дуб и береза

бильбо устал считать, сколько раз им говорили, что они с торином не пара. слишком разные, но противоположности ведь притягиваются? бильбо домашний любитель книг и ярый противник животных в доме, а торин… это торин. громкий, неугомонный, заядлый тусовщик со слабостью к такой же дикой живности. но сердцу то не прикажешь. не укажешь на того самого, с кем у вас и по знаку зодиака совместимость высокая, и с кем в привычках сходитесь, и не скажешь: «вот в него влюбляйся». и как по мановению палочки вы идеальная пара. нет, и это очень печально, потому что тогда бы бильбо не сходил с ума в третьем часу ночи в какой-то живописной глуши далеко от города, отбиваясь от мошкары и пропитываясь запахом гари от костра. кто-то из мужчин затягивает песню и тут же добавляется аккомпанемент гормошки и гитары. басистые голоса сливаются в хор и огонь их песни явно горячее настоящего костра. у торина дубощита великолепные друзья. они преданные, весёлые и сильные духом. эти парни из тех, что не оставят в беде, даже если будут тонуть сами. они добрые и искренние, но если не знать их лично, то невольно обходишь таких стороной. крупные, волосатые, похожие на викингов. только одень их в скандинавские костюмы и тут же можно на съёмочную площадку какого-нибудь мифа. и бильбо всех их искренне полюбил. торин видит нахмуренные брови любимого, затягивает соло и, подходя к сидящему на бревне мужчине, садится рядом, обнимая за плечи. голос торина глубокий и низкий, с бархатной хрипотцой, вызывающей мурашки. бильбо не может перед ним устоять даже когда сильно злится и стоит дубощиту в разгар ссоры протянуть примирительно ласковое «мистер взломщик», как беггинс тут же тает и с обречённым вздохом удаляется в другую комнату, чтобы не видеть эти проклятые голубые глаза. а торин только ласково посмеивается. — ну что ты? — нежно улыбаясь, мужчина аккуратно убирает с его лба светлую прядь и накрывает его щёку своей большой ладонью. — холодно, воняет и куча мошкары, — тут же недовольно отрезает бильбо. — такое ощущение, что ты собрал всё, что я ненавижу и специально сюда привёз, — фыркает он, пытаясь отстраниться от жёсткой руки. — ребята хотели показать тебе красоту природы. брось! — смеётся мужчина, обхватывая любимого и прижимая к себе. от него пахнет крепким пивом и жаренным мясом. от бильбо пахнет спреем от насекомых и еле уловимо апельсинами. — ну, если ребята, — признавая проигрыш, бормочет он. если бильбо и мог отказать дубощиту, то этим ребятам — никогда. — но если бы это была твоя идея, — угрожающе тянет беггинс, а торин опять смеётся от его беззащитного, раздосадованного вида. — я бы не сделал ничего, чтобы тебе не понравилось, — шепчет любимый ему на ухо, еле ощутимо прикасаясь губами к покрасневшей коже, но этого достаточно, чтобы приятное тепло разлилось в животе. бильбо кладёт голову на его плечо, прижимаясь ближе. — а если бы и не понравилось, сделал бы так, чтобы понравилось, — пьяно усмехается мужчина. — язык в узелок не заплелся? — фыркая от смеха, отвечает бильбо и позволяет торину крепче обнять его, перекинув вторую ногу через бревно. — с тобой все, что угодно заплетается, — хмыкает тот в ответ. они тихо посмеиваются, а ребята только добродушно закатывают глаза. — идите в кусты! — раздаётся в унисон и бильбо отчаянно краснеет, пока торин что-то кричит в ответ.

~~~

одним солнечным днём китайский колокольчик над дверью приветливо звенит, когда крупный мужчина — старый друг со времён университета — пересекает порог только открывшегося маленького магазина раритетных безделушек. за каждую из них бильбо болеет душой, а торин лишь снисходительно улыбается на его странную привязанность. — у всех этих вещей своя история. каждую продумывали и создавали, — ласково улыбается бильбо в одну из ночей перед камином на смятых покрывалах, пока торин подливает в бокалы вино. — пройдя через твои руки, они все уйдут познав любовь, — смеётся дубощит и беггинсу остаётся только надеется, что это была не очередная колкость. бильбо прижимается к родному боку, ощущая жар его тела. от торина пахнет костром, охотой и хвоей, а он пропитан запахом апельсинов и шалфея.

~~~

— этот смауг был просто старым хрычем, — недовольно бубнит дубощит, прижимая к себе смеющегося бильбо. ужин с друзьями плавно переместился к большому бассейну на заднем дворе. невольно вспомнились студенческие годы. — он был хорошим преподавателем, а все твои претензии вытекают исключительно из личной неприязни, — осадил его беггинс, несильно стукнув мужчину по руке. плеск воды, громкий смех и куча пустых банок от пива. бильбо невольно поморщился по старой привычке, но все же улыбнулся, наблюдая за довольными приятелями. — если бы не он, то закончил бы университет с отличием, — фыркая, слабо упирается дубощит, зарываясь носом в его карамельные кудри. уставшего за день после сытного ужина и двух банок пива бильбо жутко клонило в сон. он то и дело широко зевал, а когда торин притянул его к себе на широкий шезлонг и вовсе удобно устроился у дубощита на груди, закидывая на него ноги и обхватывая горячее тело в крепких объятиях. тот лишь широко улыбался, зарываясь руками в его волосы и массируя вечно думающую голову. бильбо расплылся в довольной улыбке, закрывая глаза и потеревшись гладко выбритой щекой об его грудь. — если бы ты учился, а не вставал на дыбы из-за своей гордости, то может и не испортил бы, — сонно буркнул бильбо, беззлобно усмехаясь. рядом сидящий кили фыркнул от смеха, но поймав недовольный взгляд дяди тут же замолчал, сделав большой глоток пива. — иди вон с братом поиграй и не подслушивай разговоры взрослых, — тут же спохватился дубощит, кинув в племянника надувной мяч, лежащий рядом с шезлонгом. — ой, подумаешь, — парнишка закатил глаза и рассмеялся. — лизаться при всех нормально, а как разговор заходит о твоих косяках так сразу «слишком взрослые разговоры»? — а он прав, торин, — тихо рассмеялся бильбо. — так ты с ним заодно? — раздосадовано проронил мужчина, пытаясь заглянуть беггинсу в глаза, но тот уже почти заснул. — ну раз так, — торин подхватил бильбо на руки и побежал к бассейну, под одобрительный гул друзей прыгая с ним в воду. — сумасшедший! — выплыв на поверхность кричал бильбо, откашливаясь. торин громко рассмеялся, подплывая ближе и оставляя на его виске поцелуй. беггинс недовольно закатил глаза и запрыгнул дубощиту на спину, лениво укладывая голову на его плечо. — вот теперь вытаскивай меня сам, — устало улыбнулся он, оставив быстрый поцелуй в основании крепкой шеи.

