365 моих последних закатов

      Я стану звездой, — прокричал мальчик стоя на большой сцене после прогулки с родителями.       Я стану звездой, — сказал мальчик лёжа на больничной кровати сжимая руки самого дорогого ему человека.       Так всё и было, но как же всё началось?

***

      Там где в комнате на подоконнике валялись одеяло, подушка и плед, мирно лежали несколько скетчбуков наложенных один на другой. Там, на прикроватной тумбочке стоит ваза с фантиками от сладостей, там на полках под джинсами с равной коленкой спрятана полупустая пачка дешевых сигарет. Там, на стене приклеены наклейки из фильмов марвел и плакаты с айдолами. Там, поселилась звездочка, которая однажды сбежала с небес и совсем не мечтала попадать обратно домой.       Там где сложилась невероятная история ее создания.       В окно ярко светила луна, ночные лучи заменяли дневные, они совсем не грели, но освещали всю палату, на двери висит табличка с необычным рисунком и маленькими отпечатками пальцев. Помещение пустое, хозяин этого места вернулся к себе на родину, где его семья, где он, среди большого скопления звезд, указывает путь заблудшим и потерянным, давно люди не замечали его лишь всматриваясь на его брата, а брат его был красавцем, самый яркий и красивый на небе, не уступал места ночью никому по своей яркости.       Канопус — так его звали, небесное светило, что резко пропало с неба, но Сириус, как раз таки тот брат, прикрывал его пока мог, светил изо дня в день ярче прежнего, каждую ночь здороваясь с младшим.       Попав на землю, Канопуса прозвали Хёнджином, в переводе, как старший правитель. Рос он ребёнком совсем не капризным, был тихим и смышлёным не по годам. Еще с детства родители решили воспитывать сына в Америке, тот без претензий шел по стопам за родителями. Мама всегда восхищалась его красотой, а отец смотрел на мальчика с гордостью за то, что даже не смотря на удачную внешность получившую с рождения он не был тряпкой и мог постоять за себя в любой момент. Ум братишки Сириуса не отставал и местным жителям земли, где-то, казалось, он был глуповат, но это на деле оказывалось совсем не так.       Канопус мечтал о том, чтобы вокруг было добро и честность. Вспоминая Сириуса он помнил и его слова о том какие люди на «Земле» жестокие. Этот мир был слишком грязным для него, и старший это отлично понимал, но все же отпустил младшего понять смысл тех кто надеется на звезды и небо олицетворяя их своими богами.       «Глупо надеяться на этот мир» — утверждал он. А младший смеялся играя в прятки с другими созвездиями и не верил ему, пытаясь пробраться на ту крошечную планету. Когда пропал с неба Канопус люди даже и не заметили этого привыкнув к постоянной смене его положения, пройдет время и вернется на место, а годы шли, про эту звезду и подавно забыли, Хёнджин все рос, а Сириус становился все ближе к земле следя за братом своим младшем. Тот злился на него, но истерики не закатывал, часто молчал, рисовал небо, луну и две звезды подписывая их именами. Оставлял картинки возле окна на ночь, чтобы Сириус увидел, что Хён все еще помнит его.       Время закончилось, проскользнуло через длинные музыкальные пальцы, и ему пришлось вернутся обратно, и сколько бы способов не существовало уйти от сюда, жизнь над ним посмеялась, выбирая самый долгий и мучительный. Как бы Хван не просил помощи у Сириуса, тот ему отказывал, тогда ему пришлось смириться, но на старшего он не был обижен, понимал что виноват сам, попав сюда и пропав на небе бесследно.       Оказывается боль бывала не только физической, но и моральной, повстречав в совсем крохотном городке под названием Сеул семерых ребят, Хёнджин понял какого это жить и радоваться каждому моменту, боясь однажды не проснуться и исчезнуть от сюда. Как ему раньше казалось, путешествовать в другие миры — это круто! Но у монеты есть две стороны. И узнав о настоящей дружбе, о теплой любви, о тихой злобе за несправедливость, он понял значение слова «жить».       И когда то, через сотню тысяч лет Канопус снова встретится с ярким братом Сириусом в облике человека на планете Земля, увидит густые и блондинистые волосы мальчика с необычным именем, снова попросит совета у самого умного и красивого, как ему казалось, друга. Прочтет всю коллекцию комиксов, а друзья даже прокомментируют самые смешные моменты, научится играть в футбол у лучшего игрока по спортивным играм. У каждого возьмёт частичку души. Он обязательно встретится с ними, и в следующий раз они не пойдут на уловки судьбы.

