(Не) беги от меня

***

      Проводив Чона с утра на работу, Чимин подумал, что неплохо было бы привести себя в порядок — освежить стрижку и сделать несколько косметических процедур. И хоть Чонгук запретил ему выходить из квартиры, омега больше не мог сидеть взаперти, ему нужно было срочно проветриться. Рядом с домом он нашёл салон красоты и заранее записался на несколько услуг.       «Хорошо, что я захватил немного денег, карточки Намджун наверняка заблокировал, но я бы ими всё равно не воспользовался после всего, что произошло».       Салон оказался вполне приличным и Чимин получил истинное удовольствие, наконец выйдя из дома «в люди» и уделив время себе. Он предполагал, что Чон точно будет ругаться, но увидев его таким преображённым, наверняка растает и всё простит. Чимин улыбнулся, настроение улучшилось, когда он ещё раз глянул на себя в зеркало и вышел из салона на улицу, где, так некстати, начал накрапывать мелкий дождь. Омега, хмыкнув, нацепил на голову капюшон от толстовки Чонгука, с которой теперь не расставался ни на минуту, её запах успокаивал как никогда. Парень засмотрелся на витрину одного из бутиков, разглядывая манекенов в модной одежде. Раньше он мог себе позволить любую вещь, которую только пожелает, а сейчас походил на бесформенное пугало.       «Нужно прикупить что-нибудь и из одежды, я должен соответствовать Чонгуку, ведь он тоже бизнесмен, как и хён».       Чимин в очередной раз отругал себя за воспоминания об альфе, ведь Чон запретил ему думать о нём. Только мысли омеги вновь и вновь возвращались к Намджуну, такому далёкому, и такому близкому.       — Я думал, он тебя взаперти держит.       Чимин остановился, спотыкаясь на ровном месте и встречаясь глазами с Кимом. Первое, что проскользнуло в голове омеги — бежать отсюда со всех ног. Но тело застыло, как парализованное, он не мог даже пошевелиться. Намджун подошёл ближе, видимо, давая привыкнуть Паку к своему запаху, но Чимин почему-то больше не ощущал его аромата. Тёплые, но уже чужие губы неожиданно коснулись лба, и омега отшатнулся, пытаясь сохранить равновесие.       — Ты воняешь им, — уже со злостью проговорил альфа, схватил Чимина за локоть и потащил к своей машине.       — Хён, нет! — выкрикнул омега, пытаясь вырваться, но силы были явно неравны и парня, как безвольную куклу, засунули в машину.       — Будь послушным, и я не сделаю тебе больно, — заметил альфа, тоже усаживаясь в машину.       Чимин прикрыл глаза, понимая, в какой безысходной ситуации оказался. Новый телефон, который ему купил Чонгук, остался дома, и омега даже не мог предупредить его, оставалось только надеяться на сознательность Намджуна.       «Теперь он точно меня жалеть не будет. На что я вообще надеялся, думая, что меня отпустят просто так?»       — Отпусти меня, прошу. Я ничего о тебе не расскажу, обещаю!       — Расскажешь, это лишь вопрос времени, — сказал альфа, глядя на дорогу. — Рано или поздно он выведает все твои секреты.       — Ты… убьёшь меня? — голос Чимина дрогнул.       Не появись Чонгук в его жизни, омега спокойно бы принял смерть от рук Намджуна, потому что всецело доверял ему, но сейчас умирать совсем не хотелось. После того, как он познал истинность и настоящую силу любви, душа требовала продолжения.       — Я подумаю, но эта мысль так сладка. Хочу, чтобы он мучился также, как и я сейчас, чтобы страдал от боли, — с какой-то озлобленностью произнёс мужчина, заворачивая на мост Банпо, и Чимин понял, что альфа везёт его домой.       — Пожалуйста, не трогай Чонгука. Он ни в чём не виноват, мы оба не виноваты, так распорядилась судьба.       — Судьба, говоришь? Не думал, что ты заделался фаталистом. Мне казалось, тебе нравилось идти ей наперекор.       — Это было раньше, теперь всё изменилось.       Через несколько минут машина въехала на подъездную дорогу и остановилась около гаража.       — Выходи! — скомандовал Ким, уверенно покидая автомобиль.       