Северус, пожалуйста... [Измененный фанф]

========== 10. Внезапный Люциус ========== Случай свел меня с Люциусом накануне моего отъезда. Богатенькая компания у входа в наш сквер - что они здесь делают? Я увидел Люциуса в сопровождении каких-то важных господ и его отца, а также директора школы. По всей видимости, какие-то дела Малфоя-старшего к Дамблдору. С ними была молодая леди в длинном кремовом платье и сверху в белой шубке из невесомого колдомеха. Молодая особа держалась за локоть своего супруга, улыбалась. Ни его, ни ее я не знал. Они стояли неподалеку от ворот сквера и о чем-то разговаривали. Я не собирался вслушиваться, но невольно задержался, смотря на Люца... Он не изменился. Но что-то едва уловимо оттолкнуло меня - его принадлежность к высшему свету. Из обрывков фраз я понял, что девушка недавно родила ребенка, и сейчас он с няней дома. Его не станут отдавать в общую школу, когда подрастет. Дамблдор тактично перечислял все преимущества и достоинства Хогвартса, а сэр Абраксас поддерживал супругов в своем решении, пренебрежительно сказав, что при всех плюсах от школы плохого больше, чем хорошего. При этом стрельнул взглядом на сына. Ну, конечно, конечно... Там же рассадник "грязнокровок", которых принимают наряду с "настоящими" магами. Что за отвратительный тип... Люциус, как и всегда, казался идеальным, воспитанным, тактичным, самодостаточным. Я знал его с иной стороны - рискового, сатиричного, легкого на подъем. Но сейчас мне показалось, что взрослая светская жизнь подчинила его себе, своим стереотипам, сделала его таким же, какие там все. Теперь он как его отец - самодовольный, скучный деловой тип, делающий то, что принято в свете, чтобы соответствовать своему положению. То, как он соглашался с каждой фразой, не возражая отцу и стоящим рядом знакомым. То, как отвешивал комплименты вежливости молодой женщине. Как все ее поздравляли и хвалили... Все говорили о своих налаженных делах, об успехах, создавалось впечатление, что для них не существует проблем, они не знают, как живет весь мир. Надо же, кого-то любят, кем-то гордятся, о ком-то заботятся. Этой молодой женщине не нужно жить с головной болью, где достать еды, как приходилось моей матери. Это так странно... Странное чувство - я приревновал Люциуса к аристократическому кругу. Даже полностью понимая, что он всегда был оттуда, у меня нет прав его упрекать в этом или хотеть, чтобы он от этого отказывался.... Но все равно я остро ощущал свою непринадлежность этому кругу, свое нахождение на дне, свою ненужность. Но спросив себя честно, действительно ли мне хотелось бы так же, я сразу понял, что нет: мне это чуждо, меня просто тянет к Люциусу. Я ревную его. Я хочу его к себе. Но он больше не обратит свое внимание в сторону человека вроде меня, из нищей прослойки. Мне вспомнилась моя глупая мечта прописать свое имя у Люциуса на подкорке сознания, когда я сидел под распределяющей шляпой и думал про Люца гадости. Чтобы такой, как я, стал важным для него. Стал жизненно необходимым. И вот я снова смотрю на него со стороны и опять думаю о нем гадости. Смешно. Ведь это просто ревность. Я должен порадоваться за него. Что у него все так хорошо в жизни... Что все плохое, судя по всему, в прошлом. Я должен быть счастлив за него искренне, если он действительно что-то значит для меня. Но на сердце отчаянно скребло. В душе было пусто, холодно. Мне не привыкать наблюдать за людьми со стороны, но... Люц. Зачем ты меня к себе привязал? Ты же понимал, что я одинок и ты завладеешь всем пространством моего сердца. Ты для меня был целым миром. А я для тебя - лишь незначительной, крохотной его долей. Как я ни готовился к тому, что ты меня покинешь, это все равно оказалось болезненнее, чем я ожидал. Ты лучшее, что в моей жизни было, и ты этого никогда не узнаешь. Ты придавал мне смысла жить дальше. Ты не представляешь, в какое дерьмо