Their roof (moves too fast)

Сынмин был готов поклясться, что ещё немного, и он однозначно убьёт человека. Нет, ну серьёзно, госпожа Ан Хиджи уже настолько проела ему мозг тем идиотским отчётом, что и без того натянутые нервы парня были не в состоянии справиться со всем этим давлением. Ким правда не понимал, что во фразе «Я не могу сделать отчëт, не имея точной статистики на руках» было непонятно. И вот сейчас, когда время на часах неумолимо близилось к половине второго, Мин был просто в бешенстве, но всё, что ему оставалось — это тихо завывать и молиться, дабы начальница помиловала его несчастную душу и убитый режим сна. Однако за последний час на лежащий рядом телефон не пришло ни одного уведомления, и от этого надежда угасала всё быстрее и быстрее. — Чëрт, ну наконец-то! — от бессмысленного рассматривания ноутбука Сынмина отвлёк тихий звук вибрации смарт-часов, на который он тут же поспешил отреагировать. Парень уже предвкушал радостную новость о переносе дедлайна или же полной его отмене, когда его взгляд быстро изменился. Разблокировав маленький экран, Ким быстро пробежал глазами по высветившейся строке и упал головой прямо на стол, больше не пытаясь сдерживать накопившуюся злость и усталость. Теперь он был уверен: весь мир был настроен против него. «Что-то вы засиделись! Не пора ли размяться?». Парень уже успел забыть о подарке лучшего друга на день рождения, ибо часы — это далеко не то, о чëм он думал в последние дни. Нет, подарок, конечно, это был хороший, Чонин угадал с выбором на все сто, ибо около месяца назад любимые часы Сынмина сломались и оказались бесполезны для исполнения своего предназначения, только вот Ян и представить не мог, что Ким будет использовать выбранный им новомодный подарок как самые обычные часы. Все намудрённые встроенные функции игнорировались изо дня в день, и только отображения уведомлений да звонков оказались по-настоящему полезны для вечно торопливого Мина. Если бы младший об этом узнал, то наверняка бы обиделся до смерти, ибо за день до покупки он облазил миллион всевозможных сайтов с подробными описаниями всех, так называемых, «фишек» каждой модели часов выбранной ранее фирмы и, узнав, что часы отображают уведомление о необходимости разминки, зафиксировав, что пользователь находится больше 50 минут в сидячем положении, чуть ли не вприпрыжку побежал за ними, ибо «Сынмин-хëн может днями сидеть не шевелясь, и только базовые потребности смогут заставить его вернуться в реальность, а ведь это невероятно вредно!». Чëрт, даже не поспоришь. Усмехнувшись собственным воспоминаниям, Ким откинулся на спинку стула и скрестил слегка затёкшие от лежания на столе руки. Мысли о заботе друга согревали душу, однако настроение так и оставалось паршивым. До конца дедлайна оставалось около одиннадцати часов, и если приблизительно подсчитать объëм работы, то у Мина было около часа-полутора для решения проблемы с отсутствием точной информации. Уставший взгляд вновь упал на часы, и парень замер, прокручивая недавно полученное уведомление в голове снова и снова. Да, разминка бы ему не помешала, это точно. Да и отвлечься на пару минут он вполне может себе позволить. Только вот никакая короткая растяжка не смогла бы заставить задолбанный за последние сутки мозг отдохнуть или перезагрузиться. Четыре стены душили, а приоткрытое окно практически не спасало ситуацию. Сынмин задумался о том, когда он в последний раз ходил гулять в парк под домом. Полгода назад? Год? Стоп, был ли он вообще где-то, кроме командировок, в последнее время? Ответ на вопрос был очевидным и весьма неутешительным, Мин тяжело выдохнул. Ему определённо нужен свежий воздух. Относительно недавно один его коллега смотрел видео во время обеда, где говорилось что-то о полезном влиянии чистого воздуха и работы где-то