Чимин на негнущихся ногах вышел из машины и пошёл вслед за альфой, от которого так и веяло воинственностью. Омегу передёрнуло, ему вдруг стало страшно за свою жизнь.       Они вошли в дом. В гостиной было пусто, никто их не встречал, как обычно. Намджун проследовал в свой кабинет, Чимин медленно засеменил следом.       — Он поставил тебе метку, — процедил Ким, опершись на столешницу и складывая руки на груди. — Ну и как ощущения? Готов ради него на всё?       Чимин молчал, опустив глаза в пол и покорно сложив ладони на животе. Он всеми силами пытался не выказывать своего настроения, иначе, Чонгук, находясь вдалеке от него, всё почувствует.       — Я берёг тебя для себя столько лет, а он меньше, чем за неделю испортил моё творение. Разве я могу ему такое простить? Но, — альфа помедлил, — если ты сам, добровольно согласишься остаться со мной, обещаю, что не трону его.       — Это невозможно, — еле слышно ответил омега, чувствуя, что ещё чуть-чуть и на него обрушатся небеса. — Он пометил меня во время течки, и у нас была сцепка.       — Что? — хрипло переспросил альфа, с силой отталкиваясь от стола и подходя к Чимину.       — Возможно, я уже беременный.       Щёку омеги внезапно обожгла звонкая пощёчина.       — Шлюха!       Слова альфы жгли не хуже оплеухи. Если не считать «уроков воспитания» со сжатием запястий, это впервые, когда Намджун ударил Чимина. Хотелось приложить ладонь к саднящему месту, но омега по-прежнему не двигался, боясь разозлить Кима ещё сильнее.       — Как ты мог ослушаться меня и сбежать?       — Я… Хён, ты ведь знаешь, как сложно противиться природе…       — Замолчи! — рука Джуна замерла в нескольких сантиметрах от лица омеги, и Чимин даже зажмурился, ожидая очередного удара. — Чёрт! Не могу… Ты ведь заслужил наказание, но я не могу! — прошипел мужчина, отходя подальше и без сил опускаясь на диван. — Я думал, что ты всегда будешь моим, поэтому даже не задумывался о метке, — тихо проговорил Ким, — будь мы женаты, он бы не посмел поступать так нагло. Но теперь уже ничего не изменить.       — Хён, — Чимин подошёл к альфе и опустился перед ним на колени, — понимаю, что подвёл тебя, ты возлагал на меня большие надежды, — омега заглянул мужчине в глаза, — но я правда счастлив с ним. Впервые за долгое время я задумался о семье и о ребёнке. Ты ведь не хотел от меня детей.       — Да с чего ты это взял, глупый? — Ким поднял с колен омегу и нежно погладил пальцем его раскрасневшуюся щёку. — Я мечтал о ребёнке от тебя.       — Но ведь ты сам давал мне блокаторы, чтобы я не смог забеременеть.       — Просто я не хотел, чтобы нашего малыша постигла та же участь, что и меня. Наш род должен на мне и закончиться.       — Джун… — одними губами выдохнул Чимин, накрывая руки альфы своими в знак сочувствия, — почему ты никогда не говорил мне об этом? Я постоянно считал себя ущербным, недостойным тебя.       Намджун грустно улыбнулся, не сводя взгляда с омеги. Пусть они не были истинными, но определённая связь между ними существовала всегда.       — Ты самое прекрасное, что случилось в моей жизни. Без тебя она была бы тёмной, как моя душа. Я даже готов принять ребёнка от Чона, только останься со мной. Это всё, о чём я прошу.       Чимин склонил голову, уставившись на свои пальцы, сцепленные на коленях. Ким редко его о чём-то просил, он привык приказывать и отдавать распоряжения, но сейчас мужчина выглядел так жалко, что омега еле сдержался, чтобы не проявить слабость в отношении к нему.       — Прости, хён, но я не смогу, — твёрдо ответил Чимин.       В глазах альфы потухла надежда, но зажёгся огонь ненависти, испугавший Пака. Даже в самых сложных ситуациях Намджун старался держать себя в руках.       — Что ж, тогда поговорим по-другому, — отрезал мужчина, вставая с дивана. — Иди в свою комнату и не высовывайся!       — Хён…       — Быстро!       