Любовь человека и Кицунэ

Открыв дверь перед было, блондин натянул на себя первую попавшуюся одежду в виде халата и попал под взор разозлённого до чёртиков... Учихи. Впрочем, этого стоило ожидать, ведь всё, что за субботний день сделал блондин, это потренировал водяное лезвие, приступил к фууну, узнал, что из себя представляет Кьюби на самом деле, ну и, конечно же, хорошенько так протестировал собственные печати с сопутствующим наслаждением для себя любимого. И от всего вышеперечисленного Наруто и думать забыл о спарринге, что они забились провести в субботу. Вот и джинчурики при виде Саске вообще не врубился, что незванному брюнету нужно. Однако стоило брюнету уставиться на блондина, как в голове последнего тут же зашевелились нейроны, что напомнили своему обладателю о данном ивенте. От чего джинчурики тут же стыдливо улыбнулся и почесал затылок. В ответ на типичные оправдания блондина его вечный соперник лишь злобно хмыкнул и пригрозил тому поражением. На что джинчурики счёл его слова оскорбительными и чуть не начал драку, дав понять, что он не намерен терпеть этот бред. Но вовремя замер на пороге, вспомнив, что он сейчас весь в царапинах, засосах и различных жидкостях лисы. От чего мстителя пробрало на нелестный комментарий, глядя на синеглазого. — Фу, кстати, Добе, а чем у тебя воняет? Добе... Убираться не пробовал? — съязвил тот, сморщив лицо и демонстративно зажав нос, как бы указывая, что он и дальше будет провоцировать блондина, дабы прямо здесь устроить так желанную им потасовку. На счастье блондина, Учиха был ещё зелёным девственником и ещё не был знатоком потребностей взрослых людей, предпочитая полигон похабным книжкам. А иначе бы у юного мстителя возникла бы масса вопросов о времяпрепровождение сына четвёртого. Однако поняв, что блондин сейчас на удивление спокоен, как удав, что съел десяток мышей, Саске даже слегка ошалел от подобного соперника. Схватив блондина за грудки халата, он тут же отпрянул от него, как от раскалённой печи. За всё то время знакомства с лисой блондин ещё кое-чему научился. А именно выпускать свою ки. Да, делал он это неосознанно, даже не понимая, что это за сила. Но увидеть побледневшее лицо Учихи он всегда был рад. — Саске. Я же сказал тебе, что сожалею о том, что тебе пришлось провести весь день в ожидании меня. Но я был занят. И попрошу тебе не докучать мне в мой выходной. Думаю, я не в настроении сейчас с тобой драться. Но если твоему хрупенькому эго так хочется, то ты можешь приписать к своей истории побед ещё одну... Жалкую... Техническую победу. После этого, напомни, счёт станет сколько? 136:127? — 138:127. Поправил его брюнет, от чего джинчурики аж рассмеялся. — А какая, собственно, разница? Ну будет у тебя 139 побед. И что с того? Да и к тому же, Саске, это всего лишь соревнование. Чего ты так воспринимаешь всё близко? Сердцу? — от данного вопроса зрачки брюнета расширились. Что он сейчас сказал? Да как он посмел так принизить его достижение в их длинющем соревновании? Да и давно ли для него это стало «всего лишь соревнованием»? Кулаки брюнета сжались, а в глазах мелькнула недовольная искра. Вот только возразить обиженному сопернику было просто нечем. А трогать того ещё раз он не решился. В последнее время Саске стал часто ловить себя на мысли, что он как минимум остерегается блондина. То ли это связано с фактом молниеносного роста. То ли с тем, что Наруто словно нарочно скрывает собственные силы. А неизвестность не просто так считается древнейшим страхом человечества. Отмахнувшись с прощением, Учиха уже собирался уходить. Как вдруг вдогонку услышал. — Ладно. Не грусти, Теме. Завтра у Чоуджи день рождения. Возьми с собой Сакуру. И так уж и быть, устроим им показательный бой. Что скажешь? — спросил в догонку у брюнета. — Ой, иди к черту, Удзумаки. — прошипел мститель, так и оставив его предложение без явного ответа. Уйдя в свои мысли после их короткой встречи. Поняв, что ловить здесь ему нечего, джинчурики тут же ретировался к лисе, после найдя силы даже отнести плутовку к душевой и отмыть собственные тела от последствий их