Любимцы судьбы

Иногда судьба любит пошутить, сводя одних и тех же людей в самых непредсказуемых местах в самое неожиданное время. Никогда нельзя угадать, когда и где это произойдёт, но некоторые люди, любимцы судьбы, могут поведать вам самые интересные истории, о которых вы будете очень долго помнить, поражаясь возможностям теории вероятности и случая. Какова вероятность встретиться с одним и тем же человеком в разных частях города в важные моменты вашей жизни более одного раза? В общей сложности жизнь столкнула Дилюка и Кэйю четыре раза. По правде говоря, они практически не помнят ни одного из них, кроме, пожалуй, самого главного — последнего, но, тем не менее, это их общая история, части которой хранятся в памяти пусть не их самих, но кого-то другого. Впервые они встретились в детстве, когда жизнь казалась яркой и простой — они были соседями, и родители Кая иногда приводили его поиграть с Люком: у того совсем не было друзей, а отец-тиран требовал от него больше, чем ребёнок мог бы осилить. Родители Кая очень сочувствовали маленькому Люку и позволяли детям прятаться на территории своего дома. Именно с Каем Люк впервые задул свечки на своем праздничном торте и даже завёл общую домашнюю черепашку, за которой они вместе ухаживали. Именно с Каем Люк смог узнать, что такое настоящее детство. Вот только радость кончилась в тот момент, когда родители Кая решились на переезд в соседний штат. Они сказали Люку по секрету, что у Кая скоро появится маленький братик или сестричка и им не помешал бы дом побольше. Люк пообещал ничего не говорить Каю — лишь долго плакал и твердил, как будет скучать. Кай, оставшийся сиротой на следующий день, так и не узнал, что он мог бы стать старшим братом. Во второй раз они были подростками, и Кэйа пытался заработать себе на жизнь, играя в переходах метро: им с Венти, живущим в детском доме, хотелось развлекаться и носить хорошую одежду, а для этого, как это водится, приходилось работать. Все, что они умели — играть на инструментах, и пока Кэйа учился писать собственные ноты, играя в переходах, Венти развлекал публику в самом метро. Дилюк, идущий с отцом после очередного конкурса, где он играл на фортепиано перед кучей недовольных пижонов, невольно остановился, заслушавшись игрой незнакомого парня. Он показался ему таким свободным и беспечным; необремененным всей этой глупостью вроде наследия и семейного бизнеса, что Дилюку невольно захотелось плакать. Но ещё сильнее ему захотелось остаться в этом переходе если не на вечность, то на жизнь-другую точно. Когда смуглый парень поднял глаза во время паузы, их взгляды пересеклись, но Дилюк не успел ничего сказать: Крепус моментально одернул его, приказав не любоваться «сбродом». — Ты из совершенно другого слоя общества, Дилюк. Тебе не пристало общаться с такими, как он, — Крепус поморщил свой нос и, нарочито громко фыркнув, повернулся в сторону лестниц. — Идём, Дилюк. Тебя ждёт репетитор по химии, — и, не дождавшись ответа сына, направился к выходу. Конечно же, Кэйа все слышал. И, конечно, ему было обидно. Ведь он тоже когда-то рос в полной семье и жил в нормальном доме. Такие снобы, как этот рыжий проходимец, постоянно делают вид, что все знают, и воспитывают своих детей такими же отвратительными грубиянами. Кэйа уже хотел крикнуть этому паршивцу вдогонку пару ласковых, когда заметил, как его сын — точная его копия, — подошел чуть ближе и, не говоря ни слова, кинул в футляр стодолларовую купюру. Кэйа хотел возмутиться, что ему не нужно никаких подачек от каких-то зажиточных выскочек, но Дилюк выглядел таким виноватым и восхищенным одновременно, что тот не смог вымолвить ни слова. Они ничего не говорили — лишь смотрели друг на друга: глаза в глаза. Когда губы Дилюка изогнулись в подобие улыбки, а рот открылся, видимо, чтобы заговорить, его окликнул отец, и Дилюк, испуганно вздрогнув, сорвался с места, дабы догнать его. Он несколько раз оборачивался через плечо: все время, пока они поднимались по лестнице, Кэйа провожал его внимательным взглядом, от которого сердце почему-то заходилось самым быстрым темпом из всех возможных. На третий раз они уже были юношами, студентами, посетившими одну вечеринку: медики, славившиеся лучшими тусовками, решили пригласить практически