Утро

Дима проснулся в девять, как по будильнику. Солнце пробивалось в щель между шторами и своими золотыми лучами щекотало нос и щëки парня. Матвеев принял сидячее положение, растëр рукой лицо и потянулся, разминая затëкшие конечности. — Доброе утро, принцесса, — Олег по-доброму улыбался, глядя на юношу. Шепс залипал в телефоне, решив дождаться пробуждения Димы. — Мхм… Доброе, — молодой человек отчаянно пытался заставить мозг работать. Ему всегда тяжело давались подъëмы по утрам. — Пошли готовить завтрак? — Олег уже отложил телефон и уже собирался встать, как вдруг Дима обхватил его торс руками, заставляя лечь обратно. — Давай ещё чуть-чуть полежим? — и смотрит своими тëмными омутами глаз так, что невозможно отказать. Когда у Димы такой взгляд, то Олега каждый раз посещает мысль, что его парень напоминает ему милого оленëнка. Настоящий Бэмби. Валялись они около получаса. Обнимались, целовались, гладили друг друга по волосам и просто отдыхали душой. — Давай, кот, вставай. Пойдëм завтрак готовить, — Олег с нежностью смотрит на парня в своих объятьях и пытается всеми силами заставить его вылезти из тëплой кровати. — Ммм… Неее… Не хочу. — Давай-давай. А то на плече потащу, — угроза смешная, но на Диму подействовала. Он лениво выполз из-под одеяла и теперь искал, что бы надеть. Первая вещь, попавшаяся Матвееву под руку, оказалась белой Олеговой футболкой, которую парень не раздумывая надел. Ткань ещё сохранила на себе лëгкий запах парфюма, которым постоянно пользовался Шепс, оттого носить еë было ещё приятнее. Олег подошёл к парню сзади и бережно обнял за талию, положил голову на плечо и поцеловал Диму в висок. Затем, он резко поднимает Матвеева на руки и несëт по направлению к кухне. Дима оказывается на столешнице кухонного гарнитура, а Олег в это время уже подошëл к холодильнику и сейчас что-то искал там. — Давай нажарим блинчиков? — Шепс повернулся в сторону парня. — Давай! — Дима радостно улыбнулся в ответ на предложение приготовить любимое блюдо. Пока Олег доставал из холодильника нужные ингредиенты, Дима залипал на него. Шепс действительно красивый молодой человек. Аристократичный профиль, тëмные вьющиеся волосы, которые почти достают до плеч, стройное, подтянутое тело с выпирающими тазовыми косточками, на которых болтались любимые серые треники. Руки были отдельным фетишем Матвеева. Сильные, с проступающими венами и длинными пальцами, которые однажды сведут Диму с ума тем, что Олег ими вытворяет. От глубокого, бархатистого голоса колени подгибались, а земля уходила из-под ног, когда Шепс начинал горячо шептать на ухо своему парню всякие непристойности. — Дима, — мягкий голос вывел юношу из раздумий, — ты чего завис? — Думаю о том, что ты чëртово произведение искусства и мне с тобой очень повезло, — парень расплылся в самой нежной из своих улыбок и слез со столешницы, чтобы обнять и поцеловать своего парня. Олег охотно отвечал на ласку, но всё же ему пришлось отлипнуть от Димы, чтобы приготовить им завтрак. Шепсу нравилось готовить вместе с его парнем. Этот процесс уже не казался таким сложным и выматывающим, а наоборот лишь доставлял удовольствие от современного времяпрепровождения. Дима включил музыку на колонке и принялся за приготовление завтрака. Он уже активно смешивал в миске яйца и молоко, пока Олег просеивал муку из специального стакана. Туда же отправился сахар, разрыхлитель, щепотка соли и немного растительного масла. Тесто уже было готово, когда Шепс поставил сковородку разогреваться. Блинчики получились очень вкусными. После завтрака было решено не париться по поводу мытья посуды, а просто запустить посудомойку. Тем временем Олег предложил поиграть в приставку. Дима идею