Любовь - очень сложная вещь

Томас встречается с Дамиано уже неделю. И ему очень хорошо. Так спокойно… Похоже, что он нашёл того человека, которому можно довериться. С Дамиано очень спокойно и тепло. Его прекрасный голос, которым хочется восхищаться. Да, Томас влюбился в него. Причём очень сильно. И сердце не подвело. Раны на руках постепенно заживали. А ещё Дамиано очень любил их целовать. «Это поможет им быстрее зажить!» — говорил он на каждое смущение Томаса от этого действия. Раджи безумно сильно стеснялся любых прикосновений. Его можно было просто приобнять. И то, тогда он быстро вывернется и убежит. Но Дамиано он доверяет. У них все будет хорошо…

***

Через неделю Учитель ходил по классу в надежде на то, что хоть кто-то сдаст самостоятельную на оценку выше тройки. Томас все честно решил и сдал свою работу. Леонардо забрал самостоятельную и недоверчиво посмотрел на ученика. Ему не верилось, что Раджи смог написать работу первым. Но телефона у ученика не было, а списать шанс был почти невозможным. Так как задания составлял сам Грилло. Со сложной формулировкой, через которую легко пробраться, если внимательно слушать его и читать учебник. Но Томаса не было на последних двух уроках, а там они разбирали большую часть того, что было в этой самостоятельной. — Списал? — спросил Грилло. — Нет, мне Дамиано прислал конспекты. Я их переписал и заучил. Могу показать тетрадку? — оправдался ученик. — Нет, не надо. Молодец. — учитель ушёл. Томас заулыбался. А также у него дрожали руки. От нервов, от упоминания одноклассника. Дамиано специально слушал на уроках физика. И только для Раджи Давид старался. Гитарист поднял руку. — Что такое? — спросил Леонардо. — Синьор Грилло, можно выйти? — Да, тебе можно. Томас пошёл попить воды и унять нервы. Он налил себе воды из кулер, выпил. Вдруг телефон в кармане джинсы завибрировал. Ему писал Дамиано. — После физики на баскетбольной площадке. Надо поговорить Это насторожило Томаса. Что там такое важное? Раджи вернулся в класс и посмотрел на Дамиано. Тот не смотрит на него. От этого ещё страшнее. Весь остаток урока они дописывают самостоятельную, сдают листочки и общаются с Леонардо. Учителя просили не рассказывать новую тему, и Грилло сжалился над ними. — Урок окончен. Вы можете быть свободными. Удачных выходных! — пожелал ребятам он. Всё ушли. Томас поплёлся на баскетбольную плащадку. Физика была последним уроком. Раджи думал про то, что произойдёт… И вот он увидел фигуру Давида. Подбежал к нему и чмокнул в щеку. — И снова привет! О чем хотел поговорить? — Томас, ты правда подумал, что мы в отношениях?! — с издёвкой в голосе произнёс Дамиано. Томас застыл. — Но… Ты же сказал, что любишь меня… — Я?! Тебя?! Нет, я люблю только девушек. А мои отношения с тобой — не более, чем спор. Да, я поспорил с другом на сто евро. Он говорил, что я не смогу завести отношения с тобой. Как видишь я их завёл. — Это всё… Было ложью.? — пролепетал Томас. — Да, и мне ни капельки не жаль, — с ухмылкой на лице сказал Давид. — Я тебе доверился… Я тебя любил… Какой же я дурак… — Бедняжка Томми скоро заплачет, — рядом оказалась Лавиния. — Знаешь что, Дамиано? — спросил Том. — Что же ты хочешь мне сказать? — Я тебя ненавижу! Ты совершенно испорченный человек, который играет на чувствах других. Эгоист, мерзавец и ублюдок. Ненавижу… Ты очень сильно скатился в моих глазах… Томас убежал. Опять. Ему очень хуево. Предательство от любимого человека. По щекам бежали ручьи слез. Парень не помнил как дошёл до дома. Сердце разбилось на тысячу мелких осколков. И его уже не собрать. Он забежал в квартиру и закрыл дверь. Родители опять в командировке или ещё не вернулись из той. Раджи совершенно сбился в днях их отсутствия. Забежал в свою комнату. — Нет, нет, нет, нет! Дамиано не мог так подло поступить… Не мог! Он меня любит… Томас, дурак, дурак ты глупый. И влюблённый… Крик, слезы, порезы… Ничего не могло унять ту душевную боль, которую чувствовал он. Слишком больно, слишком много. Написал учительнице, что заболел и не будет появляться несколько дней, а может и недель в школе. Он подделает записку от родителей. Весь пол испачкан в крови. Будто тут кого-то убили. Бледный Томас кажется ещё бледнее. Ему очень хуево. Какой же он придурок! Так повестись на такую глупую шутку. Раджи думает над совершением самоубийства, но это не выход. Он не хочет, чтобы его родители страдали. Одежда впитала кровь. Глаза болели, руки тряслись, раны были глубокими. Душа всё никак не унималась. Хотелось умереть. Он сорвал голос. Томасу слишком больно отпускать этого придурка. — Надо отвлечься. Забинтую руку, приберу комнату, поменяю постельное, покушаю и завалюсь спать. Должно помочь… — проговорил вслух он. Обратил внимание на телефон, парень увидел на экране несколько уведомлений. 5 пропущенных от «Вик» 7 пропущенных от «Итан» 10 пропущенных от «Любимый Дами» Сука. Как этот уебок смог попытаться позвонить ему?! Томас отправил номер Дамиано в чёрный список. А двум друзьям ответил, что заболел. Вроде, ему поверили. Сон — прекрасное средство от нервов. Оно даёт забвение, которое очень нужно Раджи. Во сне так хорошо…

