Think i need someone older...

      Чонин еле уговаривает Феликса выйти из туалета. Ли и сам понимает, что торчать здесь вечно он не сможет, а когда ещё уйдут те парни — бог знает, но у него дыхание перехватывает только от одной мысли о том, что ему придётся столкнуться со своими давними знакомыми лицом к лицу. Он всё ещё надеется, что обойдётся без этого, и, возможно, именно эта мысль помогает ему всё же выйти обратно в главное помещение ресторана, но головой он понимает, что просто так ничего не будет. Потому что они никогда не упускали шанса как-то задеть Феликса.       И точно, едва он и Чонин проходят мимо того самого столика, один из парней вдруг восклицает: — Феликс! Ого, давно тебя не видел. Это прозвучало как самая ядовитая в мире насмешка, и Ли, поджимая губы, оборачивается на парней, краем глаза замечая, как подобрался на своём месте Крис. — Привет, ребята, — неловко усмехается Ликс, потирая плечо. Чонин явно хочет спросить, зачем он вообще на эту компашку обратил внимание и почему просто не прошёл мимо, но молчит, видя, как старший напряжён. — Какие у тебя клёвые волосы, — усмехается другой парень, и Феликс знает, что это не сулит ничего хорошего, хоть со стороны это может показаться комплиментом. — Такие же голубые, как и ты. Они гогочут всей компанией, видимо, посчитав эту шутку очень смешной, и все те люди, что ещё не обратили на них внимание, с робким интересом смотрят в их сторону. Чонин, стоящий рядом с Феликсом, вскипает мгновенно и хмурится. — Да как вы... — О, а это твой новый парнишка? — перебивая Яна, спрашивает ещё один. — Какой милый. А по нему и не скажешь, что он тоже из этих. — По вам тоже, — внезапно подошедший Чан берёт ладонь Феликса в свою руку, в другой держа его вещи. Чонин, завидев отца, тут же заметно расслабляется, как и Ли. — Хотя нет, вру. Вот ты, — он смотрит на парня, пошутившего про причёску Феликса до этого, — очень похож на человека, любящего унижаться перед другими самыми разными способами. Расскажи об этом поподробнее своим дружкам, они оценят, — он с улыбкой смотрит на остальных конкретно прифигевших парней. — Вот что нехватка денег может сделать с людьми, ребят. Он уводит опешившего Феликса в сторону входа, за ними следует такой же опешивший Чонин, с распирающей его гордостью смотря на удивлённых людей вокруг.       Когда они садятся в машину, и Феликс, всё ещё пребывая в прострации, пристёгивается ремнём безопасности, Чонин подскакивает на сиденье, издавая какой-то непонятный счастливый звук. — У меня самый крутой папа! — радостно кричит он, и Чан, усмехаясь, заводит мотор. — Как же они обалдели, я запомню это до конца жизни! Правда, малыш? — он весело пихает Феликса в плечо, и тот тихо ойкает от неожиданности. — Да, — слабо улыбается он. — Точно. — Всё хорошо, Ликс? — спрашивает Бан, выезжая с парковки и кидая на парня взгляд через зеркало заднего вида. — Кто это был? Ли вздыхает, весь словно зажавшись, и грустно смотрит в окно, кусая губы. — Я... пока не хочу говорить об этом. Мне надо прийти в себя. — Хорошо, как скажешь, — согласно кивает Крис. — Я понимаю. Феликс устало фыркает и прислоняется лбом к прохладному стеклу, отсутствующим взглядом следя за дорогой.       Чонин шумно вваливается в квартиру с пакетом продуктов — Чан решил заехать в магазин по дороге, чтобы не таскаться туда лишний раз — и раздевается, вприпрыжку направляясь в ванную. Он прямо-таки светится, в отличие от Феликса, который потерянно плетётся следом за Кристофером. Бан, видя его состояние, вздыхает тяжело, складывая руки на груди. — Нет, ну так вообще не пойдёт, — произносит он, и парень непонимающе смотрит на него, хлопая ресницами. — Они не стоят того, чтобы ты так плохо себя чувствовал из-за них. Им просто внимания не хватает, вот они и лезут ко всем, — он кладёт руку на чужое хрупкое плечо, ощущая, как оно вздрагивает, и слышит тихий всхлип, когда Феликс опускает голову. — Эй, солнышко, — мягко зовёт он, совсем не контролируя свой язык. Он понимает, что младший тоже удивляется этому обращению, по тому, как замирает на секунду его тело. — Расскажешь, кто они такие? Тебе станет легче, когда ты этим с кем-нибудь поделишься и перестанешь держать всё в себе. — Х-хорошо, — дрожаще соглашается Феликс, вытирая слёзы с лица рукавом водолазки. — Вот и отлично, — мужчина поглаживает его по плечу. — Хочешь какао? Чонин как-то обмолвился, что тебе оно нравится. Ликс угукает, снова пытаясь вытереть лицо, шмыгает носом и поднимает на старшего взгляд. Крис улыбается ему. — Тогда я сейчас сварю вам с Нини какао, ты успокоишься, и мы поговорим, хорошо? Феликс кивает, и Чан взъерошивает его волосы. — У тебя самая замечательная причёска. Парень едва подавляет в себе порыв снова заплакать от того, как искренне и легко это звучит из чужих уст, улыбается благодарно и, быстро проскочив мимо Криса, направляется в сторону ванной.       