Много слов не нужно

Вай выглядела весьма довольной жизнью. Она разгулялась не на шутку, угостив всех посетителей бара за свой счёт, победив трёх человек в борьбе на руках, швырнув деньгами в танцовщицу у шеста с просьбой двигаться порезвее и выгибаться поискуснее. И, конечно же, пила. - Твоё здоровое! - гаркнула она, обращаясь к улыбающемуся толстому бармену, похожему на какой-то монструозный гибрид рыбы, земноводного и человека, после чего опрокинула в себя стакан и потребовала добавить, что бармен с готовностью исполнил. Появившись в баре, Экко быстро узнал подругу по вызывающе ярким розовым волосам. - Эй, - обратился он к девушке, подсев к ней за стойкой. - Экко-о-о-о! - радостно протянула Вай, растягивая губы в полупьяной улыбке. - Выпей со мной! Давай, друг, бахни и ему тоже! - Вай вновь раскошелилась перед хозяином заведения. Тому повторять не требовалось. - Что-то празднуешь? - поинтересовался парень спокойным тоном. - Ага-а-а! - протянула девица, пододвигая приятелю полный стакан. - Давай! На брудершафт! Давай, не обижай меня, Экко! Делать нечего - Экко взялся за стакан, они скрестили руки и залпом выпили, после чего Вай притянула парня к себе и засосала в губы. - Хм... - с сомнением произнёс он, когда их поцелуй разорвался, а Вай, как ни в чём не бывало, обернулась к танцполу, у которого собралась толпа посетителей, оживлённых энергичным танцем стриптизёрши, одежды на которой становилось всё меньше и меньше. Вай присоединилась к этому оживлению, вместе со всеми ритмично хлопая в ладоши и крича подбадривания танцовщице. - А что празднуешь-то? - спросил Экко, не сводя глаз с непривычно весёлой девушки. - Что? - увлечённая танцем, переспросила та. - Празднуешь, спрашиваю, что? - А-а-а! Новую жизнь! - бодро ответила она. - Вот как? - Да! Давай ещё выпьем, а потом я тебе кое-что покажу... Вздохнув, Экко вновь выпил с подругой на брудершафт и вновь позволил себя засосать. - Та-а-ак, ребяту́шки, я вас покину, но не скучайте! Всем снова за мой счёт! Оживлённые посетители, гомоня, направились за бесплатной выпивкой, а Вай схватила Экко под руку и потащила к выходу, на ходу швырнув деньгами в сторону стриптизёрши, которая благодарно подмигнула. - Ты химбаронессой, что ли, стала? - поинтересовался Экко. Вай хрюкающе рассмеялась. - Сказанёшь же! Нет, идём, идём! Они покинули шумный бар, а Экко вдруг понял, что девушка не столько куда-то его ведёт, сколько за него держится, обретая в нём опору, пока её ноги нестройно вышагивают. - Э-гей, Вай, что-то мне за тебя неспокойно. - А что такое? - вскинула брови подруга. - Да ведёшь себя очень странно... Куда мы идём-то? - Да хоть куда... давай к тебе! Экко послушно отвёл девушку к себе. Если бы не он, Вай, вполне вероятно, уже ползла бы на четвереньках, но ей повезло с другом, готовым подставить своё крепкое плечо. - У-у-ух! Как у тебя тут просторно! - Хм, - Экко с сомнением окинул взглядом свою довольно-таки тесную комнатушку, где помещалась только кровать и едва оставалось место, чтобы заняться физическими упражнениями. - М, так, я же тебе хотела показать... - по-прежнему держась за него одной рукой, второй Вай чуть порылась в кармане и достала из него что-то металлическое. - Гляди! - с горящими глазами Вай показала другу полицейский значок. - Это... э... - Экко взял значок в руку и повертел. - Я теперь легавая, можешь себе представить? - Вай зашлась в приступе хохота, упёршись в плечи парня обеими руками и уткнувшись в него лбом. - Главный помощник шерифа! - Это та, что ли... как её... кексик которая? - поинтересовался Экко. - Ага, она самая! - Вай с усилием отлипла от друга, попытавшись принять устойчивое положение. - Вот уж чего я от тебя не ждал... - не зная, что и чувствует по этому поводу, Экко вернул подруге значок. - Да и я сама! - хихикнула девушка, поднеся значок поближе к лицу, а затем чмокнув и упрятав обратно в карман. - Ну ладно... Поздравляю... кажется, - с сомнением произнёс Экко. - Да не пережива-а-ай! - успокоила его девушка, обняв за шею и положив подбородок ему на плечо. - Я всё ещё своя в доску... и в остальные места. Просто буду надирать задницы отъявленным мразям, а беспризорных детишек пристраивать... Даже не думай, что я забуду свои корни! - Да