eight for eternity

      минхао закрывает дверь в свою комнату, взглядом прожигая открытую переписку с джуном. он блокирует устройство, подходя к приоткрытому окну, выглядывающему на небольшой соседский дом. деревья особенно яростно покачиваются от ветра, а на потрескавшемся асфальте раскинулись многочисленные лужи. воздух совершенно потрясающий.              делая глубокий вдох, брюнет прикрывает глаза, стараясь хотя бы на минуту избавиться от тревожности, чувствуя на щеках неряшливые прикосновения холодных позывов ветра. время слегка перевалило за двенадцать. возможно, мун уже лёг спать, но хао знает (или же ощущает за них двоих), что должен позвонить ему прямо сейчас. а ещё подгоняет это неприятное ощущение в груди, появившееся в качестве остатка от принятия неправильных решений.              он ищет фотографа в своих контактах, устраиваясь поудобнее на кровати рядом с открытым окном. секунды ожидания сейчас кажутся вечностью.              если джун ему ответит – минхао клянется, что выложит всё, как было на самом деле. и даже не будет утаивать свой мимолетный интерес к стефу и последующее прозрение. разве что… он ещё не готов признать, что, похоже, правда испытывает к… — хао?       сю слышит обеспокоенный вздох на другом конце провода. этот тёплый голос мгновенно оказывает на минхао успокаивающее действие. а возможно, он уже в их первую встречу стал для него плацебо. — эй, всё хорошо? почему ты молчишь?       минхао подносит телефон к уху, несмело отвечая: — джун, прости меня, — с каждым словом становясь всё тише, произносит парень. — если… вдруг, ты ещё не до конца разочаровался во мне, можешь дать мне шанс продолжить общение с тобой?       хао ненавидит то, как жалко это звучит. наверное, он впервые показывает свои истинные эмоции кому-то, кроме габриелы. сю ведь дружит только с джошуа, но они никогда не затрагивали глубокие беседы о том, что по-настоящему тревожит. а минхао тревожит очень многое.              что он не успевает жить так, как хотел бы. что жизнь проходит мимо него, а все собственные достижения в масштабе мира не имеют никакого значения. тревожит, что джун ждал его и сразу же ответил на звонок, хотя мог бы уже забыть того парня с пляжа и проводить весёлые будни со своими прекрасными друзьями. — золотце, — мун словно обнимает его этим словом. — почему ты решил, что я разочаровался в тебе?       у хао накопилась уже тысяча причин, но он произносит лишь тихое: — не знаю.       в комнате становится темнее, видимо, на улице перегорел фонарь. как бы сейчас хотелось оказаться у моря и стереть из сценария жизни всё, что произошло за эти две недели. минхао прерывисто вздыхает. — пожалуйста, не переживай насчёт меня, — сказал джун, как будто испугавшись, что сю сейчас заплачет. — поделись со мной тем, что тебя волнует. я хочу помочь тебе.       хао кивает, потому что у него совсем нет сил говорить что-либо вслух. и разве он заслуживает таких хороших людей рядом с собой? в комнате становится до неприязни душно, несмотря на открытое окно.              минхао молчит ещё пару минут, но джун всё не сбрасывает звонок. действительно ждёт его. сю немного успокаивается, на пробу говоря: — я могу рассказать тебе всё? — конечно, — ответ приходит незамедлительно. — я просто не хочу, чтобы в нашем общении были настолько явные недомолвки, так что хочу признаться в том, что мне нравятся парни.       минхао даже не успевает настроиться на возможную реакцию муна, как тот выпаливает: — о, круто. — чего? — хао случайно озвучивает свою мысль вслух. — спасибо, что поделился. я ценю это.       сю буквально видит, как фотограф пожимает плечами, совершенно не удивляясь сказанному. — почему ты реагируешь так, будто я озвучил самую очевидную мысль во вселенной? — уже с неким возмущением спрашивает хао. — ну, отчасти так и есть, если верить статистике, почти каждый третий человек из моего окружения либо би, либо гей.       действительно, и почему вообще минхао думал, что это сильно повлияет на их общение? — ладно… чёрт, если бы я знал, что это будет так легко, то признался бы ещё раньше, — с лёгкой улыбкой отвечает брюнет. — золотце, это ничего не меняет, — а дальше добавляет шёпотом: «вообще-то, алиция намекнула мне про это после вашей первой тусовки в ET».       