~~~

дубощит все удивлялся, что бильбо, окончив такой престижный университет как «средиземье», где было множество разнообразных направлений, от юриспруденции до психологии, после выпуска занялся поисками каких-то развалюх, которые он с нежным трепетом называл «антиквариатом». положив на них половину жизни, беггинс ни разу об этом не пожалел. — как дед старый, — фыркая от смеха, говорил торин, складывая руки на груди и наблюдая, как любимый возиться над реставрацией очередной развалюхи. — хотя бы не хрыч, уже что-то, — пожимая плечами и стирая пот со лба тыльной стороной ладони, хмыкает на колкость беггинс. если быть честным, то торину нравились эти «развалюхи». то ли беггинс умел находить нечто действительно стоящее, то ли он сам проникался этим почти магическим очарованием старых вещей. в них словно была душа, нечто вне времени, что передавалось с ними от владельца к владельцу, пропитываясь его отношением, прикосновениями и даже мыслями. дубощит пытался не думать об этом, сваливая все на излишнюю сентиментальность бильбо, которая, по видимому, была заразна. — может у тебя эта… психологическая травма? — хмыкает торин, беззлобно усмехаясь. он падает в излюбленное кресло беггинса, наблюдая как бильбо возится с лаком, иногда тяжело и раздражённо вздыхая. — почему если мне это нравится, то обязательно психологическая травма? — хмурясь, он оборачивается к нему. — не знаю, — дубощит неловко пожимает плечами. — умерла там любимая бабуля или, может, дедуля, и ты решил всю жизнь потратить на второй шанс для этих… — он запинается, натыкаясь на опасные искорки в чужих глазах. — антиквариатов в память о них, или чтобы заглушить душевную боль, — заключает мужчина, кивая самому себе. — мне иногда кажется, что ты немного не в себе, — хмыкает бильбо и отворачивается обратно. у бильбо и впрямь были и бабушки, и дедушки, но он не очень их жаловал. обычные дальние родственники, что не вспомнят о нем, пока им что-нибудь от него не понадобится. бильбо относился к ним слегка настороженно и никогда не шел на контакт первым. самостоятельно он зажил ещё в студенческие годы, переехав от родителей в большой город и поступив на полную стипендию. с дубощитом познакомился случайно и абсолютно нелепо. просто мистеру гендальфу — одному из самых странных преподавателей в университете — приспичило заставить этих двоих работать над общим проектом, совершенно не учитывая того, что молодые люди были на абсолютно разных факультетах. только со временем, когда дубощит стал таскать два стаканчика кофе по утрам, а беггинс — проводить больше времени на трибунах на тренировочном поле, чем в библиотеке, мистер гендальф хитро щурился и лукаво улыбался, закуривая излюбленную трубку явно не из этого века. их отношения начались гораздо позже выпуска, но в то время они нашли друг в друге верных друзей, которые могут доверять друг другу свои самые слабые стороны. торин нашёл поддержку и здравую критику, а бильбо… его же словно вытащили из ледяного пруда, где он задыхался от одиночества.

~~~

торин помогает бильбо быть смелее. он учит его любить приключения, чтобы в полной мере ощутить жизнь. бильбо показывает торину, что такое нежность и домашний уют. он заботливо заваривает ему клюквенный чай после тяжёлого дня, улавливая степень усталости по тяжёлым вздохам. торин учит бильбо быть сильнее. старомодная стрельба из лука, тренировки два раза в неделю и шуточные бои, в которых дубощит всегда уступает, позволяя беггинсу уложить себя на лопатки. бильбо с радостью ложится сверху и облегчённо выдыхает. — ты меня так в могилу сведешь, — устало бормочет он, пока большие ладони торина мягко оглаживают его мокрую спину. торин счастливо смеётся, в полной мере ощущая любовь. в торине есть страсть к жизни. беггинсу же её отчаянно не хватает. возле дубощита закипает кровь, потеют ладони и накрывает волнами какой-то болезненной нежности. в эти моменты, рядом с ним, бильбо понимает, что живой. — мистер взломщик моего сердца, — улыбаясь, шепчет торин в его короткие ароматные волосы и местами холодное сердце бильбо оттаивает полностью.

~~~

дубощит привык откупаться. бильбо любит подарки своими руками. на их первое совместное рождество беггинс дарит ему вязаный свитер. слегка большой даже для такого крупного мужчины, как дубощит, зато можно надеть под него футболку, чтобы было теплее, хотя он почти на двести процентов уверен, что горячая кровь, передающаяся в их семье поколениями, явно не даст торину надеть вещь из шерстяной пряжи хотя бы раза три за все холода. торин дарит ему плёночный фотоаппарат, чтобы бильбо мог возиться ещё и с проявкой снимков. — я таких сто лет не видел! боже, торин, это же настоящий винтаж! — восторженно улыбается бильбо, разглядывая аппарат. — ну, возможно, этой штуке не так много лет. она всё-таки не антиквариат, но все же. нравится? — немного смущённо уточняет он. в чем, в чем, но в выборе подарков торин проседал, отдавая хлопоты по их находке личному ассистенту. будь то сестра, племянники или друзья. — конечно! ещё спрашиваешь! — крепко обнимая мужчину, отвечает беггинс. бильбо любит классическую музыку и балет. торин заходит в его квартиру и слышит чайковского, доносящегося с кухни. беггинс забавно пританцовывает под лебединое озеро, пока жарит креветки. — как-то это немного… по-гейски, — смеётся торин, когда в его руках оказывается два билета на ближайшее балетное выступление. — правда что ли? — скептически усмехаясь, бильбо вопросительно поднимает бровь. торин смеется заразительно громко. его смех окатывает небольшую квартиру бильбо раскатами грома. соседи иногда жалуются на шум, подразумевая дубощита. иногда он напоминает бильбо стихийное бедствие, скорее, землетрясение. от него всегда много шума: тяжелые шаги, эмоциональная громкая речь, импульсивные выходки, когда он бьет то, что попадается под руку и хлопает громче всех так, что уши рядом стоящих закладывает. торин шумный, яркий, крупный. его видно и слышно с другого конца города, но когда дело касается бильбо он может быть на