, убранные гелем, не оскверняют его взор. - О мой бой, - бормочет Бомгю над своим бэнто. Его рисовые шарики в форме панды, однако, то очень печальные панды, будто тот, кто их приготовил, пережевал и выблевал водоросли, а из остатков слепил медвежат, взяв за пример героя из "Пять ночей 'У Фредди'". Сосиски, однако, выглядят неплохо, хрустящими по краям. - О мой бог... Ёнджун... Он в юбке. - Мне... - Плевать. Субину плевать. Но он перестает мысленно критиковать бэнто Бомгю и прослеживает за его взглядом. - Погоди. Что? - Ага, - говорит Бомгю, встряхивая головой, и Субин обнаруживает, что Ёнджун стоит в двух столиках позади него. Бомгю прав. На Ёнджуне черная юбка и очередной кардиган, что чересчур велик для его фигуры, клетчатый, пушистый и сползающий на лопатки. Юбка развевается чуть выше колен, и рот Субина пересыхает от раздолья гладкой кожи. Сегодня Ёнджун не уложил волосы гелем, пряди мягкие и пушистые, и Субин теряет рассудок от внезапного желания провести по ним рукой. - Черт. Он и впрямь горяч, - говорит Хюнин Кай. - Он становится сексуальнее с каждым днем. Субин сглатывает. Ком встает у него в горле, и он тянется за водой, чтобы его протолкнуть. Тот не пропадает. - Какого хрена он так вырядился на работу? - ворчит Субин. Он возвращается к своему обеду, пока жар подкрадывается к затылку. - Я чертовски ненавижу креативщиков. - Вау. Кое-кто завелся и заволновался, - улыбается Кай, чистит свой... Субина банан и откусывает большой-пребольшой кусок. Субину стоит начать любить самого себя и найти друзей получше. - Боже. Он такой горячий. Хочу, чтобы он отжарил меня у копировальной машины, - воркует Бомгю. - Я... - внезапно вмешивается Тэхён, и Бомгю поворачивает голову так быстро, что запросто заработает себе сотрясение. - Не думаю, что Ёнджун-хён желает жарить парней, которые не знают, когда заткнуться, - чирикает Тэхён, и уголки его губ приподнимаются в ухмылке. - Какого хрена, - стонет Бомгю. - Каких тогда парней он желает жарить, а? Тех, что ходят в зал, лишь чтобы делать селфи? - Очевидно, - улыбается Тэхён. - Парней, что хорошо следят за своим телом и готовят бэнто в форме панды. - Что ж, - говорит Бомгю. - Не думаю, что Ёнджун-хён желает жарить парней, которые ведут счет, если однажды сделали что-то приятное. - Ох, серьезно? - Тэхён слегка повышает голос. - Что ж, не думаю, что Ёнджун-хён желает жарить парней, которые говорят о своем пенисе в третьем лице и называют его Джиглипаффом. - Пошел ты! Не думаю, что Ёнджун-хён... - Привет, ребята, - раздается сзади знакомый голос. - …Кажется, я слышал свое имя? - Вот черт, - бормочет Хюнин Кай, и Субину не нужно оборачиваться, чтобы знать, кто стоит позади. - Извини, хён, - говорит Хюнин Кай. - Тэхён и Бомгю-хён были в разгаре своей сексуальной, ролевой игры. Просто, знаешь, обычное дело. Неплохая юбка, кстати. Лица Бомгю и Тэхёна красные, словно спелые помидоры, и Ёнджун с любопытством переводит взгляд то на них, то на Субина. Субин изо всех сил старается не показывать, насколько очевидно он пялится на ноги Ёнджуна, пытаясь выяснить, бреет и увлажняет ли их он. Боже, они такие гладкие. Ёнджун улыбается и ставит свой поднос с обедом на стол, а Субин изо всех сил старается сосредоточиться. - Нравится? Я стараюсь больше экспериментировать с одеждой и гендером, - Ёнджун улыбается и слегка кружится. Юбка взлетает до середины бедра, и Субин не может оторвать взгляда. - Хён, прикрой рот, - шепчет Бомгю ему на ухо, придвигаясь ближе, и Субин быстро вытирает губы тыльной стороной ладони. - Боже мой! Я тоже, Ёнджун-хён, - говорит Бомгю, и его лицо расцветает в улыбке. - Я пытаюсь отрастить волосы и начать носить более женственную одежду. Не хочешь дать мне парочку советов? - просит Бомгю, и Субин видит, как его рот садистски изгибается, и знает, что Бомгю замышляет нехорошее. - Вообще-то, не хочешь составить нам компанию за обедом? - воркует Бомгю, на мгновение глядя на Субина, прежде чем ухмыльнуться Ёнджуну. Субин уверен, что придушит Бомгю. - Вы не против, ребята? - спрашивает Ёнджун, подглядывая на Субина, но Субин игнорирует присутствие Ёнджуна, потому что... потому что... Ёнджун сегодня выглядит довольно симпатично. В юбке и весь такой радостный. Лицо Ёнджуна розовеет, когда солнечные лучи покрывают его щеки, находя покой на его коже. - Не хочу доставлять вам неудобств. - Просто скажи, что имеешь в виду конкретно меня, - наконец говорит Субин и придвигается ближе к Бомгю, освобождая место для Ёнджуна. - Нет. С чего мне испытывать неудобство? Меня не волнуешь ни ты, ни твоя дурацкая юбка. - Хён, будь вежлив! - Бомгю улыбается и поворачивается к Ёнджуну, а по позвоночнику Субина продолжает расползаться жар. Компании и правда нужно заменить кондиционер. - Извини, Ёнджун-хён, у него поганый рот, но он лишь лает, а не кусает. Клянусь. Субин морщит лоб, потому что это не совсем верно. Если Ёнджун попросит его укусить, он не станет возражать опуститься под стол и откусить кусочек от ёнджунова бедра, потому что... потому что... Ёнджун закричит, и это каким-то образом осчастливит Субина? Ёнджун хлопает ресницами и осторожно опускается на пустое место рядом с Субином, его юбка слегка задирается, а лицо краснеет. Сердце Субина выпрыгивает из груди. Ёнджун улыбается ему, слегка приподнимая юбку. Кожа бледная и гладкая, прохладная на ощупь, и Субину любопытно, каково это - зарыться в эти бедра лицом. У Субина большие ладони, и внезапно ему дико хочется представить, насколько большими они будут казаться на его изящных бедрах, сжимая их и оставляя следы. Черт. Субину и правда стоит сконцентрироваться на своем обеде. Точно. Пибимбап. Вблизи Ёнджун не пахнет цветущей вишенью и детской присыпкой и ванилью. От него пахнет стиральным порошком и чем-то цветочным, наверное, жасмином, и его слегка тошнит. Субин сглатывает и скрещивает ноги, потому что... он... вроде... как... возбужден? - Хаха, - говорит Субин и знает, что лицо покраснело. Чувствует жар на щеках. - Конечно, я не кусаюсь. Не слушай Бомгю. Субин думает, что умирает. Нет. Субин точно уверен, что умирает. Он надеется, что все его друзья покажутся на похоронах. Тэхён может забрать Оди, а Кай может забрать его полную коллекцию с Jujutsu Kaisen, включая чумовую футболку с Годжо, в которой Субин два дня в неделю ложится спать, даже если Кай этого, скорее всего, не оценит. Что касается Бомгю, Субин не оставит ему ничего. Ёнджун смотрит на Субина из-под челки и заправляет прядь волос за ухо. Субин следит за движением взглядом, снова, потому что Ёнджун обладает неким шармом, когда так делает. Он быстро отводит взгляд, когда Ёнджун его замечает. - Приятно знать, что не все в таком уж восторге от тебя, - подмигивает Ёнджун и облизывает губы, а Субин вспоминает, что Бомгю говорил о его оральной фиксации. Субин определенно точно не пялится на губы Ёнджуна, потому что ему не любопытно. Ни капельки. - Из-за тебя мне хочется стараться сильнее, секси, - рука Ёнджуна задерживается на краю юбки, и Субин видит звезды.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

В пять тридцать Субин вытаскивает свой телефон и какое-то время смотрит на знакомый контакт, пока пиксели не отпечатываются под веками. Он вздыхает и не успевает положить его обратно в карман, как над ним нависает тень, постукивая по поверхности стола. - Ну что? Собираешься выпить с нами сегодня? Намджун сказал, его команда тоже будет. - Ах, хён, - Субин чешет затылок. - Мне нужно… - Выгулять своего ежика? Побросать ему палку в парке? - усмехается Чонгук. - Субин, когда-нибудь тебе нужно расслабиться, парень. Повеселиться. - Эм… на этот раз я присоединюсь, - говорит Субин и старается не закатывать глаза перед Чонгуком. - Это мой донсэн, - Чонгук хлопает его по спине, но так резко, что Субин чуть не валится вперед и не впечатывается лицом в монитор. - Уён. Ты идешь? И когда Уён с энтузиазмом кивает, Субин берет телефон и набрасывает сообщение. Все равно Субину нужен лишь небольшой толчок. 17:45 Субин > Уён собирается сегодня на попойку. Ты идешь? 17:46 ПОШЕЛ ТЫ ЧХВЕ ЁНДЖУН > ээээээм > наверно. намджун-хён достает из-за того, что пропустил в прошлый раз > ему нужно перестать тусоваться с чонгук-хёном, это вредно для меня и моего психического здоровья Субин просматривает сообщения и борется с улыбкой. 17:46 Субин > Нас таких двое > Не хочу видеть твое дурацкое лицо 17:46 ПОШЕЛ ТЫ ЧХВЕ ЁНДЖУН > мой ути-пути пусенька всегда так мил со мной :3 > погоди. ты тоже идешь? 17:47 Субин > Обещал Чонгуку. Я так ненавижу хосик. 17:48 ПОШЕЛ ТЫ ЧХВЕ ЁНДЖУН > да, детка, нам известно лол Даже в переписке Ёнджун по обыкновение кокетлив, и Субин старается не швырнуть свой телефон через всю комнату. Субину любопытно, со всеми ли Ёнджун так разговаривает, обманом заставляя считать, что они единственные, о ком он думает. Но затем Субин возвращается мыслями к разбитому взгляду Ёнджуна на днях и как он выглядел таким... другим. Таким неуверенным и не-Ёнджуном, и Субин вздыхает, закусывая нижнюю губу. 17:49 Субин > Ты будешь в порядке? 17:49 ПОШЕЛ ТЫ ЧХВЕ ЁНДЖУН > с чего бы мне быть не в порядке? 17:49 Субин > Уён? 17:50 ПОШЕЛ ТЫ ЧХВЕ ЁНДЖУН > точно. да пофигу > ты точно идешь? я могу смотреть на твое хорошенькое лицо, и тогда он не будет проблемой лол > ты можешь отвлечь меня, секси :3 Субин фыркает. Он бросает свой телефон на стол и жмурится, сдувая челку с лица. Уён посылает ему взгляд из-за искусственного цветка. - Субин-щи. Ты в порядке? - Ага, - улыбается Субин и снова подбирает телефон, меняя контакт с ПОШЕЛ ТЫ ЧХВЕ ЁНДЖУН на ёнджун. Просто Ёнджун. Потому что Субин не зациклен и не испытывает сильных чувств к Ёнджуну. - Ах, просто рекламщики.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

Большую часть времени Субин терпеть не может свою работу и своего соседа, что постоянно занимается сексом в 4 утра по выходным, не потому, что это неудачное время для секса, а потому, что Субин ненавидит, когда другие люди развлекаются. Большую часть времени Субин терпеть не может Ёнджуна, но сегодня. Сегодня Субин терпеть не может Бомгю и его дурацкий рот. Потому что с тех пор, как Бомгю открыл ящик Пандоры, глупый, розовый и ненавистный рот Ёнджуна стал еще более глупым, розовым и ненавистным, и Субин не может сосредоточиться. - На что уставился? - спрашивает Ёнджун невнятно. И вместо того, чтобы наполнить рюмку, как любой нормальный человек, что проявляет сочувствие к душевному состоянию Субина, Ёнджун обхватывает розовыми, блестящими губами горлышко бутылки с соджу и посасывает, потому что ему нравится сводить Субина с ума. В тускло-желтом свете ресторана губы Ёнджуна блестят и сияют, а его кожа вспыхивает розовым румянцем. Субин ослабляет галстук, наливая соджу в собственную рюмку. Он недостаточно пьян для этого. - Ни на что, - говорит Субин, и его голень под столом ласкает чужая нога. Ёнджун так близко, его тело прижимается сбоку к талии Субина, а его дыхание щекочет кожу. - Ты сегодня хорошо выглядишь, секси, - шепчет Ёнджун Субину на ухо, не осознавая, что его внутренности превращаются в желе (и что у него……каменный……стояк). Ёнджун заправляет прядь волос за ухо, а другой рукой скользит по пояснице Субина. - Я выгляжу хорошо каждый день, спасибо большое, - стонет Субин, опрокидывая собственную рюмку. Сладость оседает в глотке, но Субин желает, чтобы то был рот Ёнджуна. У Субина серьезные проблемы. Ему следует уволиться, потому что Чонгук ужасен, и его друзья ужасны, и Ёнджун ужасен. Ёнджун дуется. - Знаешь, когда я говорю подобное, люди делают комплименты в ответ. - Я не такой, как другие, - говорит Субин и смотрит на Уёна, что сидит на дальнем конце их стола, а затем снова на Ёнджуна. Ёнджун без раздумий продолжает обхватывать бутылку своими розовыми, раскрасневшимися губами и откидывает голову, делая глоток, а Субин невольно пожирает зрелище взглядом. Потому что Ёнджун выглядит так, словно снимает легкое порно, а Субин немного пьян. - Знаю. Потому что обычно я нравлюсь другим людям, - Ёнджун вытирает рот тыльной стороной ладони, и Субин не может отвести взгляд. - Редко можно встретить кого-то, кто так меня ненавидит. - Тогда не думаю, что мое мнение о тебе имеет большое значение, - Субин сжимает губы в тонкую линию. - Я просто случайный парень. - Ага. Но мне ненавистно, что я продолжаю пытаться, - говорит Ёнджун тихим голосом, привлекая внимание Субина. - Что? - Ничего, - Ёнджун прикрывает рот, хихикая, и на этот раз его нога движется вверх. Его рука скользит к талии Субина и прокрадывается под рубашку, надавливая на кожу Субина и посылая разряд электричества по его позвоночнику. - Мне все равно нравится внимание, - говорит Ёнджун. - Типа... по крайней мере, я получаю хоть какую-то реакцию вместо того, чтобы ничего не получать взамен, понимаешь? - Я не дарю тебе внимания. Ты раздражаешь. - Серьезно? Я помню, как ты проведал меня этим вечером, - Ёнджун дуется и хлопает ресницами, подбираясь ближе. Его дыхание пахнет перечной мятой, с нотками винограда. - Нет. - Из тебя плохой лжец, - говорит Ёнджун, опаляя горячим дыханием кожу Субина. Субин чувствует зарождающийся поцелуй, но старается его игнорировать. - Все на лице написано. - Я вижу, как ты смотришь на меня, Субин, - говорит Ёнджун. Он словно просто не может заткнуться и глубже впивается рукой в талию Субина, наклоняясь вперед, его слова щекочут уши Субина. - Ты хочешь меня. - Ёнджун, ты пьян, - говорит Субин, борясь с румянцем. Уголки губ Ёнджуна изгибаются в ухмылке, он выпускает бутылку соджу и тянет Субина за галстук. Они сталкиваются лбами, и Субин бегло оглядывает стол на случай, если кто-нибудь заметит, но в данный момент все пьяны до усрачки. Он вздыхает с облегчением. - Значит, ты не отрицаешь, - слова Ёнджуна продолжают захватывать пространство вокруг. У Ёнджуна и правда нет никакого стыда, и Субин подумывает побиться головой о ближайшую стену. - Отрицаю что? - Что ты меня хочешь, - говорит Ёнджун, его рука ползет вверх по спине Субина, и он сжимает его волосы в кулаке, слегка потянув за них. Субина слегка тянут за руку, и следующее, что он осознает, - Ёнджун кладет его пальцы между своих бедер, и Субин сглатывает, играясь с кромкой ёнджуновых шорт и ощупывая гладкую кожу. Ухмылка на лице Ёнджуна становится глубже, когда он облизывает свою нижнюю губу, и Субин невольно следит взглядом, как его язык движется туда-сюда, гадая, как тот будет выглядеть, скользя вверх и вниз по стволу его члена. Субин в полной жопе. Субин чувствует тяжелый взгляд Уёна с дальнего конца стола и затянувшееся напряжение в воздухе. - Уён смотрит, - шепчет Субин и сильнее вдавливает ногти в кожу Ёнджуна, пока не остаются бледно-розовые следы. Собственническое прикосновение, которое Субин всегда желал оставить. Бедра Ёнджуна гладкие и прохладные, и он дрожит от его прикосновения. - Ладно, отвлеки меня, Субин, - говорит Ёнджун. Лицо его полыхает, и, поскольку ему нравится внимание, он придвигается ближе к Субину, фактически усаживаясь на его колени, глубже опускаясь задницей на его твердеющий член. Ёнджун оборачивается и хлопает ресницами, в его глазах мелькают загадочные намеки. - Субин… ты когда-нибудь раньше бывал с парнем? - Со многими, - говорит Субин и обхватывает руками талию Ёнджуна, сильнее прижимая его к себе. - Хотя еще ни разу не бывал с шлюшкой. За этими словами следует легкое хихиканье, и Ёнджун поднимает руку, чтобы прикрыть рот. - Ладно. Пойдем отсюда. Субин кивает и винит во всем алкоголь. В любом случае, он всегда был простым парнем.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

