ɾҽɱҽɱႦҽɾ ɱҽ

|ρʅҽαʂҽ ɾҽɱҽɱႦҽɾ ɱҽ|

— Я седьмой преемник Хаясэ, Тэхён. — Парень? — удивлённо бровь левую Чонгук поднимает. Тот кивает, невозмутимо с пола книги собирать начиная. — Вы наверняка удивлены, но не беспокойтесь. Преемники Хаясэ должны быть женского пола, но, к сожалению, моя мать умерла, не успев родить девочку. — юноша рассматривает книг обложки, с любопытством их изучая. — Ясно, — с интереса каплей за Тэхёном Чонгук наблюдает, изучая задумчиво. Но в итоге обратно к книге он, что читал как раз, и возвращается. — А романы Вы не читаете? — спрашивает. — Моим предкам хотелось научить Вас любви между женщиной и мужчиной. Сейчас, если Вам интересно, популярен роман <Любовь живёт допущением>. Хотите я Вам его принесу? Чонгук не отвечает, чтение продолжая. Не отвлекаясь на очередную Хаясэ реинкарнацию. Те стали для него сквозь все столетия эти чем-то обыденным. — Вам не стоит волноваться обо мне. В отличие от своих предшественниц я не собираюсь Вас соблазнять. Вы можете быть спокойны. Меня привлекают только девушки. Чонгук в ответ лишь хмыкнул, с шумом перелистывая. Было бы хорошо. Правда. Хотя бы немного спокойствия на несколько лет. — Кстати, в чем смысл твоего прихода? — Вам грозит опасность, — Тэхён произносит спокойно, уверенно на Чонгука смотря взглядом своим, что чернее ночи. Все они такие — преемники Хаясэ. Тёмные волосы, тёмные глаза, кожа светлая и странное маниакальное желание с Чонгуком быть. Он не уверен, любовью ли это люди называют? Маловероятно. Но Тэхён, кажется, другой. Хотя бы пол у него уж точно не женский. И родить ребёнка он от Чонгука не хочет. Какое облегчение, хах. Даже если Хаясэ род поколение за поколением его преследовать продолжает, защитой драгоценного Бессмертного, Чонгука то есть, прикрываясь… Они, Хранители, хотя бы что-то хорошее делают — людей спасают, да, стукеров уничтожают, помогают мир и баланс сохранять. То, что ему, тому самому Бессмеру, не под силу. К сожалению. Поэтому, возможно, не такая уж и большая плата позволить реинкарнациям Хаясэ, чья суть всегда одна и та же, поблизости быть. Так когда-то Чонгук подумал. И что в итоге? — Мы уже два века существуем. Собираем последователей, боремся со стукерами, защищаем мирных людей. Но сейчас ситуация усложнилась. Появились враги, что нам равны и в силе, и в количестве. Они против Вас. Против нашей веры в Вас. — объясняет Тэхён, но в позе расслабленной оставаясь. — Нам нужна Ваша помощь, Чонгук. Чтобы Вы стали нам другом. Тот хмурится. Книгу в сторону откладывает. И смотрит прямо Тэхёну в глаза. Те самые, что чёрные, словно кофе. Его же собственные такие яркие. Такие зелёные, будто зелень, будто жизни касание, будто изумруда кусочек. Это на секунду Тэхёна из колеи выбивает. Цвет глаз Чонгука красивый. Слишком красивый. Ох. — Другом? — повторяет тот. — Другом я вам стать не могу. Но… Я буду рядом, если это убережет кого-то от бессмысленной смерти. Хранитель удивлённо на Чонгука уставился. Уголки его губ слегка поднимаются, искреннюю улыбку создавая. Бессмер и правда удивительный. Как и говорилось в Тэхёна предков трактатах. Хорошо, что он пола мужского, а то наверняка, как и его предшественницы, в Чонгука влюбился бы. Правда же? Ведь так? Ох. Тэхён теперь не уверен почему-то. <Хотя бы немного спокойствия на несколько лет>? Уж точно, Чонгук, к сожалению, нет.

|ρʅҽαʂҽ ɾҽɱҽɱႦҽɾ ɱყ ʅσʋҽ ϝσɾ ყσυ|