удивление тихим и нежным. его бархатный шепот, мягкие прикосновения, крадущиеся шаги, когда он хочет сделать ему сюрприз. иногда он напоминает бильбо горную реку. торин может снести что или кого угодно на своем пути, но стоит течению обстоятельств слегка успокоится и он мягко обволакивает теплыми водами родных и друзей. он поддерживающий, защищающий, заботливый, чуткий. и это удивительно, ведь иногда он не понимает таких простых вещей. бильбо пришлось сделать первый шаг, спрятав дрожащие руки за спиной. вот только глупую улыбку и румянец спрятать не получилось. боже, как же глупо он чувствовал себя в этот момент! взрослый мужчина, самостоятельно вставший на ноги и повидавший мир, стоял и краснел, как старшеклассница, перед давним другом, не зная, какие лучше подобрать слова, чтобы предложить торину остаться у него на ночь! — тогда решено! — хлопнув ладонями, сказал дубощит и бильбо невольно подпрыгнул на месте от этого громкого звука. беггинс вообще был любитель тишины и спокойствия. мягкий, аккуратный, почти незаметный он словно сливался с любой обстановкой вокруг. часто его не замечали. зачастую он отмалчивался или уходил, не понимая всеобщего ажиотажа, предпочитая вечеринкам собственную комнату и книги под классическую музыку. любил чай, а не кофе; рано засыпал и так же рано вставал; любил готовить, не терпел беспорядка и пыли; не любил большие скопления людей, избегал внимания, ненавидел складки, идеально выглаживая любую свою вещь. в любом из перечисленных пунктов они с торином были противоположностями. бильбо все еще ломал голову, как они не то, что стали парой, но даже друзьями. с самого начала бильбо, морща нос, наблюдал, как неряшливый торин с сильным перегаром после очередной вечеринки во вчерашних мятых вещах и с растрепанными длинными волоса наспех собранными в пучок, протискивался мимо остальных студентов, громко падая на рядом стоящий стул. а ведь это была даже не его пара! он грубо трепал друга по плечу и, скомкав верхнюю одежду под голову, засыпал прямо на столе. бильбо учился на отлично, торин вывозил все на хорошей памяти и, как бы банально не звучало, харизме. он знал всех преподавателей, со всеми был обходителен и вежлив, да и шутил абсолютно ничего не смущаясь. в отличии от беггинса, который дальше разговоров о занятиях никогда не заходил, да и не хотел, дубощит всегда интересовался их делами и даже семьями, легко запоминая имена их детей, жен или мужей. он точно знал, кто сколько лет в браке, а кто одинок. и в такие моменты не брезговал флиртовать с миловидными преподавательницами, но дальше никогда не заходил. а вот и пункт, в котором они стопроцентно совпадают: оба верные однолюбы. они никогда не растрачивали себя на не нужных им людей. бильбо неловко выкручивался, а торин без лишних церемоний отрезал все лишнее. у торина дважды был шанс остепениться, но что-то в итоге не сходилось и он предпочитал оставаться один, чем тратить себя на мимолетные интрижки. у бильбо же был один партнер, которому в конце концов наскучило с ним занудным и он ушел. и это тоже был дополнительный пункт, за который беггинс ужасно переживал. он думал, что слишком скучный для такого авантюриста, как торин. он не спрашивал об этом почти никогда, только когда они хорошо напивались. — тебе точно не скучно со мной? — начинал беггинс опасливо, никогда при этом не глядя торину в глаза. он рассматривал его руки, расстегнутые пуговицы рубашки, его волосы или вид вокруг, не решаясь смотреть прямо на него. — точно, бильбо! сколько можно повторять? мне никогда не скучно с тобой! даже когда я не понимаю, о чем ты говоришь, это не уменьшает моего интереса! в конце концов я могу попросить тебя объяснить! — смеялся торин, в подтверждение своих слов страстно целуя. — но я же не только в плане разговоров! — настаивал бильбо, отстраняясь от него, пока поцелуй окончательно не вскружил голову. — я ведь не так люблю приключения, как ты! тебе не становится скучно проводить вечера дома со мной? — допытывался он, внутренне дрожа. он даже не мог решить, чего боялся больше: что торин задумается и все же решит бросить его после таких разговоров или что торин настолько его любил, что ломал свои старые привычки ради него. и того, и другого ему очень не хотелось. бильбо хотел, чтобы торину было абсолютно комфортно быть собой возле него, если же нет… — сколько лет мы с тобой знакомы? — напоминал торин в такие моменты. — ой, так сразу и не вспомнить! давно, — протягивая последнее слово, отвечал бильбо. — дольше десяти лет? — дольше. — и мне никогда не было скучно с тобой. ты всегда такой разный, бильбо. никогда не поймешь, что у тебя на уме, — смеялся торин и вновь целовал. — мне тебя еще узнавать и узнавать, и это самое волнительное, что может быть в моей жизни, — хриплым шепотом заканчивал он, приподнимая его лицо за подбородок и заглядывая в глаза. в такие моменты в его взгляде читалось такое обожание, что бильбо не мог найти в нем сомнений или что-то даже отдаленно похожее на ложь. а людей бильбо чувствовал хорошо. всегда отличался очень тонким чутьем. — не смей мне лгать, — все же напоминал беггинс, крепко обнимая его. — да ты мою ложь за версту почуешь! — оглушительно громко смеялся торин, сжимая его в ответных объятиях. бильбо никогда не любил громкие звуки. передвигался он тихо, разговаривал в пол тона и даже смеялся как-то… сдержанно, но громкий раскатистый смех торина он обожал, даже не смотря на то, что иногда вздрагивал от интенсивности звука. обожал он и его бархатный голос. весь торин был сборищем того, что бильбо не мог переносить в людях, но дубощит волшебным образом зацепился в его сердце. своей заботой, поддержкой, грубой нежностью и несгибаемой верой в то, что бильбо особенный. так было не всегда. в первый год знакомства торин был убежден, что беггинс обычный нытик, который ни на что не способен. слишком хрупкий, замороченный, запертый в скорлупе собственных комплексов. торин не любил заморочки. поначалу ему приходилось проводить с ним время из необходимости, но со