Когда они добираются до квартиры Ёнджуна, что-то в Субине переворачивается. Должно быть, это все сдерживаемая энергия от наблюдения за Ёнджуном издалека, - думается ему. - Чертова шлюшка, - говорит Субин, прижимая Ёнджуна к двери, он подцепляет пальцами его подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. - Сводишь меня с ума. Хочешь, чтобы все в ресторане знали, как сильно ты хочешь быть оттраханным и заполненным, да? Ёнджун ничего не говорит, закрывая глаза, и его дыхание учащается. Его лицо полыхает, а по щеке катится капля пота. Субин сильнее прижимает его к двери и просовывает колено между бедрами Ёнджуна, чувствуя, как дергается под тканью его член. - Я задал вопрос. Не будь дрянью. - Да, - Ёнджун льнет вперед и шепчет в изгиб шеи Субина, кусая и оставляя след. - Я... я хочу тебя. Хочу, чтобы ты меня оттрахал и заполнил. - Хороший мальчик, - Субин улыбается и хватает Ёнджуна за талию, в темноте ориентируясь в его квартире. - Первая комната справа, - тихо шепчет Ёнджун, и это сводит Субина с ума еще больше, поскольку на смену обычному Ёнджуну, громкому и уверенному, теперь пришел податливый, весь такой застенчивый и робкий в объятиях Субина. Когда Субин находит спальню Ёнджуна, он пинком открывает дверь и садится на кровать. - На пол, - говорит Субин, и Ёнджун подчиняется. Он встает перед ним на колени, и Субин разводит ноги шире. Снаружи бушует гроза, молния бьет в небо и освещает лицо Ёнджуна. Его волосы в беспорядке, взъерошены и взлохмачены, а рот приоткрыт, пока он смотрит на Субина непристойным взглядом. - Я слышал, что ты чертова шлюха, сосущая члены, - говорит Субин, вжимая Ёнджуна лицом между своих бедер. - Так используй же этот рот с пользой. Ёнджун выглядит таким красивым, с раскрасневшимся лицом, открытым ртом и полуприкрытыми глазами, он обводит эрекцию Субина губами и облизывает ткань брюк. Быстрым и отработанным движением Ёнджун расстегивает его ремень, стягивает с него штаны и наклоняется вперед, облизывая Субина сквозь трусы. - Черт, - бормочет Ёнджун в ткань, и Субин чувствует жар его рта и как течет его собственный член. Ёнджун гладит Субина сквозь нижнее белье, его глаза блестят от желания. - Такой большой. Поверить не могу, что ты прятал этого монстра под своей задротской одеждой. - Заткнись, - стонет Субин, на мгновение оттягивая волосы Ёнджуна назад, прежде чем снова потереть его лицом о свою эрекцию. - Я велел тебе использовать этот рот с пользой. - Да, сэр, - говорит Ёнджун, и когда он стягивает с Субина трусы, то громко вздыхает. - Черт. Он идеален, - говорит Ёнджун, медленно поглаживая эрекцию Субина и проводя языком по нижней губе. Субин усмехается. - Давай. Я слышал много хорошего про твой маленький рот, - Субин приподнимает подбородок Ёнджуна и видит собравшуюся в уголках губ слюну. - Шлюха. Ёнджун не ждет ни секунды. Он обхватывает губами головку Субина, несколько раз нежно, легко посасывает, а затем втягивает щеки и двигает головой вниз. И Бомгю был прав, этот рот обалденный: он огромный и в скором времени обхватывает Субина целиком. И каждый раз, когда Ёнджун кружит языком по стволу Субина, тот поднимается к небесам, запрокидывая назад голову и глубже толкаясь в теплоту, пока его руки скользят по волосам Ёнджуна. Когда он глядит вниз, Ёнджун выглядит таким оттраханным. Субин не понимает, как Чхве Ёнджун оказался перед ним на коленях, стонущий и отсасывающий его член, но тем не менее ему это нравится, нравится иметь возможность довести его до ручки. - Такой красивый. Такой послушный. Хочешь, чтобы я кончил? - Да, сэр, - бормочет Ёнджун между вдохами, делая небольшой перерыв, прежде чем неустанно задвигать ртом вверх и вниз по члену Субина. Слюна стекает по подбородку Ёнджуна, блестит, и у Субина кружится голова, когда он массирует ему яйца. Когда Ёнджун выпускает его член с тихим чмоком, из уголка его рта стекает дорожка слюны, и Субин не может оторвать взгляд от этого зрелища. Дыхание Ёнджуна сбивается, когда он принимается сосать яйца Субина с чуть большим усилием, и это так приятно. Тепло и влажно. Субин теряет рассудок. Даже становясь чувствительным внизу, Субин старается не испустить ни стона, потому что это будет значить, что Ёнджун победил, поэтому он откидывает голову назад и рычит, прижимаясь головкой к лицу Ёнджуна и размазывая по нему слюну. Свет уличных фонарей проскальзывает за шторы и окрашивает кожу Ёнджуна в оранжевый цвет, и на секунду Субин оказывается зачарован, но приходит в себя и сильнее тянет Ёнджуна за волосы. - Погляди на себя, - говорит Субин, и Ёнджун снова вбирает его член в свой теплый и влажный рот, распахивая челюсть, чтобы приспособиться к его размеру, и Субин больше не может этого выносить. Он удерживает Ёнджуна за волосы на месте и начинается двигать бедрами, сперва толкаясь в его щеку, а затем и в глотку, грубо, но достаточно медленно, чтобы Ёнджун не подавился. - Взгляни на свой рвотный рефлекс, ты тренировался, да? - Шлюха, - смеется Субин и толкается еще раз, пока не кончает, откидываясь спиной на матрас. Ёнджун не упускает возможности, наклоняясь вперед и выдаивая из Субина оргазм. Когда Субин наконец восстанавливает дыхание, Ёнджун облизывает губы, а уголки его рта украшает струйка спермы, и Субин, даже уставший и пьяный, чувствует, как его эрекция снова возвращается. - Еще разок? - Ёнджун хлопает ресницами. - Ты нахрен чокнутый, - Субин смеется, но когда притягивает Ёнджуна к своей груди, рывок получается нежным, словно они почти любовники. - У меня для тебя идея получше. - Трахнешь меня? - Если хочешь, чтобы я тебя трахнул, ты должен это заслужить, - говорит Субин и тянется к тумбочке за смазкой, размазывает ее по пальцам и стягивает с Ёнджуна штаны. Тот начинает чаще дышать ему в шею, и Субин обхватывает рукой его талию, пока их сердцебиения сплетаются в танце. - Пока нет, - шепчет Субин на ухо Ёнджуну. - Не сегодня, но позволь мне позаботиться о тебе, - говорит он, кружа пальцами вокруг дырки Ёнджуна, и Ёнджун стонет ему в ухо, словно шлюха, коей он и является. - Как ты можешь желать, чтобы я тебя трахнул, если едва можешь совладать с этим? Думаешь, сможешь принять мой член? - Пожалуйста, я хочу твой член внутри, - шепчет Ёнджун в ключицу Субина, и Субин останавливается. - Больше не умоляй, иначе, - говорит Субин, и Ёнджун закрывает рот. - Хороший мальчик, а теперь просто лежи, - Субин обхватывает задницу Ёнджуна ладонью и вводит пальцы один за другим, медленно раскрывая его. Ёнджун вертится и сжимается вокруг его пальцев, и когда он расслабляется, Субин проталкивает еще один, напрягая уши, чтобы впитать стоны, слетающие с губ Ёнджуна. Все так нежно, только они вдвоем, и снаружи гремит гром. - Довольствуйся сегодня лишь моими пальцами, - говорит Субин, заправляя прядь волос за ухо Ёнджуна, потому что он всегда хотел это сделать. - И я позволю тебе принять мой член когда угодно, - в мгновение ока Субин переворачивает Ёнджуна и ставит его на четвереньки, прежде чем снова погрузить пальцы в теплую дырку Ёнджуна, поглаживая другой рукой его член. Ёнджун выглядит таким красивым, вот так, полностью растянутым для него, и Субин снова чувствует, как твердеет его эрекция. Он мог бы продержаться еще один раунд, даже будучи пьяным, но так веселее - не давать Ёнджуну то, чего он хочет, потому что Субину нравится, когда Ёнджуна ставят на место. Субин шлепает Ёнджуна по бедрам, заставляя раздвинуть их шире, и толкает и скручивает пальцы, пока Ёнджун не начинает извиваться, откидывая голову назад, превращаясь в сломленное месиво. - Ах, вот оно, точно, - смеется Субин, сплевывая на ладонь и надрачивая Ёнджуну, медленно и крепко. - Слишком. Черт, - и когда Субин останавливается, Ёнджун выглядит в точности, как он сам, глаза полны желания. - Нет, не останавливайся. Продолжай. Быстрее. - Не слишком ли ты нетерпелив? - Субин смеется, но втайне ему это нравится. Ему нравится, как Ёнджун желает его и выкрикивает его имя. Ему нравится, как Ёнджун ломается для него. Только для него. Он вдавливает пальцы глубже и набирает скорость, и когда ноги Ёнджуна превращаются в желе, а сам он заваливается вперед, Субин понимает, что победил. - Ты обкончал все простыни, - говорит Субин и переворачивает Ёнджун, осматривая комнату. - Где полотенца? - В шкафу, - бормочет Ёнджун с закрытыми глазами, и Субин поспешно встает за ними, чтобы стереть пот с его лица. Лицо Ёнджуна все еще полыхает, волосы липнут ко лбу, и Субин смахивает их в сторону. Он не забывает задержаться пальцами на линии челюсти Ёнджуна, восхищаясь косточкой. - Устал? - Хммм, - отвечает Ёнджун. Глаза его все еще закрыты, Ёнджун тянет Субина за запястье и притягивает его к своей груди, прежде чем провалиться в сон. Это, должно быть, алкоголь и отголоски секса, твердит себе Субин. Потому что Субин какое-то время смотрит на Ёнджуна, - его зрение плывет и сердце стучит о грудную клетку - размышляя о поцелуе.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  Субин просыпается посреди ночи и дрожит от тихого дыхания напротив собственной груди, и ему требуется минута, чтобы сориентироваться. Это, это не его комната. - Ах, - Субин глядит вниз и видит Ёнджуна в собственных объятьях, и воспоминания начинают возвращаться. Снаружи все еще темно и грохочет дождь наряду с дыханием Ёнджуна, над ними раздается тихое тиканье часов. Субин замирает, а затем пытается высвободить Ёнджуна из собственных рук и медленно поднимается с кровати. Словно в тумане, Субин пытается найти собственные штаны, когда позади раздается голос. - Ты голодный? - Что? - сердце Субина грохочет по всему дому. - Эм. Нет... я ухожу? - Тебе необязательно? - в голосе Ёнджуна сквозит удивление. - Можешь остаться здесь. У меня достаточно большая кровать. - Но... - Субин ломает голову в поисках отмазки, но безрезультатно. Кровать Ёнджуна звучит неплохо. Там тепло, и Ёнджун еще один источник теплоты. - Я... - Никаких 'но'. Мой дом, мои правила, и я не позволю тебе уйти в три часа ночи в такую погоду, неважно, как сильно ты меня ненавидишь, - стонет Ёнджун, а Субин хочет сказать, что это не совсем правда. Он не ненавидит Ёнджуна, он просто думает, что Ёнджун... другой. Субин никогда не ладил с расхождениями. - Хочешь чего-нибудь поесть? - Эм, ты это говоришь, потому что пытаешься показаться милым? - Ну, если ты это так воспринимаешь, - говорит Ёнджун, и в его глазах появляется небольшой разлом, и желудок Субина снова сворачивается узлом. - Пофигу. Я все равно что-нибудь приготовлю. - Эм, - говорит Субин и отпрыгивает назад, когда молния разрезает небо пополам. - Похоже, сегодня ты застрял здесь со мной, - смеется Ёнджун, отбрасывает одеяло и встает с кровати. Субин пытается сосредоточиться на собственных стопах, потому что Ёнджун все еще обнажен, а синяки, что Субин оставил на его коже, очень красивые. И он сглатывает сухость, что навсегда поселилась в его горле. - Тогда, пожалуй, я опустошу твой холодильник, - сдается Субин. - У меня буквально пустой холодильник, - пожимает плечами Ёнджун и накидывает белую майку, что плотно облегает его талию, и Субин чувствует пощипывание в глазах. - Эм, рамён устроит? - Ага, пойдет, - говорит Субин, и Ёнджун медлит у двери, перенося вес с ноги на ногу. - Тебе стоит... тебе стоит что-нибудь накинуть, - говорит Ёнджун, и Субин подпрыгивает, обхватывая грудь с какой-то новоприобретенной застенчивостью. Лицо Ёнджуна все еще полыхает, розовый глянец мерцает с каждым ударом молнии, и Субин рад, что дождь каким-то образом приглушил узлы в его животе. - Вот, - Ёнджун бросает ему комплект пижамы и выскальзывает за дверь, а Субин натягивает одежду и вдыхает. Кондиционер для белья и затяжной цветочный аромат, жасмин. Шелковая и выглядит совершенно новой, потому что вся одежда Ёнджуна выглядит словно только из магазина, в отличии от потрепанных футболок Субина, в которых тот ложится спать. Когда становится слишком тихо, Субин медленно осматривает комнату. В углу стоит кучка комнатных растений, листья которых напоминают змеиную кожу, различаясь оттенками зеленого. Свечи, которые Ёнджун, похоже, любит зажигать, учитывая выгоревшие лунки. Книги, которые Ёнджун любит читать, модные журналы вперемешку с комиксами о Дораэмоне, и вдруг Субин задается вопросом, настолько ли они разные. Стол Ёнджуна приставлен к стене с плакатами, в основном с западными артистами, которых Субин видел по телевизору, но чьих имен не помнит. Поверх него разбросаны несколько исходных эскизов и незаконченный макет. У окна стоит зеленое кресло-качалка со следами эксплуатации, краска потерта, цвет приглушен. Субин гадает, сколько раз Ёнджун сидел на нем, покачиваясь взад-вперед и наблюдая, как молния подсвечивает город вдалеке. Все это слишком интимно, словно Субин наблюдает кусочек жизни Ёнджуна, что разворачивается у него на глазах, кадр за кадром, и она прекрасна, но Субину не следует знать. Потому что все это слишком личное. Субин закрывает глаза и думает о кулинарных жестянках и швейных принадлежностях, и гадает, есть ли ему здесь место.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  - Джин рамён, серьезно? - Субин корчит лицо, когда входит на кухню, а Ёнджун подпрыгивает и медленно возвращается к своим вялым действиями, все еще стоя к Субину спиной. - Все знают, что марка Шин лучшая. Гроза снаружи поутихла. Звуки города приглушены, если не считать барабанного стука в окно и шкварчания кастрюли. - Однажды я снимался в рекламе Джин рамёна, - Ёнджун улыбается и выключает плиту, перенося кастрюлю на обеденный стол. Завитки волос липнут к одной стороне его лица и шеи, и Субин позволяет взгляду задержаться на его ключицах. - Джин лучше всех. Шин слишком острый, ты буквально не чувствуешь вкуса. Язык обжигает, - говорит Ёнджун и протягивает Субину палочки для еды и маленькую миску. Ёнджун снимает крышку с кастрюли и плюхается на стул, подгибая одну ногу. - Что? - Ничего. Ты просто слабак, - говорит Субин и думает, что, возможно... активно засматривается на бицепсы Ёнджуна. Субин фыркает и занимает место напротив, накладывая полную миску лапши. - Не ожидал, что ты испытываешь такую страсть к рамёну. - Я испытываю страсть ко всему, - говорит Ёнджун и морщит лицо, ерзая на стуле. - Ай. - Что? - Все болит, - говорит Ёнджун, его лицо краснеет, и он сжимает губы в тонкую линию. - Заткнись. - Я даже ничего не сказал. - Твои мысли. Я их слышу. - Ты бредишь, - улыбается Субин, и это странно - вот так добродушно подшучивать над Ёнджуном. - Я тебя даже не трахнул. - Поверить не могу, что позволил мужчине мной манипулировать, - говорит Ёнджун, но тон его беззаботен. - Буквально в моем собственном доме и перед моим вкуснейшим рамёном. - Не назвал бы Джин вкуснейшим, - говорит Субин и смеется про себя, потому что они даже не могут сойтись на чем-то таком простом, как лапша быстрого приготовления. Лицо Ёнджуна кривится, когда он вызывающе втягивает лапшу. Это довольно мило, думает Субин; когда Ёнджун раздражается, его лицо краснеет, а щеки надуваются. И... Ох. Черт. Палочки Субина ударяются об стол, потому что... потому что он только что подумал, что Ёнджун милый, а точнее, его недовольное лицо, и жар приливает к щекам Субина. Он быстро подбирает палочки и заглатывает свой рамён, пока Ёнджун с любопытством поглядывает на него. Слишком горячо, поэтому Субин выплевывает лапшу и выдыхает воздух изо рта, заставляя Ёнджуна рассмеяться. - Хочешь, чтобы хён тебя покормил? - Даже нахрен не напоминай, - говорит Субин и не торопясь осторожно дует на свой рамён, прежде чем сунуть его в рот. Внезапно Субин остро осознает свое окружение; свет над головой слишком пронзает глаза, и он старается не обращать внимания на лицо Ёнджуна. Субин никогда раньше не бывал в такой интимной близости с другим человеком, и его желудок крутит и вертит, когда Ёнджун прикрывает рот, издавая смешок. - Что смешного? - Твое лицо. - Что не так с моим лицом? - говорит Субин. - Как по мне, оно прекрасно. - Так и есть, - говорит Ёнджун, и Субину ненавистен тот факт, что Ёнджун не согласился с ним, как он того хотел. Потому что теперь Субин чувствует, как жар подкрадывается к его шее, а затем распространяется и на уши. - Терпеть тебя не могу, - стонет Субин. - Не следовало приходить к тебе домой. - Ты не можешь устоять передо мной, детка, - говорит Ёнджун, и снова проводит стопой верх и вниз по голени Субина, как тогда, в ресторане. Его ресницы трепещут, а рот изгибается в ухмылке, и Субин гадает, ведет ли себя Ёнджун так с каждым парнем, которого считает красивым. Он вел себя так и с Уёном? Или с Бомгю; касания исподтишка и тайные улыбки и понимающие взгляды, и желудок Субина крутит и вертит. Субин отмахивается от этой мысли. Он, должно быть, все еще пьян. Когда они забираются под одеяло, Ёнджун сворачивается рядом с ним. Тело Ёнджуна такое теплое, его майка задирается, когда он прижимается животом к боку Субина. Перед мягкой кожей невозможно устоять, и Субин подавляет свои порывы. Ёнджун обнимает Субина за талию, и Субин извивается под его тяжестью. - А можно не надо? - просит Субин. - Прости. Я так привык, - говорит Ёнджун, и Субин гадает, путают ли его с Уёном, или для Ёнджуна он - очередное тело, которое согреет его этой ночью. Это глупая мысль. Не то чтобы Субина это волнует. - Субин, - голос Ёнджуна - шепот посреди дождя. - Хм? - Это реально? - Что реально? Может, перейдешь к делу? - Это, - Ёнджун делает вдох и прижимает палец к щеке Субина, играя с его ямочкой. Тупая игла вонзается в кожу Субина. Дождь шелестит в его ушах, переплетаясь с дыханием Ёнджуна, и Субин украдкой глядит на него и обнаруживает, что большие любопытные глаза Ёнджуна смотрят в ответ. - Ты реально дашь мне свой член когда угодно? - спрашивает Ёнджун дрожащим голосом. Субин давится слюной и смеется. Субин, похоже, говорит безумные вещи, когда возбужден, и теперь они кусают его за задницу. - Как я и сказал. Зависит от того, заслужишь ли ты мой член. - Поверить не могу, что позволил мужчине себе солгать. - В твоем собственном доме, на твоей собственной кровати? Ёнджун дуется и переворачивается. - Да пошел ты и спокойной ночи, - мягко говорит он. Субин глядит на спину Ёнджун, пока его дыхание не выравнивается, а затем обвивает рукой его талию и оставляет поцелуй на его шее. Субин не знает, почему сделал это, ведь это Ёнджун из всех людей, и Субина он на самом деле не волнует. Сердце Субина выпрыгивает из груди, и он быстро разворачивается и утыкается лицом в одеяло. Хорошо, что Ёнджун уже заснул, так что никто не стал свидетелем этого поцелуя. Это останется секретом Субина.