шалостей. Вечер же дуэт провёл весьма стандартно. Блондин ушёл на полигон, параллельно отправив клона за гостинцем для Чоуджи, что он подарит тому на день рождения. Курама же продолжила осваивать хенге и одну из своих техник, дабы совсем скоро обрушить их на свой список неугодных, коих накопилось уже приличное количество. Пришёл блондин под вечер, весь без сил заползая в дом и падая за порогом, закрыв дверь. Видя состояние своего примечательного сосуда, Курама не начала ворчать, а просто отнесла трудягу, что умудрился захрапеть в пушистых оковах ещё до того, как его голова достигла поверхности перьевой подушки. Улыбнувшись сама не зная почему, Кьюби разместила юношу подле себя и присоединилась к нему спустя всего десять минут. Как-никак, она тоже дома просто не сидела. И как итог, никто из них не встал с первыми лучами солнца. Да что уж там, и со вторыми тоже. Продрали глаза двое только тогда, когда светило уже было в зените. И посмотрев Друг на друга сонными глазами, провалялись так ещё полчаса. Всё равно день рождение проходил вечером. И спешить тупо не было смысла. А потому, взяв за основу муку, Удзумаки решил побаловать лисицу интересной закуской... что звались блинами. Разумеется, Кьюби с интересом, как у ребёнка, принялась обнюхивать и рассматривать горячие лепёшки из теста, что Удзумаки испёк для неё. Заметив, как смешно Кьюби выглядит с его изделием, блондин не сумел сдержать приятной улыбки, что разместилась на его лице. Не теряя времени, парень обмакнул блин в сахар, перед этим сложив его в виде треугольничка. Запихивая его в пасть озадаченной лисе. И под удивлённый вздох лисица начала, словно дикое животное, заталкивать данную парнем добычу себе в глотку. Щедро облизав руку, что её кормит, достав аж до запястья. Удзумаки, будучи озадаченным, тут же вынул конечность, боясь того, что лисица сочтёт его руку как закуску к десерту. Вкусно позавтракав, джинчурики решил провести с Кьюби время, читая сытой лисице свои старые конспекты, что ему довелось написать во времена академии. Лиса с интересом слушала и не перебивала рассказчика, улёгшись прямо между ног рассказчика, дав тому доступ к пушистым ушкам, что были с пристальным вниманием пощупаны и поглажены рукой Удзумаки, слыша при этом удовлетворённое урчание рыжеволосой кицунэ. Время пролетело довольно быстро, и дуэт решил, что пора выдвигаться. Лисица была спрятана в печати, а сам Наруто оделся по-праздничнее, не забыв и про подарок с закусками. Погрузив всё это на себя, юноша аккуратно выдвинулся в поместье Акимичи, сменив облик, дабы не нарваться на неприятности в виде каких-нибудь алкашей. И, к счастью, ему повезло, и джинчурики добрался до друга без проишествий. Но вот что его удивило больше всего, так это наличие на праздничтве его сокомандовиков Саске и Сакуры. Также тут были Киба, Шино, Ино, Шика и много соклановцев Чоджи, что организовали пир, от которого у наблюдавшей через глаза джинчурики Кьюби сердце пропустило удар. Столько еды она видела разве что на пришествах, что устраивали, когда та была императрицей. Тем печальней тот факт, что, увы, всё это не достанется лисе. Заливаясь слюнями и пустив скупую слезу, рыжеволосая смирилась с тем, что не в том положении, чтобы просить о такого рода широчайшем жесте. Встретив парней, Наруто тут же ухмыльнулся и отдал подарки имининику. — Эх ты, Наруто, это же коллекционная упаковка рамена из страны молнии. Ты где такую достал? Их же здесь просто не найти! — вопрошал пухляш, уставившись на редчайший экземпляр, который, казалось, затмевал сотню раменов, что обычно ел Акимичи. Что ж, блондин знал, что дарить. Вскоре их вечеринка начала набирать обороты, так как Чоджи пронёс на своё празднество алкоголь. Оставалось гадать, каких сил ему это стоило, но задаваться неудобными вопросами, когда вокруг все веселятся, никому же не хочется? Не хотелось и генинам, что тут же напились с непривычки огненой воды. Спустя всего пару часов отличилась, конечно же, Сакура. А вместе с ней и Ино. Девушки в пьяном угаре начали спорить о том, кто из них привлекательней для Саске-куна. И