временем он понял, что бильбо не так прост, как кажется. бильбо, который медленно раскрывался возле такого сорвиголовы, как дубощит, оказался таким же бесстрашным. он мог на спор пробежать целое футбольное поле, будучи абсолютно пьяным, забраться на ужасно высокое дерево, чтобы снять глупого котенка, жутко боясь высоты, или вступить в перепалку с кем-то намного больше себя самого, если видел, как пристают к слабым. из скольких передряг дубощиту приходилось его вытаскивать, потому что бильбо в юные годы так горел справедливостью. — не твое же дело. просто пройди мимо, — обрабатывая рассеченную бровь, хмурился торин. — издеваться над человеком просто потому, что у тебя есть сила, а он меньше тебя вдвое, в очках и хорошо учится — низко, — дерзко заявлял он, а потом шипел, когда дубощит подносил к ране пропитанную антисептиком вату. сам торин разделял эти взгляды, просто не хотел, чтобы бильбо получал, ввязываясь в драки. он сам ни над кем не издевался, да и заступиться всегда мог. он отлично дрался и ничего не боялся. из-за хорошего телосложения его побаивались и обычно уступали. а вот маленький худой бильбо со своей копной светлых кудрей, лучезарной улыбкой и вздернутым носом страха не вселял. руки у него всегда были нежными, а пальцы тонкими и длинными. он мог получать ни за что так же, как те за кого вступался, если бы в университете не знали о их дружбе. торин сам ее активно демонстрировал, не отходя от него большую часть времени. слухи об их отношениях пошли уже тогда. они стали близкими друзьями, поэтому совершенно не боялись физического контакта. торин частенько засыпал у него на коленях, а бильбо обожал его длинные волосы. да, за ручки они не ходили, обнимались крепко, но не выходя за какие-то рамки. только если дубощит, который любил закидывать руку на его плечи. торин проявил интерес первый по окончанию университета. он бездумно мог погладить чужую нежную ладонь костяшками пальцев, пьяным зарывался в карамельные мягкие кудри руками, закидывал их за бильбо, сидя в каком-то месте подозрительно близко, но никогда не решался зайти дальше или сказать все напрямую, поэтому когда бильбо впервые бездумно отодвинулся, поймав лукавый взгляд одного из друзей, принял это как отказ от дальнейшего сближения. они могли спать в одной постели после громкой гулянки. всегда по разные стороны кровати, опасливо отодвинувшись друг от друга. тогда торин не понимал, что бильбо боялся расценить это все неправильно и оттолкнуть дубощита, потеряв лучшего друга, а он лишь любовался тем, как солнечные лучи отливали золотом в его волосах. торин на удивление легко и быстро принял факт своей бисексуальности, в отличии от бильбо, который все не мог до конца себя осознать. для того, чтобы впустить в свое сердце парня, с которым они познакомились на последнем курсе университета, у него ушло ни много ни мало — полгода. все то время, что они проводили вместе, торин ревностно охранял его душевный покой. — а я говорил, что этот парень тебя не ценит, — напившись вдвоем после их расставания, заявил дубощит. — можешь помолчать? и без тебя тошно, — заливая пустоту в груди виски, бильбо закатил глаза и тут же пожалел, мир закрутился перед глазами и домой в ту ночь он так и не вернулся, оставшись в гостевой комнате в доме торина. — самый обычный сопляк. скучно ему с тобой. а что ему нужно? ты ему игрушка какая-то, чтобы с тобой было всегда весело? или развлечение? — все не успокаивался дубощит, придерживая бильбо, пока тот, шатаясь, шел к такси. — торин, помолчи хотя бы пять минут! умоляю! — взвыл беггинс, боясь расплакаться прямо в его руках. — молчу, молчу, — примирительно протянул тот. — но удивительно, как ты вообще на него повелся, учитывая твое чутье на людей, — недоуменно произнес мужчина. — тебя хер заткнешь, да? — устало протянул бильбо, нервно посмеиваясь. — как всегда, — пожав плечами, рассмеялся торин, усадив таки друга в машину. по пути домой бильбо уснул у него на плече, а торин глубоко вдыхал аромат апельсинов, без удивления отмечая, что так для него теперь пахнет «дом».

~~~

— это же просто семейный ужин, бильбо! обязательно так суетиться? — с неприязнью глядя на идеально выглаженный костюм на кровати, уточнил торин. в такие моменты дубощит одновременно ужасно раздражал и смешил. какая-то детская досада прорезалась в его голосе. — обязательно, — отрезал беггинс, поправляя собственный галстук. — ты знакомишь меня со своей семьей, это ведь важно, верно? — обезоруживающе улыбнулся мужчина, повернувшись к дубощиту. — верно. но они полюбят тебя, ведь тебя люблю я, — подходя и обнимая его, улыбнулся в ответ тот. — тем более фили и кили ты уже знаешь и они тебя обожают. а на мнение моей сестры через них очень легко подействовать, — лукаво подмигнув, он не удержался от поцелуя, когда в карих глазах показалось волнение. бильбо мгновенно расслабился в его руках, дав прижать себя крепче и хватаясь за ворот его футболки. — когда уже познакомишь со своими? — не начинай, торин! дай мне хотя бы это пережить, — отталкивая мужчину, он всплеснул руками. — успокойся! я пошутил, — вновь рассмеявшись, он поцеловал его в кончик носа и подошел обратно к кровати. — и нам стоит уже полностью перевести твои вещи ко мне, — буднично заметил дубощит, стаскивая заношенную футболку. — ты предлагаешь… — да, бильбо, я предлагаю окончательно съехаться! ты и так остаешься у меня пять дней в неделю. давай уже жить вместе. я перевезу все твои комнатные растения! да ты можешь за садом самостоятельно ухаживать, если так хочется! — упав на кровать, торин развел руками. — я… с удовольствием, — улыбнулся бильбо, подходя к торину и крепко обнимая его. горячие руки тут же скользнули под пиджак, проходясь поверх рубашки кремового цвета. холодная кожа бильбо покрылась мурашками. дубощит прижался щекой к его груди, ощущая, как быстро бьется чужое сердце. его же было абсолютно спокойно. он давно понял, что бильбо для него и есть дом, поэтому переезд был лишь вопросом времени, а торин всегда отличался нетерпеливостью.