превратилась моя жизнь. Я сам виноват в этом, но если бы ты был рядом или хоть изредка навещал меня, такого бы не произошло. Этот больной на голову расист к каждому нашел подход. Кого-то шантажировал деньгами, кому-то льстил о незаменимости в магии, а меня заманил отеческой заботой. В его понимании. На мои попытки сказать, что я хочу уйти, да и вообще не представляю, как исполнять его указания, он ответил, что он уверен, что такой маг, как я, всегда найдет способ. Дал понять, что уйти можно только на тот свет. За его заботливым отношением ко мне стоит лишь выгода, как и во всем. Следовало понять сразу и не принимать от него никакую помощь, а теперь я увяз так, что мне уже необходимо прикрытие с его стороны. И он этого и добивался... А как же ты? Лорд отпустил тебя много лет назад? Значит, ты сумел вырваться из этого плена? Я ни разу не встретил тебя у него, и он не упоминал твоего имени больше. Отец "выкупил" или еще что? Эти люди, с которыми ты сейчас мирно любезничаешь, не знают о тебе этого. А я знаю. Весь этот страдальческий поток мыслей обрушился на меня за считанные секунды. Я как-то научился не обращать внимания на свои ощущения, старался не придавать им значения, но стоило мне посмотреть на Люца, как в сердце что-то болезненно шевельнулось. Мне мучительно не хватало его… Люциус теперь… чужой... важный... Это лишь в школе нас старались держать на равных, но ведь по факту он неизмеримо выше статусом… Он пройдет мимо, сделав вид, что не узнал меня? Но Люциус меня заметил. Отпросившись у своей компании, он направился в мою сторону, пока я, приросший к мощёной камнем дорожке, смотрел на него, как на чудом восставшего покойника. -Северус! - он улыбнулся мне, хотя вместо радости в его глазах была скорее печаль. Он протянул мне руку, и я как можно более дружески пожал ее, стараясь не продлить касание дольше вежливого, чтобы не обнаружить свою привязанность. -Не ожидал тебя встретить здесь... - запинаясь, проговорил я. -Я тоже. Не ожидал вот так просто столкнуться с тобой... - задумчиво сказал он. - Ты уже заканчиваешь школу? Как ты? -Сдал экзамены. А ты.... Ты как... -О, поздравляю! Чем планируешь заниматься? Варить зелья больному расисту. Как и прежде. Наверно, буду работать где-нибудь за гроши, попутно углублюсь в изучение магии... Попытаюсь попасть на конференцию зельеваров. Я пожал плечами. -Пока не знаю. Найду временную подработку. Как только определюсь, поеду навещу мать и вернусь в магический мир. -Это правильно, - кивнул Люц. - Ты с отцом так и не наладил отношения? Я отрицательно махнул головой. Он снова кивнул понимающе. - А ты... Ты теперь.. - я скользнул взглядом по его руке, ища обручальное кольцо, но его не было. - Ты не женился еще? Насколько мне было известно по слухам, Люциус с шести лет помолвлен с девушкой из рода Блэк, старшей двоюродной сестрой Сириуса, слизеринкой. -Как видишь, нет, - он поднял руку, продемонстрировал пальцы, усмехаясь. -На самом деле мой отец давно подобрал мне пару из богатого рода. Красавица-умница и все такое прочее. Я взглянул на Люца, и внезапно мне показалось, что он наслаждался произведённым от слов эффектом на меня. Хотел ужалить, словно знал, что я к нему испытываю. - Надеюсь, ты будешь счастлив, - бесцветно произнес я. Голос меня едва слушался. Почему я расстроен? Как будто я не знал этого прежде... Я что, на что-то надеялся? Я для него всегда был ребенком. Пусть и забавным.... Да вообще-то я никем для него не был. -А ты как же? У тебя с той рыжей гриффиндорочкой роман? - поинтересовался он дружески. -Ну да, роман... - с сарказмом проговорил я, неопределенно отводя взгляд. Люц ничего не знает, вообще... Он не представляет, что изменилось абсолютно всё. Мы направились вдоль улицы. -Сев, ты так изменился. Возмужал, вырос... А все такой же трагичный и космический, ты знаешь об этом? В отличие от меня, Люц же почти не изменился