одобрил. Шепс был неплох в видеоиграх, сказывались годы прожитые рядом со старшим братом. Но сейчас Олег откровенно продувал Диме. — Да бля! Дима! — возмущëнно воскликнул Шепс. — Что? — Матвеев в ответ лишь состроил удивлëнную мордашку, делая вид, будто совсем не понимает чем недоволен Олег. Парень только недовольно цыкнул, отложил джойстик в сторону и поцеловал Диму. — Бесишь, — прошептал Шепс, оторвавшись от родных губ. Вдруг он резко обвивает рукой талию Матвеева и опрокидывает того на диван, нависая. — За это ты меня и любишь, — парень хитро улыбнулся, но был заткнут новым поцелуем. Дима всегда возбуждается довольно быстро, словно всë его тело — оголëнный нерв. У чернокнижника вообще довольно много эрогенных зон и Олег знает их все. Например уши, шея, внутренняя сторона бëдер. Ещё Матвеева откровенно плавит, когда Шепс начинает выцеловывать его пальцы и запястья. Руки Олега соскользнули с талии ниже к бëдрам, мягко сжимая их, а губы переместились на шею, покрытую татуировками. Из груди Димы вырывается слабый стон. Медиум продолжает выцеловывать кадык, спускается мокрой дорожкой к ключицам, обводит языком эту грëбанную тату «366» и вновь ведëт выше, кусая за мочку уха. Матвеев цепляется тонкими пальцами за голую спину медиума, царапает плечи и выгибается в пояснице до хруста, настолько ему хорошо. Шепс запускает руки под футболку. Он нежно оглаживает рëбра, пробегается пальцами по прессу, но останавливается у сосков, легонько пощипывая их и вызывая новые стоны. — Сними еë, — шепчет Олег в губы. И Дима повинуется. Ткань летит в неопределённом направлении, открывая больше пространства для ласк, чем пользуется медиум. Шепсу уже невтерпеж, но он всё равно продолжает эту сладкую пытку, слишком ему нравятся долгие прелюдии. Дима откровенно скулит от того, насколько хочется большего, чем просто петтинг и у Олега, кажется, самого скоро сорвëт крышу, но он всё ещё держится. Лишь немного резко стягивает бельё с парня. Шепс привычным движением тянется к ящику рабочего стола, который стоит совсем рядом и на ощупь находит флакон со смазкой. Выдавив прохладный лубрикант на пальцы, Олег осторожно вводит их в анус Димы, чтобы как следует растянуть его. Медиум всегда заботливо относится к Матвееву, боясь причинить дискомфорт, поэтому растяжке уделяет особое внимание. Нога чернокнижника лежала на плече Олега и чтобы отвлечь парня от неприятных ощущений, Шепс принялся целовать внутреннюю сторону бедра и острую коленку. Три пальца уже свободно двигались внутри Димы и Олег наконец стянул с себя штаны вместе с бельëм, нанëс смазку на свой орган и вошёл под одобрительный стон Матвеева. — Ты не представляешь насколько красив. Даже сейчас, — сиплый шëпот раздаëтся над самым ухом Димы и он просто плавится от этих слов, — твои запястья, ключицы, твои губы, глаза. Я готов поклоняться тебе. Ты — искусство. Самый совершенный. Я люблю тебя и всех твоих внутренних демонов. Когда ты обижен или рассержен. Я не перестану восхищаться тобой даже тогда. Смысл каждой фразы доходил довольно тяжело, Матвеев таял. Все слова, сказанные Олегом вызывали огромную волну тепла и нежности к нему. Бледные щëки Димы заалели от такого количества комплиментов. Всё это сопровождалось плавными толчками и новыми поцелуями. Чернокнижник мелко задрожал и излился себе на живот, даже не прикасаясь к себе. Через несколько толчков кончил и Шепс. *** — Если у меня к вечеру переклинит спину или онемеют ноги, то ты будешь таскать меня по всей квартире на руках, — Дима лежал на груди Олега и полуприкрыв глаза думал о чëм-то своëм. — Да я и не против, кот, — Шепс оставил нежный поцелуй на тëмной макушке, на что его только сильнее обняли родные руки.