Госпожа Море

Я сидела на чудесном сером бархатистом песке, гладила его и пересыпала. Море сегодня было особенно тихое, его волны плавно бились о прекрасный бархат и переливались на солнце. Должно быть, сегодня был самый лучший день в моей жизни (так я чувствовала тогда, позже это будет чувствоваться ещё ярче…) счастья было особенно счастливым, а все чувства особенно чувственными. Мне было все равно на проходящих мимо людей, я все равно сидела согнув ноги в коленях прямо на песке, хоть и была в довольно дорогом платье. На животе у меня лежал старый плёночный фотоаппарат, а на плечах висела замечательная кожаная куртка, воистину замечательная, очень удобная. На сегодняшний день у меня, признаться, планов не было, впервые за много сегодняшних дней, я просто бесцельно бродила по улочкам города, а потом вышла на этот прекрасный, завораживающий пляж. Издалека мне показалось, что он сияет: и вода, и песок будто были подсвечены изнутри и одаривали всех прохожих своим волшебным светом, волшебным счастьем, но никто его не принимал и быстро убегал от даров по своим «крайне важным» делам. В общем, это прекрасное свечение увидела лишь я, и лишь я приняла его. Рядом с собой я пальцем по песку написала слово «幸福», что означало счастье по китайски, чтобы сияние пляжа обрело истинное название. Признаться, я не знаю с чего решила назвать это свечение счастьем, ведь море и песок вряд-ли были счастливы: никто из знакомых их не замечал, все быстро бегали от них по набережной, как от прокаженных. Оттого я и гладила песок, чтоб он не расстраивался из-за глупых проходимцев. Неожиданно для меня и для моря, по воде пробежала яркая девушка в красивом геометрическом белом топе, она так радостно смеялась. Наверное, она тоже увидела этот свет и сейчас наслаждается им от моря, а я от песка. Я выпрямила ноги, чтобы получше разглядеть ее. Она была истинно красива, привлекла бы внимание кого угодно. Я огляделась по сторонам. Помимо нас на пляже никого не было, все все ещё бегали по тротуарам, никто не стоял и не смотрел на счастливую даму в море, никто не смотрел на мечтательницу на песке. Неужто эта радостная особа здесь одна? Неужто никто не снимает ее счастья и единения с морем? Я немедленно подняла фотоаппарат и сделала несколько ее снимков. Даже если никогда ее больше не увижу и не смогу отдать фото, они просто будут со мной, напоминанием о лучшем дне в моей жизни. Я поднялась с превосходного бархата и так, не отряхиваясь, побрела в сторону бегающих людей, в сторону терпеливого старого дома, где была моя тихая квартира с грубым балконом, где я могла бы проявить фото госпожи Моря, где я бы могла завершить свой самый счастливый день в жизни, завершить его в четыре дня. Дома тихонько здоровались со мной пока я шла. А люди все бегали, бегали и бегали, даже дети куда-то бежали. Я ощущала себя ленивым котом в логове мышей. По приходе домой, я тут же, не моя рук, отправилась в свою проявочную, чтобы полюбоваться сделанными фото как можно скорее. Не смотря на то, что я уже стояла в своей квартире и аккуратно доставала пленку, я не чувствовала завершения этого счастливого дня (самого счастливого, если вы уже позабыли), наверное, я снова выйду на улицу и он будет длиться ещё ровно 4 часа 11 минут. Именно это время рисовалось у меня в голове, позже я этому удивлюсь, и вы тоже. Когда я наконец повесила пленку сушиться, я отправилась пить зелёный чай, купленный в старом магазинчике чая, с фисташковым печеньем на своем грубом балконе (я так его назвала из-за жуткого скрипа, который издавала его дверь) и рассматривать бегающих людей. Честно сказать, я хотела увидеть среди них ту радостную морскую леди, хоть и прекрасно понимала, что в этот район туристы обычно не ходят, а она была похожа на коренную туристку. Я протянула руку и оторвала цветок фиалки, воткнула в волосы. Двери бара, что находился напротив моего дома, звенькнули и я тут же опустила голову, чтобы взглянуть кто вошёл. Эта была та самая леди! Я взволнованно отпила чая и быстро проглотила печенье (чуть не подавилась!), а затем очень быстро направилась к спальне, где висели все мои вещи, и надела зелёную майку и черные шорты. Пленка уже высушилась, а потому я