а можно я с тобой?

Как и было обещано, Сережа написал Игорю спустя пару дней сказав, что он согласен встретиться. Гром предложил прогулку по городу, тем более, что погода расщедрилась на приятные три градуса выше нуля и, удивительное для Питера, безветрие. План куда сводить Разумовского появился практически сразу, и они договорились встретиться на следующий день. Все утро Игорь, непривычно для себя, был на нервах. Вот уже несколько минут он смотрел на свое отражение в зеркале. Волосы сильно отросли с последней стрижки и теперь вились странными кудрями, что было очень непривычно. Последний раз он ходил такой кудрявый лишь в юности. Его бывшая жена Саша говорила, что ему не идет и тогда он взял в привычку коротко стричься. Наконец он встряхнул головой отгоняя ворох воспоминаний, умылся и подошел к шкафу. Выбрав наиболее приличную одежду он накинул куртку и натянул на голову кепку, чтобы его кудри не торчали так сильно. Повязав на шею любимый шарф Игорь наконец выбежал из квартиры на встречу прохладной уличной погоде. Добравшись до нужного места в рекордные сроки Гром измерял шагами периметр вокруг станции метро, и каждую минуту проверял время на телефоне. Часы никак не хотели быстрее двигаться к отметке 14:00 и Игорь продолжал нервно расхаживать туда-сюда. Однако наконец у входа показалась рыжая макушка. Выйдя из дверей метрополитена Сережа тут же натянул капюшон фиолетовой толстовки на голову и огляделся. Заметив своего сегодняшнего спутника он приветливо помахал рукой и подбежал к застывшему на месте Грому. — Привет, — с улыбкой кивнул Птица. — Привет, — ответил Игорь и они несколько секунд простояли в неловкой тишине, — пойдем? — Да, веди, — снова улыбнулся Сережа. Яркое зимнее солнце отражалось в растаявшем снегу и стеклах, ласково играя с прохожими. Мужчины шли по извилистым улочкам города негромко переговариваясь обо все на свете. Говорил конечно в основном Сережа, увлеченно рассказывая про свою работу на соцсетью Vmeste, которая уже почти была готова к полноценному запуску, а Игорь заинтересованно слушал стараясь понять множество технологических терминов. Наконец солнце начало постепенно крениться к закату, а значит им нужно было поторопиться. — Голодный? — Игорь притормозил и обернулся на Сережу. — А? — уже уйдя на пару шагов вперед остановился он, — да, я бы поел. — Тогда пошли зайдем кое-куда, — кивнул Игорь на поворот к соседней улице, — тут недалеко. Сережа в ответ лишь улыбнулся и продолжил рассказ о своей жизни в мгу, Москва сильно повлияла на него тогда. Гром остановился у привычного ларька с шаурмой и наклонился к маленькому окошку. — Здарова, Джам. Две сырных, один американо и… — он повернулся к неловко застывшему Сереже. — Капучино, два сахара, — выпалил Птица. — И капучино, два сахара. — Принято родной, — ответил повар, — все в лучшем виде, 5 минуток обожди! — Игорь кивнул и погладив вьющуюся рядом бездомную собаку вернулся к Сереже. — А мы тут…не отравимся? — шепнул Разумовский опасливо поглядывая на зевающую псину. — Я сюда часто хожу. У Джама все в порядке с этим, — в ответ он получил лишь настороженный кивок и на несколько минут мужчины застыли в тишине. — Готово, родной! — крикнул повар высунув голову из ларька и Игорь подскочил чтобы забрать пакет и два стакана. — Спасибо, — бросил он и поспешил сунуть в руки Сережи его капучино и шаверму, — держи, утром еще мяукала, — хихикнул Гром. — Псих, — нервно засмеялся в ответ Птица и сжал стакан в замерзшей руке. — Постоим или на ходу? — уточнил Игорь делая большой глоток горячего напитка. — Отдохнем, — фыркнул Сережа облокотившись на каменный забор подземного перехода, — не люблю есть на бегу. — Тогда надо быстро, а то опоздаем, — кивнул Игорь развернув фольгу и сделав смачный укус. — Куда? — встрепенулся Сережа. — Увидишь, — промямлил Гром с набитым ртом, — ешь. Разумовский опасливо взглянул на сверток и вздохнул. Аккуратно поставив стакан на забор он оторвал кусочек фольги и надкусил шаурму. Секунду зависнув он прожевал и улыбаясь сглотнул. — Ахуеть…как вкусно! — Я же говорил, — пожал плечами Игорь и ухмыльнулся. Как только Сережа проглотил последний кусочек этой божественной