минхао не может сдержать улыбки, вспоминая тот легендарный день. он надеется, что алиция всё же умолчала о том, как он выпрашивал у неё фотографии джуна, обсыпая его комплиментами. потому что после этого признания мун легко сложит все факты воедино, поняв отношение сю к нему. а это уже будет слишком опасно. — а как вы провели время со стефом? — осторожно спрашивает фотограф.       брюнет больше не ощущает себя настолько подавленно, отвечая:        — это слишком сложно описать… он понравился мне внешне, но в ходе первых минут нашего диалога вся эта привлекательность испарилась. я имею в виду, что.. чёрт, я поговорил с габриелой и осознал настолько очевидные вещи, на которые всегда закрывал глаза. — я не совсем понимаю, о чём ты, хао, — беззаботно тянет джун.       минхао улыбается.              он так сильно хочет обнять его прямо сейчас. — я просто хочу вычеркнуть этот момент из своей головы. и мне… как бы, хотелось бы больше времени провести с тобой.       сю поджимает губы, сжимая телефон в руках. он всё ещё не рассказал про причину своего странного поведения, всё время уходя в другую тему. — мне всё ещё сложно каждый день проводить в больших компаниях, хотя это и то, о чём я всегда мечтал, — поворачивает голову в сторону окна. — но понятно, что я не могу просить тебя уделять лично мне время. давай я через пару дней зайду в твой магазин? как раз ещё поболтаю с алицией.       он действительно соскучился по алиции и очень хотел бы поговорить с ней, как в то утро после тусовки. или же просто развлечься новыми фотографиями и подборами образов. — можно я завтра приду к тебе? — джун игнорирует вопрос сю.       минхао осматривается по сторонам, оценивая уровень бардака, а ещё его сердце ощутимо начинает биться чаще. он отвечает скорее на автомате: — да.. думаю. правда, завтра выходной у габриелы, так что она тоже будет дома. — отлично, как раз познакомишь нас, — радостно произносит джун.       сю не знает, как живут такие люди, как мун. как будто для них почти всё в этом мире – просто. без лишних мыслей и тревог. он до сих пор считает, что джун – настоящий свет.              минхао не хочет озвучивать все свои мысли, понимая, что не стоит ещё дольше тревожить джуна по такой бессмыслице. но фотограф всё ещё не сбрасывает звонок, как будто ожидая нового эмоционального выплеска. эта тишина побуждает к искренности: — в общем, я немного запутался в тот день насчёт всего, что происходит. для меня это общение в новинку, я даже не знаю, как вести себя правильно. и, честно говоря, я постоянно извиняюсь, потому что боюсь, что всё это закончится, если я скажу что-то глупое или буду выглядеть не таким крутым, каким пытаюсь казаться. алиция говорила мне, что лучше всего быть собой, но я всё ещё привыкаю к этому. ещё и много новых людей, я не знаю, как выгляжу со стороны, веду себя неловко и путаюсь в словах… я даже сейчас тараторю и надеюсь, что мои мысли складываются в правильные слова.       хао быстро завершает свой монолог, кратко выдыхая. теперь он действительно гордится собой хотя бы за то, что сумел поделиться своими мыслями, ничего не приукрашивая. но одновременно с этим он замечает, как весь его выстроенный образ потихоньку разрушается, обнажая его не в лучшем свете. — слушай, золотце, — минхао не понимает извиняющийся тон джуна, ведь все проблемы сконцентрированы в нём самом. — даже если я сейчас тебе скажу, что ты до безумия интересная личность, ты всё равно поставишь этот факт под сомнение. процесс адаптации для многих людей, разумеется, сложный, но тебе не нужно воспринимать всех ребят так, будто это они решают – общаться вам или нет. люди действительно цепляются за тебя, потому что им нравится твоя харизма, то, как чудесно ты выглядишь, а особенно они впечатлены тем моментом, когда ты позволяешь себе просто жить без всяких предрассудков. хао кажется, что джун говорит словами габриелы. — так как ты любишь всё обдумывать, а именно из этого процесса появляются новые негативные сценарии, постарайся переключать своё внимание на рисование, прогулки или времяпрепровождение с близкими. тебе не надо держать все свои тревоги внутри, ты всегда можешь поделиться ими со мной, если с остальными тебе неловко об этом говорить. я никогда в жизни не подумаю, что это жалко или что ты сказал что-то глупое.       