***

Неделю спустя Дамиано, конечно, волнуется за Томаса. Ему не приходит в голову то, как низко он поступил. Не приходит в голову то, что он сделал очень больно Томасу. Да, видимо, он эгоист… И вот, когда через неделю, Раджи появляется на уроке, то Дамиано видит бинт на его руке. Видит, как Томас перебинтовывает руку в школьном туалета. Поджившие порезы и свежие красуются там. Раджи уродует такие красивые руки… И вот после урока Дамиано берёт Томаса за воротник и притягивает его к стене. — Томас, прости меня. Да, знаю, я придурок. — Дамиано. Я не могу тебя простить. Ты причинил мне слишком много боли. Осознание тяжёлым грузом упало на Дамиано. Стукнуло по голове, спустил с небес на землю. Теперь уже он готов был расплакаться. — Прости, Томми, — чуть не плача, взмолил Давид. — Иди к черту, Дамиано! — Томас вывернулся из цепкого захвата и ушёл прочь. А Давид отпросился с уроков. Теперь и ему очень плохо. Он находит бритву, дастает лезвия Он хочет почувствовать то, что чувствует его гитарист. Лёгкий порезы на запястье. Дамиано кричит от боли. Да, это очень больно. А у Томаса таких много и глубоких. — Бедный Том… Боже мой, что я наделал… Только сейчас он понял, что влюбился. В Томаса. Серьёзно влюбился. И ему очень больно от этого осознания. Слезы ещё сильнее текут по щекам. Дамиано понял, что потерял очень дорогого для себя человека и, возможно, никогда больше не сможет завоевать доверие Раджи. Как же это больно… В это время Томас немного поплакала в подушку, заёл свои страдания вкуснейшей и свежей пастой. А сейчас сидит и подбирает грустную музыку на гитаре. Хотя скоро его грустное настроение куда-то улетучилось. Быстрый темп, весёлая игра, радостные мысли. Как же любимое дело помогает отвлечься! Раджи совершенно забывает про Дамиано на целые восемь часов! Круто, очень круто. А вот Дамиано совсем не круто и очень плохо…

***

В школьном туалете Дамиано ещё раз видит раны Томаса. Глубже, чем были. Круги под глазами становятся более видными. А на подушечках пальцев виднеются мозоли, а где-то и небольшие ранки. Но выглядит парень вполне счастливым. Уже многие забыли про Лавинию и ту сплетню. Раджи радостно общается с Итаном и с Викторией. Даже с Дамиано он может нормально общаться, но делает он это очень редко. Томас может позволить себе забыть, что произошло между ними, и говорить так, будто ничего не было. Будто ничего не было… А было ли между ними хоть что-то или это всё Дамиано выдумал.?

***

Дамиано всё ещё плохо. Глаза краснеют от слёз. Он ощущает себя очень уставшим. Ему часто сняться кошмары, бывает бессонница. Теперь, кажется, Давид понимает, какую боль чувствовал Томас. Но только Раджи умеет с ней справляться, а он нет. Дамиано очень сильно хочет вернуть Томаса. Вернуть те поцелуи в руки, губы, те обнимашки. Теплоту тела рядом. Из сердца будто забрали кусочек. А без этого кусочка ему не выжить! Жизнь без Томаса потеряла краски. Радостные глаза Дамиано наполняются грустью. Вместо привычиных джинс и майки в обтяжку Дамиано носит мешковатые штаны и толстовку. Или же свитер. В них так тепло, будто его обнимают любимые, тёплые и бесконечно длинные руки Томаса. Но так только кажется… На его предплечьях всё же расцветали несколько порезов. От этого ему становится легче. На удивление отношение к Дамиано не поменялось. Видимо, никто не знал про их отношения с Томасом. Девушки всё также липли к нему. Но ему не нужен был никто. Никто, кроме Томаса. Кроме этого комочка нежности, наивности, милой глупости и милоты. И Дамиано решил написать ему.

