Слеза Аарона
***
Аарон сидит на кресле-мешке. В руках толстая тетрадка. Примерно 98 листов. На обложке было подписано неровным почерком Nicky Xammick , а ниже было мелким шрифтом написано Личный дневник . Тетрадь была розовая, край обложки был смят. Он уже видел эту тетрадку раньше. Из-за него и помялся конец обложки. Он смотрел на эту тетрадь, будто в ней были все ответы на его вопросы о Ники. Он уже читал этот личный дневник. Всего две страницы, все две страницы, чтобы поменять мнение о его шутливом брате. Он прочитал их, когда его только приютили... Когда Ники только стал его семьей. Он помнил, как ему снился кошмар о матери, он помнил, как после двухчасовой истерики хотел чем-то занять глаза. Как раз тогда он увидел эту тетрадку на кухонном столе. Он быстро посмотрел на обложку, фыркнул по типу: ему и так хуже не будет. Он прочитала всего лишь 2 чертовы страницы. Они были пропитаны любовью и слезами.Всем привет! Меня зовут Ники Хэммик! Сегодня 15 июня, и это первая страничка в этом дневнике. Я не знаю, много ли будет написано здесь, но надеюсь, что в будущем я избавлюсь от этой привычки. Когда я был моложе, у меня был дневник, но мой отец его нашел. Он порвал его и сильно избил кнутом, называя меня грешником... Хах... Было больно. Сейчас же я живу со своими братьями? Нет... Со своими 15-летними сыновьями? Скорее всего, они бы убили меня, услышав это... Я просто хочу дать им то, чего у меня не было. Я надеюсь, что смогу заменить им семью. Сейчас я вам про них расскажу! Они такие милашки!!! Аарон и Эндрю. Они блондинистые, глазки карие... хммм, хотя, наверное, ореховые! Очень приятный цвет. Они низкого роста... Вроде бы 152? Ну ничего страшного! Они все равно очень милые!!! Я бы даже хотел стать на несколько сантиметров меньше, где-то 165? Я думаю, мило бы смотрелось. Ну ладно, не суть. Аарон немного хмурый, всегда стоит на своем, вообще не любит делиться. Иногда даже мою одежду из гардероба таскает. Он думал, я не заметил? Ох... Я даже побольше вещей купил себе, я надеюсь, Ари поймет мой намек. Он любит энергетики! Ну прям ОЧЕНЬ!!! Я не против них, но не по 4 банки за раз... Я очень переживаю за его сердечко! Надеюсь, он не посадит его, а если придется операцию делать... Господи боже! Ники, хватит! Ничего такого не будет! Но если все-таки что-то случится... Я обязательно пожертвую свои органы!.. Дальше идет Эндрю. Он выглядит спокойно. Наверное, даже безразлично? Он носит повязки. Он думает, что не знает, что я знаю о его секрете с повязками... О нет, я очень все хорошо знаю..... Мне очень жаль, я надеюсь, нет-нет, я МОЛЮСЬ, чтобы я не нашел труп одного из своих сыновей... Слава богу, это вроде прекратилось... Эндрю — дикая сладкоежка. Ох, боже, он слишком любит сладкое! Я боюсь, что он подцепит типа сахарного диабета? Или как он там называется. У нас всегда стоит по 6 ведерок мороженого, а в холодильнике много всякой сладкой вкуснятины... Я не против, но надо есть поменьше... В общем, всё отлично! Дети сыты, одеты, крыша есть, карманные деньги тоже есть... На сегодня всё! Спокойной ночи, личный дневник.
Аарон и не заметил, как по его щеке текла слеза. По-моему, 3? Первые две скатились еще на строчках про донорство. — Неграмотный па...па... — Аарон быстро вытер глаза и убежал в спальню. Той ночью он долго думал... и сошелся с выводами, что Ники — их родитель.***
Настоящие Аарон так же сидит на кресле-мешке. Он нервно вдыхает воздух и всё-таки открывает тетрадь. Перелистнув две страницы, начал читать. Он читал долго. Успели вернуться даже ребята, но Аарон сбежал с тетрадкой в библиотеку. Он продолжал сидеть и читать. Почти все страницы вкусно пахли. Орехом и карамелью. Эти духи просто обожал Эндрю. Он купил их специально для Миньярда. Но сначала удосужился перепрыскать всю бумагу. Были истории и так, и хорошие, и ужасные от слова совсем. Для каждого лиса была отдельная страница. Ники писал всё, о чем он думает. Он написал, что хоть Нил и милый, но иногда прям хочется ему вломить. Это нормально... Но всё же он думал, что это неправильно. Была страничка о Мэтте. Он говорил, как хочет больше с ним общаться, но боится, что потратит его время... Так же Ники писал всё, что творили близнецы, а к каждой смешной истории была фотография. Последняя запись Хэммика заставила Аарона заплакать. По его щеке пробежала слеза. Глаза покраснели. Ему было стыдно за то, что считал Ники прилипалой, за то, что тот шутил несмешные шутки. Его губа задрожала. Он попытался успокоиться, но, прочитывая последнюю фразу, его снова пробивало на слезы. Он набрал Эндрю. Он написал ему, чтобы тот забрал его из библиотеки в конце города, так как ему стало плохо. Миньярд лишь отправил короткое «Хорошо». Аарон убрал тетрадь в сумку, пряча за учебниками. Он направился на выход и начал ждать брата. Эндрю приехал спустя примерно 20 минут? Аарон сел на заднее сиденье и облокотился о стекло лбом. — Хочешь поговорить? — Нет... Не сейчас. — Доехали они в тишине, но вот слезы все равно капали с подбородка Аарона. Эндрю, конечно, их видел, но не стал его донимать. Не сейчас — значит, не сейчас. Миньярд просто не мог выкинуть самые тяжелые страницы Ники... Он старался не думать о последней, старался...Так-так! Сегодня 17 июня. Родители опять звонили, опять спрашивали... Я их разочарование... Ну, по крайней мере, так говорил папа... Я не понимаю, что не так? Я очень хочу с ними наладить отношения, но они не хотят меня принимать... Я так устал! Я очень устал... Вот бы близнецы хоть чуточку хорошо ко мне относились... Ну ничего!