***

      Тёмно-карие глаза подростка встречаются с небесно голубыми. — Ну, как тебя жилось? — спрашивает знакомый голос подходя ближе. — Надо же, — хмыкает Хван обращая внимание на все ту же красную футболку и синие шорты в которых тот его провожал в прошлый раз. — Прошло всего 15 лет, а ты нисколько не изменился.       Хёнджин усмехнулся все же обращая внимание на небольшие синяки под глазами брата. — Вот именно, всего 15 лет, — Сириус положил руку на плечо Канопуса ведя его в неизвестном направлении. — Для нас это лишь мгновение, для людей это большой период. — Он усмехнулся, тяжело вздыхая. — Ты же знаешь о чем я пришел с тобой поговорить. — Хёнджин остановился смотря в родное лицо. — Знаю. — ответил тот кивнув головой. — Так почему же ты молчишь? — А ты бы хотел… — не успел договорить старший, как Хёнджин его тут же перебивает. — Хотел, — чуть помедлив добавил, — Я хотел бы, Сириус, я всегда тебя любил, ты мне был и остаешься примером, вечность в этом месте совсем другая, там, на планете, всё совсем по другому. Восемь миллиардов людей не похожих друг на друга, они не такие как мы здесь. — дождавшись кивка от брата, что тот его слушает, они снова продолжили путь в темноту. — Там много красоты, там другое понимание слова «Мир», люди этой планеты отличаются от тех, на которых мы бывали раньше, и на этой единственной планете я узнал новое чувство. — Чувство? — переспросил Сириус обращая внимание на блеснувшие во мраке глаза Канопуса. — Да, — он прикрыл глаза вспоминая все события прошедшего года. — Знаешь, есть такое ощущение привязанности, тепла и нежности одновременно. Там это называется любовью, я такое еще раньше не встречал.       Хёнджин пожал плечами рассматривая босые ноги, на которых был приклеен пластырь к коленке. Это он заработал от пробежек после столовой, споткнувшись об собственные ноги он повалился на бетонный пол разодрав всю кожу, но у друзей были припасены на этот случай пластыри с мордашками животных. Теперь этот медицинский материал напоминал будни прошлой недели. — Часто на этой планете чувство любви путают с чертой характера похоть. Эти две эмоции не трудно различить, но тебе, я вижу, стоит еще немного подучится. — Сириус загадочно взглянул на парня, остановившись там, где раньше начинался путь маленького Хван Хёнджина. — Что это все значит? — поинтересовался младший. — Мне кажется что ты совсем ничего не понял за эти 15 лет проведенные вдали от дома. — старший опустил свои руки на плечи брата смотря ему прямо в душу. — Я думаю тебе решать как ты продолжишь свой путь. Ты еще не до конца понял все правила этой планеты. — То есть ты разрешаешь мне вернуться? — заинтересовался младший поглядывая на Землю. — Эх Канопус, ты еще так мал, к тому же ты совсем не повзрослел, скажи, хорошо ли тебя кормили? Ты ни на грамм не поправился, хотя выглядишь младше чем в прошлый раз, а в детстве ты любил воровать у меня шоколадки и конфеты. — начал Сириус, но у Хвана было слишком мало времени. Чем дольше он тут, тем больше он теряет времени на жизнь на Земле. — Прости Сириус, но кажется мне пора… — Прошептал младший и крепко обнял старшего брата. — Обещаю, я всегда буду тебя помнить и никогда не забуду! — причитал он проговаривая все слова благодарности. — Мне кажется тебя уже заждались? — Он посмотрел ему за спину наблюдая за чудом происходящим буквально в паре метров от них. — Да, да… Сириус спасибо тебе еще раз. — Из глаз Канопуса потекли слезы, стирая их он снова забыл сморгнуть одну оставляя ее под левым глазом, когда он вернется слеза превратиться в родинку, так он снова найдет того, которого потерял в прошлый раз, так он сможет вспомнить все забытое и снова поблагодарить брата. — Ну, я пошел…       Он отвернулся направляясь медленным шагом обратно. Стоящий позади Сириус его окликнул заставляя вновь остановиться и провести еще какое-то мгновение рядом с ним, теперь уже непонятно через сколько лет они встретятся вновь. Возможно, для самой яркой звезды это столетие окажется всего лишь какими-то минутами, но для звезды, что сияет чуть меньше, пройдет целый век, когда он сможет снова вернутся на небо. — Не путай эти чувства братишка. От любви до безумства людей отделяет лишь совесть, а ты особенный, не будь слишком наивен среди них, а я тебе буду иногда помогать. — Звезда засияла, и еще не понятно кто из них первый начал излучать свет. Заплакали оба, а память осталась только у одного, ведь второй в ближайшее время не планирует возвращаться обратно.