всех первокурсников своего колледжа, и Кэйа на пару с Венти и Аяксом смогли прошмыгнуть в клуб, где проходило мероприятие, незамеченными — уж очень они любили повеселиться за чужой счёт. Кэйа тогда выпил так много, что сейчас едва вспомнит хоть какие-то подробности ночи, однако те отлично помнит Аякс, внимательно следящий за своими друзьями из-за барной стойки. Вот Кэйа танцевал, а вот подошел к прелестному студенту — видимо, медику — одетому в чёрный, будто рваный топ и сексуальные кожаные джинсы. Рыжий высокий хвост качался в такт его движениям на танцполе, и, будь Чайльд менее влюблен в своего профессора по истории, он бы наверняка попытался утащить этого демона соблазнения к себе в постель. Аякс не уверен, но, кажется, тот был на вечеринке один. Он подошёл поближе, чтобы услышать разговор Кэйи с этим парнем, и почти хрюкнул от смеха: тот пытался его склеить. Причем довольно нелепым способом. — Ты очень красивый. Кажется, даже ангелы на небе не такие прелестные, — Кэйа наверняка думал, что выглядел соблазнительно, но Чайльд точно мог сказать — тот смотрелся по меньшей мере глупо. Аякс изо всех сил сдерживался, чтобы не засмеяться, когда таинственный незнакомец все же ответил Кэйе. — Если ты считаешь меня красивее существ без чёткого тела, но с кучей глаз, то мне, пожалуй, стоит счесть это за комплимент, — ухмыльнулся рыжая бестия, и Кэйа, кажется, оказался одновременно растерянным и сраженным наповал. Аякс знает — тому нравились умные рыжие мальчики. Тем временем парень продолжил говорить: — Ты тоже симпатичный, — а вот это уже интересно. Когда на лице Кэйи возникла самодовольная ухмылка, и он приблизился к парню, а после положил ему обе руки на талию, и тот послушно прильнул ближе, Аякс тоже невольно встал ближе: он не хотел упустить ни минуты этого разговора, просто чтобы потом у него было за что дразнить Кэйю. — Хочешь уйти отсюда прямо сейчас? — произнес Кэйа уже тише, явно входя в личное пространство парня. Их носы соприкоснулись. Рыжий ухмыльнулся шире и позволил Кэйе провести ладонями выше, к кромке его топа. — М-м, если позволишь посмотреть, что под твоей повязкой, я даже скажу свое имя, — он соблазнительно улыбнулся, и Чайльд уже знает — Кэйа сдался под чарами этого дьявола. — Идёт, — коротко произнес Кэйа. Аякс вновь навострил уши в надежде услышать продолжение, когда его нагло пихнули в бок. Повернув голову, Аякс сначала никого не увидел. Додумавшись опустить взгляд, он наткнулся на очень злобного низкого чувака с зеленой челкой. Судя по взгляду, тот по меньшей мере готов был убить его. Странно — Тарталья еще не успел нигде здесь накосячить. По крайней мере, насколько ему было известно. — Чего тебе? — спросил Тарталья, надеясь, что не нарвался на ребёнка. Ругаться с малолеткой в клубе — себе дороже. — Ты пялишься на моего лучшего друга уже минут десять, — голос у парня звучал хрипло и холодно, но Аякс не испытал никакого страха — лишь приступ веселья: интересно, почему этого малого потревожило именно его внимание, а не наглые попытки Кэйи залезть его лучшему другу в трусы. Его губы растянулись в улыбке. — Я сказал что-то смешное? Может, тебе рожу начистить, чтоб улыбался поменьше? — хмурый коротышка, пытающийся ему угрожать — это что-то новенькое, и Аякс с растущей на губах ухмылкой начал разминать кулаки. Какая вечеринка без драки? — Ну, попробуй. Их разняли Кэйа и Дилюк, так и не узнавшие имён друг друга: решив не рисковать, они разъехались по домам вместе со своими друзьями, чтобы встретиться вновь лишь через три года. Четвёртый же раз произошёл здесь, в Фавониусе, когда Дилюк подменял свою коллегу на смене, а Кэйа со своей группой традиционно зашёл в кофейню напротив их репетиционного зала. Дилюк просто принимал заказ, когда Кэйа, еще не знающий, как сильно полюбит этого бариста, решил пофлиртовать. Дилюку Кэйа не понравился от слова совсем, Кэйе же Дилюк с первого взгляда пришелся по душе. Огонь и лед. Две сломанные души, нашедшие друг друга в четвертый раз. И на этот раз судьба была не намерена разводить их пути. Эта история, наполненная множеством случайностей и судьбоносных встреч, несомненно заинтересует вас. Все, что вам нужно сделать — лишь копнуть чуть глубже, и она наверняка раскроется для вас с новой стороны.