я и не думаю... Мне просто нелегко привыкнуть... к этим. Вай шумно вздохнула, после чего отстранилась. - Не унывай, Малыш! - она по-свойски провела костяшками по его подбородку. - Жизнь налаживается... этими... шагами... то есть, шажочками... или, даже, шажочечками... - Ты много выпила, - заметил Экко, подводя её к кровати. Парень планировал лишь уложить девушку и укрыть одеялом, однако в этот момент она обвила его шею мускулистыми руками и вынудила наклониться к ней. - Вай, не глупи. - Экко! Экко! Я не хочу лежать здесь одна! - Тебе надо проспаться. - Я не хочу спать! Я хочу... Она притянула его ещё ближе, обдавая алкогольным дыханием. Её подёрнутый пьяной поволокой взгляд всматривался в его черты лица, уделяя особое внимание полным негритянским губам, при взгляде на которые девушка облизнулась. - Вай, ты пьяна... - А то сама не знаю! - огрызнулась девица. - Я теперь буду жить на всю катушку и ни в чём не стану себе отказывать. И если я хочу, чтобы мой лучший друг меня трахнул - он меня, чёрт возьми, трахнет! - А чего хочет друг, ваше высочество интересует? - Пф, нет, - фыркнула Вай и потянулась к нему со страстным, умелым поцелуем, пуская в ход язык и разглаживая руками его накачанные плечи. Ощущение кожи, натянутой на крепкие мышцы, ещё больше распаляло Вай, пьянило так же, как давший в голову алкоголь. - Вай, не... - разорвав поцелуй, воззвал к остаткам рассудка девушки Экко, но она просто протянула ладонь и сквозь штаны ухватила парня за его достоинство, заставив сдавленно охнуть. - Не нуди, - просто ответила она и вновь припала ко рту парня, суя внутрь него свой язык, в то время как рука, насколько позволяли плотные штаны, попыталась обхватить и дрочить член. Вай очень хотелось увидеть и ощутить его внутри себя. Тюремные развлечения, при всей изобретательности, были грубыми, почти (или даже не почти) насильственными, а после долгожданного обретения свободы круговерть стремительных и трагических событий не позволяла тратить время на естественные потребности. И вот теперь, лёжа пьяной в чужой кровати, Вай в полной мере ощутила, насколько ей нужно после всего забыться в чьих-то крепких объятиях. Экко же при этом преследовало ощущение неправильности. Он помнил себя малолеткой, которого розоволосая девчонка-подросток учила ставить удар, обрабатывала ссадины после неудачных падений, отмывала от грязи, утирала слёзы, целовала ранки, чтобы быстрее зажили. Она была для него примером для подражания, именно вдохновляясь ею, он стал лидером. Он никогда не рассматривал Вай, как... Но возбуждение, волей-неволей, охватило его - от вкуса губ и прикосновений девушки. Совесть и этика говорили ему, что он должен сделать над собой усилие, отстраниться и приложить усилия для того, чтобы девушка мирно выспалась, а когда проснётся - ей вряд ли придёт в голову подобное непотребство. Но в её взгляде, голосе, прикосновениях было столько отчаянной надежды, затаённой боли и одиночества, что парень просто не нашёл в себе сил. И он поддался, лаская глубоко дышавшую девушку. Его руки избавляли её от одежды, её руки избавляли от одежды его... Пальцы Экко вычерчивали по коже Вай замысловатые дорожки, повторяя линии её тюремных наколок. Он никогда не решился бы спросить, через что ей пришлось пройти. Она закинула ноги ему на спину, целовала обрамлённые волосами тёмные соски, а он, стараясь делать это как можно мягче, ласкал её небольшие груди. Толстые губы ласкали шею девушки, заставляя ту сладостно мычать и выгибаться. Умелые пальцы девушки высвободили наружу толстый чёрный член, обхватили его и двигались трубочкой вперёд-назад, натягивая и стягивая покрывавший ствол кожаный мешок, заставляя парня охать. Извиваясь, словно змея, Вай приблизилась лицом к его излучающему мужскую мощь органу, ласково провела пальцем по узкому отверстию в открытой головке, из которого выступила вязкая капелька, недолго думая - засосала эту головку, как при поцелуе, заставив Экко по-настоящему задрожать. Она ощутила языком сладковато-горьковатый привкус выступившего секрета, свела собственные ноги в сладкой муке разгорающегося между ними пожара. Засасывала и засасывала, двигая головой вперёд-назад и с каждым разом захватывая всё больше. Собственное тело