вовсе. Теперь он казался тоньше меня. Несмотря на широкую прямую спину и волевой подбородок, Люц все равно оставался изящным и грациозным. Строгая линия впалых скул подчеркивала его элегантность. Ледяное серебро глаз снова обдало меня колкой волной... Я хотел бы, чтоб он не смотрел так высокомерно на меня, чтобы посмотрел как тогда, много лет назад, когда мы были на озере в Поющей чаще. Но его дежурная ухмылка при несмеющихся глазах... Это выше моих сил. -Люц, ты больше не приезжал, не писал мне, вообще не появлялся.. -Прости. Не было возможности. Ну разумеется. Ножом по сердцу. -Да, конечно, я понимаю. Его окликнули. -Рад был повидать тебя, - сказал Люц, и наконец его взгляд перестал меня равнять с землей, стал немного теплее, но не менее грустным. -Я тоже... Тоже был рад... Повидаться... Мы смотрели друг на друга долго. Люц еще раз пожал мне руку на прощание. Наверно, он думал, что я сейчас разорву рукопожатие, и просто вежливо ждал. Я не мог физически отлепить свою ладонь от его, забыл речь от волнения и завороженно глядел в светлые глаза напротив. Ветерок донес до меня едва уловимый знакомый аромат яблочного жасмина, аромат волос Люца. Наконец я усилием воли разорвал рукопожатие. Он спокойно развернулся и направился к своей компании, а я только смотрел ему в спину, с тоской разглядывая его, любуясь его походкой и силуэтом. Он не оглянется на меня... Я медленно побрел собирать вещи. Некогда думать о своих ощущениях... Зачем я встретил Люца? Зачем мне человек из другого круга, из богатой семьи, от которого я буду всегда бесконечно далек. Просто невозможно описать, что творилось в моем сердце в этот миг. Я даже не обнял его. Я вообще лепетал какую-то ерунду, не поговорил с ним толком, зациклился на своих обидах и чувствах. Люц. Мне никто не нужен, кроме тебя. Ни с кем не найду утешения, никто не почувствует меня так же, как ты... Войдя к себе, я замер над своей тумбочкой и кроватью. Что за упаднические стенания души, как в подростковом романчике. В комнате никого не было сейчас больше, и шальная мысль ударила в мозг. Такая простая и гениальная, что я удивился, почему мне не приходило это в голову раньше. Я порылся в тумбочке в позвякивающих флакончиках своих зелий. Помимо заказов от Темного Лорда, я по-прежнему изготавливал и другие зелья. Флакончики были одинаковые, а цвет жидкости в них разный. Нервной рукой я нащупал тот, что был черного цвета. Как нефть.. Оно сохранилось. За год не испортилось, а лишь набрало крепость. Без Люца мне все не нужно, опостылет любая жизнь. Того человека, мысли о котором помогали мне выжить, уже нет, он умер со школой. Я не могу и не хочу больше работать на фашиста, я хочу забыть о том, что меня фактически выгнал из дома мой отец, а мать не помнит меня, хочу забыть о Темном Лорде и Дамблдоре, о равнодушии Люциуса - оно стало последней каплей, добившей меня. Я лихорадочно отвинчивал крышку, чуть не разлил, когда она выскользнула из рук. Зелье, некогда предназначавшееся Джеймсу Поттеру, пахло горько и ядовито. Блестело густо, как черный лак. Я набрал в рот немного, но от горечи не смог сразу проглотить, рассчитывал, что сейчас вот-вот переборю отвращение, как вдруг кто-то схватил меня за плечо. -Сев! Я не слышал, как кто-то входил, настолько ушел в свое отчаянье. Это был Люциус. Я даже не мог спросить его, что он тут делает, так как стоял с черным ядом во рту, и лишь безумно глядел на него. -Что ты делаешь! Немедленно выплюнь эту дрянь! - заорал он на меня. Я чуть было не послушался его приказного привычного тона, но вовремя включил мозги. Я отдернулся и отошел на пару шагов, не выпуская из рук флакончик. Боялся, что проглочу зелье нечаянно, в то же время и идти на попятную не собирался. -Северус... - было видно, что Люц весь напрягся, увидев, что я творю. - Ты должен аккуратно выплюнуть это зелье, понимаешь? Он медленно приближался, протянул