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  - О мог бог, - чирикает Бомгю, перекидывая ноги через скамейку у обеденного стола. - Сегодня будет очередная гроза. И по дороге домой у меня порвутся в метро штаны, и весь Сеул узнает, что у меня конский член. Субин приподнимает бровь, а Хюнин Кай забавно смотрит на Бомгю, пока Тэхён просто медленно жует свою еду. - О чем ты, черт возьми, говоришь? - спрашивает Хюнин Кай. - Ах. Контекст, - говорит Бомгю, самодовольная ухмылка появляется на его лице и липнет к щекам. - У Субин-хёна был секс. Это плохая примета. - Что? - Хюнин Кай распахивает глаза. - Как ты, черт возьми, знаешь все в округе? Бомгю указывает головой на ключицы Субина, и Субин незаметно подтягивает рубашку, чтобы прикрыть засосы. К черту Ёнджуна и его розовый, глупый, ненавистный рот. - Комары, - Субин притворно кашляет. - Отложили яйца после грозы. - Похоже, очень страстные комары, - Бомгю смотрит в сторону Субина и сдувает челку с лица. - Хён, отмазка словно от старшеклассника. - Я и есть старшеклассник, - говорит Субин, и Тэхён смотрит на него своими большими глазами и большим сочувствием, а затем крадет сосиску в форме осьминога из бэнто Бомгю и глядит на него, пока тот наслаждается своими уродливыми пандами. - Хён, я все еще в шоке, - бормочет Хюнин Кай, - ты играешь в Лигу легенд и у тебя подушка с девушкой-кроликом. С титьками наружу и все такое. Поверить не могу, что ты перепихнулся. - Один из вас, уродцев, подарил мне эту подушку, - говорит Субин и зачерпывает ложкой кацудон. - Но это не отменяет того факта, что я высокий и привлекательный, и у меня есть ямочки на щеках, спасибо большое, - говорит Субин, гадая, считает ли и Ёнджун его привлекательным. Ёнджун сегодня сидит за столом с ребятами из финансового отдела. Качки офиса, ведь социальная иерархия в корпоративных офисах не так уж сильно отличается от социальной иерархии в старшей школе. Чанбин, глава финансового отдела, кладет руку на плечо Ёнджуна, а Ёнджун утыкается носом в изгиб его шеи. Зрелище вызывает у Субина тошноту, и ему ненавистно, что Ёнджун так на него действует. - Серьезно, кто бы тебя трахнул? - говорит Бомгю, и Субин стонет, потому что видели бы они, как Ёнджун извивался под ним. Не то чтобы это имеет значение, потому что Субину кажется, что Ёнджун постеснялся бы признать, что они трахались. - Почему тебя не волнует, кто бы трахнул тебя, Бомгю, - вмешивается Тэхён. - Много кто, учти, - говорит Бомгю, и его взгляд обостряется. Ёнджун все еще смеется Чанбину в шею, и Субину интересно, что там нахрен такого смешного. Он до этого беседовал с Чанбином, его шутки заурядны и не более. - Все хотят отхватить кусочек этой задницы, - голос Бомгю возвращает Субина к реальности, и он подхватывает кусок свиной котлеты палочками для еды, а затем бросает его обратно на поднос. - Эта задница сейчас с нами в комнате? - спрашивает Тэхён, а Ёнджун накручивает прядь волос и кормит Чанбина картошкой. Желудок Субина сжимается, а в горле пересыхает. Он тянется за водой, пытаясь сконцентрироваться на своем обеде. Краем глаза он видит, как Кай бросает на него любопытный взгляд, и Субин напоминает себе, что он должен оставаться Субином, поэтому задвигает мысли о Ёнджуне на задворки своего сознания. Он протягивает руку и шлепает Бомгю по шее. - Ребят, вам нужен презерватив? - спрашивает Субин, и Бомгю взвизгивает, а Хюнин Кай смеется, но шутка сегодня оказывается не такой на вкус. Дискомфорт поселился у него в горле, и никакая вода не может его унять. Когда Субин бросает взгляд в другой конец комнаты, то замечает, что Ёнджун смотрит на него, прежде чем отвести взгляд.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  Субин устраивается в своей кабинке, а Чонгук на цыпочках обходит его кресло. - Итак, - начинает Чонгук, крепко сжимая в руке папку. - Ладно, - Субин вздыхает, встает и забирает папку из рук Чонгука. - Мне нравится, что ты перестал сопротивляться и начал принимать свою судьбу. - Точно. Не то чтобы у меня есть выбор, - говорит Субин, вызывая лифт. Еще месяц назад он задерживал дыхание всякий раз, когда нога его ступала на 8-й этаж, но теперь Субину кажется, что ему даже стало это нравиться. Ему нравится, как лифт издает тихий звук и пошатываясь поднимается вверх. Здесь тихо, и Субин старается не думать об уложенных гелем, черных волосах и юбках, и чистых, выбритых ногах. Когда двери раскрываются, Субин замечает Ёнджуна мгновенно, словно к его спине прикреплены невидимые магниты. Субин направляется в его направлении и бросает папку на стол еще до того, как добирается до него. - Вот, - говорит Субин, и Ёнджун разворачивает кресло, скрестив ноги. - Обожаю твой энтузиазм каждый раз, когда ты меня видишь, - говорит Ёнджун, подпирая подбородок рукой и опираясь на подлокотник. С этого ракурса Субин ясно видит выглядывающие из-под кардигана соски Ёнджуна и на этот раз, в отличие от всех остальных, смотрит пристально, потому что видел и похуже, и хочет, чтобы Ёнджун знал, что он видит его намерения насквозь. - Нравится зрелище, детка? - Ммм, - говорит Субин и снова переводит взгляд на глаза Ёнджуна, обнаруживая, что они полны желания. Ёнджун сводит его с ума, и Субину дико хочется прижать его к земле и заставить заткнуться. - Может, если бы я увидел твою дырку. - Субин, - шикает Ёнджун. - Мы на работе. - Ох. Так теперь ты стесняешься. Ёнджун сжимает губы в тонкую линию. Его щеки горят, а сам он избегает взгляда Субина, пытаясь подобрать правильные слова. У Субина кружится голова, потому что это так мило. - Да пошел ты, - говорит Ёнджун. - Встретимся в копировальной комнате на двенадцатом этаже через пятнадцать минут. - Что планируешь сделать? - спрашивает Субин, и Ёнджун поднимается на ноги и шепчет ему на ухо. - Вылизать твою задницу, - говорит Ёнджун. - С удовольствием посмотрю на твои попытки. Копировальная на 12-м этаже всегда свободна, спрятана в уголке со старыми, громкими, громоздкими машинами, что издают слишком много шума и никогда не имеют цветных чернил. Ужасное место для печати. Прекрасное место для траха. Субин прижимает Ёнджуна к двери, хватая его за подбородок, и запечатывает его рот жарким поцелуем, с языком и зубами, но это ничего, потому что Ёнджуну все равно нравится грубовато. Он в спешке расстегивает чужой кардиган, бросает его то ли на пол, то ли на ксерокс поблизости, и врезается пальцами в позвоночник Ёнджуна, играя с его чувствительными сосками. - Этот прикид сводит меня с ума, - говорит Субин, и Ёнджун дрожит под его пальцами. - На улице чертовски холодно, а ты все равно вот так одеваешься? Что за чертова шлюха. - Ах, - говорит Ёнджун и выставляет шею для легкого доступа, и Субин оставляет поцелуи на его горле. Он хватает в кулак волосы Ёнджуна и толкает его на пол, расстегивая штаны и небрежно их сбрасывая. - Поцелуй меня в зад, - говорит Субин, и Ёнджун приподнимает уголки губ, потому что он чокнутый и наверняка наслаждается этим. Ёнджун наконец приходит в движение, разворачивает Субина лицом к двери и стягивает его трусы. - Черт, - говорит Ёнджун, хватая Субина за задницу, и начинает легонько пошлепывать, посылая разряд электричества по его позвоночнику. - Такая мягкая. Такая податливая. И ты скрывал ее от меня? - Заткнись, - говорит Субин и ерзает, когда Ёнджун оставляет на его ягодице очередной шлепок, а затем приглаживает кожу ладонью. Субин выгибает спину, когда наслаждение охватывает каждую клеточку его тела, и прикрывает рот, когда издает стон. - Дай мне тебя слышать, детка, - говорит Ёнджун и сплевывает на дырку Субина, кусая его за бедра. Ноги Субина превращаются в желе, и он наваливается всем весом на дверь, подталкивая себя вверх. Ёнджун работает быстро, потому что он чертовски нетерпелив, и облизывает дырку Субина по кругу, а затем проталкивает внутрь язык, теплый и влажный, и стенки Субина сжимаются. Ёнджун зарывается носом в расщелину и прижимается лицом к его ягодицам, и Субин гадает, насколько у Ёнджуна длинный язык, потому что ощущение растекается по всему телу. - Черт, - вздрагивает Субин, и Ёнджун на секунду останавливается, чтобы сплюнуть на ладонь и обхватить ею член Субина. Время от времени он покрывает поцелуями его бедра и задницу и погружает внутрь свои длинные, тонкие пальцы, трахая и раскрывая его. - Боже, - стонет Субин и запрокидывает голову, потому что он чертовски чувствителен. Никто никогда раньше его не вылизывал, и это новое чувство. Захватывающее. Иное. Цельное. - Просто Ёнджун, - смех Ёнджуна эхом отзывается у Субина в ушах, и Субин хочет сказать Ёнджуну, чтобы он заткнулся, но его простату снова атакуют. Его дырка сжимается вокруг скверного языка и пальцев Ёнджуна, что безжалостно двигаются туда и обратно. - У тебя есть смазка? Я так сильно хочу тебя трахнуть. - Я не ношу с собой смазку. Я не такая шлюха, как ты, - говорит Субин, и пока Ёнджун смеется, он подается бедрами назад, насаживаясь на его язык. Хватка Ёнджуна на его члене становится крепче, быстрее, и Субин чувствует свой оргазм под подушечками его пальцев. - Я сейчас кончу, - говорит Субин, и его не волнует, что он не продержался, потому что им нужно вернуться на работу, и у Субина нет времени страдать херней. Он кончает на пальцах Ёнджуна и не дожидаясь разворачивается и поднимает его с пола, быстро проталкивая пальцы Ёнджуна в его же рот и заставляя попробовать на вкус сперму Субина. - Ты нахрен больной, - говорит Субин и расстегивает Ёнджуну ширинку, опускаясь на колени и стягивая его шорты. - Ох, кружевное белье, ха? - Эм, - лицо Ёнджуна горит огнем, и он посасывает свои пальцы, глядя на Субина полуприкрытыми глазами. Капелька пота стекает по его виску, и Ёнджун делает короткие, тяжелые вдохи, и Субину нравится, когда Ёнджун выглядит сокрушенным, вот так. Его член капает смазкой на голубые, кружевные трусики с рюшечками, и мозг Субина отключается. - Думал, тебе понравится? - Ты такая шлюха. Я еще даже не трахнул тебя, а ты расхаживаешь в кружевном белье, чтобы меня впечатлить, - говорит Субин и борется с улыбкой, стаскивая белье Ёнджуна зубами и освобождая его порозовевший член в прохладном воздухе копировальной комнаты. Он слегка посасывает головку его члена, прежде чем провести языком по всей длине, мягко посасывая и яйца, и Ёнджун всхлипывает, испуская жалкий стон. Телефон Субина вибрирует где-то в комнате, поэтому он останавливается на полпути, пытаясь найти телефон, и проверяет имя звонящего. Чонгук. - Нужно ответить, - говорит Субин, поднимая бровь и поддерживая зрительный контакт с Ёнджуном, и Ёнджун надувает губы. - Веди себя хорошо, ладно? И, может, я подумаю о том, чтобы трахнуть тебя. Ёнджун закрывает глаза и кивает, а Субин сплевывает на его член, прежде чем поднять трубку. Он обводит языком головку, стараясь не издавать ни звука, и ждет, пока Чонгук заговорит первым. - Субин? Субин улыбается, выпускает член Ёнджуна изо рта и начинает дрочить ему одной рукой, медленно и крепко. Тот краснеет от желания кончить, но, в отличие от Ёнджуна, Субин любит не торопиться. Так веселее. - Да, хён? - Где ты? - спрашивает Чонгук, и Субин проводит языком дорожку вверх и вниз по члену Ёнджуна, напрягая мозги в поисках ответа. В своей хватке от чувствует каждую волну дрожи, прошивающую чужое тело. Каждый изгиб и излом, и Субину нравится это чувство контроля. - Ахх. Я все еще на 8-м этаже, - Субин умышленно глядит на Ёнджуна и кладет пальцы в рот, прежде чем размазать слюну по всему его члену. - Я обсуждаю с Ёнджуном-щи открытие нового проекта в Каннаме, верно, Ёнджун-щи? Субин поднимает трубку в воздух, приподнимая его член, чтобы пососать яйца, и Ёнджун испускает тихий всхлип, прежде чем взять себя в руки и ответить на звонок. - Д-да. Д-да, Чонгук-хён! Это... Я прямо сейчас показываю Субину-щи макет. Хороший мальчик, говорит Субин одними губами и забирает у Ёнджуна телефон, прижимая его к уху плечом и изображая радостный голос. Он обхватывает член Ёнджуна обеими руками, доводя его до оргазма и не отрывая глаз от его лица. Боже, Ёнджун выглядит так хорошо, капля пота катится по его виску, а глаза все еще закрыты, он смущен прикосновением Субина и телефонным звонком. - Ладно! Возвращайся скорее, хорошо! - невозмутимо говорит Чонгук, совершенно не замечая состояния Субина, и Субин делает глоток воздуха. - Мне нужно поговорить с тобой об утверждении коммерческого здания рядом с парком Ханган. - Конечно, хён, - слащаво говорит Субин, прежде чем отключиться и полностью вобрать ствол Ёнджуна в рот. Он втягивает щеки и работает так быстро, как только может, впитывая всего Ёнджуна и его хныканья, его стоны. Когда Ёнджун наконец кончает, он откидывает голову назад, издавая самые непристойные, самые прекрасные звуки, и Субин сглатывает его сперму. Его лицо кривится от горького привкуса, и он вытирает бардак тыльной стороной ладони. Субин встает, обхватывая талию Ёнджуна ладонями и ожидая, пока тот восстановит дыхание, и осматривает комнату, пытаясь найти одежду Ёнджуна и свою и стараясь не смотреть ему в глаза, потому что... потому что реальность начинает возвращаться, и Субину немного стыдно. Он только что довел Ёнджуна до оргазма на работе, разговаривая по телефону с одним из своих руководителей. Быстрым движением Субин снова прижимает Ёнджуна к двери и обхватывает ладонью его шею, потому что это наверняка вина Ёнджуна, что Субин совершает безумные вещи, которыми не особо гордится. И теперь желудок Субина постоянно скручивается узлами. - В следующий раз, - шепчет он на ухо Ёнджуну. - В следующий раз я отымею тебя так сильно, что ты не сможешь ходить. Но тебе бы этого и хотелось, не так ли? Потому что ты чертова шлюха, и тебе нравится, когда тебя используют, - Субин переводит дыхание и смотрит Ёнджуну прямо в глаза. - Тебе следует быть осторожнее, Чхве Ёнджун. И Субин открывает дверь и уходит. Когда Субин, наконец, возвращается на свой этаж и усаживается на свое место, то посылает Чонгуку улыбку и ставит под сомнение свою собственную нравственность. Субин мгновенно сожалеет обо всех своих жизненных решениях. Почему он пришел в эту компанию. Почему он стал архитектором. Почему он родился. Почему. К чертям мою жизнь, - шепчет себе под нос Субин, бросая в рот подушечку жвачки, чтобы перебить вкус спермы, и старается не думать о раскрасневшемся лице Ёнджуна, или его голубом кружевном белье, или изгибах его тела, когда он запрокидывает голову назад, кончая.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  То, что между ними - равноценный обмен, потому что Ёнджун может по максимуму использовать свой рот, а Субин... Субин может раздражать Ёнджуна. Выбешивать его и принижать. Дергать за волосы и трахать его рот. Взаимовыгодная ситуация, вот только Субину не нравится думать, что он позволяет Ёнджуну побеждать, но блеск в его глазах после каждого небрежного минета заставляет Субина на мгновение сдаться. Субин, в глубине души, всегда был простым парнем. - Ты типа, - говорит Ёнджун, переводя дыхание. Его волосы в беспорядке, и он вытирает следы секса с губ. - На удивление хорош в этом. - Спасибо, - говорит Субин, застегивая ремень. Он проводит рукой по своим волосам, потому что знает, что выглядит неряшливо, и поправляет воротник рубашки поло. - Часто этим занимаешься? - Ёнджун облизывает губы и переводит взгляд с лица Субина на кафельный пол и обратно. - Трахаюсь на работе? Нет, - говорит Субин, и щеки Ёнджуна покрываются розовым румянцем. - Нет, спишь с кем-то вообще. - Эм, наверно, тут и там, - говорит Субин. Под тут Субин подразумевает копировальную комнату, а под там - квартиру Ёнджуна, потому что он больше нигде не трахается. - Кажется, у тебя довольно много... опыта, - лицо Ёнджуна полыхает. У Субина его нет, реально. У него просто развито воображение, и фанфики по Jujutsu Kaisen отчасти помогают. Убедившись, что выглядит наполовину прилично, Субин приглаживает волосы Ёнджуна, потому что дергал их довольно безжалостно и чувствует вину. Ёнджун отступается, слегка затаив дыхание, и Субин обхватывает его рукой за талию, чтобы удержать. - Опять болит? - Субин приподнимает бровь. - И ты думаешь, что сможешь принять этот член? Лицо Ёнджуна представляет собой прекрасное зрелище, потому что он выглядит так, словно скорее ударится головой об одну из этих машин, чем встретится взглядом с Субином, и возбуждение Субина снова возрастает. Черт. Он отпускает Ёнджуна и облизывает губы, прежде чем выйти из комнаты. - Увидимся, эм, завтра, - неловко говорит Субин и обмахивает лицо из-за жары. - Ладно, - говорит Ёнджун тихим голосом. Помимо этого они не встречаются, потому что они не друзья. Просто два человека, которые пытаются убить время на работе. Больше ничего. Но иногда Субин ловит себя на том, что сканирует кафетерий взглядом в поиске знакомых, уложенных гелем черных волос, и что-то в его желудке крутит и вертит, если он находит Ёнджуна уткнувшимся в шею Чанбина или любого другого парня из финансового. И это заставляет Субина терять аппетит по каким-то причинам, которых он явно не понимает.

