Твоя, и ничья больше!..

***

Начало нового сезона далось для Масленниковых очень сложно. Здоровье старшего заметно ухудшилось, поэтому весь последний месяц лета они провели на море. Подправляли состояние, как говорится… Именно поэтому всю нужную школьную атрибутику начали покупать только тридцатого августа, когда из канцелярии толком уже ничего не осталось, а школьная форма отсутствовала напрочь. Собственно, из-за этого Дмитрий и Александр Масленниковы заходят в очередной торговый центр с надеждой взять хоть что-то. Старший уже сбился со счета — скорее всего, количество магазинов уже подходило к цифре с припиской «дцать» в конце слова. Все из-за того, что Масленников-младший очень брезглив в выборе одежды, хотя, пожалуй, не только в ней, приемов пищи или новой техники это тоже касается. Это единственное качество, которое досталось ему от биологической матери, сбежавшей от Дмитрия сразу после рождения сына.       — Пап, ну это стремно выглядит! — В очередной раз противоречит младший, — может, в твои годы это было норм, но точно не сейчас. Костюм девятнадцатого века, ну серьезно.       — Саша! Хватит трепать мне нервы, тебе самому не надоело? Мы уже всю Москву объездили, «элитные» магазины для Его Высочества уже закончились. Прекращай. — Действительно, нервы отца были на исходе. — Если мы прямо сейчас не берем этот костюм, то я лишаю тебя Плейстейшен…       — Пап, оно уже так не работает… — повел он глазами, думая о нерешительности Дмитрия. Однако их мнения сильно расходились.       — Ты не дослушал. Плойки ты лишаешься на полгода и я сажаю тебя под домашний арест на месяц. Но ты же не сможешь без своих девочек… — закатил глаза старший.       — А можно просто черные джинсы?.. — С надеждой спросил тот.       — Нет. — Он был непоколебим.       — Ладно, давай этот… Можно хотя бы черный?.. А то буду как попугай в этой «серой клетке». Неожиданный звонок телефона отвлекает старшего, и мужчина вышел из магазина, чтобы ответить, а младший начал выбирать себе костюм.       — Извините, пожалуйста… — дернула Сашу за джинсину маленькая блондиночка с голубыми глазами.       — Привет, солнышко, — мило улыбнулся он. Возможно, кто-то удивится, но парень всегда хотел себе младшую сестру, однако не имея матери и зная не любовь отца к суррогатному материнству, это было очень проблематично.       — А Вы не знаете, где моя мама?.. Она выбирала мне кофточку, а я смотрела на куклу, которую очень давно хотела. Я чуть увлеклась и, когда вернулась на то место, где была мама, там никого не было… — очень эмоционально и заплаканно рассказывала девочка. Саша опустился перед ней на корточки и взял за ручки.       — Мы обязательно найдем твою маму. Покажешь, где она была? — Поинтересовался парень, забыв о необходимости выбора одежды, да и о том, что Дмитрий не найдет его на прежнем место.       — Воть тут. или туть?.. — глаза малышки снова заблестели от слез, и по щечке потекла капелька.       — Тише, солнышко, не плачь. — Он взял девочку на руки, пытаясь успокоить. — Кстати, мы же с тобой не познакомились. Меня Саша зовут, а как тебя? — Попробовал её отвлечь.       — Ева… — тихо ответила она и снова шмыгнула носом. — Мама! — Завопила малышка, увидев испуганную девушку. Девушка в мгновение ока оказалась около детей, заметив свою дочку: «Солнышко, зачем же ты убежала?..» И, повернувшись к Саше, взволнованная мама произнесла, взяв девочку из рук подростка       — Вы простите, если она Вам хлопот принесла, она у меня такая непоседливая…       — Ну, что Вы… она очень милая девочка, главное, что всё закончилось мирно. Хорошего вечера, до свидания, — улыбнулся он и подошел к отцу, который уже искал его взглядом, возвращаясь в магазин.       — Спасибо Вам, — вслед произнесла девушка, а малышка помахала ручкой.