могла подарить её той счастливой незнакомке. Я ступила на горячую каменную дорогу и ярко ощутила это ногой, ведь мои босоножки обладали тонкой подошвой. Прошла несколько шагов и открыла двери бара, которого легче было назвать кафе. За барной стойкой сидела та самая незнакомка, одна одинешенька, она поправляла свои волосы и медленно протягивала какой-то коктейль. Без раздумий я уселась на стул рядом и тоже заказала безалкогольный коктейль. Девушка мимоходом взглянула на меня, а затем уставилась в телефон. — Здравствуйте, — тихо произнесла я, в баре сидели только мы двое и нарушать тишину было неловко. — Добрый вечер? — Она взглянула на меня с недоумением и заправила волосы за ухо. — Вы очень красивая, могу я узнать ваше имя? Она замешкалась. По лицу было видно, что она не рада моей компании, наверное, ее уже достали эти просьбы о знакомстве, но она все-таки ответила: — Ю Джимин. Можно просто Джимин, как делают европейцы, — она слабо улыбнулась.- А я могу знать ваше имя? — Нин Ичжо. Вы туристка или живёте здесь? — Ни то и ни другое. — Тогда что же вы здесь делаете? — Я отодвинула свой стакан в сторону и подперла рукой голову. — Я здесь проездом всего на день. — И куда же вы едете? — В другие города проездом на день, — она улыбнулась немного шире. — Значит, вы путешествуете по миру? — Я снова придвинула стакан к себе и отпила немного. — Да, ищу места, которые сияют, — глаза Джимин мигнули огнем. — А вы? — А я здесь живу. Приехала за лучшей жизнью, хотела проживать «сегодня»… но в итоге моё хобби превратилось в работу, хоть я все ещё люблю фотографировать, я уже не получаю такой радости, какая была раньше при каждом новом снимке. — Я улыбнулась и вынула из сумочки подарочный конверт, в нем лежала пленка. — Но я тоже люблю светящиеся изнутри места, думаю, поэтому мы встретились сегодня на пляже. Я положила конверт на стол и подвинула его Джимин. Она с любопытством раскрыла его и достала снимки. Она ахнула и взглянула на меня с недоверием. — Не волнуйтесь, я не имела ввиду ничего плохого. Просто такая красивая девушка, что счастливо играла в воде привлекла мое внимание! — Я широко улыбнулась. — Все фото, что я сделала здесь, ни одно у меня не осталось. Джимин принялась разглядывать снимки, вертеть их в руках. Иногда она улыбалась, когда фото ей нравилось, иногда ее лицо становилось серьезным, наверное, те фото получились плохими. Она сидела над пленкой минут 10, хотя фотографий было не так уж и много. — Спасибо вам, Ичжо, они такие живые и свечение моря так замечательно передано! Я улыбнулась и положила ей руку на плечо. — Послушайте, Джимин, раз уж вы здесь лишь на сегодня, может быть хотите увидеть места, непопулярные у туристов? — Это приглашение прогуляться? — Угадали. — Ну-у, — она лукаво улыбнулась и приставила палец к губам. — Думаю, мое расписание позволит мне немного погулять, — она сделала очень важное лицо и указала пальцем на маленькую сумку, стоящую возле нее.- Я уезжаю уже сегодня через четыре часа и…- Она глянула время в телефоне. — Одиннадцать минут. Я кивнула и поднялась со стула, она тоже, она взяла свою сумку, ужасно маленькую для дорожной и мы вышли из этого бара-кафе. Я показала Джимин площадь, большую библиотеку, тихое и уютное кафе, где, к тому же, можно было погладить кроликов, я показала ей небольшую полянку, там мы с ней сидели и читали «Маленького принца», который был в ее сумке. — Послушайте, Джимин, раз вы здесь только на сегодня, могу ли я позволить себе маленькую шалость? Ю Джимин спокойно кивнула. Я встала. Мы вместе пошли к пляжу, где я впервые ее увидела. Джимин была в длинных брюках, я присела на колени и закатала их, а затем за руку завела в воду. Все это время она молча улыбалась, ведь точно знала что я хочу сделать. До ее отъезда оставалось тридцать минут, вокзал был совсем рядом, луна была совсем юной и только-только начинала освещать ночной город. Я подошла совсем близко и поцеловала Джимин в самые губы. Она ответила на мой поцелуй, гладя мою щёку. После этого мы попрощались, прямо там, в воде, и она ушла в сторону вокзала, а я ушла в сторону дома, где на столе в проявочной лежала одна фотография Джимин, которая мне особенно сильно понравилась.