Судьба

      Властный, мерзкий, эгоистичный и красноглазый подо… мужчина, коснулся её, такой, неповторимой и прекрасной руки. Хотелось стереть руку в прах, прожечь её насквозь, тем самым, причиняя тому невыносимую боль, или оторвать, чтобы тот больше не смел касаться её.       Липкая и тягучая, словно копоть, ненависть заполонило сердце превращая и душу в чёрный, такой ненавистный, табачный, отвратительный дым.

Хотелось прижать её к себе и увезти отсюда..

Подальше от него.

      Но приходилось стоять с расслабленным лицом, лишь наблюдая за этими манипуляциями от подонка.

Ведь не бывает таких мужчин.

Да и людей.

Не показывать слабость.. Не сейчас.. Нет, нельзя..

      Слух заметил что-то важное, от чего пришлось слушать, этого, черноволосого..       Тихий выдох.       И разве это может быть важнее её?..

***

      Она снова уходит с ним. С этим, чёртовым, Оруэллом. Даже фамилия звучит мерзко и властно. Слишком официально, слишком отвратительно, что хочется стереть её и заставить вообще исчезнуть, как и, впрочем, её обладателя.       Веки на секунду опустились, выдавая эмоции, но шаг не прекратился.       А имя «Джордж»..? «Джордж Оруэлл». Как такое ужасное сочетание можно было сотворить?..

До чего тошно..

      Эти алые глаза, которые, казалось, высасывали всю кровь из неё с каждым днём. Хотелось проткнуть их ножами, чтобы он больше не мог смотреть на этот неповторимый цветок. Нет..

Цветы не настолько прекрасны.

      Хотелось пойти к.. паре прямо сейчас и поцеловать её прямо у него на глазах, как сделал это Большой брат при нём, прямо в детективном агентстве.       Хотелось вырезать эту наглую ухмылку, что расширялась от этой ничтожной победы.

А «ничтожной», потому что это не конец..

Так просто тебе не победить, Оруэлл.

      И раздражала больше всего то, что с этим ничего нельзя было сделать.       И, да. Она его не любила. Нет. Она не могла, но, почему-то, спала с ним, целовалась и держалась за руку.

Почему, Лизель, что он с тобой сделал?..

      Брови нахмурились, а на сердце навалилось уже не двадцати килограммовая гантеля, а целая гиря, что была в раз пять тяжелее.       Как только мы приблизились к друг другу, ты, сразу же, исчезла. Исчезла ты, Лизель. Лизель Зусак, которую я так плохо знаю и которой стала так мало, что, кажется, я схожу с ума..       Скоро, последняя капля станет последней и я не знаю, что будет, хотя..       Нога копнула попавшийся маленький камушек. Как глупо..       Тело остановилось возле моста, а глаза смотрели вдаль.

А мог бы сейчас стоять здесь, с тобой..