шавермы Игорь поспешил потащить его дальше. Солнце было уже низко, скоро должно было совсем сесть за горизонт… — Куда мы так торопимся? — запротестовал Разумовский стараясь догнать Грома. — Скоро увидишь, — бросил Игорь и снова завернул за угол, на соседнюю улицу. — Мне уже страшно, — фыркнул Сережа, чуть не врезавшись в столб. Наконец Игорь остановился у подъезда и заученным движением ввел код от домофона. Дверь с характерной трелью открылась и пустила мужчин внутрь. Не теряя ни минуты Гром понесся вверх по лестнице, схватив Сережу за запястье. — Игорь, что происходит?! — запротестовал Разумовский когда они оказались на последнем этаже пятиэтажки. — Почти пришли, — фыркнул Гром в ответ и дернул лестницу ведущую на чердак. Железная плохо сваренная арматура с лязком вылетела сверху и Игорь поспешил залезть наверх. Там он толкнул дверь и вылез на холодную крышу. Дойдя до края он шагнул на соседний дом и обернулся, — ты чего завис? — Это нелегально, — Сережа стоял в проходе скрестив руки на груди, — ты же мент! Знать должен! — В отставке, — напомнил Игорь пожав плечами, — ничего нам не будет, тем более я знаю всех полицейских этого района, все будет хорошо, — Птица покачал головой, но все же медленно подошел к краю. Игорь протянул ему руку и с его помощью Разумовский все же перешел на крышу другого дома. Держась за руки они поднялись по склону черепицы вверх и остановились у ржавой металлической лестницы, — давай ты первый. Буду тебя ловить если что. Сережа обижено показал ему язык, но все же полез первым. Аккуратно переставляя ноги и до бела сжимая руки на старых балках он аккуратно вылез на возвышенность и застыл. Вид на просторы города открывающиеся с этого места поражал. Весь Санкт-Петербург был как на ладони. Совсем рядом был Исакиевский собор и остров Новой Голландии, чуть дальше виднелся шпиль Васьки, Эрмитаж и вся дворцовая площадь. Десятки домов старой постройки блестели зажженным светом в окнах а сотни крошечных людей суетились на улицах. Птица стоял открыв рот и, боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть эту красоту в свете закатного солнца. — Ты бы хоть отошел немного, — нарушил это наваждение Игорь и Сережа тут же отпрыгнул в сторону чтобы дать и ему взабраться на крышу. Гром свистнул оглядываясь вокруг и по хозяйски сел на небольшую возвышенность, укрытую старым ковром, он приходил сюда далеко не один раз, и еще давно притащил его сюда, чтобы не отморозить ничего на холодном бетоне, — ну как? — Невероятно…- протянул Сережа с ногами забираясь рядом, — спасибо, Иг…- но его тут же отвлек вид зажигающихся уличных фонарей. Весь город в один миг осветился ярким светом, а спустя несколько секунд солнце окончательно зашло за горизонт. Тут и там постепенно начали зажигаться маленькие огоньки в крошечных окнах нарушая темноту вокруг, — ва-ау… — Ага, — кивнул Гром и улыбнулся смотря на Сережин профиль. Его завороженный взгляд был устремлен вдаль на пейзажи города и кажется он не замечал ничего вокруг. Покопавшись в карманах Игорь вытянул плеер и поспешил сунуть в ухо Сережи наушник. Тот вздрогнул, но после улыбнулся когда из динамика ласково запела Земфира. Вороны-москвички меня разбудили Промокшие спички надежду убили Курить. Значит, буду дольше жить Значит, будем Сережа мелко задрожал когда очередной порыв ветра начал пробирать до костей. Он был одет слишком легко для такой прогулки. Неловко поджав колени к груди в попытках согреться он тихо вздохнул. Игорь обернулся заметив движение: — Замерз? Может пойдем? — встревоженно спросил Гром. — Немного…давай еще посидим, здесь так красиво. — Горе ты луковое, — Игорь подвинулся ближе, стянул с себя шарф и накинул Птице на шею, а затем сунул тому в руки пару перчаток. — Ты чего…не хватало еще чтобы и ты замерз, — запротестовал Сережа. — Я то закаленный. Грейся давай, через пару минут пойдем, не хочу чтобы ты заболел, — Разумовский с благодарностью завязал на шее шарф и натянул перчатки. Теперь они сидели как можно ближе друг к другу, так и правда было теплее. Закончилась очередная песня и Игорь выключил плеер. Вместе с наушниками он сунул его в карман куртки и встал. — Пойдем, не