***

Котик💔

Я — Том… Я не знаю, зачем я это пишу, но мне надо выговориться. — Я понял, что очень сильно тебя люблю только тогда, когда потерял. Теперь моя жизнь не является той радостной и красочной. Ведь из неё забрали источник радости. Я тебя очень сильно люблю. Я не знаю как описать это словами. Ты нужен мне. Я не могу без тебя жить. Я тебя очень сильно люблю…

— Дамиа, я тебя понимаю. Скажи мне чего ты хочешь?

— Отношений с тобой. Я тебя очень сильно люблю!

— После тех отношений я не смогу больше тебе довериться. Я не хочу снова чувствовать ту боль, которую ты мне причинил. Я тебе не верю. Если это опять твои споры, то сразу можешь кидать мой номер в чёрный список. Да, я тебя всё ещё люблю, но вынужден ответить нет. Нет, наших отношений не будет.

***

Томас всё ещё любит его… Но больше не верит ему. Какой же Дамиано идиот… Ради жалких ста евро потерял доверие любимого человека. Как же больно. — Томас, Том, Томми, прости меня, котик, прости-прости-прости! Я полный идиот, мудак и дурак. Променять тебя на какие-то сто евро… В о чём я только думал? Тупица, тупица, тупица ты, Дамиано! Какой же я придурок… Как я смог причинить боль этому цветочку.? — шёпотом говорил Дамиано самому себе.

***

Дамиано появился в школе только через две недели. Измотанный, с опухшими глазами. — Томас, прошу тебя, давай поговорим! — попросил Дамиано хриплым и очень тихим голосом. — Хорошо, давай поговорим. Томас отвел его на баскетбольную площадку. Сел на траву поднял свои внимательные глаза на Давида. — Томас, Томми, прости меня! Прости, прости, прости, прости! Я тебя очень люблю. А в прошлый раз я поступил, как мудак и полнейший придурок… — Дамиано опустился на колени, — прошу тебя, прости меня. Дай мне второй шанс, пожалуйста! — глаза снова на мокром месте, — я сорвал голос. Мне очень больно далось наше расставание. Я поступил очень глупо. Но сердце не может успокойться… — Дамиано, почему ты это всё говоришь? — задал довольно глупый вопрос Томас. — Любовь, сука, не даёт отпустить тебя… Котик, пожалуйста, вернись ко мне! Я тебя очень сильно люблю, — слезы потекли из глаз Дамиано. — Давид, мне нужно уходить, — Томас начал вставать и собирался уходить. Но тут в его одежду вцепились цепкие руки Дамиано. — Не покидай меня, пожалуйста! Не забирай у меня всю радость, прошу тебя. Молю тебя! — реально умолял Давид. — Дамиано, надо было раньше думать, — проговорил Томас. — Не уходи! Не уходи от меня! Никуда от меня не отходи! — всхлипывал Дамиано, а его руки всё сильнее сжимали толстовку любимого человека. — Не бросай меня! Всегда оставайся рядом со мной! Никогда не оставляй меня! Что угодно… Только не бросай меня! Умоляю… Не бросай меня, прошу… — Давид задыхался в собственных слезах, давился воздухом, но продолжал умолять. Вдруг губы Дамиано накрыли губы Томаса. Раджи вёл поцелуй, а сердце Давида чуть не выпрыгивало из груди. Неужели его простили?! Спустя минуту гитарист отстранился от него. Поглядел в глаза и произнёс: — Это твой последний поцелуй от меня. Завтра я перевожусь в другую школу. Я тебя люблю, но у нас отношений не будет. Прощай, Дамиано Давид… Сердце в груди Дамиано остановилось. А сам парень встал в ступор. Он видел как его любимый человек уходит. Это конец… Дамиано в слезах побежал домой. Уже дома он отдался рыданиям. Его отвергли… Порезы на руках не такие уж и болезненные…

***

Сердце Дамиано теперь разбито. У Томаса тоже. Но оба держаться. Возможно, когда-нибудь они и сойдутся вновь, но это будет точно не скоро. В пока что Томас тешит свою душу в гитаре, а Дамиано в рыданиям, порезах и сне. Да, будет тяжело. Ведь никто не говорил, что будет легко. Зато Давид получил урок на всю свою жизнь… Правда, никто не знает, когда закончиться его жизнь. Возможно, в старости, а возможно и через несколько дней…

***

Дамиано бездумно шастался по улочкам Рима. Ему всё ещё больно. Взгляд парня упёрся в свои ноги. Но в какой-то момент он решил поднять глаза. И увидел Томаса. Раджи смотрел на него. Гитарист помахал ему рукой. Давид помахал в ответ. В сердце разливалось радостное тепло. После возлюбленный парень побежал навстречу к страдающему Дамиано. И вот осталась жалкая пара метров… Томас обогнул Дамиано, будто не заметил его. Пробежал мимо. У Давида сердце упало. Он обернулся. Раджи обнимал Викторию и Итана… — Это было так глупо с моей стороны. Ха-ха, я ещё и надеялся на что-то… — прошептал Дамиано.