❀⋆.ೃ࿔*:･

  - Можно тут присесть, - раздается за спиной знакомый голос, и Субин может узнать его даже с закрытыми глазами. Тот царапает и раздражает его барабанные перепонки, но почему-то Субин обнаруживает, что его желудок разжимается, когда неловкий смешок доносится до его ушей. - Мест больше нет, - говорит Субин, но двигается и отодвигает свой поднос в сторону. - Иди сядь с парнями из финансового. - Уух, похоже, моя детка ревнует, - говорит Ёнджун, его голос растягивается в конце, и это чертовски раздражает. Субин не моргает и глазом, вместо этого фокусируясь на своем обеде, он подхватывает кусочек кимчи и закидывает его в рот. Краем глаза он видит, как Бомгю любопытно поглядывает на него, и сегодня Субину требуется чуть больше усилий, чтобы проглотить свой обед. Он чувствует, как Ёнджун усаживается рядом с ним, а в пространстве между ними повисает привычный запах жасмина и стирального порошка. Десны Субина пересыхают. - Ёнджун-хён, - говорит Хюнин Кай, - мне нравится твоя новая прическа. Субину плевать, но он все равно выглядывает из-под челки, чтобы обнаружить, что Ёнджун перекрасил волосы в розовый. Розовый. Выглядит довольно нелепо, словно сладкая вата, пушистая и сладкая, и у Субина внезапно возникает желание попробовать волосы Ёнджуна на вкус, будто он какой-то пес. - И юбка очень милая! - воркует Бомгю, и Субин переводит взгляд вниз, чтобы обнаружить голые ноги Ёнджуна, его юбка задирается едва ли не до промежности. Юбка плиссированная, и, судя по объему ткани, вероятно, спадает до колен, но Ёнджун просто обязан сводить Субина с ума, поэтому задирает ее вверх, умышленно поглядывая на Субина. Несколько едва заметных укусов украшают его кожу, и у Субина горит лицо, потому что он знает наверняка - именно он их там оставил, наряду со следами от ногтей, впивающихся в гладкую, молочную кожу Ёнджуна. Черт. Может, Субин и правда отчасти пес. Он сходит с ума. Субин скрещивает ноги из-за своего... возбуждения, и к затылку ползет жар, потому что, как, черт возьми, Ёнджун может расхаживать вокруг, выглядя настолько дико. Если он хочет, чтобы его нагнули и трахнули, мог бы просто попросить Субина. - Спасибо, Бомгю, - говорит Ёнджун, его рука ползет под стол и поглаживает бедро Субина, вверх-вниз. Ёнджун зачерпывает ложку риса и громко жует, а глаза Субина следят за движением его губ. - Субин-хён, - шепчет Кай, и Субин роняет ложку. - Ууупс, извините, - Субин улыбается и пытается не обращать внимания на руку Ёнджуна на своей ноге, переводя взгляд обратно на Кая. - Нам чем мы там остановились? - Вечер кино в эту субботу, - закатывает глаза Кай. - Точно, - говорит Субин, украдкой бросая взгляд на Ёнджуна и его нелепые волосы, и решает, что, возможно, не настолько они и нелепые. На самом деле они довольно милые и хорошо сочетаются с оттенком его кожи. У Субина внезапно возникает желание провести рукой по волосам Ёнджуна и взъерошить их и, возможно, заодно потискать его за щеки, потому что это выбесит Ёнджуна, и Субин будет счастлив. - Ёнджун-хён, - говорит Бомгю и поглядывает на Субина с понимающей улыбкой. - У тебя есть планы на эту субботу? Хочешь к нам присоединиться? - Эм, - говорит Ёнджун и внезапно убирает руку с его бедра под столом, и Субину не хватает тепла. Должно быть, из-за резкого понижения температуры на улице, сезон сменяется, и осенние листья осыпаются с веток деревьев. Субин крепко сжимает свой свитер. - Вы все там будете? - Ага. В новой квартире Хюнин Кая. Мы просто собираемся зависнуть и посмотреть фильм или что-нибудь такое, - говорит Бомгю нехарактерно радостным голосом, и Субин пытается задушить Бомгю взглядом. - Но сначала что-нибудь поедим, будет супер весело. Ёнджун переводит взгляд на лицо Субина. - Ты не против, чтобы я пришел? - Не понимаю, почему ты просишь моего разрешения, - говорит Субин. - Это они тебя пригласили, - Субин продолжает жевать свой обед, пока не находит пустое место на своем бедре неприятным, он скользит рукой под стол, дергает Ёнджуна за руку и укладывает ее обратно на пустое место, потому что Ёнджун теплый, и так ему становится лучше. На лице Ёнджуна расцветает улыбка, и внезапно у Субина кружится голова, будто Земля вращается слишком быстро. - Тогда я приду. - Отлично, - небрежно говорит Субин. - А я пойду распечатаю кое-какие документы в копировальной, - он встает со своим подносом и выбегает из столовой до того, как жар успевает отразиться на его лице.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  Разумеется, Ёнджун улавливает намек, потому что пятнадцать минут спустя он врывается в дверь, его губы врезаются в субиновы. - Хочу этого, - стонет Ёнджун, засовывая язык Субину в горло, и Субин поднимает руку, чтобы потянуть Ёнджуна за розовые пряди, как он и хотел. Это приятно, пряди все еще мягкие и податливые, и теперь к прикосновению липнет небольшая сухость, но Субин не возражает. Другой рукой он пробирается под юбку Ёнджуна и хватает его сзади за бедро, и сжимает кожу, пока Ёнджун не начинает хныкать под его прикосновением. - Какого хрена ты так вырядился на работу? Так сильно хочешь, чтобы тебя трахнули? - бормочет Субин, хватает волосы Ёнджуна в охапку и тянет, и улыбается, когда Ёнджун дрожит ему в рот. Его рука поднимается выше, пока не касается кружевных трусиков Ёнджуна. - Ну конечно, шлюха. - Субин, - стонет Ёнджун, и Субин разворачивает его, прижимая к одному из копировальных аппаратов. Он задирает Ёнджуну юбку и стягивает его трусики до середины бедра, потому что сегодня у Субина терпение на исходе. Субин лезет в задний карман за презервативом и упаковкой смазки, которые держал при себе, на всякий случай, и Ёнджун ерзает, когда он сжимает его ягодицу. - Думаешь, ты заслужил мой член, Ёнджун? - шепчет Субин на ухо Ёнджуну, размазывая смазку по пальцам, и чувствует, как его собственный член пульсирует в трусах. Сказать, что Субин взволнован, - ничего не сказать, он ждал этого момента с тех пор, как впервые увидел Ёнджуна в юбке. - Черт, - стонет Ёнджун, выгибая спину, потому что он настолько шлюха, хотя Субин еще даже не скользнул пальцами внутрь. - Тебе необязательно. Я уже трогал себя утром. - Чертова шлюха, - стонет Субин. - Не смог дождаться, - говорит он, одновременно вводя три пальца, потому что Ёнджун нетерпелив, и Субин тоже на взводе. Дырка Ёнджуна трепещет и сжимается вокруг его пальцев, и он толкается глубже, пока не находит его чувствительную точку. Тело Ёнджуна скручивает пополам, он едва держится за машину, его хриплые стоны наполняют комнату. В спешке Субин стягивает штаны и несколько раз поглаживает член, разрывая ртом упаковку с презервативом и натягивая его. Он выдавливает изрядное количество смазки на свой член, потому что, даже будучи возбужденным, не хочет сделать Ёнджуну больно. Субин скользит головкой внутрь, прощупывая почву. Он знает, что большой, но Ёнджун уже готов, выгибает спину и царапает машинку ногтями, стоны льются из его рта, когда Субин толкается чуть глубже. - Черт, такой тугой, - говорит Субин, пока его член пытается найти место в жаре, которым является дырка Ёнджуна. Ему следовало растянуть Ёнджуна лучше, он в курсе, но судя по самодовольной ухмылке на лице Ёнджуна, Субин понимает, что ему нравится вот так, поэтому он не торопясь толкается внутрь, чувствуя, как расходятся чужие стенки, приспосабливаясь к его размерам. Когда член Субина полностью входит в Ёнджуна, Субин начинает двигаться, медленно, но уверенно, и Ёнджун ломается под ним. - Быстрее, - стонет Ёнджун, опираясь на руки и поворачивая голову, его глаза блестят. Субин сыт по горло, поэтому он тянет обе руки Ёнджуна тому за спину, начиная наконец набирать скорость, его зрение распадается на звезды, когда его член исчезает в Ёнджуне, туда и снова обратно. Он чувствует каждое касание члена к стенкам Ёнджуна, теплым и узким, и это слишком. Капли пота скатываются по его лицу, пока он пытается собраться и увеличить темп; ему все еще нужно удовлетворить себя. Ёнджун под ним - месиво. Завитки волос прилипли к его щеке, лицо полыхает румянцем, и он сжимает рот, чтобы сдержать стоны. Удовольствие растекается по всему телу Субина, пока он трахает Ёнджуна сильнее, быстрее, и слезы скапливаются в уголках глаз Ёнджуна, когда он время от времени издает приглушенные вздохи. Ёнджун начинает подмахивать бердрами, и с каждым толчком принимает Субина глубже, и Субин может разобрать звуки шлепков его бедер о ягодицы Ёнджуна. - Тебе настолько нравится быть заполненным, да? - говорит Субин, заводя руку вперед и начиная поглаживать член Ёнджуна, и тот откидывает голову назад от стимуляции. Это прекрасное зрелище, и Субин впитывает Ёнджуна глазами, прежде чем на мгновение отвести взгляд, преследуя свой собственный оргазм, глубже толкаясь в Ёнджуна. Субину не требуется много времени, чтобы сорваться, и он смотрит в потолок, издавая громкий стон, его тело сдувается. Когда Субин кончает, он укладывается на Ёнджуна сверху и начинает крепче сжимать его член, ускоряя темп. - Черт. Черт. Черт. Черт, - стонет Ёнджун и спустя еще несколько жестких поглаживаний кончает ему в руку. Субин быстро тянется к своим штанам на полу и роется рукой в заднем кармане в поисках салфетки, чтобы вытереть пальцы, а затем бросает ее в мусорное ведро. Субин перевязывает презерватив шариком и тоже выбрасывает, не удосужившись завернуть его в лист бумаги, чтобы пощадить взгляды тех, кто позже на него наткнется. Субин переворачивает Ёнджуна, чтобы заглянуть ему в глаза, и отводит прядь волос с его лица, а затем натягивает его белье обратно, не заботясь о том, что с его члена все еще капает сперма. - Как думаешь, сможешь вернуться к работе в таком виде? - говорит Субин и целует Ёнджуна в нос, потому что… потому что… Ёнджун в таком виде выглядит довольно мило. Разбитый и доведенный до точки и заткнувшийся. - Извини, что испортил тебе прическу, - говорит Субин, но знает, что на самом деле ему не жаль. Субин отводит Ёнджуна в сторону и старается не обращать внимания на свое состояние. Его сердце выпрыгивает из горла и скачет по всей комнате. Субин в таком раздрае. - Все в порядке, - улыбается Ёнджун, и на его щеках появляется мягкий румянец. Отыскав штаны, Субин натягивает их и застегивает ремень, а Ёнджун поправляет волосы, делая медленный, ровный вдох, словно пытаясь успокоить нервы. - Эм… Субин, - говорит Ёнджун мягким и плавным голосом, и Субин вдруг не знает, куда деть собственные руки. - Тебе нравятся мои волосы? - Они ничего, - говорит Субин, поправляет рубашку и облизывает губы, потому что они пересохли. - Красиво? - Мне обязательно отвечать? - говорит Субин, и что-то опускается в глазах Ёнджуна, но Субин говорит себе, что ему все равно.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  Веселье, по мнению Бомгю, - это обшарпанная бургерная на паршивой улице Хондэ, где над головой мерцает свет и где никто не ест, за исключением какого-то случайного парня, что сидит в углу и не перестает на них пялиться, шлифуя свой столовый нож. Конечно же, Бомгю по душе это место. Субин ясно может представить их с Тэхёном здесь на свидании. Они наверно и потрахались бы здесь же, в грязной кабинке туалета, и это оказался бы лучший секс в их жизни. Это просто подходит их вайбам. - А потом, когда мы вернулись домой из клуба, Субин-хён попал в больницу, - говорит Бомгю. Бомгю, как и Ёнджун, похоже просто не умеет затыкаться, возможно, поэтому они так хорошо ладят. - С сильной диареей, веришь? Оказалось, барменша пыталась провести над ним какой-то любовный ритуал. - Эй, но коктейльная смесь была реально хороша, - протестует Субин и краем глаза видит улыбку Ёнджуна. - Она добавила туда какие-то конфетки. - Ты сказал мне, что она зеленая и похожа на болото. Это должно было стать первым предупреждением. - Она напомнила мне грязевую ванну Шрека, - говорит Субин, закидывая в рот две палочки картошки, чтобы отвлечься, потому что Ёнджун снова смотрит на него с блеском в глазах. - Типа, как я мог удержаться? - бормочет Субин, и Ёнджун смеется себе в ладонь. В мерцающем свете ресторана сияние Ёнджуна тоже штука непостоянная, поэтому Субин напрягает глаза, чтобы рассмотреть Ёнджуна лучше. Всего на мгновение, после чего возвращается к своему ужину. Ёнджун сегодня подвел глаза, резкие темные линии контрастируют с нежно-розовыми волосами, собранными в полупучок, и это… другое. Приятное другое. Субин ненавидит то, что ему это нравится. - Тебе обязательно постоянно говорить глупости? - говорит Ёнджун и слегка шлепает Субина по плечу. Субин симулирует раздражение, и Кай пользуется возможностью, чтобы протянуть руку и стащить у Субина картошку фри. - Ты про себя говоришь? - говорит Субин, и Кай давится едой, потому что, скорее всего, жевал слишком быстро. Заслуженно. Румянец окрашивает лицо Ёнджуна в розовый цвет, и он выглядит довольно мило, пытаясь придумать достойный ответ, но в итоге протягивает руку и вместо этого шлепает Субина по руке. Субин не отстраняется. Он просто закатывает глаза и буднично хватает кусочек картошки с тарелки Ёнджуна и закидывает в рот. И почему-то Ёнджун ему позволяет, поэтому Субин крадет еще один кусочек. Он пытается не слишком об этом задумываться. Когда они выходят из ресторана, Кай шагает в его сторону. - Хён, что это было? - Что 'это'? - стонет Субин. - Ты же знаешь, я не люблю, когда ты не переходишь сразу к делу. - Ты и Ёнджун. - Что насчет нас? - Субин вопросительно сдвигает брови. - Вы флиртовали, - тон Хюнин Кая повышается в упреке, и Субин качает головой. - Нет. О чем ты говоришь? - стонет Субин. - Он все время ругался со мной. - Ага, как Бомгю ругается с Тэхёном, - говорит Хюнин Кай, - и нам всем известно, что они просто воссоздают то, чем занимаются в постели. - Перестань, - говорит Субин и толкает Хюнин Кая локтем. - Мы не флиртовали. Я же тебе говорил - мы не очень друг другу подходим. - Это всегда была его рабочая отговорка, но сегодня что-то замирает в его сердце, и он переводит взгляд на лицо Ёнджуна, когда тот обхватывает Бомгю рукой за шею, притягивая ближе и взъерошивая ему волосы. Ёнджун выглядит таким беззаботным. Хотел бы Субин, чтобы Ёнджун был и с ним таким же беззаботным. - Жестянка для печенья и швейный набор. - Хён, ты слишком все усложняешь. - Нет, - брови Субина сходятся вместе. - Я взглянул на вещи в перспективе, чтобы таким идиотам, как ты, было легче понять. - Все равно. Твое лицо... оно другое, когда ты с ним, - говорит Хюнин Кай. - Выглядишь ярче. Субин чешет шею и перетасовывает у себя в голове каждый случай, когда он с Ёнджуном. Без разницы. Хюнин Каю, должно быть, мерещится. - Понятия не имею, о чем ты говоришь. - Тебе следует начать быть честным с самим собой. - Я всегда честен с самим собой, - пожимает плечами Субин. - Ага, конечно, - усмехается Хюнин Кай. Когда они добираются до квартиры Хюнин Кая, небо уже потемнело. Несколько пятен белых облаков расплываются в ночи, и Сеул мерцает за стеклами окон. Диван слишком мал для них всех, поэтому Тэхён и Бомгю усаживаются на пол, а Ёнджун устраивается между Хюнин Каем и Субином, его голова склоняется на плечо Хюнин Кая. Это странно, потому что из всех в комнате именно Субин касался самых гадких частей ёнджунова тела, и тем не менее Ёнджун по-прежнему отказывается прикасаться к его руке публично. Тиски под столом. Поцелуи за закрытыми дверями. Это все, что достается Субину, и он заталкивает эти мысли на задворки своего сознания. Ему не следует обращать внимание на подобные детали. - Что хотите посмотреть? - чирикает Бомгю, и Субин перестает сверлить взглядом полуосвещенное лицо Ёнджуна и снова переводит его на экран. - Что угодно, только не романтику, - стонет Субин. - Меня не волнуют отношения других людей, - Субин не уверен, что может разобраться даже в своих собственных отношениях, так что смотреть, как люди влюбляются и расстаются, - пустая трата времени. - Я тоже против романтики, - говорит Ёнджун, приподнимая руку, словно хотел схватить Субина за бедро, но кладет ее на собственное колено. Кончики его ушей краснеют. - Я наслаждаюсь эрой одиночки. - Вы с Уёном расстались, хён? - Бомгю в шоке откидывает голову назад. Лицо Ёнджуна кривится, пока он переводит взгляд с Субина на экран и обратно. - Я думал, вы... знаете? Разве Уён не твитнул об этом? - Неа, - Бомгю качает головой. - Неудивительно, что вы перестали сидеть вместе за обедом. Так ты теперь видишься с этим парнем, Чанбином? Низкий качок из финансового? Субин сглатывает. Бомгю всегда был слишком наблюдательным. - Нет, - Ёнджун качает головой. - Я вроде как встречаюсь с кем-то другим, - он смотрит на Субина. - Кажется? Хотя не думаю, что так уж ему нравлюсь. Но секс хорош. - Мужики отвратительны, хён. Лично мне кажется, они хороши только для секса, - говорит Тэхён и смотрит на Бомгю, а затем мило улыбается Ёнджуну. - Вот почему нам следует последовать предложению Субин-хёна и посмотреть сегодня вечером что-то, помимо романтики. Они останавливаются на фильме ужасов, и Субин неохотно соглашается, несмотря на то, что он тот еще трусишка. Но какое-то время это работает, потому что Субин может закрыть глаза и в кои-то веки не смотреть на Ёнджуна, что, скорее всего, утыкается лицом Каю в шею, слишком испуганный, чтобы смотреть в экран. Потому что это, по какой-то причине, раздражает желудок Субина.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  Бомгю прощается с Ёнджуном, оставляя влажный поцелуй на его лице, и садится в машину, где Тэхён уже ждет за рулем с раздраженным выражением на лице. Перед жилым комплексом Кая воцаряется тишина, несмотря на то, что где-то за их спинами суббота все еще в самом разгаре, и Субин смотрит на часы. Еще десять, и ветер треплет их волосы, пока Субин прячет шею в воротнике пуховика. Их дыхание застывает в воздухе, и мгновение Ёнджун ничего не говорит, и это смущает разум Субина, потому что Ёнджун никогда не молчит. Субин гадает, хочется ли Ёнджуну находиться с ним в одном пространстве. - Итак, - бормочет Ёнджун себе под нос спустя время, что кажется вечностью. - Холодно. Не хочешь заглянуть ко мне? - И с чего бы мне этого хотеть? - говорит Субин, открывая пассажирскую дверь своей машины и подталкивая Ёнджуна внутрь. Ёнджун приехал сюда на такси и по какой-то причине умолял Субина отвезти его домой, и Субин просто согласился. - Залезай. - Ладно, - говорит Ёнджун, и Субин вздыхает, садясь на свое место и делая глоток воздуха. Свет фонарей льется в окно, и оранжевые тона украшают лицо Ёнджуна, опускаясь на щеку, и Субин всматривается пристальнее, внимательнее, потому что не имел возможности сделать это весь вечер. Возможно, Субин смирился с тем фактом, что Ёнджун прекрасен, и он не может отвести от него взгляд. - Перестань так смотреть на меня, - говорит Ёнджун, отворачиваясь лицом к окну. - Как так? Будь конкретнее. - Так... - Ёнджун делает вдох и смотрит на пустую парковку впереди. - Будто... не ненавидишь меня. Он не ненавидит Ёнджуна, хочет сказать Субин, но Субин привык к тому факту, что Ёнджун считает, что Субин его ненавидит, поэтому помалкивает. К тому же, так проще, потому что если Субин молчит, Ёнджун не узнает, в каком нервном состоянии он пребывает из-за него и о постоянной сухости, липнущей к горлу каждый раз, когда Ёнджун оказывается рядом. - Ты так бесишь, - Субин запускает двигатель. Он думает о картошке фри, которую Ёнджун позволил ему стащить в ресторане, и об улыбке, что постоянно появлялась на его лице, когда Субин смотрел сердито. - Ты это знаешь и все же продолжаешь стараться. - Ну, я хочу тебе понравиться, - пожимает плечами Ёнджун. Субин смеется над ответом. - Ты не должен проживать свою жизнь, стараясь всем понравиться, Ёнджун. - Нет. Не всем, - Ёнджун улыбается, когда машина разворачивается, его взгляд смягчается, и Субин ненавидит, как у него скручивает желудок. - Тебе. Я хочу понравиться тебе. - Удачи с этим, - говорит Субин, устремляя взгляд на дорогу. - Это не так-то просто сделать. - Ну, мне всегда нравились трудности, - говорит Ёнджун, словно заставить Субина его полюбить - простейшая вещь на планете. - И мне нравится, что ты крепкий орешек, который не расколоть. - Что во мне такого трудного? Я вообще-то думаю, что довольно прост, - Субин откашливается и крепче сжимает руль. - Если ты так говоришь, - отвечает Ёнджун и на этот раз выглядывает в окно. Огни разливаются и преломляются в пространстве между ними, и внезапно Субин больше не может видеть Ёнджуна так ясно. Когда они подъезжают к жилому комплексу Ёнджуна, Ёнджун касается его бедра. Он не смотрит Субину в глаза, а вместо этого играет пальцами. - Что? - Так ты поднимешься? - тихо спрашивает Ёнджун. И что Субину делать? Сказать 'нет'? Когда все, о чем он мечтал всю ночь, - зарыться руками в теплоту кожи Ёнджуна и потереться носом о его одежду, потому что сейчас холодно, а Ёнджун приятно пахнет, жасмином и стиральным порошком. Поэтому Субин фыркает и выходит из машины, чтобы открыть Ёнджуну дверь, и тянет его за запястье. - Ладно, - говорит Субин, и Ёнджун врывается в его объятья и находит способ проскользнуть под пуховик Субина, щекоча его живот. Тепло, поэтому Субин его не отталкивает. Когда они падают на кровать Ёнджуна, Субин груб с ним, а Ёнджун этим наслаждается, извивается и стонет от прикосновений Субина, пока тот царапает его спину, оставляя следы. - Хочешь меня так сильно, не так ли? - шепчет Субин, Ёнджун кивает вместо слов, и Субин толкается глубже в его теплую дырку. Когда они оба кончают, Субин валится на Ёнджуна сверху, предварительно почистив их животы. Ёнджун закрывает глаза, выравнивая дыхание, и проваливается в сон. Лицо Ёнджуна подсвечивается светом луны из окна, лазурное и мерцающее, словно снег, засыпающий окно. У Субина перехватывает дыхание от этого зрелища, и он обнимает Ёнджуна рукой, тихо и легко и импульсивно, словно кошка, пробирающаяся на чужой балкон. Он не знает, почему тянется к телу Ёнджуна, он просто тянется. И поскольку Субину некого винить, он винит зиму за окном, что заставляет его уткнуться носом в изгиб шеи Ёнджуна в поисках тепла.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  - А можно поесть что-то, кроме рамёна? - Субин стонет и потирает лицо руками. - Тем более Джин. - Мой дом, мои правила, - говорит Ёнджун, с трудом погружая два квадратика рамёна в золотистую кастрюльку. - Вот почему Шин лучше, потому что невозможно поместить круг в квадрат. - Тебе стоит перестать набрасываться на меня и мои превосходные вкусовые рецепторы, - говорит Ёнджун, разбивая в кастрюльку два яйца, накрывает ее крышкой и разворачивается, посасывая свои палочки для еды. - Будь благодарен. Джин рамён - лучший зимний завтрак. - Как ты еще жив? - говорит Субин, и комнату наполняет гул кофемашины. - Это... это ты называешь завтраком? Удивлен, что твоя сперва не вкуса серной кислоты. - Спасибо за анализ, секси, - Ёнджун смеется, прикрывая рот, и у Субина возникает желание отвести его руку в сторону. - Восемь из десяти? - Шесть с половиной, - говорит Субин. - И ты проглотил. - Черт, не напоминай, - говорит Субин, утренний свет освещает лицо Ёнджуна, сонливость липнет к его лицу, и он выглядит таким... невинным. Мягкие черты и бледная кожа и затуманенный взгляд, и Субин на мгновение отводит взгляд из-за света. - Реально? Тебе, кажется, понравилось прошлой ночью, учитывая, как хорошо ты спал, - Ёнджун улыбается, и вокруг все еще так ярко, что Субин смотрит на свои руки. В этом нет никакого смысла, потому что в эти месяцы дневной свет не должен быть таким резким. Ёнджун выключает огонь, поднимает кастрюльку, ставит ее на прихватку на обеденном столе и протягивает Субину пару палочек для еды и небольшую миску, как и в прошлый раз. - Наслаждайся, - говорит Ёнджун и наливает себе чашку кофе. - Ты такая заноза в заднице, - Субин смотрит сердито, а Ёнджун просто пожимает плечами, задирает одну ногу на стул и ест рамён прямо из крышки. Молчание, конечно, является чуждым понятием для Ёнджуна, что не может сидеть спокойно. Он хлебает лапшу и время от времени тащится от собственной готовки, даже если это просто лапша и яйца, присыпанные зеленым луком. Субин просто вздыхает, притворяясь, что терпит это, но время от времени бросает на Ёнджуна взгляд украдкой, лишь для того, чтобы обнаружить, что Ёнджун смотрит прямо на него, а в его глазах мерцает странная нежность. Он представлял, что время, проведенное с Ёнджуном, будет… другим, главным образом потому, что считал - будет стоять такая тишина, что он не сможет вынести ее тяжести. Но Субин ошибался, потому что с Ёнджуном всегда есть о чем поспорить, а иногда Ёнджун позволял ему посидеть в тишине и покое, пока сам заполнял тишину разговорами. Это не... так уж раздражает, это довольно интимно и ценно, правда. В его груди бурлит теплота, и Субин не против провести свое субботнее утро вот так. Глядя на сонное лицо Ёнджуна. Слушая его треп. Поедая свою наименее любимую марку рамёна. Но Ёнджун остается Ёнджуном, поэтому он начинает пердеть подмышками, и Субин сожалеет обо всех своих жизненных решениях, которые привели его к этому моменту. Когда они заканчивают трапезу, Субин начинает мыть посуду в раковине, потому что у него есть манеры, а Ёнджун слоняется вокруг него, как потерявшийся щенок, нуждающийся в помощи. - Эй, - Ёнджун сегодня особенно неусидчив. Он игнорирует его и выдавливает в кастрюльку моющее средство, размазывая его губкой. - В общем... - Просто переходи к делу. - Злюка, - говорит Ёнджун, подпирая подбородок рукой и глядя на Субина через кухонную стойку. - Ты свободен в следующую субботу? - Нет, - говорит Субин и посмеивается, когда Ёнджун дуется. У Субина возникает желание сцеловать это выражение с его лица, но они не чмокаются в губы, потому что это... странно. Они не влюблены или типа того. Они едва друзья. - А что? - Кое-кто подарил мне два билета в аквариум, - пожимает плечами Ёнджун. - У тебя разве нет друзей? - Субин прищуривает глаза. - Есть, но я решил, что у тебя их нет, так что считай, что я занимаюсь благотворительностью. - У меня есть друзья, - говорит Субин. - У меня есть Бомгю, Тэхён и Кай. - Ну, - Ёнджун почесывает подбородок. - Бомгю и Тэхён трахаются все выходные напролет, а Кай физически привязан к кровати. Так что технически у тебя есть друзья только в будние дни. Субин вздыхает. Ёнджун прав. В выходные Субин обычно пересматривает второй сезон Jujutsu Kaisen, гладит Оди и печально смотрит на набитые ватой сиськи Сакурадзимы Маи, игнорируя сообщения Бомгю, потому что он наговорился с Бомгю на работе. - И что я с этого получу? - Не знаю, - пожимает плечами Ёнджун. - Сможешь провести со мной время? - Похоже на кошмар, - говорит Субин и снова споласкивает кастрюлю водой, прежде чем поставить ее на решетку и стряхнуть остатки воды с пальцев. - Во сколько нам нужно там быть? - Любое время подойдет. Тебе решать. Взгляд Субина задерживается на двух передних зубах Ёнджуна, что чуть выделяются, когда тот улыбается, и он кивает. Потому что улыбка Ёнджуна довольно убедительна, а Субин простой парень. - Полдень подходит? Не смогу тебя терпеть слишком ранним утром. И еще, не надевай чертову юбку. Сейчас холодно. - Вау. Мне стоит воспринимать это, как твою заботу обо мне? - Нет, - говорит Субин, и на лице Ёнджуна расцветает более яркая улыбка. На этот раз он не прикрывает улыбку рукой, и Субин хочет сказать Ёнджуну, что он прекрасен, но этим тоже занимаются лишь влюбленные.