в парке на эффективность работы мозга. Взгляд в окно заставил съёжиться: парк, конечно, был в зоне доступности, однако кто знает, какие психи там шляются по ночам. Да и к тому же ему не хотелось быть обнаруженным кем-либо во время работы, ибо в случае конфликта Мин не сможет спасти ноутбук. А стоит тот прилично. От всех этих размышлений парня отвлёк тихий стук откуда-то сверху. Вздрогнув, Ким тут же начал перебирать варианты, кто мог вламываться к нему в дом посреди ночи, однако уже через пару секунд он выдохнул и раздражённо закатил глаза. К счастью, это был всего лишь звук хлопка двери на крышу. Хоть Ким и был на все сто доволен выбором съёмной квартиры, эту несчастную дверь никто не мог починить вот уже как второй месяц, ибо звук не доходил до остальных этажей, а если одного Кима что-то не устраивало, то это были уже только его проблемы. Короче говоря, всем просто было всё равно, а сам парень даже относительно привык к вечным звукам сверху и практически не обращал на них внимания. Хлопок вновь прервал тишину, и вместе с приглушенным звуком в сознание Сынмина ворвалась странная, но в то же время не такая уж и провальная идея. Он ведь хотел проветриться? Хотел. Хотел найти место, где он бы смог свободно работать, не опасаясь быть замеченным? Тоже да. Тогда почему бы не объединить приятное с полезным? Тем более что то самое место, о котором он размышлял, было всего одним этажом выше. Мин задумчиво посмотрел в окно ещё несколько секунд, после чего решительно поднялся из-за стола. — Окей, надо просто сделать это. Иначе я буду отвлекаться ещё пару часов, если не больше. Парень сохранил открытый файл и прикрыл крышку ноутбука, после чего зашёл в свою комнату и достал старый плед, что когда-то был подстилкой на его совместном с Чонином пикнике. Продумывая, что ещё ему может пригодиться ночью на крыше, Ким набрал небольшую бутылку воды и, подхватив остальные вещи, вышел из квартиры, предварительно выключив везде свет. Кое-как заперев её на ключ, он развернулся в сторону лестницы, не решаясь сделать первый шаг. Словно в подтверждение его размышлениям оттуда послышался очередной гулкий удар, только громче обычного. Сынмин махнул головой, отгоняя все сомнения и, наконец, поспешил подняться. Оказавшись прямо перед приоткрытой дверью, Ким выдохнул, ведь, как минимум, он не зря сюда поднялся: как и ожидалось, вход действительно был открыт и никак не охранялся. Дело оставалось за малым: зайти и разместиться где-то в уголке поудобнее. Медлить не хотелось, да и причин на сомнения не оставалось, а потому Сынмин аккуратно толкнул выгнувшуюся дверь ногой и быстро вышел на крышу, с наслаждением вдыхая прохладный ночной воздух. Как он и думал, всё пространство было полностью в его распоряжении, и, быстро окинув взглядом обстановку, Мин прошёл к левой стороне, где лежали какие-то вещи. Оказавшись ближе, он понял, что на полу валялись пара пледов и три небольшие подушки. Что было самым удивительным, так это то, что они были не прогнившими и даже не влажными от сырости. Казалось, что их буквально только принесли сюда. На секунду парень задумался о том, чтобы прямо тут и разместиться, но остатки совести намекнули, что это не самая лучшая идея, а потому Ким немного отошёл и расстелил свой собственный плед в трёх шагах от чьего-то убежища (именно так эту кучку вещей Сынмо и прозвал). Разместившись на созданном месте, он выдохнул и прикрыл глаза. Ночной воздух заполонил лёгкие и охладил мозг. На плотно сжатых ранее губах наконец появилась улыбка, и Ким откинул голову назад, подставляя пряди отросших волос под лёгкий ветерок. — Какой кайф, боже. — Согласен. Одного слова хватило, чтобы заставить Мина резко подняться на ноги и, проронив пару нецензурных выражений, уставиться на незнакомца, что слишком неожиданно появился