Не то он ожидал увидеть. Не то он хотел узнать.

Если бы пару дней назад кто-нибудь сказал Сириусу Блэку, что он будет бояться его, Сириус поднял бы этого человека насмех. Если бы пару дней назад кто-нибудь сказал Сириусу Блэку, что он будет не в силах даже посмотреть на лучшего друга, Сириус воспринял бы это как личное оскорбление и полез бы в драку. Конечно, потом он пожалел бы об этом, ведь говоривший оказался бы прав. Хотя тогда он не был бы Сириусом Блэком. Так что, скорее всего, он обвинил бы говорившего в произошедшем и снова побил бы его. Благо, Сириусу никто ничего не говорил. Если бы пару дней назад кто-нибудь сказал Римусу Люпину, что его будет избегать он, Римус несказанно удивился бы, но потом он от души посмеялся бы над этим, как над хорошей шуткой. Если бы пару дней назад кто-нибудь обнаглел настолько, что посмел бы предположить, будто бы его лучший друг будет бояться его, Римус бы жутко возмутился и не поскупился бы на какое-нибудь заклятие из своего арсенала. Хотя тогда он не был бы Римусом Люпином. Так что, скорее всего, он просто попытался бы проигнорировать слова говорящего, но страх все равно закрался бы к нему в душу. Благо, Римусу никто ничего не говорил. Так почему же сейчас, глядя с задних парт на сидящего спереди Римуса Люпина, он не чувствует прежних дружеских чувств? Он не чувствует вообще ничего. Он не понимает, что с ним произошло. Ему казалось, что единственное что может заставить его отвернуться от друзей—новость о том, что они лучшие друзья с его матерью. Но, видимо, это не так и есть еще что-то… Что-то, что заставляет его трусливо поджимать хвост и убегать при виде Римуса. Что-то, что не дает ему объясниться перед Римусом и самим собой. Сириус знает, что сам Люпин страдает от этого не меньше, и от этой мысли Блэку еще хуже. Джеймс рядом увлеченно рассказывает ему что-то, совсем не обращая внимания на урок. Наверное, опять про Лили, поэтому Сириус даже не пытается слушать. В его голове всего два вопроса: Можно ли считать, что он предал друга? Что он предатель? Римус чувствует пристальный взгляд сидящего сзади Сириуса Блэка, но не оборачивается. Он теряется в сомнениях. Начиная с прошлого дня, они не разговаривали ни разу, и не просто не разговаривали, а Сириус убегал от разговора. Римус ничего не понимает-еще позавчера они общались, как обычно. Они шутили, смеялись, просто разговаривали, бегали по школе от Филча, словом, все было нормально. Не раз ему приходила мысль, что Сириус всё узнал про него, всё, что он так тщательно старался скрыть, но это предположение было настолько ужасно, что Римус отгонял его, не зная, насколько он был прав, и искал новое объяснение. Люпину кажется, что он начинает медленно сходить с ума от этих беспокойств. Ему кажется, что Блэк сам не может понять, что происходит. После урока у Римуса наконец получается схватить Блэка за рукав и отвести в сторону. —Сириус, —решительно начинает он. Тот отводит взгляд. —Что происходит? —Разве что-то происходит? —удивляется Сириус. Наигранно и не слишком убедительно. Возможно, его слова звучали бы правдивее, если бы он осмелился посмотреть на Римуса. Тот лишь вздыхает. Возникает тишина. Каждый из них хочет сказать так много, и каждый из них все равно молчит. —Вы чего там застряли? —кричит им Поттер. Оба вздрагивают. Сириус радуется, что неловкий момент прерван, и пытается как можно скорее сбежать. Опять. Но Люпин вовремя останавливает его, говоря: —Ты снова меня избегаешь. Сириус замирает. —Избегаю? —Блэк издает нервный смешок. —Тебе кажется. —Правда? —зло выговаривает Люпин. —Стоит в поле твоего зрения появится мне, как ты убегаешь! Ты даже сейчас не смотришь на меня! Посмотри мне в глаза и объясни, что происходит! Сириус молчит. Он чувствует себя жалким. —Сириус, —громче говорит Римус. —Что? —Посмотри на меня! —выкрикивает он с таким отчанием, что Сириус не может не обернуться. Не может не посмотреть. Не может не вспомнить. Сириусу всегда было интересно, куда каждый месяц изчезает Римус. Он пытался разузнать у самого Римуса, но тот никогда ничего ему не объяснял. Казалось бы, какие могут быть тайны у Римуса Люпина? Но, по всей видимости, могут, а они ведь договаривались ничего друг от друга не скрывать! Сириус перебрал уже столько теорий, но все они проваливались по той или иной причине. И