❀⋆.ೃ࿔*:･

  Субин хватает кусочек сашими, забрасывает в рот и млеет, когда вкус рыбы ударяет по вкусовым рецепторам. - На что уставилась? - Субин закатывает глаза, хватает кусочек и кладет его на тарелку сестры, которая только вздыхает. - Ты выглядишь… счастливее, - говорит его сестра. - Ты влюблен или что? Субин закатывает глаза. - Это потому что нуна платит, - он тянется к такояки, прежде чем сестра успеет их все слопать. - Кроме того, не все вертится вокруг влюбленности. - Я всегда плачу, и ты никогда таким не был, - сестра прищуривается, а Субин барабанит пальцами по столу, переводя взгляд на прохожих снаружи. Снег мягко мерцает на полуденном солнце, и его свет просачивается сквозь ширмы из рисовой бумаги, окрашивая половину ее лица бледно-желтым светом. - Субин, - вздыхает сестра, - когда ты перестанешь смотреть аниме и найдешь себе подходящего человека? - Говоришь как мама, - отвечает Субин. - А она даже не смогла найти кого-то подходящего для себя. - Субин возвращается мыслями к отстраненности отца и закидывает в рот еще один кусочек сашими, проглатывая его слишком быстро. - Аниме - лучше, чем партнер. Аниме не играет в молчанку, когда злится. - С тобой это когда-нибудь случится, - говорит сестра, протягивая руку и поглаживая Субина по плечу. - Я знаю. Я через это прошла. - Собираешься поделиться, как встретила Джихун-хёна? Потому что мне не интересно. - Ну, - говорит сестра, и Субин хочет заткнуть себе уши руками. - Как и любая другая любовная история. Я не верила в любовь, пока это не случилось со мной. - Вы все сказочники, - закатывает глаза Субин. - Я не такой, как ты. Не то чтобы я... не верил в любовь. Я просто почти уверен, что не создан для нее.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  - Медузки, - воркует Ёнджун и порхает по помещению, пока в него чуть не врезается группка детей. - Глянь на этих медузок, Субин. - У меня есть глаза, - говорит Субин и хватает Ёнджуна за руку, чтобы тот не натыкался на людей. Субин может и сволочь, но у него есть манеры. - Поверить не могу, что ты привел меня сюда, только чтобы посмотреть на каких-то медуз. - Что значит каких-то медуз? Это один из самых больших аквариумов с медузами в стране. Со специальным обтекающим освещением, чтобы продемонстрировать морскую жизнь. - Звучишь, как отчеты, которые Чонгук заставляет меня читать. - Мне просто кажется, что это очень круто, - надувает губы Ёнджун, сверху льется голубой свет, окрашивая его волосы в бледно-фиолетовый оттенок. - Я хочу в следующей жизни перевоплотиться в морское существо. - Я тоже, потому что тогда ты наконец заткнешься. Уголки губ Ёнджуна опускаются вниз, нижняя губы выпячивается. И он дуется. - Ты такой... - Какой такой? Сексуальный. Добрый. Потрясающий? Перестань говорить неопределенно, - говорит Субин, приклеиваясь к боку Ёнджуна, пока тот вышагивает перед аквариумом с медузами. Медузы набухают и сдуваются, шелковистые воздушные шарики, морские танцоры, и глаза Субина расширяются, когда он прослеживает взглядом фигурку полупрозрачной бледно-лиловой медузы, что расцветает, словно тигровая лилия, порхающая вверх и вниз по аквариуму. - Красивый, - бормочет Ёнджун, и Субин отводит глаза и обнаруживает, что Ёнджун смотрит на него, и в его глазах мерцает странный блеск. - Медузы? Они ничего. - Нет, ты, - говорит Ёнджун, будто сказать это проще всего на свете. Субин борется с румянцем, но это сложно, потому что Ёнджун так близко, и Субин может различить слабые звуки его дыхания. - Пожалуйста, заткнись. - Обычно люди говорят спасибо, - улыбается Ёнджун и хлопает ресницами. - Скажи это в ответ? - Нет, - говорит Субин и снова переводит взгляд на медуз, чтобы отвлечься и чтобы его тело не перегрелось. Они излучают голубое и белое и всевозможное неуловимое сияние, но ни один из огоньков не такой же яркий, как свет Ёнджуна. - Мороженое зимой - худшая затея, - говорит Субин, а затем возмущенно смотрит на Ёнджуна. - Но тебе, кажется, ни разу за всю жизнь не приходила в голову хорошая идея. - Слушай, - поворачивается к нему Ёнджун, и его лицо розовеет на белом фоне города. - Мороженое не тает, потому что холодно, и не придется через две минуты есть растаявшую жижу. - Точно, - Субин стискивает зубы, зачерпывает кусочек ванильного мороженого и просовывает между губ. - Только вот мне холодно, а теперь еще и зубы мерзнут. - Тебя обнять, малыш? - воркует Ёнджун, пододвигаясь ближе к Субину и прижимаясь щекой к изгибу его шеи. Щекотно, но тепло, поэтому Субин ему позволяет. - Не подходи ко мне, - говорит Субин, не пытаясь оттолкнуть Ёнджуна. Он хочет стащить у Ёнджуна немного мороженого, но Ёнджун, конечно же, заказал мятно-шоколадную крошку. - Кстати, от тебя пахнет зубной пастой. - Ты такой хейтер. Мятно-шоколадная крошка - лучший вкус на свете, - Ёнджун дуется, а затем садится, откусывает кусочек мороженого и вздрагивает, когда порыв ветра ерошит его волосы. - Хочешь кусочек? - Нет, спасибо, - говорит Субин. - Я вообще-то себя люблю, так что ты можешь оставить свою мятную, острую, как хирургическая сталь, шоколадную крошку себе. Ёнджун посмеивается, а Субин радуется, что руки Ёнджуна заняты стаканчиком с мороженым и он не может прикрыть рот. - Я... - бормочет Ёнджун, что-то улавливает краем глаза и на мгновение хмурится. - Погоди, кажется, я видел... - Что? - Субин глядит в сторону ёнджунова взгляда, но там пусто, за исключением покупателя в большом белом пальто, который выбегает из кафе с мороженым прямо в снег. Возможно, Ёнджун не единственный чокнутый, что любит есть мороженое зимой. Субин пожимает плечами. - Погоди… Неважно, - говорит Ёнджун и снова начинает тереться головой о шею Субина. На этот раз губы Ёнджуна задерживается на коже под его челюстью, и сухость возвращается в горло Субина. Снежинка приземляется на кончик носа Ёнджуна и тает на его коже. - Красивый, - шепчет Субин и закусывает внутреннюю часть щеки, когда лицо Ёнджуна светится. - Спасибо? - Я говорил про снег. - Оох, - говорит Ёнджун, но улыбка на его лице становится шире. Субину ненавистно признавать, что она тоже очень красивая. Когда они подъезжают к дому, Субин медлит у входной двери жилого комплекса, пока Ёнджун смахивает снег со своего пуховика. - Мне, эм, было весело. Нам следует делать это почаще, - говорит Ёнджун и прищуривается. - Если хочешь. Субин хочет сказать, что ему тоже было весело, за исключением тех случаев, когда они только и делали, что спорили о вкусах мороженого и медузах, но эти споры отвлекали его от холода, так что это было приятно. Он переносит вес с ноги на ногу и засовывает пальцы глубже в карманы. - Это та часть, где ты целуешь меня в лоб, - говорит Ёнджун и смотрит в небо, подталкивая Субина локтем, его лицо розовеет, словно вишневый лепесток. - Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты... - Раздражаю? - Ёнджун улыбается. - Ага. Ты. Постоянно. - Ладно. Пофигу, - стонет Субин и тянет Ёнджуна за подол пуховика, пока они не сталкиваются грудью. Ёнджун высокий, но все же чуть ниже, и Субин ненавидит тот факт, что его губы находятся так близко к виску Ёнджуна, всего в нескольких вздохах. Субин собирается с духом и закрывает глаза, подаваясь вперед. Это произошло быстрее, чем он думал, всего лишь прикосновение кожи к коже на короткую секунду, а затем губы Субина зудят от недостатка тепла. Он сжимает руки, холод возвращается к его губам и распространяется по всему телу, и Субин стискивает губы. - Счастлив? - спрашивает Субин, и глаза Ёнджуна мерцают, словно подснежники. Это... очень мило. Его глаза такие невинные, и Субину внезапно хочется снова поцеловать его в лоб, просто чтобы видеть его таким всегда. Субин покусывает внутреннюю часть щеки, чтобы остановить бессознательную улыбку, расцветающую на лице, но не думает, что ему удается. - Очень, - говорит Ёнджун и сжимает в кулак пуховик Субина. - Спасибо, Субин. Субин. Субину нравится, как его имя слетает с языка Ёнджуна, потому что Ёнджун почти не называет его по имени. Субин. Просто Субин, вот так просто. Руки Ёнджуна покраснели от холода и дрожат, и Субину хочется засунуть их в собственные карманы, что он и делает. - Теперь ты выглядишь довольно глупо, - Субин закатывает глаза. - Тебе обязательно всегда быть козлом? - говорит Ёнджун, вытаскивает руку из кармана Субина и поднимает ее, чтобы прикрыть рот, пока хихикает. Это раздражает Субина, поэтому он отталкивает ее в сторону. - Дай взглянуть. - Взглянуть на что? - в шепоте Ёнджуна чувствуется нотка отчаяния. - Ни на что, - Субин отводит взгляд и, когда думает, что Ёнджун не обращает внимания, закрывает глаза и делает глоток воздуха, чтобы быть немного храбрее. - Твою улыбку, - потому что, когда Ёнджун улыбается, Субин может лучше видеть его два передних, торчащих зуба, а также морщинки у глаз. Когда он набирается смелости снова взглянуть на Ёнджуна, его рот приоткрыт в форме маленького кружка. Субин вздыхает и массирует переносицу. - Это та часть, где ты приглашаешь меня подняться и вытрахать из тебя мозги, - говорит он и в момент неуверенности вздыхает. - Если только? - Оох, так это все, чего ты от меня хочешь? - Ёнджун дуется и обхватывает рукой запястье Субина. - Ладно... Ты поднимешься? Субин хочет не согласиться, потому что он хочет от Ёнджуна столько всего. Например, узнать названия растений в его комнате или марку любимых свечей из всего набора. Субин хочет знать, является ли Дораэмон любимым персонажем Ёнджуна в сериале, потому что Ёнджун очень напоминает Субину Дораэмона; лицо покрыто улыбками, а карманы полны сюрпризов. Субин хочет знать о всех тех случаях, когда Ёнджун сидел в зеленом кресле в углу своей комнаты, и мыслях, крутящихся в его голове, пока он наблюдал за городом сверху. Но Субин сегодня проявил достаточно смелости, поэтому не говорит этого вслух и просто кивает. Он позволяет Ёнджуну протащить себя через засыпанный снегом двор.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  С юных лет Субин принял тот факт, что как бы человек ни старался, всегда будут люди, которым он не сможет угодить. Точно как его мама никогда не может угодить отцу и наоборот. Поэтому, когда в понедельник он приходит в офис и Уён загоняет его в угол у колючего, искусственного цветка, его это не тревожит. - Держись подальше от Ёнджуна, - говорит Уён, сжимая руками его белый пуховик. А Субин только пожимает плечами. - Это он просил тебя мне это передать? - спрашивает Субин, крепче сжимая стаканчик с кофе. Сейчас слишком рано, чтобы обсуждать вопросы, связанные с Ёнджуном. Хотя в целом не существует подходящего времени, чтобы обсуждать вопросы, связанные с Ёнджуном, потому что Субин по сути не желает говорить о Ёнджуне. Он хочет лишь думать о Ёнджуне. Так безопаснее. - Это не твое дело, - говорит Уён, скрещивая руки на груди и пристально глядя на Субина - Чувак. Если ты ревнуешь, то можешь просто снова начать ухаживать за своим бывшим, - беспечно говорит Субин. - А еще он не ребенок, поэтому не понимаю, почему ты так собственнически к нему относишься. Это не мило. Субин ставит стаканчик с кофе на стол на случай, если у него задрожат руки. Он сжимает челюсть, снова переключая внимание на Уёна, который, кажется, не спал нормально уже дня три. - Просто… - Уён вздыхает и качает головой. - Послушай, между мной и Ёнджуном ничего нет. Расставание было обоюдным, потому что мы оба разлюбили друг друга. Мы друзья, и я не думаю, что ты ему подходишь, - говорит Уён и проводит рукой по волосам, и в груди Субина крутит и вертит. Он не понимает, почему слова Уёна тяжестью опадают в груди, потому что еще пять месяцев назад ему было плевать, подходит ли он Ёнджуну. - Друзья, - Субин вертит на языке это слово. - Тогда почему Ёнджун избегает тебя? - Потому что… не хочет создавать неловкость, учитывая, что он видится с тобой, засранец, - говорит Уён, и от этого у Субина почему-то раздражается желудок. Возможно, Субин был прав. Ёнджуну неловко сообщить остальным, что он видится с Субином. Потому что Субин носит потрепанные анимешные футболки и сидит в кафетерии с неудачниками, а Ёнджун носит короткие, модные юбки и тусуется с парнями из финансового. Ёнджун редко касается Субина на публике, приберегая Субина для закрытых дверей, и от этой мысли во рту становится кисло. Субин вздыхает, но не может сломаться, по крайней мере, перед Уёном. - Думаю, Ёнджун может самостоятельно решить, с кем ему следует тусоваться, а с кем - нет. Не то чтобы меня это волнует, - Субин пожимает плечами, плюхается на свое место и подключает наушники. Музыки нет, поэтому Субин слышит сердитое фырканье Уёна и затихающие шаги, когда тот возвращается в свою кабинку. Солнце светит через гигантское стеклянное окно и режет ему глаза, и, возможно, Субин немного волнуется о Ёнджуне и о том, что Ёнджун думает о нем. Совсем немного, не более того.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  - Так... Ты и Ёнджун-хён, да? - говорит Бомгю. - Кто бы мог подумать. - Я так и знал, - кричит Кай ему в лицо, и Субин подумывает пропустить обед и выпрыгнуть прямо в окно. - Что по поводу меня и Ёнджуна? - спрашивает Субин, негодующе усаживаясь на свое место. Хюнин Кай наклоняется и хватает его порцию банчана, и Субин думает, что ему реально нужно найти новую компанию за столом, вот только он ни с кем больше в офисе не общается. Бомгю начинает петь. - Субин и Ёнджун сидят на дереве. Ц-Е-Л-У-Ю-Т... - Не позорься, - Тэхён наклоняется и закрывает рот Бомгю рукой, а Субин кивает, выражая свою благодарность. - Ясно, - кивает Субин. - Слухи здесь разлетаются быстро, - уголки его рта приподнимаются в улыбке, когда Бомгю наконец начинает задыхаться из-за нехватки кислорода, но тому, вероятно, это нравится, поэтому Субин сохраняет самообладание. - Ёнджун и я... Просто два парня, помогающие друг другу в копировальной. Следующий вопрос. - Только вот эти два парня также по-гейски делят мороженое, - говорит Тэхён и освобождает рот Бомгю, вытирая его слюну об рубашку с отвращением на лице. - Нет. Я не ел его мятное мороженое с шоколадной крошкой, - говорит Субин, а затем хмурит брови. - Погоди... откуда ты вообще об этом знаешь? - Уён вас видел. Это было их с Ёнджуном любимое кафе-мороженое, и парень расчувствовался, - говорит Тэхён. - Очевидно, он разнылся об этом в Твиттере, так что теперь об этом знает каждая собака в городе. - Наименее очевидный способ это выяснить. Тэхён пожимает плечами и смотрит на Бомгю. - Я явно узнал это против своей воли. Большую часть времени я не в курсе, что творится вокруг. - Ничего не творится, - улыбается Субин, зачерпывая ложку риса. - Поверьте мне. Я помогал Ёнджуну с проектом. Знаете, роскошные здания в Апкуджоне. Ёнджун спрашивал мое мнение по техническим аспектам. - Ты правда думаешь, что мы на это купимся? - хмурится Бомгю, приподнимая миску, чтобы отпить супа. - Мы не в старшей школе, к тому же ты отключаешь уведомления за пределами работы. Ты ни за что не стал бы встречаться с Ёнджуном из всех людей, чтобы обсудить что-то, связанное с работой. - И ты явно последний человек, чье мнение Ёнджун будет спрашивать, - согласно кивает Тэхен. - Хён, честно говоря, вы, ребята, как… яблоки и апельсины. Что-то замирает у Субина в сердце от слов Тэхёна, но он не позволяет этому отразиться на лице. - Ах, не думаю, что мы с ним как фрукты, - бормочет Субин, симулируя улыбку. - Мы больше похожи на... бытовые предметы. Жестянку для печенья и швейный набор. - Снова ты об этом, - стонет Кай. - Мы можем, пожалуйста, перестать сравнивать Ёнджун-хёна со случайными предметами? - Я просто упрощаю, - говорит Субин, но теперь его сердце замирает от этой метафоры, даже если он сам ее придумал. Субин гадает, подходят ли они с Ёнджуном друг другу на самом деле или они просто кардинально разные. - Мы просто не подходим друг другу. Мы даже по большей части не соглашаемся ни в чем. - Например, медузы и рамен и вкус мороженого, думает Субин. Но именно это делает Ёнджуна интересным. - Секси, - воркует Бомгю. - Мне нравится, когда парень хочет лишь ругаться со мной. Это своего рода гомоэротика. - Мы в курсе, - улыбается Субин, подхватывая палочками кусочек мяса. - Как в тот раз, когда ты отсосал Тэхёну в туалете на третьем этаже после того, как вы поругались в конференц-зале. Ну знаешь, после того Инцидента. Кстати, я нажалуюсь на вас в отдел кадров за неправомерное поведение на рабочем месте. - Я и есть отдел кадров, как и все остальные за столом. И мы знаем о твоих секс-выходках с Ёнджуном в копировальной на 12-м этаже, - говорит Бомгю, уголок его улыбки превращается в садистскую ухмылку, и Субин вздрагивает. - Кстати, худшее место для траха. Там воняет пердежом, и система вентиляции ужас. Пердежом не пахнет. Пахнет жасмином и стиральным порошком, и Субину в целом плевать, потому что, когда он с Ёнджуном, он может сосредоточиться только на его лице. Он винит в этом свою концентрацию внимания. - Говоришь, исходя из опыта, не так ли? - Субин цокает языком. - Злоупотребление властью неудивительно. Ладно. Уволь меня, - он складывает руки вместе и протягивает их к Бомгю. - Ты меня подловил. - Если мы избавимся от тебя, нас здесь некому будет развлекать. Ты - наша личная инвестиция, - улыбка Бомгю становится шире, достигая кончиков ушей, и Субин думает, что, возможно, пришло время подать заявление об увольнении. Чонгук, вероятно, разозлится на Субина, но Чонгук вполовину не так страшен, как Бомгю, так что он поймет. - Мы на самом деле очень рады, что ты наконец перешел к действиям, - продолжает Бомгю. - Кстати, поздравляю с повышением! Ты больше не девственник. - Может, мне сегодня подсесть к ребятам из проектного менеджмента, - Субин сглатывает. - Знаете, мы проводим вместе много времени, и мне следует получше узнать своих товарищей по команде. - Обожаю уклонщиков, - Бомгю облизывает внешнюю сторону ложки, размазывая по губам немного кочуджана. - У тебя был год, чтобы с ними познакомиться. Ёнджун, однако, сколько там месяцев прошло? Субин стискивает зубы. - Три. - Пять с тех пор, как Субин впервые задумался о форме губ Ёнджуна и четыре с тех пор, как Субин впервые по-настоящему с ним поговорил. Три с тех пор, как Субин раздумывал поцеловать Ёнджуна в затылок, но тут же заснул. - Значит, ты запомнил, - говорит Кай. - Значит, он тебе правда нравится. Значит, ты без ума. Чонгук-хён был прав все это время. - Без ума, - Субин кривит лицо. - Я определенно точно не без ума. Иу, мы что, школьники? - Судя по всему, - Тэхён откусывает большой кусок от своего сэндвича. Он разрезан вертикально, поэтому Субин точно знает, кто его приготовил. Картошка фри и тунец - странное сочетание, но это не Субин встречается-не-встречается с Бомгю, так что это не его дело. - Думаю, тебе следует смириться с тем фактом, что ты все еще старшеклассник, социально и эмоционально неприспособленный. - А я думаю, вам следует нахрен заткнуться, - говорит Субин. - Я не без ума или что бы вы там ни говорили. Мы с Ёнджуном даже не друзья. - Но ты позволяешь ему вылизывать тебе задницу. - Обычное не-дружественное поведение, к слову, потому что в отличие от вас я себя не ненавижу, - говорит Субин и переводит взгляд с Тэхёна на Бомгю. - Давайте сперва вылижем друг друг задницы, прежде чем ринемся дружить. - Вдохновляюще, - говорит Бомгю. - Сперва посмотрю, сможете ли вы с Ёнджун-хёном установить такую глубокую связь. - Да, мы очень глубоко связаны. Я был очень глубоко внутри него, спасибо большое, - говорит Субин и по привычке оглядывает кафетерий, его взгляд притягивает к Ёнджуну, словно магнит. Чанбин обнимает Ёнджуна одной рукой, и сухость возвращается к горлу Субина. Это неприятное зрелище, поэтому Субин снова возвращается к своей жареной свинине. - Не то чтобы, - продолжает Субин, - мне не нужно что-либо предпринимать, понимаете. Так проще. - И Субин вспоминает, как Уён загнал его в угол этим утром, и думает, что, возможно, Ёнджун никогда не захочет, чтобы его видели с Субином, как его видят сейчас с Чанбином или с кем-либо из его друзей. - К тому же, я ему, скорее всего, даже не нравлюсь. - Хён, ты уверен, что не проецируешь? - спрашивает Кай, и Субин дуется, запихивая в рот ложку мяса. Его свинина сегодня такая пресная, будто кто-то забыл ее приправить, хотя она пропитана соусом. Именно в этот момент смех Ёнджуна подбирается к месту Субина в кафетерии, и Субин сжимает губы в тонкую линию. Субин опускает ложку и отдает Каю остатки своего мяса. У него больше нет аппетита.