Крик Кима эхом разнёсся по гостиной, заставляя стены дрожать, и Чимин не посмел его ослушаться, безропотно направившись в свою «бывшую» комнату. Здесь всё оставалось по-прежнему. В гардеробной висела его любимая одежда, постель аккуратно заправлена, наверняка это Хосок по привычке привёл комнату в порядок. Омега уселся на пол, облокотившись спиной на кровать и закрыл лицо руками. Он всеми силами пытался думать о Чонгуке, чтобы тот побыстрее забрал его, но потом вдруг понял, что альфа вряд ли останется с ним после того, как узнает правду. А Чимин не сомневался, Намджун обязательно посвятит Чонгука в их тайну. Только придержит этот козырь до последнего, чтобы сделать Чону побольнее. Дверь открылась и в комнату заглянул Хосок, в руках он держал поднос с едой.       — Привет! Ты снова дома, я рад, — сказал омега, поставив поднос на столик. — Хён распорядился тебя накормить, сказал, что ты похудел. Это тебя так Чон вымотал? Весь им пропах.       Чимин тяжело вздохнул, услышав в голосе друга сарказм. Он прекрасно понимал, что теперь в этом доме его считали предателем и изменщиком. Ни Хосок, ни Юнги никогда не пойдут против человека, которому обязаны жизнью.       — Привет, Хося! Просто у меня случилась течка, — ответил ему Пак.       Глаза омеги округлились, и Хосок тоже опустился на пол рядом с ним.       — Ты серьёзно? — омега закусил нижнюю губу и поражённый прикрыл глаза. — Значит, блокаторы всё-таки не подействовали. Это я виноват.       — Возможно, я уже беременный, — проговорил Пак, прикасаясь тонкими пальчиками к своему животу.       — Ох, что же я натворил! — омега схватился за голову и принялся качаться из стороны в сторону.       — Хося, я ведь так мечтал об этом. Ты ведь понимаешь меня, как никто, — Чимин ухватил парня за руку, — сам живёшь с истинным.       — Понимаю, — тихо отозвался омега. — Ребёнок от истинного — это наивысшее счастье для нас, не многим так везёт. Чон тебе нравится?       — Очень. Мы не виделись всего несколько часов, а я ужасно по нему скучаю.       — Так и должно быть. Мне тоже тяжело, когда Юнги нет рядом.       — Я хочу быть рядом с ним. Хося, помоги мне выбраться отсюда.       Хосок напрягся и отодвинулся от Чимина, отрицательно покачав головой. Конечно, просить омегу о такой услуге было слишком опрометчиво, но у парня просто не было выбора.       — Он сам придёт за тобой, даже не сомневайся. Уверен, он уже считал твои эмоции.       — А если хён меня ему не отдаст? — омега вопросительно посмотрел на Хосока.       — В любом случае, им нужно договариваться. Джун-щи, конечно, ещё тот упрямец, но, думаю, в этот раз ему придётся смириться, — Хосок поднялся на ноги. — Поешь, ты и правда похудел, а тебе нужны силы.       После перекуса Чимину захотелось немного размяться. В комнате его никто насильно не держал, что странно, и омега вышел в коридор, сразу заметив в уголке скрытую камеру и грустно улыбнулся. Сбежать незамеченным у него точно больше не получится.       Он прошёл длинный коридор и остановился напротив «святая святых» Намджуна, так называемой лаборатории, где альфа создавал свои ароматы. Чимин за все эти годы ни разу здесь не бывал. Ким очень сильно волновался за естественный аромат омеги, а в лаборатории он мог испортиться, смешавшись с другими запахами, поэтому вход туда ему был категорически запрещён.       Чимин толкнул дверь, и она, удивительно, но поддалась. Парень вошёл внутрь, ища пальцами выключатель на стене. В нос омеге ударил резкий запах парфюма, и он громко чихнул. На потолке зажглись яркие светильники, и Чимин увидел большой дубовый стол, кресло и шкафы с множеством разноцветных пузырьков. Окон в комнате не было, поэтому дневной свет отсутствовал полностью, но зато присутствовало несколько современных вытяжек и увлажнителей воздуха. Омега подошёл к одному из высоких шкафов и принялся рассматривать стеллажи. Каждый флакон был аккуратно подписан лично рукой Намджуна, а все ароматы разделены по группам — цветочные, фруктовые, пряные, восточные, свежие и ещё куча других. Альфа точно мог определить любой из них, едва понюхав, а вот Чимин совсем в этом не разбирался. Он не пользовался ни духами, ни туалетной водой, ни даже гелем для душа с запахом. Поэтому сейчас, открывая флаконы и изучая их содержимое, омега буквально наслаждался новыми ощущениями.       