сю поднимает голову наверх, ощущая, как сильно слезятся его глаза. может, это всё изощренный способ, чётко продуманный джуном для запуска его эмоционального срыва? и разве есть шанс не проникнуться всем своим доверием и душой к человеку, который произносит тебе подобное? мысли рассеивает тёплый голос: — а теперь вытри слёзки и ложись спать. у тебя ещё так ветер дует с окна, даже мне слышно. лучше закрой его на ночь, простудишься ещё.       минхао бормочет: «спасибо» в ответ дрожащим голосом, после чего тихо желает доброй ночи, и слыша зевок джуна отключается от звонка. ***       это действительно катастрофа, потому что глаза минхао безумно красные и опухшие, да и весь его вид в целом отдаёт болезненностью. любой скажет, что он прорыдал навзрыд всю ночь. и этот эфемерный любой, к сожалению, будет прав.              сю встречается взглядом с тётей, перекладывающей кухонные приборы, и она мгновенно останавливается, грустно поджимая губы. габриела подзывает племянника к себе жестом, молча обнимая его. а с её пластинок, как обычно, играет что-то очень старое и душераздирающее. — сейчас всё хорошо? — понимающе задаёт вопрос габриела после недолгого молчания.       хао кивает, искренне улыбаясь. он мягко отстраняется от женщины, накручивая её витиеватую прядь волос на палец. габриела дарит ответную улыбку, сверкая тёмными глазами, и возвращается к столешнице, тихо подпевая джазовой песне. — и так, когда к нам приедет твой принц? — радостно говорит тётя, сразу же подмечая. — надеюсь, он не будет против моих мясных рулетов. — во всей вселенной не найдётся ни единого смельчака, который был бы против этого шедевра!       минхао подхватывает смех габриелы, которая картинно пытается на него ругаться, ворчливо приговаривая: «нет хуже яда, чем лесть». но на самом деле, хао был абсолютно честен.              их идиллию прерывает громкий звонок в калитку. габриела подмигивает сю, играя бровями. хао же резко осознаёт, что одет в свою старую пижаму с томом и джерри, молниеносно убегая в комнату под усмешку тёти.              он вываливает из шкафа все вещи, которые только недавно так бережно складывал, пытаясь найти среди них хоть что-то приличное. весь гардероб брюнета можно было описать экстравагантным, так что его рваные кастомные рубашки летят на пол, а надежда на то, что все его домашние вещи не в стирке, быстро испаряется.              потратив ещё добрых пять минут на поиск, он радуется обычной серой толстовке и мягким чёрным брюкам. хао матерится, замечая себя в зеркале, но всё же выходит из комнаты, тихо спускаясь по лестнице. ощущение в животе такое, будто прямо сейчас ему предстоит написать самый сложный экзамен.              минхао боязливо заглядывает на кухню через приоткрытую дверь, сразу же замечая светлую макушку парня, который с улыбкой что-то говорит габриеле. чёрт-чёрт-чёрт. волнение окутывает всё тело. он всё же не был готов увидеть вживую человека, которому вчера устроил ночь невероятных откровений.              пребывая в своих мыслях, он и не замечает, что джун уже с улыбкой глядит на него в ответ.              безумно красивый, как и всегда. — тебе помочь открыть дверь? — с улыбкой спрашивает фотограф, подходя ближе к дверному проёму.       минхао резко делает шаг назад, когда мун открывает дверь, глупо смотря на блондина в ответ. джун же делает ответный шаг, сразу же заключая парня в объятия.              от него опять пахнет мятой, но в этот раз сю ещё чувствует этот свежий морской воздух, которым мун как будто бы полностью напитан. а ещё у него тёплые руки, которые поглаживают затылок, и, видимо, он совсем не стесняется того, что помимо них здесь ярко-улыбающаяся габриела. — привет, золотце.       