~~~

чем он думал, когда так легко соглашался съехаться, бильбо не знал. ответ был до тошнотиков банален — сердцем. он частенько оставался у торина, в этом дубощит был прав, но полный переезд все же дался ему с трудом. все-таки бильбо прожил в той квартирке столько лет, устроился так уютно, что сердце невольно сжалось на мгновение стоило окинуть пустое пространство взглядом. торин любил минимализм, темные холодные оттенки и камень, а бильбо всегда нравилась теплота дерева и множество растений вокруг. нравилось, когда свет мягко заливал в комнату, пахло ароматическими свечами, а босые ноги ступали на пушистый ковер. в огромном доме торина же всегда было прохладно, из-за приглушенного во всех комнатах света приходилось дополнительно включать настольные лампы, ковры были только в паре комнат, но мягкостью они не отличались, тяжелые шторы почти везде закрывали окна. зачем торину одному жить в такой громадине, бильбо плохо понимал. дубощит все говорил что-то про «родовое гнездо», на что беггинс только закатывал глаза, отдаленно признавая, что устраивал свою квартиру в духе своей семьи. уютно, тепло и все всегда на своих местах. уборщицы приходили дважды в неделю. кухня обычно пустовала, потому что одному торину после смерти родителей больше не нужен был повар. обычно он ел где-то вне дома. бильбо было непривычно не ухаживать за домом самостоятельно, но в душе он радовался, что не нужно было убираться в таком особняке. зато сад был прекрасным. множество разных растений, на удивление уютная терраса, на которой он любил завтракать в одиночестве, когда торину приходилось уезжать с утра пораньше. в одиночку ухаживать за всем этим было бы слишком сложно, поэтому он просто помогал садовнику, расхаживая по мягкой земле босиком. — опять в грязи валялся? — смеялся торин, подходя к креслу сзади и целуя беггинса в макушку. наслаждаясь мягкостью карамельных кудрей, он падал в соседнее. бильбо же после работы в саду, бегом, чтобы не запачкать идеально вымытые мраморные полы, наливал себе бокал горячего ароматного чая, брал книгу и сидел до темноты на террасе в ожидании дубощита. запачканные в земле босые ноги он блаженно вытягивал, увлеченно читая. — конечно. думал построить мне хлев? — колко отвечал мужчина, широко улыбнувшись. — нет, ты должен спать со мной в одной постели, — рассмеялся торин, приподнимаясь, чтобы поцеловать его. улыбка бильбо на вкус — клюквенный чай и темный шоколад. губы торина — мятная жвачка. иногда бильбо задумывался об этой мелочи. дубощит ненавидел не свежее дыхание, поэтому частенько жевал мятную жвачку или конфеты. беггинс потянулся к нему, зарываясь тонкими пальцами в буйство темных волос и ласково гладя дубощита по затылку. он шумно выдохнул и отстранился, чтобы потянуть его за руку, пересаживая себе на колени. — мистер взломщик моего сердца, — выдохнул он в его губы перед очередным долгим поцелуем. на самом деле, жить вместе было довольно неплохо. не нужно было переживать, что цветы завянут от долгого отсутствия и обязательно навещать квартирку хотя бы раз в неделю. теперь они все были в их спальне. да и торину предыдущий дом бильбо не особо нравился. ему казалось, что он слишком маленький и может у кого угодно вызвать приступ клаустрофобии. на самом деле, такой он был один. потолки в квартире и впрямь были низкие для его роста, а в заставленном пространстве он обязательно на что-нибудь натыкался. бильбо же перенес свой уют с собой. теперь растения были расставлены и по дому, звучала музыка и обязательно были открыты шторы на больших окнах. он обожал виды вокруг. беггинс всегда готовил, даже когда уставший приходил из магазина, жалуясь на недовольных покупателей, пока торин ласково гладил по спине и широко улыбался, глядя на забавно нахмуренные брови. готовил от чистого сердца, с заинтересованностью. готовка словно помогала ему восстановить силы, когда у торина наоборот забирала. зато дубощит обожал воду. частенько после работы, поужинав с бильбо, он прямо голышом запрыгивал в огромный бассейн, укрытый деревьями. — давай! нас же никто не видит! — уговаривал он стоящего рядом с бассейном в одной пижаме беггинса. — сейчас первый час ночи и ты вытащил меня из кровати, чтобы поплавать? — недовольно в ответ бурчал бильбо. — так ты злишься, что я оторвал тебя от чтения? — смеялся торин, подходя к нему и самостоятельно начиная раздевать. — вода, должно быть, ледяная! и я не злюсь, просто ты прервал меня на самом интересном моменте! — сопротивлялся он вяло, пока дубощит расстегивал пуговицы ночной рубашки. — давай, бильбо! это же так здорово! смотри, как небо в воде отражается! словно плаваешь среди звезд! — такой романтичности беггинс совершенно от него не ожидал, на автомате поднимая ноги, чтобы торин мог стащить с него штаны. он открывал рот и, не находя что ответить, закрывал обратно. — она не холодная! я бы не стал тащить тебя в холодную воду! — уверял торин, беря его за руку и подводя к ступенькам. — сейчас же лето! да и я не дам тебе замерзнуть, — поцеловав, торин подхватил его, быстрее затаскивая в воду, пока бильбо не спохватился и не убежал. он громко удивленно вздохнул, а потом прижался к дубощиту вплотную, обхватывая ногами и руками, чтобы жар его тела согрел, но так ничего и не сказал, продолжая крепко обнимать. вода казалась холодной лишь поначалу и, привыкнув, бильбо мягко оттолкнулся от торина и поплыл, переворачиваясь на спину и смотря на звездное небо. — плаваешь среди звезд, — шепотом повторил он слова любимого, довольно улыбаясь. — ну? я же был прав, — плывя рядом, посмеивался торин. — абсолютно, — восторженно прошептал беггинс. — видел бы ты себя со стороны. какой же ты красивый, — так же восхищенно прошептал дубощит. — вот что-что, а смотреть на себя со стороны я бы совсем не хотел, — пробурчал бильбо, а потом тут же улыбнулся, почувствовав, как руки торина скользят по мокрой груди. — какой лысый был, такой и остался, — фыркнув от смеха, он тоже лег на спину. — я делаю депиляцию, — отшутился беггинс. — я принимаю тебя любым. даже с такими заскоками, — рассмеялся торин. — но это уже точно по-гейски. — хватить это повторять, — возмущенно прошипел бильбо, стукнув рукой по воде около его лица. торин тут же поднялся, громко рассмеявшись и притягивая бильбо к себе. — ты не представляешь, как я рад, что ты такой… гейский, — смеялся он, целуя тонкую шею. — идиот, — закатив глаза, бильбо обхватил его лицо руками и глубоко поцеловал.

~~~

они через многое прошли вместе. бильбо был на похоронах его родителей. тогда они еще были друзьями и почти окончили университет. в тот день было ветрено и пасмурно, но дождь так и не пролился. торин стеклянным взглядом смотрел, как закапывают гробы, а бильбо, снедаемый болью за друга, осторожно вытащил руку дубощита из кармана черного пальто и сжал грубую ладонь. незаметно для окружающих, но так, что у торина чуть не подкосились ноги, когда он почувствовал тепло чужой нежной руки. ему тут же захотелось расплакаться, уткнувшись бильбо в плечо, но он еле заметно мотнул головой, не в силах вытянуть слова благодарности. уткнулся в плечо он уже позже, когда все разъехались и они остались вдвоем на террасе его дома. рядом на диване лежал скинутый пиджак, а торин, развалившись со стаканом виски в руке, пустым взглядом смотрел на огромный дуб неподалеку. — его дед посадил, когда отец родился, — кивнул в сторону дерева уже пьяный торин, когда бильбо бесшумно присел рядом с таким же стаканом виски в руке. — отец тщательно следил, чтобы за ним хорошо ухаживали. видишь сирень неподалеку? — вяло указав на изящный куст рядом, спросил он. — вижу, — кивнул бильбо, подсаживаясь к нему вплотную. — отец посадил, когда женился на матери, — по обыкновению закидывая руку на спинку дивана за бильбо, он в задумчивости положил голову на его плечо и долго молчал. бильбо сидел не шевелясь, боясь потревожить друга, а когда решил, что тот уже заснул, почувствовал, как его голова медленно поворачивается и торин утыкается горячим лбом в его плечо. через пару минут его рубашка пропиталась чужими слезами и торин всхлипнул. бильбо осторожно убрал бокал на стеклянный столик перед ними и обнял торина одной рукой, но он вдруг обхватил его, заставляя развернуться к себе. так они и просидели молча, в обнимку, пока торин не уснул. бильбо аккуратно уложил дубощита и, сходив в дом за пледом, укрыл его, присаживаясь в кресло рядом. потягивая виски и смотря на посаженные в знак любви деревья бильбо не мог ни о чем думать. он не успел с ними познакомиться.