Чонин снова каким-то чудом уже успел незаметно уйти на кухню — Феликс вдруг думает о том, что Ян, возможно, увидел то, что произошло только что. Его руки потеют при мысли об этом, и он спешит умыться. Ему тяжело думать о чём-то ещё, учитывая то, что внезапная встреча в Макдональдсе выжала из него все соки. Он вздыхает и идёт на кухню, где за столом, болтая ножками и наблюдая за Чаном, сидит довольный Чонин. Ну, раз довольный — значит, ничего не видел, верно? Феликсу хочется верить, что это так. Он присаживается рядом с младшим, тихо вздыхая. Крис уже орудует у плиты, и Ли понимает из-за этого, что опять завис в ванной, пытаясь разложить свои мысли по полочкам. — Ну что, Ликс, ты успокоился? — интересуется мужчина, слегка оборачиваясь на него. — Или тебе нужно ещё время? — Думаю, лучше рассказать сейчас, — он неловко усмехается, зажимая ладони между коленей. — Это не та ситуация, в которой можно оттягивать момент, мне кажется. Потому что иначе я вообще не решусь поговорить на эту тему. Бан понимающе кивает, помешивая молоко в кастрюле и засыпая туда какао и сахар, пока Ли пытается понять, с чего начать. Он покусывает в задумчивости нижнюю губу, и Чан, вновь кидая на него взгляд, немного подвисает на этом жесте. Снова. — Я... я знаю этих парней со школы. Они учились со мной в одном классе, постоянно обижали кого-то, прогуливали уроки, в общем, доставляли много проблем, и какое-то время мне было на них всё равно, потому что таких идиотов море, к сожалению, — он тяжело вздыхает, и сидящий рядом Чонин подбадривающе гладит его по плечу. — Но как-то один из них увидел меня с мальчиком из другой школы — мы познакомились в интернете, начали гулять друг с другом, а потом и встречаться. В тот день у нас было свидание в парке, он поцеловал меня, когда мы расходились. А на следующее утро это фото разослали всей школе, — он опускает взгляд и крутит кольцо на указательном пальце, Чан и Чонин видят, как его губы слегка подрагивают, когда он пытается удержаться от всхлипов. — Естественно, я никому не говорил о том, что я гей, потому что прекрасно знал, как многие относятся к этому. Это уже потом мне стало в большинстве случаев плевать, что обо мне подумают, но тогда я был одиноким закрытым мальчиком, с которым никто не дружил, потому что я сам никому не доверял. Но я даже подумать не мог, что кто-то из моих одноклассников будет способен сделать такое. Меня чуть из школы тогда не выгнали, был огромный скандал, но родители пообещали, что проведут со мной воспитательную беседу, лишь бы меня не исключили, — он сильнее сжимает кольцо на пальце, вздыхая рвано. — Это уже звучит отвратительно, но вместо этого отец избил меня так, что я потом неделю не мог нормально ходить и вообще боялся, что у меня перелом. А может даже не один. Крис, слушая его, чуть не забывает выключить газ, настолько чужая история его поразила. Он наливает какао в две кружки, одну отдавая Чонину, а другую — Феликсу. Ли обхватывает её пальцами, так, словно хочет согреть руки. Бан садится рядом с ним, борясь с желанием прижать его к себе. — И потом эти парни переключили всё своё внимание на меня. Они никогда от меня не отставали, не было и дня, когда я не страдал от их очередных издёвок. Меня... меня били, унижали перед всеми, смывали в унитаз мои вещи... — он делает осторожный глоток горячего напитка, стараясь не смотреть на Криса и Яна, — таскали за волосы и никогда не упускали возможности поржать надо мной. Я их всем сердцем ненавидел и сейчас ненавижу, но, когда я выпустился из школы, я был уверен, что больше никогда не увижу их снова, и вот, пожалуйста. Наверное, поэтому у меня случилась истерика сегодня. Простите. — Не смей извиняться за это, — тут же произносит Чан, и Феликс