теперь, увидев, как Римус в очередной раз выходит ночью из спальни, он решил — пора действовать. Блэк осторожно выскальзывает за Люпином, стараясь не разбудить Джеймса, который, к удивлению и неудовольству Блэка, не проявлял никакого интереса к странным исчезновениям друга. «Будет что рассказать-расскажет» говорил он. Вот Римус спускается с холл, беспокойно оглядываясь. Он боится, что кто-то узнает о его тайне. Конечно, он хотел бы рассказать об этом друзьям, но слишком боялся их реакции. И, как бы он не хотел это признавать, он боится, что они расскажут о нём всем. Не специально и не со зла, просто случайно проболтаются. И тогда ему конец. Из темноты к Римусу подходит мадам Помфри. —Идемте, мистер Люпин, —говорит она. Римус кивает. Он еще раз смотрит по сторонам, не замечая внимательно наблюдающего за ними Сириуса Блэка, и, застегнув молнию на куртке и засунув руки в карманы, отправляется за мадам Помфри. Сириус, стараясь идти как можно тише, следует за ними. Что-то здесь не так, он это чувствует. У Люпина есть секрет, это очевидно, но причем тут Помфри? Если только они не… Он отгоняет эту ненормальную мысль. Да, просмотр маггловских фильмов не всегда идет на пользу. Троица подходит к Гремучей иве. Мадам Помфри взмахивает палочкой и ива замирает. Они с Римусом подходят к дереву, и Блэк уже собирается подобраться ближе, как вдруг Люпин резко останавливается. Он медленно поворачивает голову и внимательно вглядывается в то место, где стоит Блэк, и даже не видя его лица в темноте, Сириус чувствует, как тот испуган. Он всю дорогу чувствовал, что за ними наблюдают и сейчас это ощущение стало еще сильней. К тому же, ему казалось, что он слышал шаги. —На что вы там смотрите? —спрашивает Помфри. —Скоро полнолуние. —Мы тут не одни, —медленно произносит Люпин, не отрываясь глядя в темноту. —Одни, —возражает лекарь. —Идемте же, нам надо спешить. Римус не двигается. Он точно кого-то там видел. Мадам Помфри вздыхает. —Люмос Максима, —яркий свет из ее палочки освещает все вокруг. Римус напрягается…но ничего не видит. С неохотой он отправляется вслед за мадам Помфри. Нервы его на пределе и теперь он пугается даже звука собственных шагов. Блэк облегченно вздыхает. В последнюю секунду он успел спрятаться в кусты. Некоторое время он колеблется, но потом решается выглянуть из своего укрытия. Ни Помфри, ни Люпина у дерева больше нет. Сириус хмурится. Куда же они подевались? Неуверенно, с опаской он подходит к иве. Внизу, у ее корней, виднеется яма, странно напоминающая…туннель? Он садится на корточки, чтобы рассмотреть поближе. Туда ли они спустились? Точно также, как Римус, Сириус нервно смотрит по сторонам. Впрочем, даже если нет, разве сможет он, Сириус Блэк, побороть искушение и не посмотреть что там? Конечно, нет. Поэтому он спускается. Люпин стоит у окна, глядя на луну, медленно выплывающую из-за облаков. Он закрывает глаза и глубоко вдыхает, изо всех сил стараясь успокоиться. Стараясь подготовиться к тому, что его ждет. Он знает, что у него не получиться. Он никогда не был готов. Сириус прибывает как раз вовремя, чтобы заметить, как стоявший у окна Римус резко хватается за подоконник. С его губ слетает крик боли. Он падает на пол, трясется всем телом. Блэк едва удерживается от того, чтобы не подбежать к другу, вовремя замечая, что с Люпином что-то происходит. Его руки превращались в лапы с длинными острыми когтями, плечи сужаются, а тело вытягивается и обрастает шерстью. То же происходит и с лицом, теперь мало похожее на лицо лучшего друга Сириуса, больше напоминающее волчью морду… Волчью. До Блэка наконец начинает доходить, что происходит. Перед ним стоит не Римус Люпин, а оборотень. Он пятится. Он ожидал все что угодно, но это было за пределом его ожиданий. Оборотень медленно вращает головой. Сириус боится, как бы он его не заметил. Но вместо этого оборотень завывает и бросается на стену. Бьет по ней когтями, с оглущающим ревом пытается разбить оконное стекло. Видимо, Помфри наложила на нее какие-то чары, потому что попытки оборотня остаются без результата. Поняв это, оборотень снова воет, на этот раз так громко, что Сириус едва не остается без слуха. Теперь зверь носиться по комнате, круша все вокруг, и Блэк невольно задумывается, когда же он поймет, что за дверью тоже есть что сломать и даже присутствует