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  Утренний свет струится сквозь шторы и режет ему глаза. Субин стонет и переворачивается, сжимая в кулаке льняные простыни, прежде чем его рука приземляется на что-то теплое, и Субин открывает глаза. Кровать Субина не обращена к окну. У него нет льняных простыней, потому что от них чешешься и они недостаточно теплые для зимы. Он стонет, потому что где еще ему просыпаться. Теперь он каждые выходные ночует в квартире Ёнджуна. Словно часовой механизм. Они встречаются в пятницу вечером, а в субботу Субин просыпается в постели Ёнджуна, ест Джин рамён и направляется домой. В воскресенье он бездельничает дома, стирает вещи на предстоящую неделю, пересматривает Jujutsu Kaisen и старается не думать о Ёнджуне. Одеяло соскальзывает с фигуры Ёнджуна, и тот не разговаривает во сне, так что Субин всем сердцем лелеет этот момент. Солнечные лучи освещают его лицо мягким светом, и Ёнджун выглядит немного моложе, свободным от забот. Руки Субина чешутся проследить пальцами черты его лица, потому что вблизи кожа Ёнджуна кажется очень нежной. Как молоко. То, что его заставляли пить еще в старшей школе. Субин так и делает. Он приподнимает пальцы и касается кончика носа Ёнджуна, очень мягко, чтобы не разбудить его, потому что это еще один секрет, о котором Ёнджун не должен узнать. - Щекотно, - говорит Ёнджун, и Субин быстро убирает руку. - Ты мог бы разбудить меня, как нормальный человек. - Спи дальше. Верни мне мой покой, - говорит Субин, заставляя себя закрыть глаза, потому что его щеки горят и, глядя на Ёнджуна, легче не становится. - И тебе доброе утро, Субин, - говорит Ёнджун, и чужие пальцы ласкают его щеку, а рука проводит по волосам. Субин замирает, потому что не ожидал, что Ёнджун может быть таким нежным. - Я знаю, что ты не спишь, - продолжает Ёнджун, его слова невнятны из-за сонливости, и Субин поглядывает одним глазом на его сонное лицо. Оно слегка припухшее, глаза полуприкрыты, а по губам скользит улыбка. Это прекрасное зрелище. Субин не без ума. - Эй, - говорит Ёнджун и ласкает челюсть Субина, рисуя пальцем маленькие кружочки вдоль косточки. Субину нравится. Кончики пальцев Ёнджуна слегка шероховатые, и его прикосновения словно скользят по коже Субина, и... и мозги Субина перестают функционировать, когда чужие пальцы опускаются вниз и касаются его нижней губы, а взгляд прилипает к губам Субина. - Можно? - спрашивает Ёнджун, затаив дыхание. - Ты не поцелуешь, если я скажу нет? - говорит Субин дрожащим голосом. Ёнджун смеется, сердечно и звонко, звук отдается у Субина в ушах. - Возможно? - Ладно, - Субин надувает щеки, закрывает глаза и ждет, пока Ёнджун придвинется ближе. Он не знает, почему соглашается, ведь это переходит все границы, а Субин никогда не делает подобных вещей. Кровать прогибается под их весом, дыхание Ёнджуна касается его кожи, и сладость задерживается на его губах, прежде чем ее сменяет холод. Этого не достаточно. Субин открывает глаза, а Ёнджун возвращается на другую сторону кровати. Он вздыхает, потому что ему хотелось бы, чтобы это продлилось дольше. Ёнджун тыкает его в щеку и смеется. Ёнджун так любит прикосновения. - Выглядишь так, словно у тебя запор. - Потому что так и есть, - говорит Субин. Хороший запор. Даже благоприятный запор, потому что это значит, что Субин все еще выглядит как Субин, словно его сердце не собирается выпрыгнуть через глотку и пуститься по всей комнате. Субин чувствует себя девочкой-подростком, которую заметил популярный мальчик в школе. Это глупо. - Субин, - говорит Ёнджун, обхватив Субина рукой. - Могу я задать тебе вопрос? - Только что задал. - Перестань дурачиться, - Ёнджун закатывает глаза. - Ладно, - говорит Субин, сжимая кулаки, чтобы руки не дрожали. - Вперед. - Тебе не кажется, - говорит Ёнджун, играя с прядью своих розовых волос, прежде чем заправить ее за ухо и взглянуть в потолок. - Тебе не кажется, что если бы я не пролил на тебя горячий кофе, мы бы не начали отношения не с той ноги? Дело было не в кофе, понимает Субин, оглядываясь назад. Вероятно, дело было в том, что Ёнджун был в розовой майке, что плотно облегала его грудь, а у Субина наверняка исказилось лицо, потому что он не знал, что руки могут выглядеть так. А потом Ёнджун не дал Субину должного шанса объясниться, бегая вокруг и пытаясь вытереть кофе с любимой пары его штанов, которые Субин тщательно выбрал для своего первого дня. Ёнджун до сих пор не позволяет ему объясниться, потому что он громкий и обладает врожденной потребностью влезать в каждую беседу. Но Субин понял, что это не потому, что Ёнджун считает себя важнее других людей, он просто болтает без умолку, потому что в его горло встроена невидимая машина, которая каким-то образом заставляет его говорить. - Нет, - говорит Субин. - Я наверно все равно не мог бы тебя терпеть. Все равно считал бы тебя занозой в заднице, - Субин посылает ему улыбку, а Ёнджун дуется. - Не лучший способ выразиться, - Ёнджун играет с кромкой своей пижамы и утыкается волосами в подушку, будто он какой-то капризный ребенок. Это не мило. Через некоторое время Ёнджун смотрит на Субина, и в пространстве между его бровями появляется небольшая складка. - Почему я тебе не нравлюсь? - Почему тебя это так волнует? - Потому что, - Ёнджун вздыхает. - Я уже говорил тебе. Я хочу тебе нравиться. - Ты невыносим. Вот почему, - говорит Субин, вставая с кровати и бросая подушку в Ёнджуна. - Я голоден. Давай поедим рамёна. Ёнджун дергается, но не сдвигается с места. Вместо этого он сворачивается калачиком, и живот Субина слегка скручивается. Субин садится на край кровати и слегка тянет Ёнджуна за запястье. - Да ладно, не расстраивайся, - говорит Субин. - Я знаю, что не показываю этого, но я ценю твои усилия, Ёнджун. - Правда? - говорит Ёнджун, и Субин чувствует, как его тело сдувается под его хваткой. Узлы в его животе разжимаются, и тело Субина становится легче. - Ага. Правда, - говорит Субин, и когда лицо Ёнджуна светлеет, Субин чувствует, как и его собственные губы растягиваются в улыбке. - Давай. Покормлю тебя рамёном.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  Воздух в кафетерии сегодня кажется плотным, и Субин не может точно определить, почему. - Ха, - Субин хмурится и роняет поднос с обедом на стол. Никто не смотрит на него, и Кай выглядит так, будто его в любой момент вырвет от обеда. Субин приподнимает бровь, но Кай избегает его взгляда. Субин пожимает плечами и бросает взгляд на стол, за которым обычно сидит Ёнджун, его желудок опускается, когда он не находит знакомую фигуру, приклеенную к боку Чанбина. - Где Ёнджун? - Откуда мне, черт возьми, знать? - говорит Бомгю, жуя свой кимбап. На этот раз он не домашний, купленный в магазине и красиво упакованный. Это чудесное зрелище, но это также значит, что Тэхён и Бомгю, должно быть, не в ладах, поэтому Субин не настаивает дальше. В любом случае, его не особо волнуют их отношения. - Ты все в округе знаешь, - говорит Субин, переводя взгляд с Бомгю на Тэхёна, а Хюнин Кай слегка качает головой. - Ты знаешь Ёнджуна лучше всех из нас, хён, - говорит Бомгю, и по какой-то причине это заставляет Субина задуматься, все ли он ясно видит, потому что ему не кажется, что он так уж хорошо знает Ёнджуна. Субин замирает и смотрит на свои ботинки, ожидая, пока узлы в животе рассосутся. Ёнджуна сегодня нет, а Бомгю и Тэхён не грызутся, так что в конце концов Субину становится скучно. Субин достает телефон. 12:23 ёнджун > эй субс я заболел > не смогу сегодня отсосать тебе в копировальной > попытайся не сильно по мне скучать ладно Субин в шоке смотрит на сообщения и стискивает зубы, чувствуя румянец на своем лице. 12:43 Субин > Ох. Вот почему в кафетерии сегодня не так душно > У тебя есть еда? 12:45 ёнджун > джин рамённннннннннннннннн :p > скучаешь по мне, да Может быть, совсем чуть-чуть, и это странно, потому что он скучает не по отсосу в копировальной, а скорее, по лицу Ёнджуна. Но затем Субин вспоминает, как тот прижимается к плечу Чанбина, и решает, что совсем не скучает по Ёнджуну. Когда он выходит с работы, небо уже потемнело. Несколько серых облаков скользят по голубому небу. Субин думает о кухне Ёнджуна, где шкафчики забиты Джин рамёном, и медленно запускает двигатель, двигаясь по шумным улицам. В затемненную машину льются всевозможные неоновые огни, отбрасывающие красные, желтые и розовые оттенки, и следующее, что понимает Субин, - он оказывается возле ресторанчика, где подают Джук. - Черт, я в заднице, да, - шепчет самому себе Субин, находя место для парковки, и отстегивает ремень безопасности, ругаясь себе под нос. На этот раз Субин винит громкий смех Ёнджуна, потому что он отчасти скучал по нему во время без-ёнджунова обеда. Субин переминается с ноги на ногу, стоя у дверного коврика. Субин вздыхает и, наконец, сдается, звонит в дверь и задерживает дыхание, слушая эхо шагов. - Кто там? - спрашивает Ёнджун, выглядывая одним глазом через полураспахнутую дверь. А затем на его лице появляется улыбка, когда он замечает Субина, его лицо пылает. Кожа Ёнджуна покрыта тонким слоем пота, и он выглядит каким-то замученным: потемневшие мешки под глазами и растрепанные волосы. - Что ты здесь делаешь? - голос у Ёнджуна хриплый, он закрывает глаза и чихает. - Апчхи. - Принес тебе Джук, - говорит Субин, чувствуя, как жар подкрадывается к шее, и поднимает коробку с едой на вынос. - Подумал, что у тебя дома ничего нет. Ты ешь один только ужасный рамён. - Вау. Чхве Субин на самом деле заботится обо мне, - глаза Ёнджуна расширяются, и он шагает в сторону, чтобы впустить его. - Становишься мягче? - Считай это расплатой за все те разы, что ты меня кормил, - говорит Субин. - Не люблю быть должным людям. - Но теперь я твой должник, - дуется Ёнджун, закрывая дверь. - Только я не смогу тебе отсосать. У меня горло горит. - Я не за этим пришел, идиот, - говорит Субин и протягивает Ёнджуну пакет, снимает ботинки и аккуратно кладет их на пол. Обувь Ёнджуна разбросана повсюду, и Субин едва не спотыкается, направляясь на кухню. - Давай сюда Джук, - просит Субин, и Ёнджун надувает губы еще сильнее, когда смотрит на Субина из-под челки. - Ты болен. Иди садись. Не мешай. Ёнджун кивает, и Субин наблюдает, как он плюхается на стул и подгибает одну ногу. Он достает телефон, а Субин ставит Джук в микроволновку. Слабый запах овощей наполняет комнату, и когда машина издает небольшой звук, Субин осторожно достает еду с помощью прихватки. - Вот, - говорит Субин и ставит миску на стол, направляясь на кухню за ложкой для Ёнджуна. Третий шкафчик справа. Когда Субин возвращается к столу, Ёнджун отрывается от телефона, его глаза сонно опущены, и что-то внутри Субина скручивается при виде этого. Боже, Ёнджун успешно превратил Субина в эмпата или что-то вроде, потому что теперь он тоже не чувствует собственного аппетита. - Ешь, - подталкивает Субин. - Не пялься долго в телефон. Голова закружится. - Но я болен, - говорит Ёнджун, берет ложку и тут же ее роняет. - Дай мне себя потешить. - Можешь заняться этим после ужина, - говорит Субин. - Кроме того, не думаю, что болезнь мешает тебе есть Джук? - Мешает, - говорит Ёнджун, поджимая нижнюю губу. - Я не чувствую рук, - Ёнджун хлопает ресницами. Он укладывается лицом на стол, и взгляд, который Ёнджун дарит Субину, заставляет его колени подкашиваться. - И я знаю, что раздражаю. Тебе не обязательно это повторять. - Я ничего не говорил? - Твое лицо говорит само за себя. Субин ворчит, но все равно слезает со своего места и приближается к Ёнджуну. - Ладно, - говорит он и зачерпывает Джук ложкой и кормит Ёнджуна, словно тот - чертов малыш. - Приятненько, - говорит Ёнджун, подбирает свой телефон и начинает нащелкивать сообщения. Он открывает камеру, делает селфи и отправляет его какому-то контакту. Чанбину, кажется Субину. Он старается сильно не пялиться, потому что это грубо. - Наша первая совместная фотография, - говорит Ёнджун, блокируя телефон, и снова переключает свое внимание на Субина. - Аааааа, - Ёнджун широко открывает рот, и Субин старается не затолкать ложку ему в глотку и через задницу. - Боже. Меня едва видно на фотографии. - Зато твоя рука меня кормит, - говорит Ёнджун, слегка меняя тон. - Ты выглядишь слишком счастливым для больного, - говорит Субин и вытирает лицо Ёнджуна салфеткой. - Потому что мой секси сейчас со мной, - Ёнджун проглатывает еще одну ложку Джука, и Субину приходится физически сдерживать себя, чтобы не назвать его хорошим мальчиком. - Ты всех так называешь? - спрашивает Субин, а Ёнджун приподнимает свободную руку Субина и играет его пальцами. Странное чувство, потому что это интимно, а они не… такие. Субин сглатывает. - Только тех, с кем лажу. Его ладонь в руке Ёнджуна начинает гореть, потому что Ёнджун и сам весь горит, но он потакает ему, лишь в этот раз. - Ты ладишь со всеми. - Точняк. - Тогда какой смысл хотеть мне понравиться? - спрашивает Субин и корчится от того, каким нуждающимся звучит. - Значит для тебя я такой же, как и все остальные. - Субин, - смеется Ёнджун. - Это так не работает? - говорит Ёнджун, но это больше похоже на вопрос. Ёнджун ерзает на своем месте. - То, что я хорошо лажу со всеми, не значит, что ты менее особенный? - Я не особо понимаю, - говорит Субин, потому что Ёнджун все еще смеется над шутками Чанбина, Бомгю, Кая и всех парней из финансового, и называет их секси и шлепает их по рукам и смеется в изгибы их шеи. Он относится к Субину, как ко всем остальным, вот только к Субину у него слегка особенное отношение, потому что Субину позволено трахать его до беспамятства каждые выходные. И у Субина также есть доступ к запасам рамёна Ёнджуна, который ему даже не нравится. Это два его единственных преимущества. Ёнджун жует нижнюю губу, пока она не краснеет, и Субину хочется велеть ему прекратить. Он ничего не говорит, вместо этого зачерпывает очередную ложку Джука и подталкивает ее к губам Ёнджуна, и Ёнджун перестает их кусать. Сойдет. - Ешь. Еще много осталось, - говорит Субин, а Ёнджун кивает и не настаивает. Позже, когда Субин укладывает его в кровать, Ёнджун тянет его за запястье. - Мне нужно домой, - говорит Субин. - Я знаю. Просто, - говорит Ёнджун и поворачивается к Субину лицом. Лампа окрашивает его кожу в закатно-оранжевый цвет, а его взгляд мечется между Субином и полом. - Что ты хочешь сказать? - Ты... нет, - говорит Ёнджун, слегка дергая Субина за запястье, медля, словно умоляя. - Ты не такой, как все, Субин. Субин пожимает плечами. - Да пофигу, знаешь. Мне все равно, - лжет Субин. Потому что думает, что Ёнджун постоянно говорит вещи, которых не имеет в виду, поэтому Субин старается особо не задумываться об этом. - Ложись спать, Ёнджун, - говорит Субин, высвобождая руку из хватки Ёнджуна, стряхивая ее тепло. Он накрывает фигуру Ёнджуна одеялом и уходя выключает свет.