за одной партой

Матиасу Хельвару категорически не нравилось пребывание в Хогвартсе. Каменные стены, рыцарские доспехи, гобелены, надоедливые привидения и слишком шумный Большой Зал. Обстановка сильно отличалась от родного и привычного Дурмстранга и в какой-то степени расслабляла. Все это вызывало необычные чувства. Матиас не привык отдыхать и уж тем более доверять чужакам, но проведение Турнира Трёх Волшебников требовало от него чрезмерного терпения. Ему хотелось вернуться в свою школу, их мощную военную крепость, где он знал каждый коридор, а окна открывали вид на суровые морские дали. Море часто штормило, а разъяренные волны бросались на берег. В Хогвартсе тоже присутствовала некая сила, но она была другой. Менее разрушительной. Здесь все казалось мирным и спокойным, не считая шалостей некоторых студентов. Домой тянуло также, как и впервые дни. Хотя, казалось бы, прошел почти месяц. Сентябрь пестрил яркими красками. Создавалось впечатление, что деревья полностью золотые. Постоянно готовили тыквенный пирог, в кофейнях, в Хогсмиде варили сливочное пиво с пряностями. Если бы только можно было забыть о планируемом турнире. Но для Матиаса подобное желание — непозволительная роскошь. Ведь Ярл Брум считал, что чемпионом от Дурмстранга должен стать именно Хельвар. Он часто говорил, что гордиться учеником. Словно он заранее готовился все подстроить так, как запланировал. Матиас слушал его речи без интереса. Он был его наставником долгие годы, но в последнее время глыба льда, связывающая их, медленно, но верно начала трескаться. Матиасу хотелось домой, потому что в привычную жизнь вторгся настоящий хаос, причину возникновения которого нельзя списать на треклятый турнир. Если только отчасти. Ведь в этих проклятых стенах находилась она. Посещала те же аудитории, что и он. Заходила в библиотеку и громко смеялась, сидя за столом в Главном Зале. Все становилось с каждым днём невыносимые, потому что куда бы он не пошел, всякий раз натыкался на ее зеленые глаза, точно дикий и опасный Запретный лес, в который нельзя было ходить. Хотя, наверное, уж лучше встретиться с чудовищами, что там обитали, чем с этой особой. Нина Зеник, студентка Шармбатона, прибывшая в края Шотландии по той же причине, что и он. Матиаса она раздражала по многим причинам, на объяснение которых ушло бы много времени. В одном он был готов поклясться, Нина Зеник — самая настоящая вейла! Нечеловеческое очарование, помноженное на несносность. Откуда иначе взялись грация, смешливость и чарующий смех, всякий раз привлекавший его внимание? Нины Зеник было слишком много, и ей, наверное, особое удовольствие доставляла реакция Матиаса, когда получалось вывести его из себя. Она всё время говорила, что он слишком напряжён и предлагала отведать вафель. Будто они могли решить все его проблемы и сразу же поднять настроение. — В Шармбатоне их готовят лучше! Но и здесь вполне сносно, — весело говорила ему Нина. — У нас в школе много скульптур, такая красота, а у вас как? Матиас задавался вопросом: почему она пыталась наладить общий язык с другими студентами, когда все они в конечном итоге были соперниками? Да, им говорили про узы дружбы, которыми были связаны три школы, но Хельвар не верил в столь наивные детские сказки. Ведь каждый хотел заполучить победу. Хотел прославить не только себя, но и свою школу. Нина, наоборот, была больше заинтересована именно возможностью познакомиться с другими студентами. Зеник была общительна и часто рассказывала про свой Шармбатон. Причем, говорила она без акцента, что наталкивало на мысль о знании многих языков. Она быстро сходилась с студентами разных факультетов. Например, сидела за столом Слизерина в обществе парня, чьи руки всегда были облачены в черные перчатки. Он не нравился Матиасу. Скользкий тип. Но Зеник, видимо, была другого мнения. — Каково учиться в Дурмстранге? — кокетливо интересовалась Нина. Ее едва ли задело отсутствие реакции со стороны Хельвара, раз она вновь задала вопрос, — Вам правда разрешают использовать темную магию в стенах школы? — Ты же знаешь, что мне не стоит делиться с тобой подобной информацией, — хмуро отвечал Матиас. — Как и тебе не следовало бы трепаться о своем Шармбатоне. — Какой же ты не исправимый, — небольшой упрек наконец-то сорвался с уст Нины, она нарочно нахмурились. — Ты планируешь постоянно игнорировать всех? Нравится быть хмурым волком-одиночкой? — Я планирую игнорировать только тебя, — дважды повторять не пришлось, Нина встала и демонстративно ушла, а Матиаса кольнула совесть. Не нужно было грубить ей... Впрочем, подобный расклад к лучшему: ведь уже на следующий день они стали противниками. Кубок Огня, окутанный темно-синими языками пламени, выбрал их для участия в Турнире. Но от это не стало легче. Матиас сильно заблуждался, когда понадеялся, что теперь все мысли о Нине прочно исчезнут из его головы. Началось все со Святочного Бала, который, как назло, пришлось открывать чемпионам школ. Матиас не считал себя хорошим танцором и спокойно обошёлся без столь праздного веселья, но традиции нельзя отменять. Нина, скорее всего, была в восторге от происходящего. Она в своем алом, напоминавшем закат, бальном платье невольно приковывала взгляд и очаровывала с новой силой. Матиас долго сопротивлялся, но в конечном итоге посмотрел на нее дольше положенного, и она, конечно же, не оставила это без внимания.