Вторая по списку. Это еще легонько. Слишком легкая для последней части.Такс, 19 августа 2007 года... Это последняя запись. Как я уже говорил, Нил и Эндрю начали встречаться. Я безумно счастлив за них... Эндрю расцвел с Нилом, и я очень рад этому. У Аарона тоже всё хорошо, я надеюсь, что через годиков пять он подарит мне племяшек. Я буду очень рад... Мои детки так выросли, даже не могу поверить, что сижу и плачу. Да, с этими придурками было тяжко... Даже слишком. Но, боже, я смог переступить это. Я отдал всего себя... После произошедшего на День благодарения я окончательно разочаровался в своих родителях. Мне страшно представить, что было бы, если бы их забрал бы мой отец?... Боже, нет... Я до сих пор помню, как ко мне пришел Эндрю. Я помню, как он спросил меня о проколе брови. Он тогда впервые у меня что-то спросил... Я тогда, конечно же, согласился, это его тело, и он вправе им распоряжаться! Я очень рад, что Эндрю переборол всё и начал со мной хоть как-то контактировать.... Аарон, солнце... Он стал намного мягче ко мне относиться! Я очень этому рад... Хоть он и бывает очень злым, а иногда капризным, но он же тоже человек. Он тоже имеет право показывать свое недовольство. Я даже помню, как после его скандала я рыдал в туалете полночи... Ахах... А потом взял нож и сделал маленький, глубокий надрез. Я так устал быть проблемой для них, что думал, если покончу с собой, то им станет легче... Как же хорошо, что Аарон спустился тогда ночью и дал мне леща... Думаю, после этого случая в доме перестали появляться острые предметы, от ножей до обычной бритвы. Очень было стыдно, но мы это пережили. Сейчас уже всё хорошо. Мои мальчики выросли, выросли... Даже сейчас я плачу... Вы выросли, и я вам больше не нужен. В конце августа я наконец-то смогу оставить вас... Уехать к Эрику... Я всегда буду их любить, я пережил многое, но я справился... Я рад, что мои кузены не отвернулись от меня, и я... хотел бы сказать им новость, но ужасно боюсь. Так что, личный дневник, слушай... В январе я улетал в Германию на три дня, нет, это был не отдых, я сдавал свое *семя*, боже... Как стыдно... Мы с Эриком поговорили и решили, что мы хотим ребенка. И мы решили, что я буду биологическим отцом... А раз я отец, то мои кузены будут крестными... Ну, я надеюсь. Девушка уже скоро будет рожать... Больше всего меня породило не то, что у меня будет дочь, а то, что у меня будут близняшки... Это какое-то наказание? Хотя нет... Это счастье. Я хочу, чтобы Эндрю и Аарон назвали моих девчушек. Хочу, чтобы они были их дядями... Я хочу дать им счастье и дать им нормальную жизнь.
***
Выйдя из машины, Аарон направился к общежитию. Он ворвался в комнату Ники. Хэммик был немного напуган. Он собирал сумку. Ники заметил, что Миньярд рыдал, но Аарон подошел к нему и вцепился в его объятия. — Что случилось? Аарон, боже? Что такое, солнце? — Я хочу, чтобы вы назвали свою дочь Ниа... — Ч... что? Аарон, ты серьезно? Погоди, ты откуда знаешь? — Аарон протянул ему его личный дневник. В проходе стоял Эндрю. Ники залился краской. Стыд. Дрю подошел поближе. — Дочь? — поинтересовался Эндрю. — Ну, вообще-то, дочки. — У тебя будут дети? Ты же гей? С Эриком расстался? — Нет-нет, я сдал свою сперму, и теперь девушка вынашивает мне моих детей... Ну и так получилось, что это близняшки... И, кстати, я хотел бы, чтобы вы назвали их. Ну, типа, каждый дал свое имя... — Ники отвел взгляд. А Аарон начал вытирать слезы. — Мики. Ники посмотрел на Эндрю, тот слегка улыбнулся. Это была 4-я улыбка после снятия таблеток. — Мики и Ниа... Спасибо... — Ники расставил руки для объятий, не ожидая, что оба близнеца его обнимут. — Спасибо, папа Ники... — со всхлипом произнес Аарон. Хэммик разрыдался.