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  - Ох вау. Похоже, у наших разведенок все наладилось. Классический служебный роман. - Бомгю цокает языком. - Субин-хён, мы правда это видим? Субин не поднимает головы, чтобы понять, о чем именно говорит Бомгю. Весь день это зрелище мозолило глаза, и Субин делает вид, что узлы не расстраивают его желудок. - Возвращайся к остальным сотрудникам отдела кадров. Ты портишь мне обед, - сердится Субин. Вот только это не правда, потому что Субин уже давно нормально не обедал. Его пибимбап сегодня выглядит совершенно неаппетитно, и он громит жареное яйцо ложкой и смешивает с рисом. Субин, наконец, сдается и смотрит в сторону Ёнджуна. Боже. Уён и Ёнджун снова общаются, и Ёнджун смеется над чем-то, что сказал Уён, шлепая того по плечу, как с Субином в ресторане. Желудок Субина крутит и вертит, и он откладывает ложку. Было время, когда Ёнджун и Уён были счастливы, вот так же. Субин наблюдал за ними со стороны, и его сердце сжималось от того, как хорошо они синхронизировались, пока смеялись и делились обедом. Уён подходит Ёнджуну, правда. Уён носит красивую одежду и в курсе трендов. Уён слушает хип-хоп и R&B и, должно быть, знает имена всех артистов, что висят на стене в спальне Ёнджуна. Уён тоже любит есть мороженое зимой. Ёнджуну, должно быть, это нравится. Уён, думает Субин, должно быть, хорошо подходит Ёнджуну. Идеальный контейнер для швейного набора Ёнджуна. Субин гадает, был ли у него вообще шанс. - Странно, - говорит Бомгю. - Я думал, Ёнджун-хён уже расстался с Уёном? - Они могут быть в хороших отношениях, - кивает Кай, - но в таком случае как объяснить срыв Уёна в Твиттере. - Интересненько, - говорит Бомгю, не сводя взгляда с Субина, потому что Бомгю не упускает ни малейшей детали. Отдел кадров и их хроническая назойливость. Субин пытается расслабить лицо, но безуспешно. - Разве Ёнджун-хён не говорил, что избегает Уён-хёна? Субин прочищает горло. - Они друзья... кажется. По крайнем мере, так мне сказал Уён. Уголок рта Бомгю приподнимается в полуулыбке, и он запихивает в рот разваливающийся домашний кимбап. - Друзья как... вы дружите с Ёнджун-хёном? Они все еще не… друзья, думает Субин, даже несмотря на то, что Субин знает любимую марку рамёна Ёнджуна и его любимый вкус мороженого. Они не друзья, даже несмотря на то, что Субин просыпается в квартире Ёнджуна каждые выходные и помнит планировку его квартиры, вплоть до того, где Ёнджун хранит ложки и палочки для еды. Они не друзья, даже несмотря на то, что Субин знаком с нежностью поцелуев Ёнджуна, потому что Субин не делает этого со своими друзьями, но Ёнджун, вероятно, все равно делает со своими. - Растолкуй понятия друзей, - говорит Субин. - Ты знаешь, я ненавижу, когда люди говорят туманно. - Э-э, я наименее квалифицированный человек для этого, - говорит Бомгю, и его локоть касается Тэхёна, что пьет свой протеиновый коктейль, и они оба делают вид, что игнорируют вопрос, тяжело висящий в воздухе. - Держись, приятель. - Думаю, мы в одной лодке, - говорит Субин и гадает, когда до этого дошло. Субин думает о линии, что разделяет его и Ёнджуна, и о том, как он продолжает ходить вперед-назад, не в состоянии сдвинуться с места. Желудок сжимается узлами. Было время, когда жизнь Субина была четкой, и он раскладывал все по полочкам, чтобы все было просто и понятно. Но теперь все перепуталось, и Субину некого винить, кроме Ёнджуна. Потому что Ёнджун другой, и каким-то образом это заинтриговало Субина, и он забыл все свои правила. Субин это ненавидит. Его руки сжимаются в кулаки, когда Ёнджун снова хлопает Уёна по плечу на другом конце кафетерия, и на их лицах появляется улыбка. Субину нужно провести черту.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

Черта, однако, оказывается пересечена в последний раз этим же вечером. Субин прижимает Ёнджуна к двери, раздевая его, и в его груди поднимается странное ощущение. Лицо Ёнджуна пылает, и его стоны оказываются в ловушке закрытого пространства, а затем заглушаются грозой, что ревет снаружи, и Субин разворачивает его и бросает Ёнджуна на кровать. Он не знает, что на него нашло, наверняка, это Ёнджун виноват, потому что Ёнджун выглядел так прекрасно, объявившись на работе в розовом кроп-топе и джинсах, что плотно обтягивали его задницу, подчеркивая все изгибы. И когда Ёнджун пригласил его заглянуть, кто Субин такой, чтобы сказать 'нет'? - Ты невыносим, - говорит Субин, и он это серьезно, Ёнджун стонет в простыни, и он облизывает ему ухо. Их руки сплетаются в замок, Субин удерживает Ёнджуна под собой и толкается в него, фиксируя Ёнджуна на месте, его хватка на чужом горло становится крепче. - Черт, - стонет Ёнджун, пока Субин продолжает безжалостно двигаться в том же темпе. Ёнджун всегда кончает бурно, его сперма белой струйкой выстреливает на живот, и имя Субина горячо слетает с его губ, пока он извивается под его телом. Субин укладывает голову ему на грудь и преследует свой собственный оргазм, потому что ему все равно. С Ёнджуном хорошо, он мягкий и теплый в его объятьях, и вскоре Субин срывается, уткнувшись лицом в его ключицу, пока его хватка на шее Ёнджуна ослабевает. - Было хорошо? - спрашивает Ёнджун, и когда Субин поднимает взгляд, в его глазах светится нежность, пока он играет с волосами Субина. Это сбивает Субина с толку, потому что это чуждо и ново, и его переполняют ощущения. - Ага, - говорит Субин и не осмеливается больше смотреть на Ёнджуна из-за собственного сердца, и стягивает презерватив, когда Ёнджун подзывает его ближе. - Обними меня, - говорит Ёнджун тихим голосом. - Нет, - отвечает Субин и перекидывает руку через Ёнджуна, утыкаясь носом в местечко между его шеей и плечом, потому что запах жасмина приятен. Ёнджун мягко хмыкает, но его голос заглушается грозой. Субин смеется. Он обнимает его крепче и оставляет утешительный поцелуй на его шее сзади, прежде чем осознает, что делает и замирает. - Черт, - говорит Субин. Поцелуй все еще отдается мягкостью на языке, но Субин чувствует себя так, словно его ударили. Это плохо. Это снова переходит черту. Субин сжимает руки в кулаки, бормоча что-то в кожу Ёнджуна. - Черт, Ёнджун... мы просто не можем продолжать этим заниматься. Ёнджун лишь смеется. Звук ясный и легкий, но царапает Субину уши. - Почему? У тебя ко мне чувства или что? - Нет, - говорит Субин, но останавливается из-за дрожи в голосе. - Нет, - Субин пробует еще раз. Дрожь не проходит. - Тогда зачем нам прекращать? - говорит Ёнджун и переворачивается так, что оказывается лицом к лицу с Субином. Его взгляд колеблется в темноте. - Когда мы оба этим наслаждаемся? Потому что проблема именно в этом: Субин слишком наслаждается Ёнджуном, до такой степени, что не хочет, чтобы Ёнджун смотрел на кого-то еще с той же нежностью в глазах. Потому что она должна быть предназначена лишь Субину. Черт. Субин в такой заднице. - Потому что я не хочу больше этим заниматься, Ёнджун. - И потому что у тебя есть другие люди, которые могут делать для тебя то же самое, но Субин не хочет говорить об этом вслух. - Субин, - вздыхает Ёнджун и обхватывает лицо Субина рукой. - Я сделал что-то не так? - Нет, ты не сделал ничего плохого, - говорит Субин. Вот только Ёнджун сделал. Единственное, что Ёнджун сделал не так, - это вынудил Субина его полюбить, и это, черт возьми, сработало. - Я просто не хочу больше этим заниматься. Ёнджун замирает, и в его глазах появляется блеск, пока он смотрит на Субина, будто бы в поисках ответа. Субину это ненавистно, потому что он чувствует, словно его внутренности обнажены, и Ёнджун видит, как его сердце сжимает и сдавливает под обнаженной грудью. - Я тебя не совсем понимаю. - Что именно во мне ты не понимаешь? - отвечает Субин и сжимает губы в тонкую линию, потому что больше не доверяет своему рту. Он смотрит на точку на потолке, потому что она не обжигает его, в отличие от взгляда Ёнджуна. - Я довольно прост. - Субин, - говорит Ёнджун. - Ты буквально обнимал меня после секса, а теперь хочешь со всем покончить. Ты поцеловал меня в лоб после того, как мы побывали на свидании, и купил мне еды, когда я болел, и тем не менее в половине случаев ведешь себя так, словно я тебе не нравлюсь, - говорит Ёнджун, и его голос дрожит и ломается, и Субин пытается проглотить сухой ком в горле. Внезапно Ёнджун кажется таким маленьким и хрупким, словно изделие из стекла, что легко разобьется от малейшего движения. - Субин... ты далеко не прост. Ёнджун больше ничего не говорит. Он переворачивается и утыкается лицом в подушку, и Субин думает, что это намек, чтобы он ушел. Снаружи гроза в самом разгаре.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  Все возвращается на круги своя, вот только теперь Ёнджун даже не смотрит в его сторону. Он не признает существование Субина в кафетерии и не называет Субина секси в лифте. Субин так давно этого хотел, не так ли? Потому что ему всегда было ненавистно то, как сильно Ёнджун старался ему понравиться. Это все, чего Субин когда-либо хотел: луч надежды, пожалуй, но в его груди возникает боль каждый раз, когда Ёнджун проходит мимо их столика в кафетерии и его улыбка тут же гаснет. И сухость в горле Субина никуда не девается, потому что Субин знает, что это его вина.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  Первое марта выпадает на пятницу, так что у Субина появляется время вернуться в Ансан, и он отправляется в четверг сразу после работы. Дорога занимает час, плюс-минус, но этого времени все равно слишком много, чтобы Субин остался наедине со своими мыслями. Когда Субин поворачивает к дому своих родителей, мама сжимает его в объятиях, и Субин тает от этого прикосновения и трется щекой о ее плечо. Это слегка утешает, именно то, что ему нужно, и Субин закрывает глаза, пока она рисует пальцами невидимые круги на его пояснице. Они ужинают. Субин уже давно не ел нормальной, маминой еды, и это лучшее средство от печали, даже если Субин пытается твердить себе, что вся эта история с Ёнджуном не так уж и расстраивает. Его сестра глядит на него лишь раз и выпускает ложку, бросая на него многозначительный взгляд. - Ты потерял свою подушку с аниме-девочкой? - спрашивает она. - Нет. С чего ты спрашиваешь, - говорит Субин, зачерпывая большую ложку риса и макая ее в свой Твенджан ччигэ. - Тогда почему ты выглядишь так, будто потерял подушку с аниме-девочкой, - говорит она и толкает его локтем. - Эй. Что случилось? Ты же знаешь, что можешь мне рассказать? - Эм, - говорит Субин и смотри на нее из-под челки. У нее мягкий взгляд, она тянется и похлопывает его по руке, так что Субин сдается. - Просто... проблемы с парнем. - Вау, - сестра вздыхает, и улыбка расцветает на ее лице. - Поверить не могу, что ты правда нашел кого-то после стольких лет, Чхве Субин! - Я сказал тебе, что у меня проблемы с парнем, и первое, о чем ты подумала, - что я больше не девственник! - горько говорит Субин. Его отец смотрит футбольный матч на диване рядом, и Субин морщится, когда толпа разражается угрожающе громкими воплями, когда кто-то забивает гол. - Да уж, спасибо, нуна. - Ну не знаю, - говорит сестра, перекрикивая, казалось бы, непрекращающиеся возгласы. - Ты просто кажешься таким равнодушным к любовным делам. - Что ж, мне следовало и дальше оставаться равнодушным, тогда бы не было проблем. В конце концов, любопытство сгубило кошку, - говорит Субин, и его мама выходит из кухни с натянутой улыбкой и протягивает ему жестянку с печеньем. - Заберешь домой, - говорит мама. - И скажи отцу, чтобы убавил громкость. Субин смотрит на отца, сидящего прямо напротив, и вздыхает, когда мама возвращается на кухню. - Они все еще не разговаривают? - спрашивает Субин. - Всего то с прошлой недели, - отвечает сестра, хватает кусочек мяса и кладет ему поверх риса. - Знаешь, мама правда... - Избавь от подробностей, - говорит Субин и смотрит на мамину спину, пока на заднем плане стихает футбольный матч. - Я привык. Они учат меня не интересоваться отношениями в целом. Взгляд, который бросает на него сестра, полон беспокойства, Субин сглатывает и смотрит на свои руки. Когда Субин заканчивает убирать со стола, его сестра слоняется вокруг него возле кухонной раковины. - Знаешь… не позволяй тому, что есть у мамы и папы, сделать твою жизнь несчастной, - говорит сестра. - Что это должно значить? - спрашивает Субин, подхватывая миску и начиная мыть. - Я знаю, они во многом повлияли на то, что ты думаешь об отношениях, потому что временами это может быть утомительно, - говорит сестра, похлопывая его по плечу, и тело Субина расслабляется. - Но ты не их отражение, Субин-а. Ты создан для любви. Я знаю, с чем ты имеешь дело... потому что прошла через это. - Я понятия не имею, о чем ты говоришь, - говорит Субин, берет другую кастрюлю и переворачивает ее, натирая дно. - Ты снова это делаешь. - Делаю что? - грудь Субина скручивает от ее слов, и он снова пытается дышать. - Притворяешься, что тебе все равно, - говорит сестра и сжимает плечо Субина. - Тебе следует начать быть честным с самим собой. - Почему все продолжают это говорить? - Субин дуется. - Потому что, - сестра улыбается. В ее глазах светится нежность. - Мы заботимся о тебе, Субин-а. Ты заботишься о себе? Думаешь, ты заслуживаешь того, чего хочешь? Субин роняет кастрюлю, и его желудок урчит, будто он не ужинал буквально только что. Его сестра ерошит ему волосы и щипает за щеку, прежде чем присоединиться к отцу на диване. Этой ночью Субин крутится и вертится в своей постели. Он думает о комнате Ёнджуна и о том, как она наполнена растениями, названий которых Субин еще не знает.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  Субин возвращается в Сеул на следующий день, потому что Хюнин Кай хотел пойти на какой-то аниме-съезд, который проходит в одном из торговых центров в Хондэ. Еще с месяц назад Субин хотел пойти, но сейчас у него нет настроения делать что-либо, кроме как свернуться калачиком в постели и есть мороженое, серьезно. Слова сестры дергают его с каждым шагом, будто к лодыжкам привязаны камни. И всякий раз, закрывая глаза, Субин вспоминает, как она похлопывала его по плечу и нежность в ее глазах. Здесь творится хаос. Люди в длинных париках и ярких костюмах парят тут и там в поле его зрения, и ему приходится схватить Бомгю за край рубашки, чтобы не потеряться. Несколько человек врезаются в него, спеша к киоскам с фан-стафом, и это уже слишком. Субин крепче сжимает рубашку Бомгю. Одна из девушек косплеит Сакурадзиму Маи, и это наконец привлекает внимание Субина, потому что это чертова Сакурадзима Маи. Если точнее, Сакурадзима Маи в школьной форме, потому что не многим нравится выставлять сиськи наружу на виду у широкой публики, а не каких-то антисоциальных лузеров из средней школы. Ее юбка очень похожа на ту, в которой был Ёнджун, когда Субин трахнул его у копировального аппарата. У нее такая же длина и такие же полоски, и Субин слегка смеется, потому что представлял Ёнджуна в такой же форме. С большим, длинным черным париком, колготками и всем остальным. А затем его мысли переносятся к Ёнджуну в секси-наряде Сакурадзимы Маи, с приподнятыми сиськами и горящим лицом, прижатым к копировальному аппарату. Субин бьется головой о спину Бомгю, потому что, черт возьми. Субину больше не должен нравиться Ёнджун. Потому что…. Потому что линии. Территории. Различия. Грудь Субина сжимается, потому что каким-то образом это ввергнуло его в еще большую печаль. - Хён, да ты нахрен хандришь, - говорит Бомгю, и Субин дуется, а Кай лишь вздыхает. - Возможно, - говорит Субин, и Тэхён смотрит на него своими большими блестящими глазами. Именно там, посреди шумного аниме-съезда, перед Сакурадзима Маи в школьной форме, Субин осознает, что, возможно, больше не может по-настоящему бороться со своими чувствами к Ёнджуну. Когда они заканчивают трапезу в кафешке жареной курочки, Тэхён отводит его в сторону. И Субин сглатывает, потому что это серьезно. Люди обращаются к Тэхёну за советом, и он редко хочет поговорить с кем-то один на один, пока у них нет проблем. Субину кажется, что у него проблемы, и вдруг ему снова пятнадцать, и его вот-вот накажет классный руководитель. - Мне вставать на колени с поднятыми руками? - извиняющимся тоном говорит Субин. - Нет, что с тобой не так? - Тэхён смеется, и Субин обхватывает себя руками. - Все, - говорит Субин. - Тэхён-а, мне больно. - Где именно болит, хён? - Мое сердце, - отвечает Субин, и Тэхён разрывается смехом. - Думаешь, мои страдания - это шутка? - Субин дуется и хочет просто улечься на землю, только вот там грязно, поэтому он выпрямляется. - Ты такой недалекий. Разумеется, я говорю обо всей этой истории с Ёнджуном, - говорит Тэхён и переводит взгляд на беззвездное небо над головой. - Хён… на самом деле мы похожи больше, чем ты думаешь. Субин хочет не согласиться, потому что, во-первых, в отличие от Тэхёна, он не чертов криптид. А во-вторых, Бомгю только притворяется, что ненавидит Тэхёна. Ёнджун, вероятно, ненавидит его, потому что Субин - засранец, и он всегда говорит противоположное тому, что у него на уме. Субин всегда думал, что Ёнджун слишком много болтает и никогда не дает ему возможности объясниться, но теперь, задумавшись об этом, Субин понимает, что проблема в нем. Субин отказывается объясняться, потому что ему это нелегко дается. - В каком плане? - наконец говорит Субин. - Мы оба молчаливы, - говорит Тэхён, - не характером, а выражением лица. - Возможно, - кивает Субин. - И мы оба упрямы. - Только ты, - Тэхён смеется, а Субин переводит взгляд на небо над головой и щурит глаза, пытаясь найти Марс. Он терпит неудачу, потому что его зрение слегка размыто. Смех Бомгю и Кая эхом доносится до них через всю улицу, и Субин прикусывает нижнюю губу. - Тэхён, могу я задать тебе вопрос? - Давай. - Мне интересно... что между вами с Бомгю? Тэхён поднимает бровь. - Ты спрашиваешь, потому что это похоже на твою ситуацию с Ёнджуном? - Ну, - Субин хочет не согласиться, но мягкий взгляд Тэхёна лишает его обороны. - Да. - Разве ты не говорил, что тебя не интересуют отношения других людей? - говорит Тэхён, и в его животе возникает странное чувство. Субин не может дать ему названия. - Да, раньше, - говорит Субин и думает о своих родителях, а затем о словах сестры. - Но иногда я просто не могу не задумываться об отношениях. - В целом. Необязательно о чужих. Может, лишь… о его. Потому что Субин всегда хотел знать, каково это, когда тебя обнимают и целуют. Не обязательно кто-то еще, может, лишь Ёнджун. Субин вздыхает; в последнее время у него слишком много мыслей на уме. - Знаешь, - говорит Тэхён, кладя руку