руку к моему затылку, чуть наклоняя мне голову, чтобы жидкость не попала в глотку в случае чего, а перетекла к губам. -Ну же, Сев. Все в порядке. Выплюнь это прямо на пол, только скорее. В его голосе послышался укор, когда Люц понял, что я не реагирую. -Девчонка-грязнокровка! Это из-за нее ты задумал.... Я полагал, что она твоя девушка, а у ворот в парк увидел, как она виснет на Поттере. Потому и пришел к тебе, ведь ты ничего не объяснил... Сев, не смей из-за нее этого делать! Я же говорил, что она тебя кинет. Сев, она тебя не стоит! Прошу, давай поговорим, ладно? Пожалуйста, удели мне время всего на один разговор, и я отстану, если захочешь! Его голос услада для моих ушей. Я готов стоять так вечно, лишь бы он говорил со мной, обращал на меня свое внимание. Но я осознал, что он все это говорит только потому, что должен меня удержать в живых. Чтобы я не рыпнулся. Банальное заговаривание зубов... -Сев.. Ты вынуждаешь меня ждать! - включил он властный тон. Не сработает, мистер Малфой, не сработает. Я отошел до упора к стене, больше двигаться было некуда. А Люц тем временем ловко и изворотливо оказался возле меня, приблизил ко мне свое лицо и сказал: -Если ты сейчас же не избавишься от этой дряни, я тебя поцелую, и она попадет ко мне в рот. Откинемся оба. Вот веселуха будет, да? Обожаю устраивать гаденькие сюрпризы со школьных времен. Тряхнём стариной, так сказать! Попадешь в газеты со мной за компанию. Посмертно. Люциус всегда знает, как поднять мне настроение. Это, конечно, была хорошая попытка, но я не верил. Люциус ни за что такого не сделает. Пустые слова... Как вдруг он именно это и сделал. Втянул меня в поцелуй, настойчиво раскрыл мои губы, так что я не успел даже плотно их сжать или отвернуться. Поцелуй смерти. Зелье полилось по нашим подбородкам. Я в шоке разорвал поцелуй.... Нахальный ты змей! Управляющий мной с детства! Даже моей смертью! Я готов был убить его, но ведь он и так сейчас умрет! Я в ужасе кинулся к тумбочке и нашел в ней белое зелье. Антизелье для черного. Не зря нас учили всегда разрабатывать формулу противодействия. Наглый бесстыжий Люц! Как ты посмел рисковать таким образом своей жизнью! -Пей, быстро! - я протянул ему белый флакончик. -Ты чем думал?! Кретин! Пей! -Только после вас, мистер Снейп, только после вас, - усмехался он. - Я должен убедиться, что вы будете в безопасности и откажетесь от попытки нанести себе вред. Скотинушка блондинистая. Щас ты у меня все как миленький выпьешь. Я в два шага преодолел расстояние между нами и с силой ухватил его голову - почти садистски вцепился в его светлые шелковые волосы, заставляя подчиниться. Люц забыл, что я давно взрослый и, похоже, сильнее него физически, так что быстро покорился моей стальной хватке. Ему пришлось сделать несколько глотков зелья жизни, после чего он оттолкнул мою руку, и я допил его до дна. -А если б его не было? Что тогда? - спросил я, имея ввиду антизелье. Что за тупость, точно гриффиндурок отмороженный, эпатирующий на публику. -А если б его не было, ты был бы не Северус Снейп, - сказал он. Спустя пару мгновений накатила слабость и дурнота. Я потерял равновесие, Люц тоже, он повалился на мою кровать - упал спиной на нее, закатив глаза. Я скорчился рядом на боку, пытаясь трясущимися руками дотянуться до волшебной палочки, либо хотя бы нарыть в открытом ящике аммиак от обмороков. Лишь бы не отключиться... Не отключаться... Не отключаться... Ненавистный организм. Кое-как мне удалось нащупать палочку и навести на себя искусственную бодрость. Потом спишь двое суток, истратив резервы. Когда удалось подняться, я подполз к Люциусу. Он был без сознания, но сердце стучало. Я смочил салфетку в аммиаке и приложил к его носу. Этого оказалось достаточно. Малфой вздрогнул, шевельнулся. Я сидел на кровати на коленях над его лицом и печально смотрел на него. Стирал салфеткой остатки черного зелья с его