закуска. Последнее ему проверять не хочется, поэтому, собрав все свое мужество в кулак, Сириус осмеливается сделать пару шагов назад. Внезапно, оборотень хватает стол и бросает его чуть выше двери, откуда всего мгновение назад выглядывал Сириус. Дверь сотрясается, а стол разлетается в щепки. Блэк от неожиданности не удерживается на ногах и с громким стуком падает на пол. Воцаряется тишина. Сириус в страхе зажимает рот рукой, стараясь не дышать слишком громко, чтобы оборотень его не услышал. Он слышит, как стучит его сердце и ему кажется, что монстр слышит тоже. Но ничего не происходит. Сириусу приходит в голову мысль, что, возможно, Люпин снова стал собой. Он никак не может вспомнить, что им говорили об этом на уроке. Сейчас он искренне жалеет, что тогда спал. За дверью пугающе тихо, и Сириус решается подползти и заглянуть в комнату. Приоткрыв дверь, он в ужасе замирает. Два красных глаза смотрят прямо на него. Никогда еще Сириусу Блэку не было так страшно. Оборотень медленно начинает надвигаться на него. Вот теперь его точно заметили, и теперь ему точно конец. Он не может поверить, что умрет от рук, вернее, от лап своего друга. Он не может поверить, что это существо его друг. Не может поверить, что это его… —Римус…—обреченно шепчет он. Пытается найти в глазах оборотня что-то схожее с Люпином. Но этот монстр не имеет с ним ничего общего. Сейчас ему будет плевать кто перед ним, хоть сам Дамблдор, он все равно вонзит свои когти ему в глотку. Монстр сжимается, словно животное, которое готовиться к прыжку, и Сириус отмирает. Блэк медленно ползет назад и почти доползает до лестницы, когда оборотень совершает прыжок. Он сносит дверь и несется на Сириуса, но тот все же успевает отскочить, и монстр кубарем летит с лестницы. Блэк не смотрит, что с ним произошло. Он вскакивает, чуть не падает вслед за оборотнем-ноги его не слушаются, и дрожащими пальцами пытается открыть дверь в какую-то кладовую. Он знает, что здесь, в одном доме с этим, он не будет в безопасности, но так он будет хоть как-то защищен. Он не помнит, как выбрался оттуда. Не помнил, как снова оказался в башне Гриффиндора, не помнил, как пережитый стресс и бессоная ночь навалились на него, и он не смог сдержать рыданий. Но зато помнил всё остальное, всё, что так хотел бы забыть. Он надеялся, что сможет не показать Римусу, что он знает. Пытался убедить себя, что его знакомый Римус Люпин не то существо, которое чуть не убило его. Но как только он замечает его в Большом зале, понимает, что ничего не получится. Ведь от одного взгляда на Люпина воспоминания становятся слишком яркими, а звуки слишком громкими. Он просто не может, не может переносить это все заново, и он убегает. Не только от Римуса, но и от самого себя. Ему стыдно и мерзко от того, что он считает своего лучшего друга монстром. Он понимает, что убежав от проблемы, ее не решить, но ничего не может с собой поделать… —Сириус! —зовет Римус, и Сириус, наконец, тяжело дыша, приходит в себя. Он невольно делает шаг на назад, не осознавая, какую боль причиняет этим движением Люпину. Блэк отворачивается, но Римус все равно успевает заметить неподдельный страх в его глазах. И теперь он почти уверен, что его самая ужасная догадка оказалась правдой. —Сириус, пожалуйста, —умоляет он дрожащим голосом. —Объясни, что происходит, прошу. Римус надеется, что объяснение окажется до ужаса нелепым и простым. Что они вместе посмеются над ним, и все будет как раньше. Но Сириус долго молчит, а потом повторяет: —Ничего не происходит. И уходит. А Римус чувствует, как все внутри него рушится. Сириус знает, что поступает подло. Подло, мерзко, гадко, трусливо, эгоистично, и он описал бы себя еще более громкими словами, но не смог ничего вспомнить. Поэтому он просто повторяет эти слова, пока идет прочь, надеясь, что они заденут его гордость и ему придется вернуться, чтобы доказать себе, что он не такой. Это не работает-он не возвращается. Сириус знает, что причил Римусу боль. Сириус знает, что Римус не будет винить его, только себя, и от этого Блэку становится тошно. Он не знает лишь то, как вернуть все назад. Как объяснить Римусу, что в ту ночь он узнал не то, что хотел узнать. Что в ту ночь он увидел не то, что ожидал увидеть. И что теперь, от каждого взгляда на него, он вспоминает самую ужасную ночь в своей жизни.