за его спиной. Осознав, как он выглядит со стороны, Сынмин попытался сделать своё лицо чуть менее искажённым и, судя по очаровательному тихому смеху, у него всё же не получилось. Всё ещё не отойдя от испуга, Ким внимательно осмотрел парня напротив и открыл рот в немом вопросе. — Извини, не хотел напугать, — перестав хихикать, очаровательный молодой человек скромно улыбнулся и неловко почесал затылок свободной рукой. К слову, опустив взгляд чуть ниже, Мин обнаружил, что он держал какой-то тканевый пакет и… Стоп, это что, ватман? — Что вы тут делаете? — Эм, — оторвав свой взгляд от изучения парня, Сынмин вновь столкнулся с лукавым прищуром и неуверенно пробормотал, — я работать пришёл? — А, вот как? Не будите против, если я составлю вам компанию? — Нет? — Вот и славненько, — уже через мгновение человек с кошачьей улыбкой оказался на полу на ранее найденном Кимом убежище и доставал баночки с красками, открывая некоторые из них. Повтыкав ещё несколько секунд, Мин тоже приземлился на своё место и, напоследок взглянув на чистый лист художника, открыл ноутбук. Правда вот, долго они так не просидели, ибо оторвавшись от рисования и заметив скучающий взгляд Кима, парень поспешил возобновить разговор, — А как вас зовут? — Извините, я не настроен на новые знакомства, — сверля максимально суровым взглядом монитор, сухо пробормотал Сынмин. — Почему? — Я работаю. — А я рисую. Так почему? — Вы издеваетесь? — повернув голову и уставившись убивающим взглядом прямо в сощуренные от улыбки глаза, Мин слегка раздраженно выдохнул. — Нет, что вы! Просто здесь редко кого-то увидишь, вот мне и интересно. К тому же, извините за прямоту, но что у вас за работа такая, что вы сидите и просто пялитесь в экран? — Так, это явно не ваше дело. — Ладно, согласен. Но я всё равно не отстану, пока не узнаю твоё имя. — «Твоё»? — парень скептически поднял бровь в немом вопросе. — Да ладно тебе, мы же одногодки. Тебе что, трудно представиться? — Мне плевать сколько тебе лет, обращение на «вы» — банальное проявление вежливости. Так что переключение на более неформальный стиль было ошибкой, а теперь помолчи, пожалуйста, я должен сосредоточиться. — Ну, учитывая, что ты тоже теперь ко мне так обращаешься, кажется, ты не так категорично относишься к этому, как пытаешься показать. — Я просто не собираюсь уважать того, кто не уважает меня, — тут же огрызнулся Сынмин и впервые задумался о том, что идея выйти на крышу всё-таки была не из лучших. Может, стоит уйти, пока не поздно? — Почему вы так? — из размышлений Кима вывел явно поникший голос странного юноши. Когда он вновь поднял взгляд на чужое красивое лицо, множество вопросов появилось в его голове, ибо незнакомец выглядел уж слишком расстроенным. Нет, прямо ну очень расстроенным. Казалось, что он вот-вот заплачет. И сколько бы Мин не убеждал сам себя, что он из чёрствых людей, сердце невольно кольнуло. Стало совестно. — Эм, я… Чёрт, ну вот почему мне не всё равно?.. — совсем тихо прошептал Ким, но, кажется, новый знакомый его услышал, ибо в стеклянных глазах отразились заинтересованность и капля надежды. Очень зря, конечно, ибо Сынмин собирался сказать, что сколько бы тот ни давил на жалость, переубедить его будет невозможно, презрительно осмотреть художника с головы до ног и покинуть крышу. Да, это именно то, что он хотел донести до этого странного парня. И именно поэтому, открыв рот, Мин произнёс, — Ким Сынмин. А теперь отстань и не вздумай реветь. — Ох, Сынмин-а, приятно познакомится! Я Хёнджин, Хван Хёнджин. Ты живёшь неподалёку? — Ага, этажом ниже, — Стоп, почему от этой улыбке стало легче на душе? И какого лешего у нас завязался разговор? Ким окончательно отвернулся от ноутбука и с этого самого момента перестал понимать сам себя, — А ты? — О, я только недавно сюда переехал. Только