Субину на плечо, - на самом деле признаться, чего мы хотим, труднее, чем думает большинство людей. - Поясни, - просит Субин, хмуря брови. Тэхён не выражается расплывчато. Субин просто хочет услышать больше. - Тебе известна психологическая причина, по которой мальчики тянут девочек за косички в детском саду? - Нет, - говорит Субин. Субин не тянул девочек за косички; он был слишком занят, строя домики из лего и устраивая гонки машинками со своим воображаемым другом. Но ему кажется, что он уже некоторое время тянет Ёнджуна за косички. - Дай угадаю… ради внимания? - Бинго, но это только часть истории, - улыбается Тэхён. - Хотя я не одобряю эту тактику, потому что иногда это переходит в буллинг, - говорит Тэхён и сжимает плечо Субина. - Но поскольку дети не могут до конца осмыслить эмоциональные сложности, они прибегают к отрицанию, а затем и к откровенной агрессии. - Вы с Бомгю… дети в детском саду? - Ну, - смеется Тэхён и переводит взгляд на Бомгю, который корчит странные рожицы Каю на тротуаре. - Очевидно, уже нет, но я где-то читал, что привязанность связана с агрессией... знаешь, милой агрессией? Схоже с тем как... иногда мне хочется засунуть Бомгю в духовку и запечь его, потому что он мне слишком нравится? - говорит Тэхён, его лицо краснеет, и он закусывает нижнюю губу. - Мои реакции не соответствуют тому, что я чувствую внутри. Тэхён вздыхает. - И мне кажется, что именно это и происходит между мной и Бомгю, хотя это довольно бессмысленно, если подумать. Тэхён кладет руку Субину на плечо и играет со своим ожерельем. - Все начиналось с шутки, то, что он меня ненавидит, но мы продолжали это делать, потому что чувства сбивают с толку, - говорит Тэхён, глядя на спину Бомгю, когда тот щипает Кая за предплечье, и они оба смеются, как счастливые дураки. - Мы трусы, хён. Мы выдаем наши чувства за что-то другое, потому что не хотим, чтобы они влияли на нас. Это защитная реакция. В этом смысле мы с Бомгю похожи на тебя. Но, - Тэхён вздыхает. - Ёнджун-хен… другой. Субин возвращается мыслями к Ёнджуну. Когда Ёнджун что-то любит, он любит громко. Он убедится, что весь мир об этом знает. Субин сжимает в руке подол свитера. - Я никогда не ладил с расхождениями. - Ну, - говорит Тэхён, сдвинув брови, словно обдумывая свои слова. - С расхождениями можно поладить. Можно поладить много с чем, на самом деле. Первое время будет получаться фигово, пока наконец не научишься. Субин смотрит на Тэхёна из-под челки. - Как… с вылизыванием задницы? - Тэхён закатывает глаза и сжимает губы в тонкую линию. - Ох. Значит не время для шуток. Понял. - Нет, как с эмоциями, хён. Как... с отношениями. Как, да буквально с любым чертовым хобби в этом мире. - Не знаю, получится ли у меня когда-нибудь с ним справиться. - Или получится ли любить его, потому что крошечная часть Субина все еще думает, что он не создан для любви. Но Субин не говорит этого вслух. - Уён сказал, что я ему не подхожу. - Уён тоже не подходит Ёнджун-хену. Он постоянно в сети и слишком много рассказывает об их отношениях в Твиттере, и они расстались не просто так, - Тэхён пожимает плечами. - Ты просто используешь слова Уёна как оправдание, потому что не хочешь признаться себе в том, чего ты действительно хочешь. Хён, ты продолжаешь отказывать себе в хороших возможностях, потому что говоришь себе, что ты для них не годишься. Но правда в том, что ты даже не пытаешься. - Господи, это было жестоко, Тэхён, - Субин морщит нос, а затем кивает, потому что в словах Тэхёна много смысла. - Но спасибо, думаю, теперь я понял. - Для чего еще нужны друзья? - Тэхён улыбается и бежит вперед, переплетая с Бомгю руки, и Кай кричит от удивления. Субин замирает, потому что на мгновение начинает кружиться голова, а затем чувствует, словно его наказывает школьный руководитель, но вместо того, чтобы встать на колени с поднятыми руками, его наказанием является возможность никогда не увидеть улыбку Ёнджуна снова. У Субина всего два страха, но, возможно, к этому списку следует добавить и невозможность больше видеть улыбку Ёнджуна. Он гадает, есть ли у него возможность это исправить. Потому что, в конце концов, Ёнджун по-прежнему представляет собой расхождение, с которым Субин хочет ознакомиться. Расхождение, в котором Субин хочет преуспеть.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  Субботы никогда еще не казались такими опустелыми. Странно, что Субин скучает по Ёнджуну так сильно, ведь все, чем они занимались по выходным, - это трахались, ели Джин рамён и еще, может, спорили по разным пустякам. У него в шкафчике буквально нераспакованная упаковка Шин Блэк рамёна, но по какой-то причине сегодня Субину хочется Джин рамёна, пусть он и не достаточно острый, а бульон слишком сладкий на его вкус. - Оди, - говорит Субин, усаживая ежика на ладонь, - Аппе грустно. Оди не до конца понимает, потому что ежи - животные-одиночки, им необязательно формировать узы, чтобы выжить - это была единственная причина, почему Субин и вовсе его выбрал. И все же, словно чувствуя его печаль, Оди переворачивается на спинку и трется иголочками о ладонь Субина в знак утешения. - Что? Говоришь, это потому, что я сам виноват? - вздыхает Субин, а Оди смотрит на него своими большими глазами. Его носик слегка сморщивается, а после он облизывает свой крошечный ротик. - Я знаю... просто. Не знаю, не поздно ли все исправить, - говорит Субин и смотрит на дыры в своей любимой пижаме. Субин помнит одежду, которую одалживал ему Ёнджун каждый раз, когда он проводил у него ночь. Какой новой и мягкой она ощущалась на его коже, и он гадает, каким стиральным порошком пользуется Ёнджун, потому что Субин скучает по запаху. Он снова переводит взгляд на Оди в поисках небольшой помощи, но обнаруживает, что еж все еще смотрит на него своими круглыми глазами. - Ладно, - шепчет Субин и вспоминает, что говорил ему Тэхён накануне вечером, - так ты хочешь сказать, что если я не попробую, то не узнаю? Оди морщит носик, и Субин кивает. - Ты совсем как Кан Тэхён, - говорит Субин. - Продолжаете донимать меня. Просто… Просто... Субин даже не знает, почему так боится извиниться перед Ёнджуном. Чего он вообще ждет? Субин вздыхает. Он всегда думал, что Ёнджун руководил всеми их беседами, но теперь понимает, что, возможно, это Субин виноват, что у него никогда не хватало смелости говорить то, что думает. Он скрыл от Ёнджуна так много невысказанных вещей. И это не из-за искры в глазах Ёнджуна и не изгиба его улыбки, что лишила Субина дара речи. Субин сам виноват, что никогда ничего не говорил. Субин сам виноват в том, что он трус. Десны кажутся сухими. Он опускает руки и позволяет Оди вернуться в клетку, а сам встает, чтобы приготовить себе рамён на кухне. Снаружи дождь перерос в грозу. Ветер стучит в окно, завывает прямо в сердце Субина. Шин Блэк, его любимец, сегодня кажется пресным на языке, и Субину не хватает тонкого намека на сладость, поэтому он бросает палочки для еды и ищет что бы еще поесть. Субин вспоминает о наполовину съеденной жестянке с печеньем, которую прислала мама, и доедает остатки печенья. Закончив, он выбрасывает пергаментную бумагу, а пустая жестянка просто смотрит на него со стойки, от чего Субину становится немного грустно. И у Субина чешутся руки набить ее чем-нибудь полезным, например, нитками или пуговицами, и может даже булавками. Потому что у Субина дома нет швейного набора, а всем его любимым анимешным футболкам лет по пять. Это глупая мысль. Он вообще даже шить не умеет. Но, возможно, Тэхён прав, Субину просто нужно научиться. Снаружи гроза окутывает город серостью, уличные фонари мигают, а затем гаснут в мгновение ока. Гром ударяет в крышу, и Субин замирает на кухне, шепча себе, что ему не следует бояться.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  Поездка на лифте до квартиры Ёнджуна занимает всего несколько минут, но кажется вечностью. Субин идет по коридору и думает о том, чтобы развернуться и вернуться к началу. Но у Субина в любом случае нет возможности перемотать все назад, поэтому он стискивает зубы и звонит в дверь Ёнджуна. Вода стекает с его одежды, а кондиционер из коридора обдувает его лопатки холодным воздухом, морозит, но тело Субина горит от нервов. Шаги эхом приближаются к нему с другой стороны двери, а затем слабое «ой». Субин задерживает дыхание, когда раздается щелчок двери. - Субин? Черт, да ты насквозь мокрый, - говорит Ёнджун, складочка формируется между его нахмуренными бровями, его волосы зачесаны назад ободком. - Все в порядке? Что ты здесь делаешь? - Потому что, - Субин испытывает свой голос. Тот не дрожит так сильно, как он ожидал. - Твои растения. Ёнджун приподнимает бровь. - Что насчет моих растений? - Я до сих пор не знаю их названий, - говорит Субин. - Я до сих пор не знаю твоего любимого персонажа в Дораэмоне или какие из твоих свечей тебе нравятся больше всего, - Субин задерживает дыхание. На лице Ёнджуна сохраняется замешательство, но он приоткрывает дверь чуть шире. - Ты проделал весь этот путь сюда посреди грозы, чтобы это сказать? Ты в своем уме? Ёнджун прав. Субин не в своем уме некоторое время. - Нет. Ты не понимаешь, Ёнджун, - говорит Субин и просовывает одну ногу в щель между дверью и косяком, чтобы Ёнджун не смог ее закрыть. - Я хотел задать тебе так много вопросов, но у меня никогда не хватало смелости. Я держу свои чувства при себе и вместо этого виню тебя, что ты шумный и заноза в заднице и никогда не даешь мне говорить, но на самом деле это моя вина, потому что я никогда не говорил того, чего хотел. Прости меня. Плечи Ёнджуна опускаются, и он скрещивает руки, вглядываясь в лицо Субина. Складочка между его бровями все еще не исчезает, и Субину хочется протянуть руку и разгладить ее, потому что Ёнджуну она не идет. - За ту ночь, когда ты меня бросил? - спрашивает Ёнджун неуверенным голосом. - Нет, за все, - говорит Субин и сжимает руки в кулаки, чтобы стоять немного устойчивее, потому что может рухнуть в любую секунду. - Правда в том что. Ты заноза в заднице. Мне это нравится, - один удар сердца, и Субин закрывает глаза. - Мне нравится, когда ты говоришь просто чтобы поболтать и не можешь заткнуться. Мне нравится, когда ты споришь со мной по пустякам, например, из-за мороженого и медуз и вкуса рамёна, потому что тогда у тебя лицо краснеет, и ты выглядишь мило. Раздражающе мило. - Но самое главное, - продолжает Субин. Он знает, что сейчас просто бессвязно болтает, но у него на уме слишком много всего, чего Ёнджун не знает. - Мне это нравится, потому что ты продолжаешь стараться, чтобы мне понравиться, потому что это отчего-то работает и заставляет меня хотеть стараться тоже, - Субин смотрит на свои ботинки и внезапно чувствует себя таким маленьким и крошечным, будто увядает под взглядом Ёнджуна. - Вот только теперь я не смогу больше быть особенным в твоих глазах, потому что мне нравится в тебе все, - говорит Субин, и его плечи слегка дрожат, потому что мысль об этом его расстраивает. - Потому что теперь я, как и все остальные, бегаю за тобой. - Субин, - говорит Ёнджун, и его рот раскрывается в маленьком кружке. Субин ненавидит то, как мило Ёнджун выглядит. - Ты мне признаешься? - Фу, - говорит Субин и смотрит на Ёнджуна из-под челки. Но опять же, Ёнджун совершенно прав, поэтому он кивает. - Ага. - Ладно. Я буду с тобой встречаться. - Я не просил тебя со мной встречаться? - говорит Субин, хмуря брови. - Я просто признавался? - Тогда не буду? - говорит Ёнджун, скрещивая руки и осматривая Субина сверху вниз. - Вот почему ты никогда не будешь таким же, как все остальные, потому что ты буквально самый странный парень, которого я встречал. Не понимаю, почему ты еще этого не осознал. - Ладно, - говорит Субин, - тогда давай встречаться, - и он протягивает ладонь, чтобы взять Ёнджуна за руку, потому что, эм, она выглядит очень мягкой. - Ты можешь быть занозой в заднице, которую я терплю иногда. Может, всегда. И когда мы будем прощаться перед твоим подъездом, я поцелую тебя в лоб и буду выглядеть так, словно у меня запор уже пятый день подряд. Но потом я пойду домой и буду скучать по тебе все оставшуюся ночь, потому что я недалекий и странный, и мне нужно время, чтобы смириться со своими чувствами. - Тебе повезло, что мне нравятся странности, - говорит Ёнджун, шагая ближе. От встает на цыпочки и закрывает глаза, но Субин останавливает его на полпути. - Ты не дошел до сути? Встречайся со мной? - Да, - Ёнджун закатывает глаза. - Я уже сказал, что буду с тобой встречаться, - дуется Ёнджун. Он выглядит таким милым, а его губы такие пухлые, и сердце Субина разбухает в груди. Субин закрывает глаза, наклоняется, обхватывает теплое лицо Ёнджуна мокрыми от дождя руками и целует его мягкие губы, потому что он уже давно хотел это сделать. Пальцы Ёнджуна сжимают его мокрую рубашку, и Ёнджун лихорадочно целует его в ответ. Его язык скользит по нижней губе Субина, и Субин открывает рот, давая Ёнджуну больше доступа. Когда они расходятся, чтобы вздохнуть, Субин обнимает Ёнджуна за талию и целует его, снова. Сухость в глотке ушла, на смену ей пришла сладость губ Ёнджуна, и Субин улыбается, когда они сталкиваются грудью. Субин вдыхает Ёнджуна и жасмин, и стиральный порошок, и остатки грозы. - Это та часть, когда ты приглашаешь меня войти, чтобы мы могли целоваться на твоем диване, - шепчет Субин, проводя пальцами вверх-вниз по челюсти Ёнджуна, потому что, эй, теперь он может это делать. - Папочка, остынь, - смеется Ёнджун и щелкает Субина по носу. - Если назовешь меня папочкой еще раз, - бормочет Субин себе под нос. - Что ты тогда сделаешь, а? - смеется Ёнджун. - Трахнешь меня, пока я не потеряю сознание? Прижмешь меня к стене и отшлепаешь? - Возможно, - говорит Субин, и Ёнджун хихикает. Звук легкий, пляшет в воздухе и очень красивый. Ёнджун очень красивый. - После того, как мы тебя высушим. - Конечно, - говорит Субин, толкает Ёнджуна в дверь и запирает ее. Он снова целует Ёнджуна, потому что ему недостаточно. Никогда не бывает достаточно. Ёнджун улыбается в поцелуй, и Субин думает... нет, Субин знает, что он без ума. Позже, когда они устраиваются на диване, Ёнджун ерошит Субину волосы и включает фен. Прибор трещит ему в ухо, и Субин закрывает глаза, когда слышит шепот у своей шеи. - Сансевиерия, - говорит Ёнджун. - Растения в моей комнате. Это самые популярные комнатные растения. Как ты, будучи архитектором, мог этого не знать? - Потому что меня не волнует дизайн интерьера, глупыш. Это слишком личное, - говорит Субин, а затем думает, что не боится интимности комнаты Ёнджуна, больше нет. - Я отвечаю за технические вопросы. Они объективны. Ёнджун щелкает его по носу, и Субин тает от прикосновения. - А что насчет свечей? - спрашивает Субин, затаив дыхание. - Я их чередую, - говорит Ёнджун, выключает фен и сматывает шнур, прежде чем отложить его в сторону. Закончив, он прижимается к Субину на диване, утыкаясь ему в шею, и Субин делает вдох, потому что он по этому скучал. - Любимый персонаж Дораэмона? - Декисуги, - говорит Ёнджун. - Он чем-то похож на тебя. Вот только он смышленый, а ты куда более недалекий. - Это правда. Не буду ничего отрицать, - признается Субин, и его щеки заливает жар, когда он протягивает ладонь и берет Ёнджуна за руку. - Извини, все эти свидания… Я в этом новичок. - Не волнуйся, я постараюсь ради тебя, - Ёнджун целует его в щеку, и сердце Субина раздувается и раздувается, пока не захватывает всю комнату. - Нет. Мы постараемся вместе, - Субин поднимает их переплетенные руки и целует пальцы Ёнджуна.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

  Эпилог I - Хён, - Ёнджуна теперь повысили до хёна, потому что Субин - парень с хорошими манерами, - подожди секунду, - говорит Субин и держится за дверную ручку, а Ёнджун бросает на него вопросительный взгляд. - Мне нужно, эм, сначала быстренько убраться. Прежде чем Ёнджун успевает ответить, Субин закрывает дверь и запирает ее, а его сердце выпрыгивает из грудной клетки. Это было близко. У Субина меньше минуты, чтобы засунуть свою двухстороннюю подушку в полный рост с Сакурадзима Маи из "Негодник, которому не снилась девушка-кролик" под кровать не потому, что ему стыдно, а потому, что он хочет, чтобы Ёнджун понимал - он будет пялиться только на его мужские сиськи, пока они занимаются сексом, а не на сиськи Сакурадзима Маи. Просто Субин вот такой продуманный. На его столе лежит блокнот, исписанный аффирмациями, типа "Я достоин любви и счастья. Я ценный и уникальный человек, способный многое предложить миру, и я не испытываю каких-либо сильных чувств к Ёнджуну". Субин смотрит на него и тоже засовывает под кровать. Он переводит дыхание. Теперь он готов. Он собирается заняться сексом с Ёнджуном, нет, со своим парнем, в своей собственной спальне. - Чхве Субин. Ты там тело прячешь? - голос Ёнджуна по другую сторону двери едва слышен, Субин открывает ее и быстро затыкает рот Ёнджуна своим.

°❀⋆.ೃ࿔*:･

Эпилог II - Эм. Что это на тебе надето? - Субин садится на кровати и пытается не смотреть Ёнджуну в глаза, потому что какого черта. Жар подкрадывается к шее, а затем распространяется по всему лицу. Субин думает, что он только что умер и попал в рай. - Эм, - Ёнджун смотрит на свою грудь, что плотно прижата друг к другу, так что создается впечатление, будто у него есть сиськи. - Женский секси-костюм девочки-кролика на Хэллоуин, с ушками, ошейником, ремешками и чулками, - застенчиво отвечает Ёнджун. - Увидел его в твоем избранном на Амазон. - О мой бог, ты такой чокнутый. Идеален для меня, - говорит Субин, забираясь на Ёнджуна сверху и обхватывая его лицо ладонями, его глаза все еще прикованы к искусственно-прижатым сиськам Ёнджуна. - Поверить не могу, что целый год тебя ненавидел. - Слишком много болтаешь, - говорит Ёнджун, и это почему-то заставляет Субина взорваться смехом, потому что Ёнджуну ли об этом говорить? - Пошевеливайся и поцелуй меня. Субин смеется и наклоняется, накрывая пухлые губы Ёнджуна поцелуем.