I still look at you with eyes that want you When you move, you make my oceans move too If I hear my name, I will run your way Can we say that we love each other? Can we play like there ain't no other? If I hear my name, I will run your way

— Значит, разговаривать со мной не хочешь, только бросать долгие задумчивые взгляды в мою сторону? — бойко и гордо заявила Нина. — Я тебе не десерт. — Не люблю десерты, — парировал Матиас. — Потому что дурак, — менее эмоционально отбросила Нина, уходя к своему кавалеру. Ей нравилось танцевать. Она, будто создана для того, чтобы приносить хаос и какой-то будоражащий восторг от происходящего в его душу. Матиас постарался уделять внимание своей партнёрше, но в конечном итоге мыслями находился с Ниной. Чертова вейла! А на следующий день она проникла в его сны. Алое платье, зелёные глаза, ее смех. Проклятье! Чертова... Красивая... Вейла... Стало в разы тяжелее, ведь она заполучила власть над ним. Первое испытание уже подкинуло порядком проблем своей неизвестностью. Студентам предстояло самостоятельно выяснить информацию, чтобы подготовиться к трудностям. Матиас был уверен, что чемпион Хогвартса, слизеринец, Каз Бреккер, точно располагал нужными сведениями. Но обращаться к нему за помощью бессмысленно и попросту унизительно. Он самостоятельно со всем разберется. Но времени оставалось очень мало. Чутье подсказало наведаться в Запретный Лес, где их дороги с Ниной снова пересеклись. Он уж порадовался, что она перестала настаивать и пытаться найти с ним общий язык. Хоть и не мог отрицать, что часто думал о ней. Потому что она вейла, это было в ее природе. Околдовывать своей магией и затмевать рассудок. Наверное, поэтому, когда она дотронулась до его руки, он последовал за ней. — Драконы? — Матиас ожидал всякого, но о таком даже не мог предположить. — Так ты знала? Но зачем... Нина положила палец ему на губы, шикая. Они не должны привлекать внимания, однако, когда отошли на приличное расстояние, она взволнованно заговорила. — Сколько же тебе, дураку, объяснять! Турнир трёх волшебников — опасная авантюра! — серьезно заявила Нина, — Меньшее, что надо выбранным чемпионам — это ссорится друг с другом. Мы в одной лодке. Нужно помогать и доверять. Легче сказать, чем сделать. Матиас не привык доверять чужакам. В Дурмстранге, даже находясь с товарищами, нужно держать ухо в остро, контролировать ситуацию. Но что-то невыносимо странное, притягательное и до этой поры неизвестное, норовило то и дело подтолкнуть его к ней. Все ближе, все сильнее. Заставляло согласиться и открывать в себе новые грани, словно обретать недостающие детали пазла, что столько лет не мог сложиться. Матиас привык бороться с самим собой, с собственными желаниями. Привык подавлять ту часть, что жаждала свободы. Нина же, будто скидывала с него все оковы. Помогала обрести настоящее «‎я»‎. Отпуская и проганяя те страхи, тот контроль, что взрастил в нем холодный Дурмстранг.

I was lost until I found me in you I saw the side of me that I was scared to But now I hear my name and I'm running your way All I feel as I get closer to you Is the desire to move like you do, So now I hear my name and I'm running your way