вот я живу на третьем, но почти каждую ночь поднимаюсь сюда. — Зачем? — Здесь спокойно, — пожал плечами Хёнджин, — плюс никого и никогда не бывает. Ты не подумай, что я какой-то преступник, но в дневное время меня преследует довольно большое количество людей, так что такие посиделки действительно помогают расслабиться и набраться энергии. — Тебя преследуют?.. — сам не замечая того, Мин слегка подвинулся к Хвану, дабы им обоим было чуть удобнее общаться, не повышая голос. Усевшись поудобнее, он вновь положил ноутбук на колени, однако теперь рассматривал многоэтажки, вид на которые так легко открывался с этой высоты. Джин, к слову, никак на это не отреагировал, лишь быстро кинул взгляд в сторону движения и продолжил что-то зарисовывать на бумаге, — Почему не обратишься в полицию? — О боже, какая полиция? — вновь послышался тихий смех, и Сынмин непонимающе повернулся, дабы посмотреть, что вызвало такую реакцию. Встретившись глазами с явно повеселевшим парнем, он нахмурился ещё сильнее от осознания, что ему хочется улыбнуться в ответ. Раньше такое случалось только с мамой, ну, может пару раз с лучшим другом, а тут какой-то незнакомец выводит на эмоции, практически ничего не делая. Да что вообще происходит? — Ты, наверное, не так понял, давай я объясню. Я работаю учителем старших классов в школе искусств. Но, к сожалению, в этом году мне достался какой-то неконтролируемый класс, а в особенности женская его половина. Хотя половина — это мягко сказано, в группе двадцать человек, из которых только двое парни. Но да ладно, не в этом суть. Последние дни меня постоянно преследуют семь… Погоди, нет, восемь моих учениц и предлагают сходить на свидание. — О боже, фу, — лицо Мина скривилось в отвращении. — Да ладно, я могу их понять, они же дети, — отмахнулся Хван, — они просто считают меня красивым и добрым, так что не удивительно, что я им понравился. Чувства трудно контролировать, а потому я и не осуждаю их, просто иногда это немного мешает работе. К тому же я уже почти с каждой поговорил, так что эта ситуация скоро будет решена. Проблема в другом. — В чём тогда? — Тебе правда интересно? — вновь оторвавшись от рисования, слегка игриво протянул Хёнджин, — А как же «я не настроен на новые знакомства» или «я работаю, не мешайте»? — Тц, теперь настроен. И от работы оторвался, как видишь. И вообще, у меня перерыв, так что я просто провожу время так, как я хочу. Не хочешь рассказывать — не нужно. — Верю, верю. Не оправдывайся, я понял, — Ким кинул недовольный взгляд на насмехающегося над ним парня, но вся злость тут же улетучилась, стоило ему увидеть слегка порозовевшие бледные щёки, — На самом деле мне приятно, что ты интересуешься. Проблема заключается в том, что от всей этой суматохи у меня практически не остаётся свободного времени, а когда оно есть, я просто сплю. Ещё и из-за возни с переездом свободных часиков поубавилось. Но недавно я вновь почувствовал прилив вдохновения, как бы странно это ни звучало. Это произошло впервые за последние пару месяцев и, боже, как же я тогда был счастлив. — И? — Разглядывая солнечную батарею на крыше дома напротив, Мин сконцентрировался, чтобы уловить суть эмоционального рассказа, — Проблему я понял, а дальше что было? И что ты вообще тут делаешь тогда? — Дело в том, что в тот вечер, а точнее ночь, я немного порисовал, но, несмотря на возродившийся энтузиазм, никакого удовольствия от процесса не испытал. Я ещё не говорил, но я на самом деле обожаю проводить время на свежем воздухе, а потому всегда открываю окна нараспашку, когда начинаю новую работу. Только вот так уж вышло, что в моей новой комнате мне недостаточно места для всех материалов, да и в столь узком пространстве рисовать как-то… Ну, не та атмосфера. Поэтому той же ночью я обнаружил, что вход на крышу не