Предсказания по выгодной цене

      Часы показывали девять вечера и двадцать три минуты, когда в квартире Лю Сыяна раздался звук стандартного рингтона. Через несколько секунд пение птиц стихло и вместо него послышался холодный голос:              — Да? Что такое?              — Сыян, — женщина в трубке всхлипнула и разрыдалась, — Сыян… Сыян… А-Бэйши, его… Наш Лю Бэйши попал в больницу!              — Что ты сказала? — немного заторможенно произнес Лю Сыян, чувствуя резкий приступ тошноты.              В голове у капитана отдела уголовного розыска резко опустело. Весь вечер пытаясь избавиться от мыслей о предсказании Ван Юаня, Лю Сыян настраивал себя на то, что ничего не случится, ведь все это — бред, а даже если что-то и случится, то с ним, а не с кем-то другим.              Но, видимо, не все мысли были материальны.              — У него заболел живот, — всхлипнула Чэнь Ино в трубку, — еще во время ужина. Я предложила ему выпить обезболивающее, но он сказал, что это ерунда… Что это… Я просто… Когда он вставал из-за стола, он неожиданно закричал и упал… Мой Бэйши, он так кричал… Сейчас он в операционной, врач говорит, что у него острое воспаление аппендикса… Ты…              — Я приеду.              Одевшись в первую попавшуюся под руку одежду, Лю Сыян выбежал из дома и сел в свой новенький Чанган. Несмотря на то, что, казалось, его внутренности пытались вывернуться наизнанку от страха за сына, руки его не дрожали и уверенно управляли машиной. Больница, адрес которой назвала ему бывшая жена по телефону, была довольна близко к дому Лю Сыяна, так как Лю Бэйши, Чэнь Ино и ее новый муж жили в шаговой доступности от него. Только с этим условием Лю Бэйши согласился остаться жить с матерью, хотя от всей души ненавидел своего отчима. Практически каждый день, когда Лю Сыян не задерживался на работе, его пятнадцатилетний сын заходил к нему перед тем, как вернуться к матери. Этот парень был намного больше похож на отца, чем на мать, и, наверное, именно поэтому так сильно любил его. Если бы не несколько нюансов, Лю Бэйши до последнего бы настаивал на том, чтобы остаться жить с отцом, но увы, его мать, Чэнь Ино, выиграла это дело.              В итоге, все закончилось хорошо: Лю Бэйши был экстренно прооперирован, и, к приезду Лю Сыяна в больницу, врач уже заверял Чэнь Ино и ее нового мужа, что самое опасное позади. Приехавшего в полицейской форме Лю Сыяна даже пустили увидеться с сыном, хотя последний еще не успел отойти от наркоза.              — Лю Сыян, ты приехал прямо с работы? Снова задержался? — спросила Чэнь Ино, успокоившись и умывшись в женском туалете. Пока ее не было, ее бывший и нынешний муж угрюмо молчали. — Хорошо, что Лю Бэйши остался со мной, кто бы увидел, что ему плохо и отвез его в больницу?              Умевшая несколькими фразами зацепить его за живое, Чэнь Ино осуждающее покачала головой. Она была ровесницей Лю Сыяна, но выглядела моложе него. Некоторые люди даже принимали ее за старшую сестру Лю Бэйши, когда она приходила на родительские собрания.              У Лю Сыяна от ее осуждающей и недовольной мины привычно испортилось настроение. Когда-то он любил эту женщину, но сейчас не помнил все то хорошее, что их связывало.              В его голове осталось только плохое.              — Я приехал из дома, — холодно и раздраженно в тон бывшей жене ответил Лю Сыян, — надел первое, что попалось под руку.              — Вот как, — ответила женщина, но не выглядела убежденной. — У тебя кто-нибудь появился?              Ее новый муж закашлялся. Лю Сыян же не был удивлен вопросу. Такова была Чэнь Ино.              — Нет.              — Жаль, — совсем не искренне ответила она.              Их разговор потух, как пламя догорающей свечи: никто не собирался поддерживать в нем жизнь. Оставив свои номера телефонов, заполнив документы и оплатив лечение, все они отправились домой.              Вот только Лю Сыян до дома не доехал. Окруженный запахом дорогого салона и навязчивым голосом в голове, говорящим «вы поедете в больницу», на середине дороги он развернулся и поехал в обратную сторону. Немного не доехав до больницы, капитан Лю перестроился и в соседнюю полосу и свернул на знакомую уже улицу.              Время перевалило за полночь, но свет на втором этаже над приемной Первого Оракула еще горел. Плотные темные шторы были задернуты, но даже так Лю Сыян видел ходящий туда-сюда силуэт.              На сердце было неспокойно.              С трудом поборов порыв развернуться и уехать, Лю Сыян за каких-то три минуты оказался перед чужой дверью.              Постучал.              Ему открыли.              Ван Юань не ждал гостей. Его длинные волосы были собраны в неаккуратный пучок, пирсинг был снят, а на лице виднелись следы увлажняющего крема. Он был настоящим — практически обычным в этой своей однотонной темно-синей пижаме, и Лю Сыян на секунду чуть не забыл, зачем пришел.              — Как ты узнал? — резко спросил он, без приглашения шагая в чужую квартиру, тем самым вынуждая Ван Юаня отступить на несколько шагов. Лю Сыян больше не разговаривал с ним вежливо, а потому Ван Юань собирался отныне отвечать ему в той же манере.              — Узнал что? — спросил ясновидящий напряженно, слишком явно ощущая чужую агрессию.              — Про больницу, как ты узнал? — повторил Лю Сыян с таким эмоциональным лицом, какого Ван Юань у капитана отдела уголовного розыска еще не видел. — Этого нельзя было узнать. Никак! Как ты это сделал?              Ван Юань, чувствуя себя в опасности, отступил еще на шаг назад и спросил:              — Я просто увидел, что ты будешь в больнице. Что такого случилось, что ты так себя ведешь?              — А ты не знаешь?              — Не знаю! Я же говорил, что вижу случайные вещи. Подробности твоего посещения больницы я не видел.              Лю Сыян вдруг коротко хохотнул и сказал:              — Первый Оракул… Кто придумал тебе такое прозвище? Разве может быть первым тот, кто видит лишь случайные вещи и не видит детали? Разве может быть первым такой шарлатан?