на ухо, чересчур нежно. хао запросто может растаять              мун нехотя отпускает его, кратко улыбаясь габриеле, которая набирает воду в красивую стеклянную вазу. он присаживается за стол, похлопывая по месту рядом с собой и смотря на сю, который всё ещё пребывает в лёгком замешательстве. — какие же красивые цветы! спасибо тебе, — улыбается женщина, смотря на джуна.       минхао удивлённо приподнимает брови, переключая свой взгляд на фотографа. тот зеркально повторяет его мимику, тихо усмехаясь. — а тебе горячий шоколад, — блондин протягивает большой стаканчик севшему рядом парню, затем наклоняясь ближе. — твоя тётя чудесная.       мун поправляет капюшон своей белой толстовки, заправляя светлые волосы за ухо. — и так, джун, рассказывай, чем занимаешься!       габриела освобождается от цветов, присаживаясь напротив парней. она просит хао поставить на стол блюда, всецело включаясь в диалог с муном.              и если бы минхао раньше узнал о том, что джун и габриела так сильно понравятся друг-другу, они бы проводили каждый вечер втроём на этой уютной кухне. с его губ совершенно не сходит улыбка, а от смеха уже болит живот. а все мысли были лишь о том, как он рад находиться рядом с двумя самыми близкими ему людьми в сопоте. ведь он может признаться в том, что мун – уже не просто странный фотограф с пляжа?              к вечеру всех начинает клонить в сон, а начавшийся снова дождь лишь ещё больше усыпляет своим мелодичным шумом. минхао совсем не хочет отпускать джуна, но боится озвучить это вслух. габриела, видимо, читая мысли племянника, предлагает муну переждать ливень, уходя в свою спальню.              парни остаются наедине, и сю предлагает перебраться в его комнату (совсем не потому, что джун несколько раз упомянул, что ему интересно, как она выглядит). они поднимаются на второй этаж дома, открывая деревянную дверь.       разбросанные на полу вещи, которые сю в спешке забыл убрать, не исчезли чудесным образом. это как минимум печально. но джун, кажется, совсем их не замечает, вглядываясь во что-то другое. — миленькая пижама.       мун улыбается, прищуривая глаза.              минхао замечает пижаму на своём родном месте в углу кровати. конечно же, лежит она именно своим ярким принтом наружу. парень сворачивает все вещи, включая пижаму, в объёмную кучу, закидывая их в шкаф. джун тепло смеётся. — я могу сесть на кровать? — подаёт голос блондин.       поправляя плед, сю жестом приглашает его присесть, не успев сдержать импульсивное: — можешь даже прилечь.       он секундно анализирует, точно ли произнёс это вслух, но замечая, как джун радостно растягивается на его кровати, мысленно заставляет себя сначала думать, а потом говорить. хотя, в данной ситуации это сыграло ему на руку, ведь увидеть муна на своей кровати – это одно из тех нескончаемых мечтаний перед сном.              просто он настолько внимательный до всех мелочей, связанных с хао, что купил любимые цветы габриелы, про которые сю вскользь упоминал лишь однажды, и то совсем не акцентируя на этом внимание. и он опять купил ему горячий шоколад в красивом стаканчике. и, боже, спасибо, что джун не надел свои очки: минхао бы точно умер от переизбытка чувств. — у тебя тут уютно, — прикрывая глаза, произносит джун. — ну всё, теперь я буду здесь жить, — улыбается.       у минхао голова разрывается от бури мыслей: «боже! да! пожалуйста! живи здесь!», но вслух он лишь произносит скомканное: — хорошо.       джун открывает глаза, пристально смотря на хао. он словно слышит все его настоящие мысли, чему-то улыбаясь. а затем задумчиво произносит: — я уезжаю в гданьск завтра вечером.       ну вот, опять этот гданьск.              у минхао сразу же пропадает улыбка, выводя его из последних долгих часов безмерного счастья. конечно же, у джуна много работы и своих дел. сю должен понять, что не может постоянно находиться рядом с муном, как бы сильно ему этого не хотелось. может, он хотя бы встретится с алицией, пока джун будет в отъезде, чтобы вновь не закрываться в четырёх стенах.              джун привстаёт с кровати, подвигаясь ближе к хао, сидящему на её краю. он замечает, как быстро тот расстроился. — я ещё не закончил, а твоя улыбка уже пропала, золотце.       фотограф осторожно дотрагивается до края губ минхао, ощутимо задерживая на них внимательный взгляд. — ты поедешь со мной?