забаррикадирован и, недолго думая, поселился здесь. Собственно, теперь я тут практически каждую ночь. Если не рисую, то просто прихожу подышать, иногда музыку слушаю. Очень комфортно. — Вот как… — дослушав до конца, Сынмин понимающе кивнул, — Что-то вроде физической зоны комфорта, где только ты и нравящиеся тебе вещи, да? — Именно, — в очередной раз мазнув кистью по шершавой бумаге, парень задумчиво поднял взгляд, — По крайней мере это то, как я ощущаю это. — Хм… — спустя пару секунд тишины Ким неожиданно для самого себя осознал одну вещь, — Погоди, тогда можно ли сказать, что я испортил это место своим появлением и теперь оно больше не только твоё? О боже, я не хотел… — А разве я говорил, что мне некомфортно? — Погоди, что? — Что? — Хёнджин наконец взглянул на собеседника и смущенно улыбнулся, — С чего ты вообще взял, что мне что-то не нравится? Я прихожу в своё логово, где сидит невероятно красивый хмурый парниша с ангельским голосом, и в итоге он выслушивает все мои проблемы без осуждения и с явным интересом. Тут даже чисто логически меня не может не устраивать ничего из всех этих пунктов. — «Невероятно красивый»? — Переварив услышанное, Сынмин резко развернулся, но тут же вернулся в исходное положение, осознав, что от чужих слов щёки как-то непривычно покалывает. — Ну, с моей чисто эстетической точки зрения, как художника, ты и правда очень красив, — осознав, что именно он сказал, Хван резко отвёл взгляд и слегка нервно хмыкнул. Помолчав ещё несколько секунд, явно обдумывая что-то, он наконец тихо продолжил, — Да и личность ты интересная. Сначала чуть ли не убивал меня взглядом, а сейчас вот так сидишь и даже не пытаешься меня треснуть за всё, что я наговорил. Воцарилась тишина, и парни, думая о чём-то своём, просто сидели рядом и смотрели куда-то вдаль ночных улиц, размышляя и регулярно кидая незаметные взгляды друг на друга. Где-то внизу раздавался шум проезжающих мимо машин, редкие крики прохожих и практически неслышная музыка из какого-то клуба. Все эти звуки казались чем-то таким далёким, таким невероятно-ненастоящим, что как-то автоматически перешли на второй план. Звёзды, виднеющиеся на чистом небе, и новый месяц — вот, что казалось абсолютно правильным и уместным. Разглядывая эти мерцающие огоньки, они потеряли счёт времени и просто наслаждались моментом, не думая ни о незаконченной картине, ни о работе, ни о времени на часах и тем более не о том, как они выглядят со стороны. — А ты? — из чарующей атмосферы вывел приятный голос Хёнджина. — М? Что я? — Расскажи мне что-нибудь. Можешь поделиться проблемами, мне действительно интересно. — Ты знаешь меня от силы тридцать минут, с чего бы мне тебе что-то рассказывать? — Потому что нам обоим этого хочется. Я вижу, что тебя что-то тревожит, а ты мне просто интересен. Так что считай это взаимовыгодным времяпрепровождением, — Хван вновь взял в руки кисть и, размешав на палитре новый оттенок, продолжил рисовать. От такой наглости Киму только и осталось, что возмущённо приподнять брови и скептически уставиться на чужое лицо. Очень красивое лицо, к слову. Так, стоп, это не то, о чём ему стоит сейчас думать. — Ты так уверен, что мне действительно это нужно, что аж бесишь. Чтоб ты знал, мне советы странных художников с крыши пока уж точно не нужны. — Я заметил это ещё по твоему взгляду, но не волнуйся, я всё равно считаю тебя милым парнем, что и мухи не обидит. Да и к тому же, я не собирался тебя рекомендациями закидывать. Я вижу, что тебе просто хочется выговориться. Так почему бы тебе не свалить весь свой груз на меня? Тем более что я сам предлагаю, — На пару секунд художник приподнял взгляд и хитро улыбнулся, зная, что в итоге добьётся своего. И не прогадал ведь, ибо Сынмину не оставалось ничего, кроме как устало выдохнуть, помолчать пару