~~~

— когда мы поженимся, я посажу березу, — бильбо чуть не подавился блинчиком, когда торин озвучил свою мысль так беззаботно, словно это нечто само собой разумеющееся. даже формулировка не «если», а «когда». это выбило из беггинса воздух, заставляя сердце зайтись бешеным галопом. — простите? — откашлявшись, бильбо сделал большой глоток свежевыжатого апельсинового сока и посмотрел на мужчину удивленно распахнутыми глазами. — когда мы что? — поженимся, — спокойно повторил тот. — а с чего ты взял… — но бильбо тут же прервался, увидев недоуменный взгляд торина. конечно, бильбо не собирался расставаться с ним. он вообще плохо представлял свою жизнь без дубощита. казалось, они срослись, как соединившиеся случайно ветви, вросли друг в друга, становясь почти единым целым. между ними не могло быть секретов, слишком сильно они доверяли друг другу. и все же так далеко бильбо никогда не думал, тогда как для торина это было таким же вопросом времени, как и его переезд. — торин, ты делаешь мне предложение? — осторожно уточнил беггинс. утро выдалось ясным. в воздухе стоял душистый аромат цветов, легкий ветер трепал волосы. сердце торина впервые пропустило удар с тех пор, как они познакомились. он редко волновался, ведь был очень уверен в себе. с детства ему прививали сдержанность, чтобы он учился держать в узде пылкий нрав, рассудительность, чтобы он умел сопоставлять факты и делать разумные решения, силу не только физическую, но и духовную. возле «полурослика», как он иногда отзывался о бильбо в начале их общения из-за низкого роста беггинса, он никогда бы и не подумал волноваться или нервничать. даже когда полностью осознал свои появившиеся к нему нежные чувства он не ощущал волнения. только приятно обжигающее тепло в груди. ему было хорошо возле бильбо и он всегда был в нем иррационально уверен. но этот удивленный взгляд карих глаз был настолько пронзительным, вобравшим в себя столько эмоций, что неожиданно для самого себя торин испугался. для него все эти вопросы и впрямь были делом времени. он никогда не задумывался о том, что бильбо может быть плохо с ним. сыграла ли его уверенность с ним злую шутку, превращаясь в самонадеянность, или настолько крепким казался их союз — он не знал. — тебе хорошо со мной, бильбо? — ответил он вопросом на вопрос, чувствуя, как неожиданно задрожали руки, а голос надломился. — более чем, — кивнул бильбо, понимая, к чему торин ведет. — есть что-то, что гложет тебя, но ты не можешь со мной этим поделиться? — абсолютно нет. — может, ты боишься меня? — не говори глупостей. — я давал тебе повод усомниться во мне? — ни разу. — я в чем-то тебя не устраиваю? — ты для меня все. — я люблю тебя. — и… я тебя, — выдохнул бильбо, глядя на торина с такой любовью, что у дубощита перехватило дыхание. — я ведь… не представляю свою жизнь без тебя. мы столько лет вместе, что я никогда и не задумывался о том, что мы могли попросту не встретиться или… разойтись, не найти общий язык и много разных причин, — внутренне вздрогнув от этой мысли, продолжил он. — я… понимаю, — положив ладонь на его, бильбо ласково сжал ее. — и я тоже не представляю, чтобы я делал без тебя, кем бы стал, — пылко ответил он, слегка подвинув к торину стул. — тогда женитьба не должна нас пугать, верно? если нас больше пугает мысль, что мы можем потерять друг друга, — тепло улыбнулся торин, положив сверху вторую руку и ласково погладив большим пальцем чужую ладонь. — верно, — улыбнулся бильбо, а в любимых глазах торин увидел твердое «да». должно же и у них быть свое «долго и счастливо», верно?

~~~

иногда торин наигранно закатывал глаза, делая вид, что обижается на племянников, которые явно любили беггинса больше. торин был прекрасным дядей. он ни в чем им не отказывал, но при этом умело применял строгость, уча парнишек жизни. он давал мудрые советы, оберегал их после внезапной смерти мужа сестры, разрешал оставаться у него на все каникулы. и самое удивительное: всегда был с ними на одной волне. позволял устраивать вечеринки у себя дома, постоянно их разыгрывал, шутил с ними на одни темы. был тем самым «крутым дядей», с которым не страшно и не стыдно разговаривать на любые темы. — ты настраиваешь моих детей против меня? — фыркнув от смеха, спросила сестра в один из вечеров, позвонив ему. — не говори глупостей, — закатив глаза, торин провел по лицу рукой, словно физически пытаясь стереть с него усталость прошедшего дня. — на твоем фоне я кажусь им строгой тираншей. — ты и впрямь бываешь… жесткой временами, — дубощит рухнул на кровать, а когда заметил бильбо в дверях спальни подозвал к себе жестом руки. мужчина ничего не сказал, просто аккуратно забрался сверху и удобно улегся у него на груди. торин крепко обнял его свободной рукой и глубоко вдохнул аромат апельсинов, ощущая, как тяжесть отпускает. — твоя сестра? — шепотом уточнил беггинс, не поднимая головы. — да, — в тон ему ответил торин, слушая ее в пол уха. — я же могу поехать с тобой на знакомство с невестой? — так же шепотом спросил он. — конечно, что за вопрос такой? — вопросительно подняв брови, торин приподнялся, чтобы глянуть на бильбо. — ты меня вообще слушаешь или уже тискаешь своего «полурослика»? — недовольно спросила сестра. — эй, только я могу его так называть, — возмутился он. — давай мы поговорим обо всем этом подробнее, когда мы приедем на выходные, хорошо? я так устал, — в