то в сосульку превратишься. — Ну еще немного, — простонал Сережа не отводя взгляд от прекрасного вида. — Я отведу тебя сюда еще раз когда тепло будет. Пойдем, — он взял Сережу за запястье утаскивая к выходу, — хочешь зайдем ко мне, чаем хоть напою. — Если не буду мешаться, — пожал плечами Птица подходя к лестнице. — Не будешь, не волнуйся, — Игорь получил смущенную улыбку в ответ. Квартира Грома и правда оказалась совсем рядом, всего лишь в десяти минутах от крыши. Игорь бы соврал если бы не думал о таком исходе событий с самого начала, но тогда это казалось лишь мечтой. Все же не зря он утром немного прибрался, подобрав все разбросанные по комнатам вещи, и протерев пыль в самых заметных местах. Он вошел в квартиру первым, на ходу скидывая верхнюю одежду и обувь, а затем сразу направился на кухню, чтобы поставить чайник. — Чувствуй себя как дома, — уже с кухни крикнул он включая кран чтобы набрать воды. Но ответа не последовало поэтому Игорь оставил посудину на плите и выглянул из-за стены. Сережа с удивленным видом стоял напротив овального резного окна, — ты чего? — А? — Птица оглянулся, — окно…такой раритет! Это же наверное еще царской постройки! Как его не заделали в обычный стеклопакет еще при советах? — Бабка долго билась за эту часть квартиры, потом отец, ну, а мне она досталась уже после приватизации, так что это считай родовое поместье Громов, — Игорь засмеялся возвращаясь к чайнику. — Ну ты прям аристократ, — фыркнул Сережа тоже заливаясь смехом. Еще пару минут постояв у резного окна он все же присоединился к Игорю за столом. Он задержал взгляд на мужчине и улыбнулся. — Твои волосы… — что? — не понял Гром ощупывая голову. — Ты кудрявый! Никогда бы не подумал. Это очень красиво выглядит, — Сережа продолжал неотрывно изучать кудряшки Игоря, который чувствовал себя крайне неловко. Гром по очереди открыл каждый ящичек на кухне под зорким взором Сережи, а затем грустно вздохнул и тихо выругался. — Что-то случилось? — удивился Птица. — Чая нет, — выдохнул Игорь, — есть только какой-то сбор трав от тети Лены. — Так даже лучше, — улыбнулся Разумовский. Спустя несколько минут на столе появились две кружки травяного чая, полупустая банка малинового варенья и немного печенья в тарелке с коцанным краем. — Тоже все от тети Лены. Она спонсор моего холодильника, — смеясь сказал Игорь наконец усевшись за стол рядом с Сережей. — Твоя тетя прекрасная женщина, — улыбнулся Птица пробуя чай. — Ну она не совсем моя тетя…она жена лучшего друга моего отца. Они воспитывали меня после его смерти…самые близкие мои люди, — с грустной улыбкой Игорь положил себе в кружку ложку варенья. — Оу…ты не говорил, что он умер. А мама? — Я ее не знал совсем. Отец не любил о ней говорить, она ушла когда я был совсем маленьким. Вроде она была художницей…или филологом. Что-то в этом роде. Просто от нее у нас осталось несколько картин, поэтому наверное художницей. В общем, не знаю точно, — Игорь говорил тихо путаясь в словах. Даже спустя столько лет это была больная тема, — к тому же я очень любил рисовать в детстве, мечтал делать комиксы, как про человека-паука и прочих супер героев. Папа всегда говорил, что я похож на мать в этом. Могу потом поискать в шкафу если тебе интересно. — Никогда бы не подумал, что ты был художником, — улыбнулся Сережа, — я тоже вообще рисовал раньше много…но вряд ли что-то сохранилось после выпуска. — Из школы? Ты переехал или что? — Гром отхлебнул чай обжигая язык. — Нет…не совсем, — Разумовский отвернулся избегая взгляда, — я детдомовский. Мои родители погибли в пожаре…мама спасла меня передав прямо в руки пожарным, а сама умерла надышавшимь угарным газом. — Сочувствую…я не знал, — Сережа пожал плечами и перевел взгляд на Игоря грустно улыбнувшись. — Что было, то прошло. Расскажи лучше как ты из мечты стать комиксистом стал полицейским? — Отец работал в милиции, спасал людей… — Игорь замялся, — я практически не видел его, постоянно работа. И знаешь, очень глупо, как-то я украл у него пулю из табельного, чтобы повыпендриваться перед одноклассниками, а ему этой пули не хватило чтобы убить предателя. Напарник его предал. Я до сих пор думаю, что если