секунд, произнести в своей голове: «Нет, ну он точно какой-то придурок» — и, любуясь многоэтажками, рассказать. — Я не совсем понимаю, что именно тебя интересует, но ты прав, у меня действительно есть небольшая проблема. Это связано с работой и вот этим грёбанным отчётом, — парень недовольно покосился на ноутбук, прежде чем вновь вернутся к созерцанию прекрасного вида, но с чуть менее довольным лицом, — Мало того что я вожусь с этим проектом уже третий месяц, так мой босс ещё и свалила на меня работу с отчётом. И это при том, что нет ни статистики по выдачам, ни даже точной информации по количеству людей и затрат. — То есть она хочет получить от тебя точный отчёт, не имея при этом достоверной информации? — Что-то вроде. Я уже и сам не понимаю, я не сплю вторые сутки и держусь только на энергосах, что теперь у меня на завтрак, обед и ужин. — И часто у тебя такие периоды? — Да постоянно. Как только у меня приходит в норму режим сна, так на меня сваливают что-то подобное и дают ограниченное количество времени. Я уже и не помню, когда в последний раз нормально отдыхал, а когда я приезжал к маме?.. — Мин удручённо вздохнул и слегка недовольно скривился, — А самое обидное, что матери всё равно. Ей, кажется, ничего, кроме моего заработка, не интересно. А, хотя нет, она ещё про внуков регулярно на мозги капает. Я даже не знаю, что из этого бесит больше. — Да ладно, тема с внуками волнует каждую вторую маму, почему ты так сильно взвёлся из-за этого? — Я не злюсь, просто… — Ким прервался на полуслове, не зная, стоит ли делиться чем-то настолько личным, однако доверчивый взгляд напротив словно так и подталкивал отбросить здравый смысл, — Чёрт с ним. Я ещё в четырнадцать признался ей в том, что меня не привлекают девушки, но в тот же день она заявила, что это «подростковое» и что «к двадцати пройдёт». Только я был слишком умным подростком, чтобы поверить в это, и уже тогда понял, что так просто это не сработает. И когда мне исполнилось двадцать, я представил ей своего молодого человека, но она весь вечер называла его моим близким, лучшим и ещё каким-то другом. В итоге, прошло уже почти пять лет, а она всё также ждёт того, что я изменюсь и… Ну, думаю, ты понял, — переведя дух, замученно выдавил помрачневший Мин. — Оу, мне жаль… — Нечего тут жалеть, я уже более-менее свыкся с мыслью, что она никогда не признает настоящего меня. Да и к тому же, мы не сильно близки. Просто иногда накрывает. — А что про это думает твой молодой человек? — Что? А, мы расстались через месяц после того инцидента. Он не смог справиться с моим характером, — печально улыбнулся Сынмин, — Но сейчас это уже неважно, давно было. — М-да, неприятие со стороны близких — это всегда больно. — У тебя что-то подобное было? — Не совсем. У меня была только бабушка, так уж сложилось. Я довольно долго не был уверен, но ближе к концу старшей школы осознал, что бисексуален. А если чуть точнее, то за всю мою жизнь из всех девушек мне нравилась только Наён из Twice, — махнув что-то непонятное кистью в воздухе, просмеялся Хван. — Стоп, — Мин непонимающе окинул его взглядом, — ты что? Тоже, что ли? — «Тоже» что? — Хван Хёнджин. — Да шучу я, шучу. Если ты стесняешься произнести это вслух, то да, я тоже гей. — Окей, признаю, это было неожиданно. — Почему? — Выглядишь как типичный натурал, любящий подкатывать к своим друзьям. — Фу, спасибо, блин, — поморщился Джин, — кто из нас больше на натурала похож, так это ты. — С чего бы это? — М-м, — Хёнджин задумчиво оглядел парня напротив с головы до ног, после чего уверенно кивнул, — ну так, чисто с визуально-эстетической точки зрения. — Твоя эстетическая точка зрения уже второй раз портит атмосферу, так что давай прекращай. — Ладно, ладно. Не буду больше, только не бей. — Посмотрим на твоё поведение, — сев