Запретная любовь Тэтте и муравьёв

Действительно жаркие дни начались совсем недавно, ведь погода по нарастанию становилась все лучше и казалось что уже через недельку можно было бы жарить яичницу на асфальте, а подошва бы плавилась при ходьбе. Поэтому спасительная тень становилась для многих ни чем иным, как благославлением свыше. Высокий мужчина в красной форме, что составляла из себя достаточно большое колличество слоев плотной ткани, думал так же и тем самым местом с заветной тенью стал лес. Сочная, зеленая листва брала удар солнечных лучей на себя, от чего под кронами, что повыше несколько сплетались между собой можно было вздохнуть спокойно, ощущая такую желанную прохладу. В тени лесного покрова таился далеко не только Тэтте, что своими глазами цвета древесной смолы изучал местность, но и прочая живность. Громко поющие цикады, выделялись пока больше всего, в первую очередь конечно из-за тех звуков, что они издавали. Но никто этому и не возражал, ведь лесным обитателям на это вероятнее всего банально все равно, а для «ищейки» это стало лишь очередным подтверждением наступления летней поры. Проходил по зарослям он недолго, перед тем как все же найти что то приблизительно похожее на полянку и усесться на какой то камень. К сожалению его предположения оказались далеки от реальности и на самом же деле развалился он на на муравейнике, обитатели которого тут же принялись показывать свое явное недовольство. По началу брюнет даже не обратил внимания копошащихся насекомых, но когда его принялись кусать за кожу пальцев, что не была спрятана под тканью, то тот наконец понял масштабы совершенной им ошибки. Под недовольный, еле различимый бубнеж он встал с земли, принявшись стряхивать с себя жучков, отчаянно защищавших свое жилище от вторжения в лице человека. Хотя в действительности попытки оказались тщетными, так в добавок укушенные места чуть прибухли и окрасились ярким розовым цветом, доставляяя невимательному гостю лесной чащи дискомфорт. К великому сожалению брюнета особо настырные муравьи сумели пробраться под его одеяние, лапками щекоча слегка влажную от пота кожу. Раздраженно цокая языком в момент когда его грудь, прикрытую тканью рабочей одежды покрыли несколькими укусами, что в будущем станут небольшими ранками, Тэтте приступил к расстегиванию пуговиц. Когда же рубашка осталась держаться только на его плечах и засчет того, что руки все еще были просунуты в рукава, мужчина вновь предпринял попытки стряхнуть с себя надоедливую лесную живность. Правда попытки вновь не увенчались успехом, а ищейка лишь… Понял, что наслаждается этими сперва неприятными ощущениями, сразу после того как стараясь отмахнуться от муравьев со своей груди пальцами задел розовый сосок, вызывая тем самым толпу мурашек, пробежавшихся по спине. Многозначительное «Черт» слетело с уст мужчины, который теперь неуверенными, неловкими движениями пальцев слегка сжимал и прокручивал столь чувствительные соски. Извращенное удовольствие затуманило его разум, пока он ласкал свою грудь, в то время как по его телу уже спокойно передвигались муравьи. Небольшие же всплески боли от укусов и легкое покалывание от того как маленькие лапки раздражали кожу лишь добавляли красочности этим сейчас столь желанным ощущениям. Тяжелое дыхание заставляло грудь вздыматься все больше с каждым сделанным вздохом, а в то же время с губ Суэхиро стаи слетать развратные, тихие стоны его удовольствия. Низ живота болезненно тянуло по мере того как возбуждение в его теле все продолжало нарастать, бурля внутри желанием. Полутвердый член укрытый тканью брюк и нижнего белья отчаянно пульсировал, моля о внимании. Абсурдность всего сейчас происходящего была неописуема. Такой многоуважаемый человек как Тэтте сидел на влажной, прохладной земле посреди леса, отбросив одежду в сторону и мастурбируя, пока по его телу бегали муравьи. Тихо поскуливая, мужчина ритмично шевелил руками, оглаживая головку. Если бы не пение птиц и шуршание листьев в добавок с тяжелым дыханием, то тот наверняка смог бы услышать свое учащенное сердцебиение. Предэякулят уже капельками сочился, блестая на коже вместе с тонкой пленкой пота. Хныча и прогибаясь в пояснице, он хрипло стонет себе под нос, закатывая глаза от удовольствия, заставляя ресницы порагивать как и бедра. Уже спустя несколько минут таких интенсивных ласок, «ищейка» излился на землю, муравьев на ней и собственные руки. Жучки все так же продолжали бегать по его телу, опаляя его розовато-алыми укусами...

Суэхиро повезло, что у него нет аллергии.