всё же грустно смотрит на него. — Уж кто-кто, но ты этого делать вообще не должен. Все они поступали с тобой отвратительно, и это ещё мягко сказано. Ты не заслужил этого. Ли пытается улыбнуться, но слёзы вновь бегут по его щекам. Он поджимает губы и смотрит в кружку со звёздочками. — Почему ты не рассказывал мне об этом? — тихо спрашивает Чонин, двигаясь ближе и приобнимая Феликса. — Ты не представляешь, как много раз я хотел это сделать. Но я не думал, что... — он всё же всхлипывает, рвано и громко, и Крис гладит его по спине тёплой ладонью, — что тебе будут интересны мои проблемы, оставшиеся где-то в прошлом. Да и это всё равно очень тяжело. Я просто не мог. — Я никогда и ни за что не подумал бы так. Малыш, я тебя люблю, и твои переживания для меня тоже очень важны, — искренне говорит младший, даже не представляя, как больно делает Феликсу этой фразой, потому что Ли становится только хуже от осознания того, как сильно Чонин в него влюблён, когда он сам всё стремительнее перестаёт что-то к нему чувствовать. Всё, чего он хочет сейчас — оказаться в крепких утешающих объятиях, и, словно читая его мысли, Крис заключает его в кольцо своих рук, всё же поддавшись порыву. — Ты очень сильный, потому что смог справиться со всем этим, — произносит мужчина, прижимаясь губами к его макушке — это был не поцелуй, но Ликсу хочется верить, что Чан просто сдержал себя. Хотя бы сейчас он хочет нацепить на нос розовые очки и представить, что Бан тоже что-то чувствует к нему. — Ты такой умница. Ли плачет бесшумно, прекращая себя сдерживать. — А как на ту новость отреагировал твой парень? — спрашивает Ян, и Феликс слезящимися глазами смотрит на него. — Бросил меня, — он пожимает плечами. — Сказал, что ему не нужны проблемы, но я его понимаю. Конечно никому их не захочется, хотя, думаю, ему тоже досталось. — Вот мудак, — хмурится Ян. — Так ему и надо. Ли практически обессиленно улыбается уголком губ, чувствуя, как его медленно раскачивают в объятиях, словно маленького ребёнка. Он прикрывает глаза, пользуясь случаем и расслабляясь в чужих руках. Откидывает голову на крепкую грудь и чувствует спиной чужое размеренное дыхание. Ему абсолютно всё равно, как это выглядит со стороны, он настолько эмоционально выжат, что ему плевать даже на то, что Чонин сидит буквально напротив них. — Папа, — обращается вдруг Ян к отцу, и Феликс чувствует, как Чан на секунду напрягается. — А почему ты был так уверен в том, что один из тех парней — тоже гей? Бан усмехается, из-за чего его дыхание немного щекочет макушку Ликса. — Не помню, говорил или нет, но у меня есть друг, который работает в банке. И он как-то рассказывал мне историю, что к нему в квартиру однажды пришёл сын одного его знакомого. Просил денег, видимо, настолько всё было плохо. Но ладно, если бы он просто спросил — он полез к моему другу под стол, чтобы ему отсосать. — Папа! Крис смеётся, и Феликс немного обалдело улыбается, когда слышит этот звук. Его веки тяжелеют. — Ну что? — улыбаясь, спрашивает Чан. — Всё равно ты уже взрослый, как будто слов таких не знаешь. Ну, в общем, друг потом показал мне записи с камер наблюдения — тот парень, видимо, не подумал, что в доме они могут быть. А сегодня я узнал его среди одного из этих придурков. Так что не упустил возможности поставить их всех на место. Ну и, наверное, подпортить жизнь конкретно ему. — Ну и правильно, — широко улыбается Чонин, после переводя взгляд на Феликса, и вдруг замирает. — Ой. — Что такое? — взволнованно спрашивает Крис, услышав, как изменился тон чужого голоса. — Он спит. Бан моргает и аккуратно наклоняется, убирая с лица Феликса спавшие на его лоб голубые прядки и мягко заправляя их за уши. — Распереживался, бедный, — тихо произносит Чан, почти невесомо оглаживая пальцами чужую скулу. — Это из-за эмоционального всплеска. Надо уложить его в кровать в твоей комнате. Ян угукает и бежит к себе, чтобы открыть дверь отцу и поправить постель, пока мужчина поудобнее перехватывает спящего парня и на руках осторожно несёт в спальню Чонина.       Опуская Феликса на мягкое покрывало, Крис позволяет себе нежно улыбнуться, когда его взгляд непроизвольно падает на вздёрнутый носик и крупные веснушки на нём и возле него. — Пойдём, — шепчет он стоящему позади Чонину и поднимается. — Посмотрим с тобой фильм.