обратно и подняв ноутбук на колени, скептически ответил Мин. Жаль только, он не заметил, как сквозь пелену безразличия внимательные глаза смогли уловить припрятанную улыбку, что через мгновение отобразилась и на чужих губах. Разговор завязался как-то сам собой, и развязываться ему отчего-то не хотелось. Парни сидели и обсуждали всё подряд: начиная от последнего вышедшего фильма, заканчивая темами глобальной политики. Хёнджин с искренним интересом слушал мнение Кима и иногда задавал уточняющие вопросы, при этом не переставая рисовать, а сам Мин просто говорил и с удовольствием обдумывал всё то, что слышал в ответ. Так прошёл час, а может и два, однако ни одному, ни второму не было до этого никакого дела. В процессе одной из дискуссий Сынмин даже придумал обходной вариант составления отчёта и тут же принялся что-то печатать. Несмотря на то, что парни были увлечены делом, да и говорить больше не было удобно, то самое чувство комфорта никуда не уходило. Время медленно, но слишком стремительно близилось к рассвету, но никто не спешил уходить. Они лишь сидели и кидали друг на друга незаметные взгляды, вслушиваясь в тишину ещё спящего города и изредка прикрывая глаза, так нехватка сна давала о себе знать. Прохладный ветерок трепал волосы и залазил под футболки, заставляя обоих слегка поёживаться, но температура по-прежнему оставалась комфортной. После очередного дуновения Сынмин незаметно для себя покрылся мурашками, только вот сидящий рядом Хван тут же обнаружил это, ибо в тот момент внимательно разглядывал чужую родинку на шее. Слегка нахмурившись, он ненадолго задумался, но вскоре очень тихо подвинулся ближе к Киму так, что их ноги соприкоснулись. В тот же момент Мин возмущённо ахнул и приоткрыл рот, намереваясь сказать пару ласковых, когда почувствовал небольшой вес на своих плечах. Медленно развернув голову, он обнаружил накинутый на него и Джина небольшой, но довольно мягкий плед. — Так лучше? — заметив чужую растерянность, аккуратно поинтересовался Хёнджин, — Если некомфортно, просто скажи, я отодвинусь. — Да ты вообще… — переведя взгляд со своего прикрытого плеча, он хотел было возмутиться, что это странно, это смущает и вообще, но встретившись с прищуренными от улыбки глазами, только и смог выдавить тихий ответ, — Н-нормально. — Вот и хорошо, — вновь по-кошачьи улыбнувшись, Хван развернулся и, достав кисть из баночки, вновь начал выводить линии. Только вот Ким не смог также быстро расслабиться. Слишком близко. Слишком непривычно. Просто слишком. В попытке отвлечься от тепла чужого тела, что ощущалось чересчур приятно, Сынмин незаметно перевёл взгляд на закреплённый на мольберте ватман и удивлённо приоткрыл рот, невольно задержав дыхание. На бумаге был изображён ночной город. Слегка нечёткие из-за движения машины, уже начавшие желтеть деревья, пара многоэтажек по бокам, мотоциклист, надевающий шлем, и звёздное небо. Огромное количество звёзд, что невозможно увидеть в Сеуле, которое оживляет рисунок и дарит ощущение чего-то такого далёкого, но и в то же время невероятно знакомого и родного. Изящная кисть продолжала выводить листки на деревьях один за другим, приближая картину к её завершению. Работа не была идеальной, но в тот момент Киму было не до каких-то там изъянов и недочётов. Резко выдохнув, парень даже не заметил, что просидел так слишком долго. В реальность вернула чужая рука, что коснулась его пальцев. — Ты чего? Тебе сейчас всякая мошкара в рот залетит, глупый. — Это так красиво, господи, — пробормотал Сынмин, не отрывая глаз от картины. — Так ты из-за этого, — Хван гордо улыбнулся, но резко посерьёзнел, раздумывая о чём-то важном. Наконец, он выдохнул и с полуулыбкой предложил, — Я подарю её тебе. — Ты что? — вернувшись в реальность, Мин непонимающе поднял глаза на довольного своей