подтверждение своих слов невольно вырвался усталый вздох и торин почувствовал, как бильбо передвигается чуть выше, зарываясь нежными руками в его волосы и начиная массировать ему голову. он расслабленно прикрыл глаза. — хорошо. и обязательно привози беггинса. мальчики не пустят тебя в дом без него, — в ее строгом голосе прорезалась нотка нежности и торин ухмыльнулся. — конечно, привезу. куда я без него? — на том конце послышались гудки и торин облегченно выдохнул, окончательно расслабляясь. — опять что-то насчет компании? — уточнил бильбо, целуя торина в подбородок. — нет. на этот раз мальчики, — усмехнулся он, целуя его в лоб. — насчет выходных? — да. сказали, что не пустят без тебя. ты настраиваешь их против меня? — повторив шутку сестры, усмехнулся мужчина. — конечно. хочу переманить их на свою сторону, — посмеиваясь, ответил бильбо. бильбо и впрямь был их любимчиком, в этом торин не сомневался. они были в средней школе, когда торин их познакомил. с бильбо он проводил почти все свободное время, поэтому когда они приезжали погостить, он часто брал их с ними на прогулки. иногда они все вместе ходили к нему домой, когда бильбо перед сессиями так глубоко зарывался в книги, что отказывался выходить. беггинс раздосадованно вздыхал, но впускал их. готовил им вкуснейшую лазанью, долго и внимательно слушал их рассказы о школе, которые торин иногда не мог переносить, тепло улыбался и мягко обнимал. удивительно было то, как быстро и легко они привязались к нему, учитывая то, что бильбо не смотрел те фильмы, что смотрели они, не слушал музыку, которая нравилась им, иногда невпопад шутил, но если торин был «крутым» дядей, то бильбо стал для них «уютным» дядей. тем самым, который всегда поддержит, к которому можно было прийти после особенно тяжелого дня и молча обнять, тем, который бы объяснил любую тему, помог с домашкой и ласково потрепал по волосам. не сказать, что торин не делал того же. просто от бильбо исходило такое тепло, что возле него невольно расслаблялся. сам же бильбо утверждал, что таким он стал только благодаря торину. если бы не он — такой свободный и простой — то он бы так и остался в своей скорлупе, не подпуская никого ближе пушечного выстрела. он говорил, что торин раскрыл его, принимая и поддерживая, а дубощит в ответ лишь улыбался. то, что между ними есть какое-то притяжение, племянники заметили почти сразу, вопросительно косясь друг на друга, но ничего не говоря. уже в старших классах они напрямую решились спросить у торина пара ли они, на что тот лишь тяжело покачал головой и сказал им не лезть ни в свое дело. с каждым годом притяжение росло, но они молчали. как-то вернувшись от бильбо, они все же не выдержали и стали расспрашивать почему нет. — вас не должна беспокоить чужая личная жизнь. на то она и личная, — недовольно буркнул торин, уходя к бассейну. — но мы же видим, как ты на него смотришь, — закатив глаза, кили пошел следом. фили пытался остановить его, но младший брат всегда был упрямым. скидывая его руку с плеча, кили не унимался. — он не отвечает тебе взаимностью? — нет! то есть да! точнее, я не знаю, — раздосадованно вздохнув, торин находу скинул с себя вещи и в одних боксерах прыгнул в воду. кили тут же разулся и, закатав штаны, сел на край бассейна, опустив ноги в воду. — то есть ты не проявлял инициативу? вообще? — как только торин вынырнул, вновь завелся кили. фили лишь закатил глаза и тяжело вздохнул, присаживаясь рядом с братом. — может прекратишь его донимать? торин же сказал не лезть в эти дебри, — дав ему несильный подзатыльник, осадил он. — эй! — возмущенно вскинулся кили. — не поднимай руку на брата, — строгим тоном сказал торин, подплывая к бортикам. — я вообще-то тебя защитить пытаюсь, — скрестив руки на груди, обиженно ответил фили. — я просто, правда, не понимаю! бильбо офигенный мужик! — отойдя от подзатыльника, продолжил кили. — иногда ты просто… не можешь рискнуть, — медленно ответил торин, смотря в сторону дуба около террасы. — рискнуть дружбой? — именно. если ты неуверен, то лучше не торопиться, чтобы не потерять уже устоявшуюся дружбу ради призрачного шанса, — тяжело выдохнул торин, ответив искренне. — но то, как бильбо на тебя смотрит! он явно ответит тебе взаимностью! — с новым запалом смелости сказал племянник. — тебе то откуда знать? то же мне нашелся гуру дел любовных, — вновь закатив глаза, перебил фили. — еще скажи, что ты не видишь этого! — стукнув брата по руке, возмутился кили. — да вижу я все, вижу! — отдернув руку, нетерпеливо ответил фили. — но ты то в это не лезь. торин и сам может разобраться со своими отношениями, — сам же торин слушал их рассеянно, обдумывая все, что между ними происходит в последнее время. — я просто не хочу, чтобы он упускал такого классного мужчину, если он, правда, влюблен! — кили! — да что? — помолчи хотя бы пять минут. — молчу, молчу, — обиженно пробубнил парень, опуская глаза к воде. — а вам бы все же поговорить открыто хотя бы. была, не была. если ты ему дорог, как друг, то он в любом случае же не отвернется. — кили! — да молчу я, молчу! и впрямь, поговорить бы было хорошо, вот только торин не всегда мог подобрать нужные слова, а бильбо так легко было спугнуть. кто же знал, что они могли сойтись намного раньше, если бы он прислушался к племяннику? вот только, что мог знать такой юнец? а оказалось, что он видел побольше, чем он сам.