требовательно горело, вынудив протянуть руку и хоть немного унять это пламя, гладя пальцами влажные складки. Экко упёрся в постель крепко сжатыми кулаками, стоя практически на четвереньках и глядя в простынь, в то время как одна часть его тела окуналась в плен наслаждения, доставляемого умелыми ласками. В нём всё ещё боролись противоречивые чувства, он всё ещё с трудом принимал происходящее, но уже понимал - даже если ему хватит сил совершить титаническое усилие и унять позывы своей плоти, это будет подлый, непростительный поступок по отношению к ней. Зажмурившись, он внутренне окончательно пришёл к согласию с собой. И как только это произошло - он резко подался назад, высвобождая своё мужское достоинство из сладкого плена, подхватывая взмокшую девушку и протягивая выше, укладывая спиной на кровать во весь рост. Она смотрела на него широкими глазами, глубоко дышала, облизывала губы, ждала... Наклонив голову, Экко взялся за собственный член, сохранявший крепкую боевую стойку, и направил его, прижимая к источающему влагу жаркому лону, которое только и ждало того, чтобы быть наполненным. Вновь сладкая мука прошлась вдоль всего ствола, когда нервы передали прикосновение к мягким, гладким и нежным складкам. Не сдержав рычания, он погрузился внутрь, в подготовленный влажный вход, плотно обступивший и сжавший его своими стенками. Вай застонала, вцепившись в плечи Экко и сжав их так, что ногти расцарапали кожу. Он почти навалился не неё, стараясь прикасаться по всей длине, стараясь чувствовать её как можно большей своей частью. Внезапно на него опустилась мысль, что именно так и должны были обернуться их отношения - от глубокой детской привязанности, когда сироты заменяли друг другу семью, от беззаветной заботы с её стороны и безграничного восхищения с его стороны, до того, как уже он заботится о ней, дарит ощущение нужности. В каждое своё движение он теперь старался вложить всю свою благодарность, передать её через ритмичные толчки, ласкание её кожи и поцелуи её губ. Он хотел не сказать ей - он хотел, чтобы она без слов это почувствовала. Его рука легла на щёку измученной своей недолгой, но полной страданий жизнью девушки, провела к подбородку, задевая большим пальцем уголок губ, а глаза держали зрительный контакт. Жаждущий, просящий, благодарный взгляд девушки скрестился с уверенным, заботливым взглядом парня. Она вывернула голову и поцеловала его ладонь, только что ласкавшую её. Она подавалась вперёд-назад, чуть разводя ноги, когда он входил в неё, и резко сводя, когда выходил, чтобы подарить ему как можно более сладостные ощущения, самыми мышцами своего влагалища выразить ему свою признательность - за то, что не оттолкнул, не стал читать нотации, а просто понял и дал то, что ей было нужно. Женские руки обхватывают мужскую шею, мягкая женская грудь прижимается к могучей мужской, крепкий пресс прижимается к крепкому прессу, капельки пота переходят с одной кожи на другую, женская плоть со всех сторон сжимает плотными объятиями мужскую, которая её наполняет. Их уста снова смыкаются друг на друге - и в этот момент уже каждый, не испытывая сомнений, чувствует, что всё происходящее - правильно. Они оба уже давно распрощались с девственностью - но обоим кажется, что они только-только её лишаются.

***

Утро встретило Вай лёгким похмельем. Но, кроме него, было и кое-что ещё. Девушка прижималась сбоку к могучему мужскому стану, чувствуя прикосновение к голой коже, чувствуя, как под накинутой рукой вздымается мощная мужская грудь. Экко спал, мерно дыша. Приподняв голову и слегка поморщившись от боли, подаренной вчерашними порциями алкоголя, девушка залюбовалась его профилем. И мощный нос, и толстые губы казались ей эстетически привлекательными. Вай провела ладонью по груди парня, в который раз наслаждаясь крепостью мышц. Улыбнувшись, девушка положила щёку на крепкое плечо парня и прикрыла глаза. - Доброе утро, - некоторое время спустя пробормотал его голос. Рука, покоившаяся на её талии, пришла в движение, гладя кожу. - Хи, - ответила на это Вай, дополнительно потёршись лицом о его плечо. - Ха, - спокойным голосом ответил Экко. Одновременно с тем, как крепче она прильнула к нему, он крепче её обнял. Больше слов было не нужно.