идеей Хвана. Ким в явном замешательстве, а ещё и карие глаза напротив смотрят так тепло, с нескрываемым счастьем и чем-то ещё? Или это ему уже кажется? — Эй, ты уверен? Ты наверняка потратил на неё довольно много времени. Так детализировано ведь… — Разве это важно? — А что, разве нет? Да и вообще, ты так просто отдаёшь свой труд первому встречному, ты уверен, что это нормально? — Ты не первый встречный. — Я тебя не понимаю. — Мин, я бы отдал все свои картины, лишь бы ты только понял, насколько понравился мне. Молчание. Сынмин пару раз моргает, пытаясь понять, действительно ли он услышал последнее предложение верно. Судя по отведённому взгляду и порозовевшим щекам Хёнджина, ему не послышалось. Вдох-выдох. Щёки щиплет. Мысли разбегались и не давали здраво оценить ситуацию и сопоставить чувства. Этого человека он знал всего пару часов. Он интересный, хочется сказать, что Джин ему невероятно нравится. Непонятно, точно ли он имел в виду романтический план. Он очень милый, хочется всегда видеть его улыбку. А что если Мин сделает что-то не так, и они больше не увидятся? У него такие пухлые губы, хочется… — Чёрт, мой мозг сейчас взорвётся, — спрятав в ладонях покрасневшее лицо, выдавил Ким. Слегка раздвинув пальцы, он выглянул в созданную щель и, встретившись с недоумевающим взглядом, тут же соединил их обратно. — Так и знал, что это произойдёт, извини, — также тихо ответил Хван, — мне не стоило говорить этого, прости, пожалуйста. Если я ещё не всё испортил, то давай, может, попробуем просто дружить? О, нет, это звучит слишком жалко. Я такой идиот, я… — Помолчи немного, я думаю, — прозвучало слегка грубо, но сработало. Спустя пару секунд, он наконец убрал слегка трясущиеся руки от лица. Посмотрев куда-то вдаль, он неуверенно и тихо что-то невнятно прошептал. — Прости? — Тоже. — Что? — Да говорю, ты мне тоже понравился, придурок, — заливаясь краской всё сильней, чуть громче обычного сказал Ким, но заметив насколько странно это прозвучало, понизил тон и продолжил, — Но я не знаю, мы всё ещё слишком недолго знакомы. Прямо сейчас я не хочу давать никаких обещаний, но мы могли бы попробовать узнать друг друга чуть лучше?.. — Сынмин… — на чужом лице отобразилось множество эмоций, однако искренняя улыбка выдала то, насколько Джин стал счастлив после услышанного. — Даже не думай, что я повёлся на твоё красивое личико. Имей в виду, если я захочу, то мы больше никогда не увидимся. — Эй, это не смешно, я и обидеться могу. — Но я же вижу, как ты улыбаешься, — не поворачивая головы, с легким смешком произнёс Ким, и именно в тот момент Хёнджин понял, что всё. Он не сможет вернуться обратно. Только не после этого тёплого взгляда вечно уставших глаз. Только не после той частички души, что ему открыли сегодня. Только не после этого сильного чувства, что зародилось сегодня и не собиралось растворяться где-то на подкорке сознания. Он окончательно провалился в эту бездну под названием Ким Сынмин и был совершенно не против такого исхода. Хван будет готов сколько угодно ждать того момента, когда они станут достаточно близки, чтобы он смог без смущения взять чужую руку, когда они пойдут гулять по парку. Он будет терпеливо ждать, когда Мин сам его обнимет и пробормочет какую-то язвительно-милую чепуху. Хёнджин будет ждать того дня, когда он сможет поцеловать Кима и услышать никогда не слышанные ранее нецензурные выражения, а после вдоволь насладиться порозовевшими щеками и притворно-злобным взглядом. Он знает, что это всё у них будет, он знает, что эта встреча была неслучайна, он знает, что сделает всё, что угодно, чтобы сделать этого человека счастливым. А самое важное, он видит в отражении чужих глаз самого себя и готов поклясться, что точно такие же мысли сейчас пронеслись и в голове этого удивительного парня напротив.