~~~

— бильбо! — в унисон послышались мужские голоса с лестницы. кили оказался быстрее старшего брата, крепко обнимая беггинса и приподнимая над полом. когда ноги коснулись пола, мужчина тут же оказался зажат между двумя племянниками торина. — бильбо приехал! бильбо приехал! — одновременно заскандировали братья, подпрыгивая. бильбо весь сжался от нехватки воздуха и пространства, но улыбнулся довольно и широко. они все такие же, невольно пронеслось в мыслях. такие же юные сердцами, забавные и громкие. совсем, как дядя. — эй, а ну-ка распустили этот тройничок! — махнул рукой торин, занесший сумки. — смотри, кто ревнует! — рассмеялся кили, запрыгнув дубощиту на спину. — и по тебе скучали, дядя. не переживай, — фили деловито протянул ему руку, а торин, пожав ее, развернул племянника, беря в удушающий захват. дядей они называли торина редко, если только в шутку. — так я вам и поверил. я — просто повод привезти к вам бильбо, — потрепав того по голове, рассмеялся он. бильбо закатил глаза и скрестил руки на груди, наблюдая за их дурачествами. — бильбо! — радостно прозвучало со стороны кухни и к ним в холл вышла сестра торина. — здравствуй, дис, — улыбнулся бильбо, обнимая рослую женщину, которой он доставал где-то до подбородка. — как твои дела? мой брат тебя не слишком достает? — низко рассмеялась она, глянув на торина. — могло быть и хуже, — заговорщическим шепотом ответил тот. — опять меня обсуждаете? — недовольно пропыхтел дубощит, наконец освободившись от племянников. — конечно! мифы о твоем скверном характере уже ходят по всей англии, — уворачиваясь от подзатыльника дяди, рассмеялся кили. — мы ведь тут по делу, — важно заявил торин, давя улыбку. — где невеста? — оглядевшись, словно девушка пряталась где-то за углом, громко спросил он. — будет к ужину, — довольно улыбнувшись, ответил фили. золотые волосы, так напоминавшие об умершем зяте, были растрепаны. — хорошо. тогда у нас есть время побыть в кругу семьи. — она тоже скоро будет частью этой семьи, торин. — ты понял, о чем я. — не смей так говорить при ней. — дис, ты, как всегда, душка. — может, пройдем в сад? я бы выпил бокал вина, — пытаясь разрядить обстановку, бильбо протянул дис руку. — поучись у него манерам, — аккуратно обхватив локоть беггинса, женщина выразительно посмотрела на торина, подняв брови. тот лишь тяжело вздохнул, невольно закатив глаза. они все вместе расположились в тени деревьев в мягких плетеных креслах. дис почти ни с кем не общалась после кончины мужа. она утверждала, что ей и одной хорошо, тем более такие сыновья, как фили и кили, никогда не давали ей скучать, все время попадая в приключения. но с бильбо она общалась охотно. ей нравилась его воспитанность и начитанность. с ним всегда было интересно вести беседы и он был очень забавным, заставляя ее часто смеяться. беггинс был милым и искренним, даже краснел, когда смущался. она находила это восхитительным. разделял ее любовь к готовке и всякий раз, когда они с торином приезжали погостить, бильбо с дис могли потратить пол дня на кухне. они любили часами валяться на идеальном газоне, болтая обо всем и ни о чем одновременно. давно дис не могла найти человека, с которым ей так легко было разговаривать. — если бы ты упустил его, я бы точно надрала тебе зад, — как-то пошутила она в своей серьезной манере, пытаясь сдержать смешок. — ты даже не узнала бы о нем. — о, еще как узнала. не зря же отправляла мальчиков к тебе погостить. — иногда я забываю, кто из нас старше, — раздраженно вздыхая, торин прикрывал глаза. после окончания университета фили решил помогать торину в семейном бизнесе, а кили на целый год уехал в путешествие познавать мир. имея пристрастие к фотографированию, он обзавелся профессиональной камерой и стал вести блог о путешествиях. так его хобби приносило не только удовольствие, но и заработок. в путешествиях он познакомился с такой же любительницей приключений тауриэль. девушка напоминала ему пламя, да и волосы у нее были такого же цвета. она была старше на семь лет и по удачному стечению обстоятельств тоже жила в лондоне. они быстро нашли общий язык, а немного погодя между ними вспыхнул такой огонь, что, вернувшись, он сразу же познакомил ее с семьей. — как тауриэль? — спросил бильбо, ласково улыбнувшись. — я очень по ней соскучился. — она сейчас в китае. давно туда собиралась, скоро должна вернуться, — радостно сообщил кили. — а почему ты не вместе с ней? я думал вы не расстаетесь ни на минуту, — поддел торин. — на себя посмотри, — шутливо пихнув мужчину в плечо, рассмеялся кили. — у меня контракт с одной фирмой, я улетал ненадолго в канаду. мы договорились, что проведем отпуск где-нибудь вместе. сидевший молча беггинс довольно улыбался, наблюдая за наперебой рассказывающими что-то родственниками. солнце мягко обволакивало пространство вокруг них, пока дис подливала белое вино ему в бокал. он благодарно кивнул, не отрываясь от сути разговора. торин не отпускал его руки, переплетя их пальцы. бильбо мягко поглаживал грубую ладонь второй рукой, положив их себе на ноги. ему нравилось в кругу семьи торина. они все были шумными, веселыми и любили плотно поесть. они были открытыми и честными, даже если иногда отличались железной гордыней. с ними все было… просто. немного грубоватые, с твердыми моральными устоями они отличались простотой. такие не ходили вокруг да около. это было и в торине, что бильбо очень нравилось, но и удивляло одновременно, ведь дубощит очень долго искал в себе смелость решиться признаться в своих чувствах. если бы он сам не сделал первый шаг, то непонятно, сколько бы еще они проходили в друзьях. — какое дерево посадишь в ее честь? — удивительно нежно улыбнулся торин, вспоминая о семейной традиции. фили тут же поднял на него глаза, отрываясь от очередного пришедшего сообщения. — оливковое, — улыбнулся фили, не задумываясь. — оливковое… необычно, — задумчиво протянул торин.

~~~

— вставай, соня, — протянул бильбо, открывая шторы. золотое кольцо блеснуло на безымянном пальце левой руки. — все на свете проспишь, — посмеиваясь, он подошел к кровати, тряхнув торина за плечо. — я женат! — выпалил дубощит, мягко отталкивая его руку. бильбо не удержался, рассмеявшись в голос. — я знаю, мистер дубощит. и сейчас ваш муж пытается вытянуть вас на экскурсию по окрестностям, — сложив руки на груди, ответил он. — а мой муж не может подождать со всем этим часов до двух? в конце концов, у нас медовый месяц и нам необязательно все делать второпях, — пробурчал мужчина, зарывшись лицом в подушку. темные волосы разбросало по идеально белому постельному белью. бильбо не сдержался, зарываясь в них пальцами и пропуская длинные пряди сквозь пальцы. — а что вашему мужу все это время делать? — бильбо специально не переставал повторять «муж», так как прекрасно знал, насколько сильно торину нравится их новый статус. — понежиться со своим мужем в постели, — поворачиваясь и обхватывая его ноги, дубощит повалил его обратно на кровать. бильбо удивленно вскрикнул, упав рядом, а потом ему тут же перекрыло воздух, потому что торин нагло навалился сверху, крепко его обнимая. — торин, ты меня задушишь, — еле выговорил бильбо, ерзая под ним. мужчина молча сполз с него, положив голову ему на плечо и крепко обнимая поперек живота. — долго и счастливо, — пробубнил торин, оставив быстрый поцелуй на его ключице. — что ты сказал? — спросил бильбо, ласково гладя торина по голове. — давай просто насладимся хотя бы пять минут в тишине, — громче ответил тот. — как скажешь, но это же тебя обычно не заткнешь, — поддел беггинс. — только пьяного, бильбо. только пьяного, — усмехнулся торин. на фоне шумели океанские волны. солнце мягко окутывало комнату, а на полу неподалеку валялись сброшенные второпях свадебные костюмы. бильбо довольно прикрыл глаза, кожей ощущая чужую горячую. вскоре они посадят в саду возле дуба березу и бильбо будет с особой нежностью ухаживать за деревьями, посаженными в знак любви. в конце концов, и у них же должно быть свое долго и счастливо?