Холодный ветер

       Холодный ветер медленно раздувал моё лицо, и я сделала затяжку сигареты, вытягиваясь, будто от этого зависит моя жизнь. Это водохранилище, расположенное рядом с нашим домом, раньше было нашим любимым местом её и Филиппа. А теперь я не знаю. Я не знаю, что ты любишь, кого ты любишь…        Шел 2000 год, прошло 6 лет после свадьбы, и то, чего я боялась раньше, начинало рождаться на яву. Как жаль, что не начало рождаться, то что я хотела.       Рассвет был на горизонте моего взгляда, и я села на холодный песок, почувствовав дрожь в ногах. Я сильнее укуталась в кардиган, зажав губы. Почему хочется плакать? Почему мне делают больно? Почему я не могу отпустить? Я не знала ответов на эти вопросы, и продолжала вдыхать в себя дым никотина, выпуская его, глядя в «никотиновое облако». А потом я закрыла глаза, и увидела тебя.        Наверное, это 94 год. Ты такой наивный, влюбленный в меня парень, смотришь на меня с любовью всего мира. Будто я твой воздух, и ты не можешь надышаться. Ты обнимаешь, целуешь, утешаешь меня словами о любви, и я таю.        Я и сейчас не могу сдержаться, и чувствую горячую слезу на своей щеке. А потом ещё одну, и ещё. Я просто устала жить без тебя. Когда-то, я была твоим воздухом, но очень быстро ты сменил свой кислород на сцену. И ты, наверное, думал, что я вновь поверю твоим словам: «Алла, но я ведь всё в семью. Я хочу, чтобы у нас всё было!». Я понимаю твою любовь к сцене, ведь сама такой была многие годы, будучи с маленьким ребёнком на руках. Но ведь ты же обещал…        Твой контракт на год меня окончательно добил. Я тогда уехала из дому, а ты без зазрения совести сел в самолёт, не оставив ни одного сообщения. И тут я поняла, что это конец. Я хочу отпустить тебя, чтобы ты был свободен от обязательств на стороне. Да и развод тебе принесёт хороший пиар. Ты же любишь всеобщее внимание.        Наверное, я потеряла тебя навсегда. Раньше, если случалось подобное, я знала, что мы помиримся, оправдывая такие ситуации тем, что ты просто слишком молод. Но тебе уже не 5 лет, и сам ты хорошо соображаешь, и сам понимаешь, что это конец.       Только я не знаю, как уйти. Я люблю тебя больше жизни, и теперь ты являешься моим кислородом. И мне тяжело дышать, когда я понимаю, что ты очерствел, стал, будто чужим мне. Будто мы и не знали друг друга все эти годы.        Я беру новую сигарету, и понимаю, что уже вся дрожу от холода, и я встаю на ноги, глядя на наручные часы. 6:45. С добрым утром, Алла Борисовна.        Я направляюсь к дому, и я, действительно, хочу подать на развод. Я хочу отрезать «наживо», и жить дальше, идти к старости одной. Потому что я больше так не могу…        При входе я вижу твою машину, которой не было, когда я уходила. Нет. Ты же не мог приехать! Я открываю дверь и захожу в дом. Прохожу в гостиную и пусто. На кухне тоже никого нет. Я вновь иду в гостиную, и я слышу твои шаги сзади. Ты рядом. Твои руки ложатся на мои холодные плечи и ты утыкаешься в мои волосы, и я не могу сдержать слёз.       — Я идиот, — говоришь ты, и оборачиваешь меня лицом к себе. — Не плачь, пожалуйста. Я не стою твоих слёз.       — Ты идиот, кретин, придурок, дурак, и… И всё плохое — это ты!       Я утыкаюсь тебе в грудь, вдыхая родной запах мужа. Я чувствую, что тебе тяжело.       — Я отказался от контракта. Всё буду записывать в Москве. Я сократил график гастроль. У меня теперь много времени, чтобы провести его с тобой. Я знаю, что разочаровал тебя, заставил усомниться в своих к тебе чувствах, — ты обнимаешь, и я понимаю, что лучшего я и не испытывала в жизни. — Всё будет по другому. Я люблю тебя.        Я всё ещё плачу, и ты гладишь меня по спине, стараясь утешить, успокоить. Я слышу твоё бьющиеся сердце, и прижимаюсь сильнее, стараясь чётко слышать биение.       — Ты сильно замёрзла? Где ты была такой распахнутой?       — Я шла к реке. Сейчас я в тепле. Пошли спать. Мы устали.        Я отступаю, и беру тебя за руку.       — Вместе? — тихо спрашиваешь ты, глядя мне в глаза.       — Можешь и отдельно леч…       — Пошли.        Мы уснули в обнимку, прижавшись друг к другу. И я, наверное, опять проявляю слабость, вместо того, чтобы уйти. Но как я могу уйти от своей жизни?