Вышмат и грандиозный провал

Как же тяжело. Эта мысль крутится у меня в голове беспрерывно на протяжении всей последней недели. Три месяца назад я рассталась со своим молодым человеком, и если ментальное восстановление прошло более чем успешно благодаря лучшей подруге, то недостаток физического удовлетворения все сильнее даёт о себе знать. Мастурбация, которая раньше помогала довольно неплохо, стала почти бесполезной. В общем, все мысли круглосуточно понятноочем. С одной стороны, учиться в университете стало немного сложнее, но с другой, похожий опыт у меня уже был до начала предыдущих отношений, так что записывать конспекты и понимать большую их часть получается рефлекторно, почти неосознанно. Тем более университет — не школа, практически ни на каких парах преподаватели не следят, чем ты там занимаешься, и сидеть улыбаясь, опустив взгляд под парту, можно хоть все полтора часа. Обучаясь на третьем курсе и зная уже всех преподавателей, я совершенно ни о чем не волновалась, потому что трудилась над своей успеваемостью два предыдущих года, а как известно, сначала ты работаешь на зачётку, а затем зачётка — на тебя. Поэтому уже который день преспокойно сижу себе на одном из дальних рядов с краю, чтоб никто из присутствующих не мог увидеть, что Еся Куликова, примерная староста и хорошистка, без зазрения совести рассматривает лицо хентайной молодой леди, выражающее безмерное наслаждение от проникающих в неё фиолетовых щупалец разного размера. В общем, сегодня настроение мысленно пофапать на порнушку с тентаклями. Не знаю, зачем я это делаю, ведь действительно самоудовлитвориться на паре не получится (я не настолько отчаянная), и это разжигает желание в разы сильнее, но не могу остановиться. Начинается первая пара. На календаре начало декабря, но погода говорит о том, что наступила полноценная зима. За окном ещё темно, хлопья снега медленно падают за окном, невероятно атмосферно. Половина присутствующих учеников, понятное дело, досыпают. Некоторые ведут конспекты по вышмату. Наш преподаватель, Михаил Алексеевич, лояльно относится к тем, кто понимает его предмет или хотя бы искрене старается это сделать и, соответственно, довольно строг ко всем остальным. Довольно видный, статный мужчина лет тридцати пяти. На первом курсе, когда у меня еще не было отношений, львиная доля фантазий была обращена именно к этому преподавателю, но никаких надежд у меня не было, потому что не первом же занятии на его руке я увидела кольцо. Но вернемся. Из-за того, что клонит в сон, мысли и фантазии как будто более реалистичные. Утыкаюсь взглядом в тусклый экран телефона. Один склизский отросток обвивает шею рыжеволосой девушки, другой движется между зафиксированных ног по плоскому белому животу к груди с розовыми набухшими сосками. Сжимаю ноги. Все мышцы внизу живота напрягаются. Чувствую лёгкое покраснение на щеках и влажность под юбкой, но сохраняю невозмутимое лицо. Следующий кадр. Два маленьких щупальца раздвигают девушке в стороны половые губы, отросток в виде пениса стремится в раскрытую для него щель. Главное не прикасаться к себе руками... Следующий. На новом изображении много маленьких щупалец оказались во рту девушки и, видимо, добрались до самого желудка, так как живот сильно раздулся. Вздрагиваю от касания. Преподаватель тронул за плечо, обращая на себя внимание. Аккуратно кладу телефон на стол, забываю нажать кнопку блокировки, но не сильно переживаю, так как яркость экрана настолько низкая, что увидеть изображение при ярком свете ламп можно только если смотреть под прямым углом с небольшого расстояния. - Есения, я жду ответа. - Михаил Алексеевич, извините, я немного задумалась, ещё не полностью проснулась. Не могли бы, пожалуйста, повторить вопрос? - Понимаю, всем нам явно не хватает кофе в одной руке и энергетика - в другой. Расскажите нам, пожалуйста, про метод Гаусса. Произнести я успела только "Метод Гаусса используется для решения...", и тут потух свет. Видимо, метель, убаюкивающая по ночам, послужила причиной отключения света. Но стало темно не полностью, черты лица преподавателя я всё ещё четко видела. И видела его взгляд. А вернее, его направление. Сейчас наши лица освещал экран моего телефона, и задумчиво-растерянное выражение лица Михаила Алексеевича дало мне понять, что он успел увидеть ВСЁ, что было на экране. Мне конец.