***

Молодую маму переезд из Санкт-Петербурга в Москву застал чуть ли не врасплох. По приказу директора школы, в которой она работала учителем русского и литературы, в добавок, занимала должность завуча по воспитательной работе, девушка была переведена в один из столичных заведений. Дочка идет в первый класс, естественно, будет учится в этом же лицее. Папы у них не было с самого начала, хотя, точнее, будет сказать: «С четвертого месяца беременности». Через неделю после УЗИ, на котором молодые люди узнали пол ребенка, его не стало.       — Солнышко, мы сейчас заедем в школу, мне надо поговорить с дядей Никитой, а потом поедем в кафе. Хорошо? — Посмотрела она на Еву.       — Да, согласна, — улыбнулась она, обняв маму. Дядя Никита, он же Никита Сергеевич, он же Сударь. Крестный папа малышки Евы, давний друг Анфисы. Познакомились в университете, девушка тогда была на первом курсе, а Никита тогда был уже доцентом кафедры и его попросили некоторое время позаменять заболевшего преподавателя по зарубежной литературе. Так, после одного из семинаров, они начали своё общение. Анфиса и Ева Северовы подошли к чёрному Мерседес-Бенз Е-класса. ***       — Никита Сергеевич, принимайте пополнение, — радостно произнесла Анфиса Владимировна, заходя в кабинет к начальнику.       — Ну, что за официоз, — посмеялся мужчина, вставая со своего кресла и подходя к семье, — привет, малышка! — поднял её на руки.       — Приветик, — похлопала девочка глазками и принялась разглядывать кабинет.       — Ну что, как доехали? — поинтересовался мужчина, усаживая крестницу на своё кресло.       — Ну, сойдёт… — грустно повела она глазами.       — Так, подруга, говори как есть. — в миг изменился он в лице. Никита всегда переживал за состояние подруги и её дочери.       — Почему-то переживаю… — призналась она. — Ник, надо понимать, что ты мне предлагаешь классное руководство сразу после моего перевода сюда!       — Ань, у нас не хватка педагогов. Даже я с этого года преподаю, поэтому-то и даём тебе класс. 9А, выпускной. Пробудешь у них всего годик… Понимаешь, ты прекрасный учитель, никто кроме тебя не справится. Если ты, однажды, меня приструнила, то с подростками справишься в два счета…       — Ну, слушай, ничего не было, если бы руки не распускал, — укоризненно посмотрела она на него. — Тогда бы не везли тебя в травмпункт…       — Да… Нос сломать пока хлеб резала могла только ты! — посмеялся Никита, вспомнив тот день, когда несколько ребят из группы вместе с ним собрались у Анфисы дома. Северова резала хлеб для бутербродов, и «случайно» врезала другу.       — Мама, а мы ещё долго здесь будем? — Неожиданно поинтересовалась Ева. Девочка устала за день, поэтому по дороге домой тихо сопела на заднем сиденьи в своём кресле.

***

1 сентября волнительный день не только для первоклашек и их родителей — для всех людей, так или иначе связанных с этим праздником. Северова-старшая смогла припарковать свою машину только во дворе дома, находящегося в квартале от лицея, поэтому девочкам пришлось немного прогуляться. Анфиса «оставила» дочку под присмотром своей коллеги, классного руководителя Евы, а сама скрылась в толпе, собирая своих учеников.       — Добрый день! — поприветствовал меня один из подростков. — «Я его сразу узнала, ведь с нашей встречи прошло не так много времени». — подумала девушка.       — Здравствуй, — легко улыбнулась она, — вчера ситуация не предоставила возможности познакомиться… Северова Анфиса Владимировна. Учитель русского языка и литературы, а также педагог-организатор. В дополнение, новый классный руководитель твоего класса.       — Приятно познакомится, Масленников Александр. Как там Ева? — поинтересовался он, протянув учительнице руку в знак приветствия и знакомства.       — Всё хорошо, пока убегать далеко не планирует, — улыбнулась она.

***

После линейки Дмитрий смог забрать сына домой и они даже смогут провести вечер вместе.       — Как в школе дела? Как новая учительница? — Спросил мужчина, когда Масленниковы сели обедать. Он прекрасно знает о решении их прошлого класс.рука: уйти в декрет.       — Всё супер! — радостно ответил он, — молодая, крашеная блондинка, голубые глаза, рост не выше ста семидесяти сантиметров. Есть дочка, пошла в первый класс, — закончил доклад младший.       — Ага. — задумался Дмитрий, — а для чего ты собрал её столь подробное описание и информации о ней?       — Пап… После мамы у тебя не было ни одной женщины… — аккуратно начал Саша, — а ты, как бы грустно это не звучало, не молодеешь. Надо уже жениться, а Анфиса Владимировна — самый лучший вариант.       — Ой-ли… — закатил старший глаза.