подбородка и шеи, потом то же самое проделал с собой. Но расслабиться мне не дали. Как только Люц пришел в себя и поднялся, сразу накинулся: - Ты что натворил! Ты какого хуя вытворяешь! Я не успел ничего сформулировать. Люциус матерящийся - это к шторму. Явление редкое и не сулящее ничего хорошего. -Ты вообще головой думаешь своей?! А если бы я не зашел за тобой?! А если бы я задержался дольше, встретил кого-то по пути, не успел вовремя? Он смотрел на меня обеспокоенно, так, словно ему не все равно. На меня так никто не смотрел, кроме него. Никто, разве что мать, в раннем детстве, еще до школы. -А ну отвечай, говнюк! - Люц вцепился в мою накидку, встряхивая меня. - Ты подумал, что будет с твоей матерью, когда она узнает? А со мной?! Идиота кусок! -У каждого есть право на эвтаназию... Я не успел договорить, как меня огрели пощечиной. Совершенно не больно, но обидно. Я же... никому не собирался причинять вреда... - О боги, в кого ты такой замороченный уродился. -Но ты ведь сам только что сделал то же самое... Вслед за мной, - возразил я недовольно. - Почему другому можно, а мне нет? - я саркастично ухмыльнулся, играя в эту старую теперь уже игру. Как когда-то давно, когда Люц был моим "старшим братом". -А меня другие не интересуют, меня ты интересуешь! Типичная фраза рассерженной мамки. И все же... То, как это прозвучало... Вроде ненамеренно, но Люц не стал исправлять оговорку. Уже осознанно. Я важен, не безразличен ему? Тогда почему он меня забросил? -Я щас все твои склянки переколочу, если ты не поклянешься, что больше никогда такой попытки не совершишь! - он двинул ногой по ящику, склянки звякнули... -Эй! - я кинулся защищать имущество. Оно не виновато. - Люц, ну хватит, не веди себя как.. чертов Поттер. Где манеры, лунная холодность и трезвость ума? Подумаешь, какой-то слизеринец решил покончить с собой. Что ему-то с того... -Задумал слинять, значит. Кинуть меня. Как ты посмел! -Люц, ну... я... - может, мне плохо, я на краю отчаянья, может, мне нужна поддержка? Как вам такой вариант? - Что произошло? Отвечай! Произошла моя депрессия, помноженная на шизоидную ярость. Слишком много стресса. Разве я могу рассказать? Да и в двух словах не расскажешь... Кинуть... Хах. А он меня не кинул разве? Только в вежливо-отстраненной, лицемерной форме, будто сам не причем. Видеть Люциуса таким разгневанным можно было нечасто. Я знал. Он всегда холоден и рационален. По его эмоциям можно понять, лжет он или нет. Если на словах возмущается, а эмоций ноль, значит, мутит. Если неаристократически ругается, лицо все покраснело до корней волос, лупит до синяков, забыв об изяществе движений - значит, внутри проняло. Я горько смотрел на него. Сердце стучало, едва не оглушало меня. Все вокруг померкло, один Люц остался, светлый, почти сияющий в темно-изумрудной комнате, злой и взволнованный. Меня тронули его эмоции по мою душу. Наверно, я собирался с мыслями слишком долго, потому что Люц не выдержал моей скорбной мины, внезапно крепко обхватил меня, прижал к себе. -С ума сошел, такое делать... - прошептал он надрывно как-то, и я заметил, что сердце стучит не только у меня. -А ты не сошел? - спросил я, ошалев немного. -И я... - подумав, пробормотал он. Руки против воли обхватили плечи Люциуса в ответ. Не в объятии, хотя очень хотелось, но я сдержался - еще поймет, что я к нему испытываю... Люц выдохнул, отстранился. Пришел наконец в себя, прекратил истерить. Скривился, усмехаясь: -Ну и горечь. Добавляй в свои зелья подсластитель, Сев. А то такая гадость даже отбивает желание этим зельем самоубиваться.... Я рассчитывал на более сладкий поцелуй от твоих губ! - он протянул руку, взял меня за подбородок. Как я жил без Малфоя последние годы? Ну как? Я печально смотрел, глядя в его уже посмеивающиеся глаза - а мое сердце, кажется, всё ещё не могло запуститься по-новой. Оно остановилось, думая, что я