Кредо моё

Тэхён быстрым шагом выбегает из подъезда. Он, конечно, может не волноваться, что оставил Ёнджуна на Чимина. Он ему доверяет больше чем кому либо другому вместе с Сокджином. Но, как говорится, это его ребенок, его кровинка. Поэтому страх есть. Вдруг он проснется и будет плакать, вдруг станет хуже. Многие омеги боятся по большей части из-за этого заводить детей. Наверное, это страх ответственности. А вдруг сделаешь что-то неправильно? Слишком много этих вдруг, но нужно же когда-то набираться смелости. Тэ подходит к дороге и смотрит на светофор. Загорается зелёный, поэтому он не бежит, но быстро переходит дорогу, убедившись, что никаких машин по сторонам нет. Он заходит в аптеку. Он ещё раз готов благодарить Чимина за то, что нашел им квартиру в настолько хорошем районе. Аптека, садик, работа. Всё находится недалеко друг от друга. Это огромный плюс, так ещё и соседи можно сказать. Омега называет фармацевту список лекарств, которые ему нужны. На всякий случай ещё купил несколько ампул с уколами. Он, конечно, надеется, что они ему не понадобятся и собьют температуру так, без вмешательства врачей и уколов, которых боится Ёнджун. — Спасибо, хорошего дня, — благодарит он его и выходит. В кармане звонит телефон. Он быстро его достает, даже не смотря кто звонит, вдруг Чимин. — Алло, Тэхён, как Ёнджун? — спрашивает Сокджин. — Забрал из садика. Температура была за тридцать восемь, — отвечает он, положив гаджет на плечо, чтобы закинуть портмоне себе в карман. — Хан рассказывал, что к ним в садик перешёл новый мальчик омега, но его забрали, потому что плохо стало, — копошится на том конце провода Ким. — Ну да, мне воспитатель позвонил, и я рванул. Попросил Чимина передать тебе, что я ушел раньше. Ты не волнуйся, я проект закончу, — останавливается возле края дороги омега, потому что ждёт, когда загорится зелёный свет. Тэхён, погруженный в разговор, непроизвольно сжимает телефон, пытаясь сосредоточиться на словах Сокджина. Вообще он рад, что теперь может снова свободно говорить на корейском. Да, безусловно, он за всё это время отточил английский до уровня носителя, пришлось точнее, но он рад, что сейчас общается на родном языке. — Убедись, что все будет в порядке, — продолжает старший Ким, его голос звучит обеспокоенно. — Я ведь тоже переживаю. Если что-то вдруг пойдет не так, позвони мне. — Всё будет хорошо, — отвечает Тэхён, стараясь говорить успокаивающе, хотя сам еще не уверен в этом. — Я купил лекарства и надеюсь, что уколы не понадобятся. Чимин остался с Ёнджуном, так что все под контролем. Зеленый свет наконец загорается, и Тэхён, не смотря по сторонам, начинает переходить дорогу, все еще держась на связи с Сокджином. —А почему вы Хана отдали именно в этот садик? — спрашивает Тэ, как вдруг в следующее мгновение оказывается полулёжа на асфальте. Как же хочется расквасить рожу таким водителям. Честно, хоть кирпич с собой бери. Омега застывает и вспоминает, что один раз с ним такое уже было. Пачки с лекарствами высыпались из пакета. Главное, чтобы не разбились микстуры и ампулы с уколами. Сейчас всё напоминает тот день, когда они впервые встретились с Чонгуком. С того момента его жизнь изменилась целиком и полностью. Из машины наконец-то кто-то выходит. Тэ собирает лекарства назад, проверяя заодно, что-то разбилось ли. Из иномарки выходит омега с синими волосами, серьгой в виде пера, в руках он держит телефон. Скорее всего звонит кому-то. Тэ смотрит на него мельком и подмечает, что не кореец. Иностранец, потому что начинает что-то говорить абоненту на другом конце. Если прислушаться, Ким узнает итальянский. Он плачет в трубку, а после уже подходит к Тэхёну. — Простите, Вы не сильно ушиблись? Всё нормально? — спрашивает он, видно как у него трясутся руки. — Успокойтесь, — спокойной отвечает Тэхён на английском. — Если хотите что-то у меня спросить, то перейдите, пожалуйста, на корейский либо английский. Я не знаю итальянский, — сказав это, омега пытается подняться на ноги. — Простите, — ещё больше начинает плакать незнакомец, но в этот раз уже переходит на английский. Я просто так испугался! — всхлипывает иностранец, его голос дрожит от эмоций. — Я думал, что убил Вас… Тэхён, наконец, встаёт с асфальта, осматриваясь, и облегчённо обнаруживает, что ему не слишком больно. Нога болит так же как и тогда. Или Тэхён просто скучает. — Скажите, сколько нужно выплатить компенсации? — Ни сколько, все лекарства в порядке, а я спешу, — отвечает Ким, только вот сейчас он понимает, что лекарства он поднял все, а вот телефон нет. — Нет, так нельзя. Давайте подождем моего мужа, — останавливает его незнакомец. Тэхён