Конечно, в приоритете у Чимина был запах его альфы, который он ни с чем бы не перепутал, но среди всех этих пузырьков любимого аромата он так и не нашёл. Зато его заинтересовал шкаф с редкими запахами и вот среди них ему особенно понравился один, с отчётливыми нотками горьких какао-стручков. Чимин испытал истинное удовольствие, нюхая его. А потом ему на глаза попался странный контейнер серого цвета, похожий на мини-холодильник. Чимин попытался его открыть, но попытка не удалась. Тогда он порыскал в ящиках стола в поисках ключа, но наткнулся лишь на папки с документами и тетрадь с записями альфы, сделанными на английском языке. Чимин принялся изучать его, читая строчки с аккуратным, ровным почерком Намджуна.       «Похоже на рецептуру. Даже формулы какие-то. Ничего в этом не понимаю».       И тут в одном из рецептов омега заметил очень странный ингредиент — кровь. Он погрузился в чтение и нашёл ещё несколько похожих композиций с её использованием.       «Что за фигня? Хён и правда добавляет её в духи? Но зачем? Вообще впервые слышу о таком».       Чимин отложил тетрадь и начал просматривать документы в папках. Бесконечные контракты и куча другой ненужной информации его не заинтересовали, зато он обнаружил целую связку ключей в самом верхнем ящике, которые закатились слишком глубоко, и вновь попытался открыть контейнер. Четвёртая попытка оказалась удачной и ящик поддался. Чимин удивлённо вытаращил глаза, когда увидел его содержимое, это были вакуумные пробирки с кровью. Именно с такими к нему приходил Хосок, чтобы в очередной раз взять у омеги кровь. У Чимина потемнело перед глазами, но он устоял на ногах. Видимо, от переизбытка запахов помутилось сознание, ему срочно нужно было на воздух. Омега вытащил все три пробирки с разноцветными крышками и засунул себе в карман. После — захлопнул контейнер и положил ключи и все папки на место. Из тетради вырвал один из листков с рецептурой и тоже положил её в стол, выключил свет и покинул лабораторию.       — Что ты тут делаешь? Почему ты не в комнате? — неожиданно раздавшийся за спиной голос Юнги заставил его остановиться.       Альфа, видимо, шёл в свою спальню и заметил Чимина уже в коридоре. Омега сжал сложенный вчетверо листок в руке и засунул её в карман, где позвякивали пробирки.       — А, Юнги-щи, здравствуй! — Пак поклонился. — Мне захотелось выйти, я устал там сидеть.       Альфа с подозрением оглядел его с ног до головы и остановился на кармане, куда Чимин убрал руку.       — Что у тебя там? — мужчина кивнул на карман.       — Ничего, — как можно увереннее ответил омега, пятясь назад к своей комнате, — скажи, а хён сейчас дома? Я бы хотел с ним поговорить.       — У него встреча, скоро приедет, — взгляд Мина прожигал насквозь, даже у Намджуна он был мягче.       — Ладно, тогда я спущусь попозже.       — Он сам зайдёт к тебе, можешь не утруждаться. И вообще не маячь по дому, ты наказан, помнишь?       — Угу, — вяло пробормотал омега, быстро скрываясь в своей комнате.       Намджун приехал домой в начале четвёртого. За приоткрытой дверью Чимин слышал голоса на первом этаже, потом они смолкли, а на лестнице раздались шаги. Омега уселся на кровати по-турецки и схватил первую попавшуюся книгу в руки, сделав вид, что читает.       На этот раз Ким вошёл без стука, и Чимин сразу понял, что отношение к нему в этом доме изменилось. Разве что Хосок стал более приветливым, но надолго ли?       Омега спрыгнул с кровати и поклонился.       — Здравствуй, хён!       — Юнги сказал, ты хотел поговорить, слушаю, — альфа с недовольным видом уселся в кресло рядом с кроватью и закинул ногу на ногу.       — Кхм, — Чимин откашлялся, у него пересохло во рту, — да, хотел. Мне интересно, сколько ещё я буду здесь находиться? Я устал и хочу домой.       Лицо Кима стало ещё мрачнее. Он принялся барабанить длинными пальцами по мягким подлокотникам кресла.       — Домом ты называешь ту съёмную квартирку на Каннаме? А разве здесь тебе плохо? Раньше тебе нравилась эта комната.       — Раньше я был другим, хён. Сейчас всё изменилось, — омега нервно теребил край своей футболки.       — Ты стал как все, Чимин, твоя уникальность пропала. Твой запах больше не привлекает других альф, — с какой-то обречённостью заметил мужчина, поднимаясь и медленно подходя к омеге. — И теперь мне не нужно пить таблетки, чтобы подойти к тебе, но ты меня больше не хочешь. Какая ирония, — альфа мягко провёл пальцем по скуле парня, опускаясь к подбородку и шее, где красовалась ещё не до конца зажившая метка. — Чем он лучше меня, а?       Чимин отступил, разрывая контакт, и присел на кровать, сложив руки на коленях. Ещё утром ему было искренне жаль Намджуна, но сейчас и правда всё изменилось. Человек, которому он полностью доверял, просто использовал его в своих целях. Теперь у него остался только Чонгук, но захочет ли он остаться с ним, узнав всю подноготную его прошлой жизни?       — Думаешь, он останется с тобой, узнав правду? — озвучив его мысли вслух, спросил Ким, усмехаясь. — Ты ведь кажешься ему идеальным, но это только на первый взгляд.       — Так расскажи ему всё, пусть знает.       — Уверен? А не боишься, что он бросит тебя? Кому ты тогда будешь нужен? — съязвил альфа, присаживаясь на кровать рядом с омегой.       — К тебе я всё равно не вернусь, — твёрдо ответил парень.       Справа раздался тяжёлый вздох, а потом усмешка.       «Я стал бесполезен, но мой уход бесит его ещё сильнее, и он не может справиться с собой. Возможно, какие-то чувства ко мне у него всё же есть. Только уже слишком поздно».       Чимин достал из-под подушки пробирки и листок с записями. Позвякивание стекла вызвало интерес у Намджуна, и он повернулся к омеге.       — Я нашёл это у тебя в лаборатории, — сжимая вещи в маленькой ладони, произнёс Пак. — Ничего не хочешь объяснить?       Альфа, потеряв дар речи, таращился на знакомые вещи и, похоже, не верил своим глазам.       — Ты использовал мою кровь для создания духов? — спокойно спросил Чимин. — Только не лги мне, пожалуйста. Мне кажется, я имею право знать.       — Да, — выдохнул мужчина, — твой дар я применил по-своему. Оказалось, что в твоей крови находится огромное количество афродизиаков, способных вскружить голову любому альфе. А кто из омег или бет не хотел бы испытать на себе такое желание? Духи с твоим ароматом стали безумно популярны и принесли мне международную известность.       — Почему ты скрыл это от меня? Я ведь мог дать своё согласие.       — Это была моя уникальная задумка, я ни с кем не хотел делиться. Я ведь сумасшедший во всём, что касается моего увлечения, ты знаешь, поэтому извиняться не буду. Ты принадлежишь мне, я могу делать с тобой всё, что захочу.       Это было правдой, Чимин оказался лишь игрушкой в руках умелого мастера и делал всё, что ему приказывали. Чего уж тут обижаться?       — Значит, у меня никогда не было выбора?       — Нет, — признался Намджун. — Кто ж знал, что в нашей многомиллионной стране найдётся твой истинный, — прошипел он, поворачиваясь к омеге. — Я бы мог избавиться от него, но ты меня никогда не простишь, — ироничная улыбка тронула его губы, — остаётся надеяться, что узнав о тебе правду, он добровольно уйдёт с моей дороги.       — А, если не уйдёт? — осторожно предположил Чимин.       — Тогда мне придётся убить вас обоих, потому что вы слишком много знаете, — с леденящим душу спокойствием ему ответил Ким.