умер, ведь не может Люц сейчас держать свою ладонь на моей щеке, как бы убирая волосы и как бы нет. -Есть чем запить? Я предложил воду или зелье для свежести дыхания. Люц выбрал и то, и другое, и мы оба ликвидировали все последствия. -Так намного лучше, - сказал он, после чего страстно захватил мой рот новым вкусным поцелуем. Этого я точно не ожидал. Это был уже не вынужденный поцелуй... Моя голова кружилась, я едва соображал, что творится. Люциус целует меня? Я не мог в это поверить... Что мы делаем? Его губы умело ласкали мои, не напирая и не слишком углубляя поцелуй. Я полностью оказался в его власти. У меня не было опыта в поцелуях, и мои неловкие попытки отвечать выдали это. Я боялся использовать язык и только подчинялся движениям языка Люца, который все делал очень приятно, умело, в меру властно, в меру мягко.. Он рисковал, ведь он не мог знать, что я не оттолкну... -Ты никогда не целовался, верно? - спросил он шепотом, поглаживая меня по скуле. - Кажется, чья-то любовь к девчонке-грязнокровке всегда была безответной... О дьявол, далась тебе эта грязнокровка. Но я настолько ошалел от происходящего, что не мог произнести ничего, завороженно смотрел на его чуть порозовевшие от поцелуя губы. Он вообще сознает, что все это значит для меня? Но сейчас я не знал, что думать, и просто наслаждался мгновениями, о которых и мечтать не мог. Повисла неловкая пауза. Все-таки.. мы целовались. Наконец Люциус сказал: -Прости. "Не извиняйся!" - хотелось ответить, но у меня дыхание перекрыло, речь пропала. Сердце только ошалело билось, кровь в висках пульсировала. Люц, понадеявшись, что извинения приняты, и убедившись, что я не врежу ему за эту гейскую вольность, продолжил: - А теперь скажи мне, что ударило тебе в голову, а? Что такого в этой девке, чтобы сводить счеты с жизнью? Если она выбрала твоего лютого врага, к тому же. Где логика, Сев? Ты настолько потерял голову от безответной любви? Это уже едва не заставило меня улыбнуться. -Да... Потерял... Но не из-за Лили, - наконец сказал я. Он нахмурился. -Она мой друг. Просто друг. Человек, который терпел мой дурной характер и приносил мне ужин в комнату, если я его пропускал. Люц казался обескураженным. -Почему ты не приезжал? - с укором спросил я, в очередной раз люто заревновав Люциуса к его любовникам. - Ты был мне нужен.... -Я думал, что все наоборот... - ответил тихо он. - Что ты не нуждаешься во мне. -Люц, мне никто, кроме тебя, не нужен, неужели ты до сих пор не понимаешь?! - проговорил я. Разве он не понимает? Он реально считает, что у меня чувства к Эванс? С его проницательностью не видеть, что я по нему сохну столько лет? Зачем я это сказал… сейчас он вежливо произнесет: «Понимаю, но… Северус, ты станешь старше и найдешь свою любовь. Я помолвлен с девушкой, я тебе не пара.» Ступор, а затем восторг в его глазах. Он придвинулся ближе. -То есть, ты... Северус, почему ты молчал? Я оставил тебя потому, что, стоило мне появиться, как я видел с тобой ее. Я думал, что тебе нравится эта девочка... Что тебе вообще нравятся девочки... Не хотел мешать, а мое присутствие действительно могло помешать.. да и для меня это было... сложно.. Знать, что ты с ней... -Сначала привязал к себе, а потом кинул. -Сев, откуда я мог знать, что творится в твоей темной голове. -Но знал же ты все на свете! - я и сам понимал, что веду себя как обиженная фиалка, с какого перепугу я ему претензии выдвигаю вообще... Но ничего не мог поделать. Он задолжал мне свое внимание. -Но только не тебя, мистер тихий омут. Как ты себе представляешь это? Ты гораздо меня младше, ты для меня был ребенком, и я просто не думал о тебе никак иначе. -Я давно вырос. Не надо списывать все на чувство такта. К тому же, есть еще и просто дружеское внимание, и даже его ты меня лишил. -Прости меня, Северус. Я не отрицаю, что я скотина, но... у меня были причины. Едва ли нам обоим было бы