поднимает свой телефон. Немного треснуло защитное стекло, но это вообще не страшно, могло быть и хуже, если бы он его не установил. Маленький Ёнджун любил его брать и часто не мог удержать в маленьких ручках, поэтому тот падал. Тэхён решил, что в на всякий случай установит защитное стекло. — Говорю же, не стоит, — возражает Тэ, ему к сыну нужно. Люди смотрят на них, не понимая что происходит, но что более важно, что этому иностранцу может прилететь, потому что машина стоит на пешеходном переходе. Ким делает несколько шагов, ногу тянет, но не смертельно. Идти домой ему не долго, а там что-то придумает. — Но Ваша нога, — делает ещё одну попытку он. — Простите, но меня дома ждёт дорогой мне человек. Он заболел, и мне нужно срочно дать ему лекарства, всего доброго. Будьте внимательнее на дорогах, — всё-таки отрывается от него омега и идёт домой. Он не замечает уже, что через несколько минут подъезжает ещё один автомобиль из которого выходит альфа. — Микеле, где тот человек? Что ты натворил? Мы первый день в стране, — немного рычит Чон. — Чонгук, он не захотел ждать, — смотрит на удаляющегося Тэхёна он. — Я просил. Говорил, что мы выплатим компенсацию. Чон переводит свой взгляд с мужа в ту сторону, куда тот смотрит. Поэтому тоже провожает взглядом немного хромающего на одну ногу мужчину. Чонгук внимательно смотрит на его удаляющуюся фигуру. Всего лишь на мгновение он видит чужое лицо, и начинает болеть голова. Где-то что-то похожее уже было. Тэхён торопливо идет домой, стараясь не хромать слишком заметно. Боль в ноге напоминает о себе с каждым шагом, но его мысли сосредоточены на другом: нужно поскорее попасть к Ёнджуну. Лекарства в пакете стучат друг о друга, словно вторят его сердцебиению. Хоть с ним Чимин, но всё равно омега переживает за сына. Когда он открывает дверь в квартиру, его встречает громыхание посуды на кухне. Ёнджун лежит на диване, укрытый одеялом, с детским мультфильмом на экране телевизора. Чимин же не слышит, что кто-то зашёл, продолжает хозяйничать на кухне. Маленький омега оказался бдительнее взрослого, поэтому выбегает из комнаты к папе. — Папа! — его голос слабый, но радостный. Тэхён подходит, присаживается рядом и нежно проводит рукой по волосам сына. Боль присутствует, но он старается ничего не показывать. — Всё хорошо, малыш. Я принес лекарства. Ёнджун крепко обнимает папу за талию, и в этот момент Тэхён чувствует, как все напряжение дня отступает. Он уже дома. И это было самое важное. Ким поднимается, ещё раз гладит ребенка по голове, тот возвращается смотреть мультики, а омега идет на кухню к другу, который только замечает его. — Что случилось, что ты не отвечал? Я тебе звонил, — взволновано спрашивает Мин. — Да так, машина немного помогла посидеть на асфальте. — В смысле? Стоп, тебя снова сбила машина? Тэхён, поехали в больницу, — начинает бить панику Чимин. — Не кричи, Ёнджун знать не будет. Всё хорошо. Просто растяжение как и в тот раз. Был бы перелом, то я не дошёл домой. — Тэхён, как это произошло? Кто? Этот человек хоть остановился? — Да, это был иностранец, итальянец, предлагал выплатить компенсацию, дождаться его мужа, но мне было не до этого, — отмахивается омега. — У меня тут больной сын дома, а я с ним лясы точить буду? Пусть лучше за дорогой следит. __________________ Чонгук сидит за рулем арендованной машины, крепко удерживая взгляд на дороге перед собой. Его мысли постоянно возвращаются к тому моменту у пешеходного перехода. Почему-то образ того мужчины с легкой хромотой не выходит из головы. Эта боль, пронзившая его, ощущается не только физически — она будто бы тянется из прошлого, какого-то забытого, но значимого. Он был в нем счастлив? — Чонгук? Ты меня слышишь? — голос Микеле из телефона прерывает его размышления. — Да, — Чонгук слегка мотает головой, стараясь вернуть концентрацию. — Ты уверен, что совсем ничего не запомнил? Может быть, номер телефона или адрес? Он был… странным. Микеле вздыхает у себя в авто, потирая переносицу. Они едут раздельно, но омега едет позади альфы, чтобы больше никого ненароком не сбить. — Нет, он был очень категоричен. Но, кажется, я заметил название какой-то аптеки на его пакете. Может, стоит начать оттуда? Мне кажется, что он живёт не далеко. Чонгук кивает на эти слова. Внутри него разгорается что-то неясное, словно этот случай — часть чего-то большего. У него почему-то чувство дежавю. — Завтра утром. Мы должны его найти. Голова снова начинает болеть, и он вспоминает букет белых лилий, а в них золотой браслет. Разве он дарил когда-нибудь такой Микеле? Он не помнит. Ещё и брат с Намджуном о каком-то Тэхёне твердили.