— Ты права, — немногословно отметил он, поддавшись спонтанному порову внести изменения в собственную жизнь. Что, если Нина на самом деле несла не хаос, а спасение? Или это все его персональное наваждение... Он все еще не расстался со своей теорией и считал ее вейлой. Не могли у обычной девушки быть столь пронзительные и лучистые глаза. — О-о-о, неужели мы пришли к согласию? — удивление на лице Нины быстро сменилось радостью, — Прогресс! Я рада, что ты не так безнадёжен, Хельвар. Пожелав друг другу удачи, они разошлись в свои гостиные. Два дня пролетели незаметно. Испытание далось тяжело, но худшие опасения не оправдались. Победу одержал Каз Бреккер и счёт открыл Хогвартс, в то время, как Нина и Матиас набрали одинаковые очки. Ярл Брум видел в других чемпионах большую проблему, и Матиасу стало казаться, будто он не прочь последить за своим подопечным, чтобы убедиться в том, что он не поддерживает связь со своими противниками. Тем не менее иногда они пересекались с Ниной в библиотеке. Более того, она продолжала общаться с Бреккером и немного раздражала его, заставляя... ревновать? Матиас и Нина находились в одинаковой ситуации. У Каза была подсказка, а им нужно было опять полагаться на сообразительность. Или удачное стечение обстоятельств. — А, что, если испытания связаны? — предложил Матиас. Кто бы только мог подумать, что они станут хорошей командой? — Хм, — Нина задумалась, — Не исключено, что так оно и есть. Ты использовал свои навыки игрока в квиддич, чтобы победить, рассекал воздух. Возможно, на этот раз в ход пойдет другая стихия. — Вода? — предположил Матиас. — Чёрное Озеро? — Нужно изучить, что оно скрывает в своих водах, — согласилась Нина. Через несколько дней, потраченных на подготовку, предположение подтвердилось. Матиас думал, что ему удастся на этот раз заполучить победу, но, когда он увидел Нину, нуждающуюся в помощи, не смог думать ни о чем другом. Только о том, как вытащить ее. Матиас не мог поступить иначе: такой поступок диктовало его сердце, бешено бьющееся в груди. Вытаскивая сначала Нину, а после ее однокурсницу, Матиас вовсе не надеялся на победу и уж тем более забыл о существовании турнира. В голове крутилось только одно: лишь бы она открыла свои колдовские глаза, напоминавшие о весне, тепле и обо всем прекрасном, что было в их сложном и жестоком мире. Каштановые волосы Нины спутались, казались темнее и тяжелее из-за воды, когда он аккуратно убирал прядь с лица. Судорожный вздох, и Нина открыла глаза. Она часто задышала, оперевшись рукой на его плечо. — Ты меня спас... — робко и незнакомо прозвучал голос Зеник, — Спасибо... Матиас не слышал, как судьи приняли решение в его пользу, раз он спас не только своего однокурсника, но и других участников. Наконец-то первое место у Дурмстранга, ему бы радоваться вместе с товарищами, но он не мог. Ведь в голове крутилась навязчивая мысль, от которой он не мог избавиться. Теперь он обязан всегда оберегать ее. Нина в долгу не осталась. В качестве благодарности она притащила ему разных сладостей, среди которых были ее любимые вафли. Матиас никогда не ел столько вкусностей, но Нина оставалась непреклонной. — Мне все равно, что ты не любишь сладкое, ты обязан это попробовать. Особенно ириски! Нина так настойчиво добивалась своего. Лёгкая улыбка смягчила суровые черты его лица. Лёд тронулся и почти до конца растаял. И не существовало ничего, кроме них двоих, даже стремительно приближавшиеся третье испытание отошло не второй план. Лабиринт казался бескрайним и полным сюрпризов: боггарты и прочая нечисть норовилась броситься в атаку. Когда Матиас нашел Нину, то они поняли друг друга без слов. К черту победу, нужно объединиться и общими усилиями выбираться отсюда. Ведь ни он, ни она не изъявляли сильного желания принять участие в турнире. В конечном итоге все добрались до финала. Пусть и не до конца оправдав надежд своих наставников Когда Казу вручали кубок чемпиона, Нина громче других одарила его аплодисментами. Матиас игнорировал гневные взгляды Ярл Брума. Он бы ни за что не поступил иначе. Тому подтверждением служил крепкий и долгий поцелуй с Ниной, которая завлекла его в темный коридор, где они спрятались под гобеленом. Было в этом хитром жесте что-то интимное, доступное только им и никому больше. Это оказалось даже лучше, чем в его снах. Зеленые глаза Нины искрились от веселья и счастья, а Матиаса переполняло чувство взаимной любви. — Нина, ты точно не вейла? — нежно касаясь губ, спросил Матиас. — Это самый неожиданный комплимент из всех, что мне делали, Матиас, — Нина смеялась, прижимаясь к нему, — Просто поцелуй меня ещё раз. Дважды повторять не пришлось. Этот вечер был создан только для них. А впереди долгожданное лето, полное вкуса неизвестной до недавней поры свободы и каникул. В ответ на его просьбу писать друг другу письма, Нина заявила, что согласна по меньшей мере на встречу в каком-нибудь уютном городке. Матиасу нечем было возразить, ибо вместе с Ниной он готов был отправиться куда угодно.