бы не я он мог бы выжить, — Гром уткнулся взглядом в кружку а Сережа болезненно вздохнул, — ну и я решил пойти по его стопам. Как видишь хреновый из меня получился мент. Теперь вот на поисках людей спасаю хоть… — Игореш…ты не виноват, — Сережа ласково погладил Грома по руке, — ты был ребенком. — А ты как? Кем хотел стать? — Игорь отмахнулся от своей темы перескочив на чужую жизнь. Сережа еще несколько секунд молчал прикусив губу, но все же вздохнув начал говорить. — Мне всегда нравились компьюторы, это было что-то фантастическое для детдомовских детей. Ну и учился я хорошо. Уже в универе придумал соцсеть чтобы людям помогать…а потом увидел поиск ну и пришел, тоже чтобы просто помочь. Дальше ты наверное знаешь, — Игорь поднял взгляд и грустно улыбнулся. Рука Сережи до сих пор лежала на его предплечье и Гром ласково взял ее в свою ладонь. Уютная тишина установившаяся в комнате нарушалась лишь воем ветра за окнами и тихими глотками остывающего чая… На улице уже давно было темно, кажется даже пошел привычный для города дождь со снегом, часы показывали около девяти вечера когда мужчины плавно переместились с кухни на диван в гостиной. В поисках чем заняться вдвоем Игорь достал из шкафа старую пыльную шахматную доску, без пары фигур в комплекте. Белого ферзя пришлось заменить зажигалкой, а черную пешку пивной крышкой. На фоне тихо трещало радио и тихие разговоры мужчин нарушал лишь громкий стук фигур об дерево. — Мы в детстве с отцом часто играли в шахматы, — ностальгически улыбнулся Игорь, — я помню как он учил меня предугадывать ходы соперника. — Ого, это круто! — ответил Сережа переставляя слона на две клетки по диагонали, — я ходил в шахматный кружок в школе. Там было тихо и интересно, мне очень нравилось. Перестал ходить когда нашу прекрасную учительницу сбила машина… — Звучит ужасно, — вздохнул Гром. — Так и есть… Я был единственным ее учеником на похоронах, пришлось вымаливать у воспитателей чтобы меня отпустили, — Сережа закусил губу смотря вроде бы на шахматную доску, но как будто сквозь нее. Они молчали всю оставшуюся партию закончившуюся ничьей. Было уже поздно когда обоим наконец пришло осознание что надо бы расходиться. Сережа уже начал одеваться пока Игорь стоял рядом с ним в коридоре. — Может тебя проводить до метро хотя бы? — предложил Гром оглядывая какого-то чересчур потерянного Разумовского. — Было бы неплохо, я плохо помню дорогу. Если тебе не трудно, — Птица неловко улыбнулся. — Тогда пошли, — Игорь накинул на себя куртку и быстро обулся. Затем протянул Сереже шарф и шапку, на что получил искреннюю улыбку и полный благодарности взгляд. В темноте и прохладе ночного города мужчины медленно шли по дворам и улочкам, Игорь показывал Сереже короткую дорогу к станции. Пока шли он также рассказывал какие-то истории из жизни связанные с этими местами или домами. — Смотри, вот тут мой друг Бустер вьебался в стену на своем фургоне. Сидел потом 15 суток у меня в отделении. Мы вместе с первого класса, пришлось ему передачки в обезьянник носить, — Сережа оглядел помятые кирпичи и рассмеялся, а Гром лишь задумчиво улыбнулся, — ладно, пойдем нам вон туда. Немного осталось. — И правда совсем чуть-чуть, — улыбнулся Птица издалека заметив светящуюся букву «М». Пройдя еще несколько метров мужчины остановились у дверей из которых тянуло теплом и немного пылью. — Держи? — Сережа попытался вернуть шарф стягивая его с шеи, но теплые руки Игоря его остановили. — Оставь пока себе, замерзнешь же. Потом вернешь, — Разумовский благодарно улыбнулся и потянулся обнять Грома. — Тогда до встречи, — Сережа обвил руки вокруг шеи Игоря и почувствовал легкие прикосновения к своей талии, — спасибо за прекрасный вечер, — Они простояли в тишине еще несколько секунд и поспешили отстраниться друг от друга, красные как два пубертатных подростка. — Да…до встречи. Напиши как доедешь, — пробубнил Игорь стараясь сохранить спокойное лицо. — Да, напишу, — протараторил Сережа пряча красные щеки в шарфе, — пока? — Пока, да, — Птица еще раз махнул рукой и скрылся в метро. Игорь с минуту простоял глядя ему в след а после развернулся и быстрым шагом помчался домой закуривая на ходу.