лучше, если бы мы оставались только друзьями. К тому же... Я не мог приезжать. Отец нагрузил меня делами по полной. И не только это... Он поправил рукав своей рубашки. Он совершенно ничего не знает о моих отношениях с Волдемортом и думает, что я не в курсе его темного прошлого. Но его право не посвящать меня в это. -Ты никогда не пускал меня в свою жизнь, твое право, - пожал я плечами. -Сев, ну как ты можешь говорить такое мне? - удивился он. Кто еще из его школьных приятелей-сверстников возился так с малышней, как Люц со мной? Он прав... -Я не это имел ввиду. Ты много сделал для меня, сколько никто другой, я это ценю. Потому и уважаю твое личное пространство. И знаю свое место. Не сочти за неблагодарность. -Так, помолчи, будь добр. И хватит упреков. Иди сюда, - притянул он меня. Казалось, я сейчас умру. Аромат его волос и кожи сводит с ума. Его прикосновения такие властные и при этом бережные, словно дающие свободу, хоть и не вырваться просто так. С Малфоем - как в волшебной сказке. Так не может быть... Не со мной же? Вырвавшись, я прошептал: -Не надо. -Почему? Тебе не нравится? -Нравится, но... Это не правильно. Потому что ты причинишь мне боль. Снова. Потому что мы из разных сословий. Потому что я могу быть лишь таким же любовником-полукровкой, как и все те, что у тебя были. -Неправильно? Да... Наверно...- проговорил он, однако не выпустив меня и совершенно не ослабив хватку. - Двое парней не должны обниматься на кровати. Прости... В то же время мне отчаянно не хотелось, чтобы он позволил мне сбежать. И он это словно чувствовал. Хоть и шептал слова извинения, не смог меня оттолкнуть, прижал еще крепче. И что-то было в этом кроме похоти, какое-то отчаянье. Словно он долго ждал этого. Я растерялся. Это было неожиданно. -Нет. Я тебя не отпущу... - пробормотал он мне в волосы. - Северус. Ты дрожишь. Что с тобой? Все в порядке, разве нет? Люциус непостижимо влек меня против воли, и я был не в силах сбежать. Мгновения, которые я не имею права упустить. Это мечта, которую нельзя разрушить страхами... -Сев... Люц прекрасно чувствовал, что я давно бы отбился, если бы хотел. -Хочешь, я тебя всему научу? - игриво спросил он, не переставая легко поглаживать мою спину, поясницу. Я понимал, чего он хочет. Все произошло так внезапно. Мне хотелось оттолкнуть его, потому что я не верил в происходящее. Это шутка? Насмешка? Минутное желание вспомнить школьные сумасбродства и затащить очередного парня в свою постель? Я боялся всего: что я для него парень на одну ночь, что он узнает о моей метке, что я разочарую его своей неопытностью, что... -Я так скучал по тебе, - сказал я. - Я не должен был оставлять тебя, - пробормотал он. - Я тоже скучал. Вспоминал тебя. Нам было здорово вместе, да? -Да. Мы были как старший и младший брат. Неужели мое полукровное происхождение послужило разрыву между нами? По всей видимости, в стремлении окружить себя только избранными сэр Абраксас заставил Люциуса завязать с привычкой трахаться со случайными партнерами, подсевшими у барной стойки, а также вычеркнуть полукровок из своего круга. И сын подчинился. Разве я этого не понимал? Всегда знал.. За этим стоит лишь самовозвеличивание, ясное дело. Было бы чересчур требовать от него большего... Но искренний порыв Люциуса сейчас не давал разорвать объятья и послать этого эгоиста к чертям. Глупо упрекать его в том, что он не считает меня ровней ему, ведь это правда... Рядом со своими лицемерными знакомыми он вынужден сам носить маску. А рядом со мной он такой, какой есть, и мы оба это чувствовали. За окном начало темнеть. В коридоре послышались шаги, вот-вот мог кто-то зайти. -Кто-то идет... - прошептал я. Люц тискал меня через одежду, его руки дорвались до меня, но он понимал, что студенческая комната - не самое удачное место для свиданий. -Поедем со мной, - предложил он, поднявшись с кровати. Оглядел мои пожитки - единственный рюкзак, небольшой чемодан со "склянками" и волшебная палочка. -Сев, ты сказал, что тебе некуда идти и нет определенных планов. Поехали ко мне, - он убеждал меня так искренне, словно я и правда был ему нужен. -Я собирался сегодня на поезд... -Сдадим билет обратно. Никаких проблем. Ты едешь со мной. Я тебя не отпущу. -Но я должен искать жилье, работу... - меня не устраивал вариант перебиваться нелегальными зельями и дальше. - Я умру с голоду, если потеряю время. Люциуса несколько удивили мои слова. Для него, наверно, дико услышать, что если не поработаешь несколько дней, не дотянешь до конца месяца. Но для меня это вовсе не шутки... -Не вижу проблемы, - пожал он плечами, - останешься у меня столько, сколько хочешь. Как раз и работу поищешь ту, которая тебе подойдет. Это не проблема. Зато будешь сыт, согрет и обласкан, обещаю, - он томно улыбнулся. -Но Люц... Твой отец не позволит... - робко добавил я. Я уже не ребенок, которому некуда податься. - На каком основании я к тебе приеду? -На том, что я так хочу! Ты мой гость, и этого достаточно! У отца гостят знакомые по несколько месяцев, и я как совладелец имею полное право распоряжаться территорией. Я приглашаю того, кого пожелаю, и я желаю тебя. Мне показалось, им руководит какое-то отчаяние. Он так однозначно это говорил, словно доказывал свои права кому-то, убеждал самого себя. Конечно, между нами все произошло внезапно и как снег на голову. Ни он, ни я не подозревали, что сегодняшняя встреча на улице обернется таким откровением. И все же меня пугал его настрой. Он собирался сделать что-то против установленного порядка в их доме. Я ощущал себя нарушителем, несмотря на смелый порыв Люциуса. Люц видел мои мучения, поспешил заранее предотвратить все мои "но": -Если ты боишься, что мой отец будет недоволен полукровкой в доме, то осмелюсь утверждать, что воспитание не позволит ему указать гостю на подобное. А если ты рассчитываешь поразить его своей ориентацией, то поверь, его психике уже ничего не страшно после меня, - заявил Люц, смеясь. - Так что забудь об этом, Сев! Ты мне нужен. Я хочу, чтобы ты был рядом. -А как же твоя невеста? Она не допустит... И мы не можем.. -Невеста? О, Сев, она мне невеста с шести лет, и что теперь, не жить? Мы с ней даже не виделись после школы, да и в Хоге не пересекались - она на младшем потоке училась. Я ее не люблю, она не любит меня, мы никогда не поженимся. Мы не обязаны жить по указке родителей. -Но ты сказал, что отец подобрал тебе пару... Значит, все к тому идет... -Я сказал это, чтобы задеть тебя, разумеется. Думаешь, ты один можешь мутить со своей рыжей дев... -Я с ней не мутил никогда. И хватит уже ее поминать. -Значит, у тебя нет причин отказать мне, верно? - он улыбнулся. -Люц... Но ты уверен? Уверен, что хочешь, чтобы я приехал? - мне необходимо было это услышать от него, потому что я боялся, что все это выдумал сам, мечтая, либо просто сплю. Он притянул меня к себе снова. -Сев, да если бы ты не молчал столько времени, я бы тебя уже к себе переселил. Ты едешь со мной, и точка. Никаких отговорок. Если, конечно, - он усмехнулся, - наши желания совпадают. Ты думаешь о том же, о чем и я, Пинки? -Думаю, да, Брейн, - выдохнул я ему в губы. - Ты угадал, за много лет я успел так соскучиться по библиотеке твоего отца. Он рассмеялся. -Тогда я прикажу устроить тебе спальню прямо в ней, с доступом к самым занудным магическим фолиантам, с возможностью заполнить склянками весь винный погреб, задымить зельями все пространство-время, тащить в дом свой хворост, - так Люц называл мои сушёные травы, - и творить беспредел, какой пожелаешь. Я совершенно потерял голову рядом с ним. Его руки, губы... Аромат... То, как он смотрел на меня.. То, что он ревновал меня к Лили.. -Не могу отказаться от столь заманчивого предложения, - я вновь ответил на поцелуй. Я готов был броситься за Люцем хоть в ад.