***

Северовы освободились чуть позже, чем планировали. Директор собрал их на пед.совет, но он был не долгим, только организационные моменты и представление нового педагога коллективу.       — Нам Ольга Сергеевна раздала конфетки, мои любимые, — улыбнулась девочка, держа маму за руку. Они шли к далеко припаркованной машине.       — Здорово, — с улыбкой на лице ответила Анфиса, — уже с кем-то подружилась?       — Да, мальчик Тема, мы с ним за партой сидим. — произнесла девочка, наблюдая за птицами, летающий в небе.       — Это хорошо. А в понедельник, когда уже будет полноценный день, сможешь ещё с ребятами начать общение. — произнесла Северова и посадила дочку в машину.

***

4 сентября. Первый полный учебный день в новом году. Сегодня у своего класса Анфиса Владимировна ведёт несколько уроков: классный час, два часа русского языка и литература. На удивление, её уроки прошли очень спокойно. Однако в конце учебного дня в кабинете Северовой появились Саша Масленников и его одноклассник. Ребята подрались.       — Так! Из ваших объяснений я поняла только, как именно вы подрались, а мне нужно знать из-за чего это произошло… — набирая номера родителей, произнесла учительница.       — Анфиса Владимировна, причиной спора стали Вы… Нет, я могу объяснить с чем это было связано, — начал Масленников. Девушка кивнула, давая подростку возможность высказаться. — Он, — Саша строго посмотрел на одноклассника, — начал говорить, что Вы хорошо бы смотрелись у него между ног. А я был не намерен это слушать и всёк ему разочек.       — «Всек», значит… А ты, Матвей, объяснишь свою позицию? — посмотрела она на ученика.       — Мой сын не виновен! — забежала в класс яжемать.       — Лариса Евгеньевна? — На всякий случай уточнила Анфиса. Ей ответили простым кивком головы. — Из речи, сказанной Сашей, Ваш сын тоже виноват в этой драке, но давай мы дождёмся Дмитрия Андреевича и тогда уже поговорим. Масленников чуть задерживался из-за пробки на светофоре, поэтому за это время Северова успела забрать дочку с продленки.       — Итак, уважаемые родители… — Она собралась с мыслями, — сегодня произошла не приятная ситуация, я это понимаю. Однако, здесь нет ни правых, ни виноватых. Матвей завязал эту драку словами, а Саша — руками и ногами… И разговор у меня будет с Вами, Лариса Евгеньевна и Дмитрий Андреевич. Мальчики, можете подождать нас в коридоре. — Произнесла девушка и подошла к Саше, тихо прошептав ему на ухо, — и за Евой можешь последить?.. — Тот радостно кивнул. Северова продолжила свою речь, когда в кабинете остались только родители, — понимаете, в данной ситуации ответственности на словах Матвея лежит больше, чем на действия Саши.       — Это почему?! Мой сын чуть не погиб, Вы видели как его избили?! — Возникла женщина.       — Да, но мой сын пострадал не меньше, — Дмитрий не кричал, просто парировал факт. После сегодняшней генеральной репетиции спектакля, ему уже ничего не страшно, а эмоций просто не осталось.       — Родители, минуточку внимания и спокойствия, на месте Саши мог быть любой уважающий личные границы педагога ученик. — Лариса взглянула на Анфису, глазами полными недопонимания, — цитирую слова Матвея… Я хорошо смотрюсь между его ног, именно так высказался Ваш сын, Лариса Евгеньевна. — Она смотрела на женщину, однако боковым зрением видела, как был зол Масленников, поэтому на её лице появились лёгкая улыбка и смущение.       — Ничего страшного! Неженка такая! Дрянь! — Покидая кабинет, крикнула женщина, оставляя Дмитрия и Анфису наедине. На глазах Северовой выступили слезы, не было смысла их скрывать, поэтому буквально за мгновение она оказалась в его объятиях. Макияж размазался и след губной помады появился на его пиджаке, тушь оставила большие следы под глазами, но не это сейчас важно. Важно то, что они стоят сейчас вдвоём и не нужен больше никто.       — Тише-тише… Я рядом, — поглаживая по спине, произнес Масленников.       — Почему люди такие злые? — сквозь слезы спросила она и снова всхлипнула.       — Знаешь, сам не редко задаюсь этим вопросом… Но вместе мы справимся, — заверил еë Дима и позволил себе чуть большее. Он робко коснулся её губ.