алкоголь в данном случае играл далеко не последнюю роль. В конце концов всё дошло до того, что В хлам напившаяся Ино начала раздеваться перед всеми, чувствуя жар от своего тела. Следом последовала и Сакура. Увидев, как её соперница с трудом пересекла праздничный стол, залезая на него и начиная демонстрировать подобие стриптиза, что куноичи читала на днях. [Бета: Я в трихуе] Многим парням понравилось данное зрелище, но остановил всех, как всегда, Учиха, не дав блондинке избавится от последней майки с ливчиком. А Сакуру также наевшийся вообще взял за ухо и оттащил подальше от Яманако. Брюнет тоже достаточно уже выдул, шатаясь и смотря на Харуно нечётким взглядом. Он хотел было отругать её, как вдруг внезапно схватил её как принцессу и направился в неизвестном направлении прочь с пиршества. Это не могло скрыться от глаз всё того же Наруто, что, заметив покрасневшее лицо своего сокомандовика, прокричал: — Ну что, Теме, самое время её трахнуть? — Удзумаки говорил не слишком громко, но достаточно, чтобы Учиха услышал его. Взамен прочитав от него послание блондина на один продолговатый детородный орган. Так или иначе, Учиха удалился под смех Чоджи и Удзумаки, пока Шика, не особо выпивший, помог Ино одеть всё то, что она растеряла во время жаркого спора по поводу их с Харуно превлекательности. Торжество ещё шло какое-то время. Парни развлекались, используя свои техники, изменяя ланшафт полигона, что был у ветхого поместья. Поджигали петарды. Устраивали турниры по армреслингу. Даже успели подраться друг с другом. Речь шла о Кибе, что наехал на Наруто за его глупую мечту. За что был тут же спущен с небес на землю. Была на то вина алкоголя, либо Киба просто бездарный боец. История умалчивает. И пока все пили, ели и занимались своими делами, лисица, будучи голодной и опечаленой, жалела о своём решении не показывать носа на празднестве, как ей казалось, «глупых мелких кусков мяса». Как оказалось, у этих малолеток был столь обширный стол, которому в её время позавидовал бы даже самый богатый дайме страны. Что уж о говорить о бедной и всё время голодной лисице, что заполонила подсознание парня собственным поскуливанием и слюнями, что сочились из-под губ. Смотря сквозь пальцы на горы пришества. В конце концов, уснув, полная разочарования Курама свернулась калачиком, не желая больше сама себя пытать возможностью контракта. Однако Наруто не был бы собой, если не придумал, как выйти из положения. Когда гости начинали постепенно уходить, он заметил очень много недоеденой еды. Специально для этого он прикупил одну крайне недешевую вещицу, на которую он наткнулся, когда вспоминал о украденном свитке. Сам он ещё такие производить не смог бы. Но, как он посчитал, оно ещё себя окупит. Это было хранилище-свиток. Для еды красного цвета. Стоимость почти в 20.000 рё. Что не ударило по карману парню только благодаря его предусмотрительности и тому выгодному торгу, что на днях провернула лисица. Что ж, пора Кьюби получить награду за свою работу. Заметив, что почти все, включая Саске, ушли, блондин ненавящиво подошёл к Акимичи и начал просить его о невозможном. — Хей, Чоджи, а я тут смотрю, у тебя ещё тут многое осталось... Я бы не прочь... — Да ты не переживай, Наруто, мы, Акимичи, стол грязным не оставим. Всё съедим... А что, ты что-то хотел? — Да так... Просто я подумал, что было бы неплохо забрать часть и доесть у себя. Уж больно мне понравились некоторые закуски. Да и, признаюсь честно, я сейчас несколько на мели из-за закупки этого. — Удзумаки показал названый свиток, от чего толстячок слегка удивился. — Это же тот свиток... — Да, это он. — Ну так что, ты дашь мне возможность взять немного еды? Чоджи посмотрел в самые честные голубые омуты и не смог отказать. — Ну ладно. Твоя взяла. Только если я попрошу, то ты не мог бы запечатать и мою еду, когда мне это понадобится? — поставил он своё условие. Удзумаки не был против, так как хоть свиток и имеет предел по заполнению, но вряд ли блондин достигнет его даже со всей той едой, что осталось на столе. Взял он довольно много. Стол действительно был большим, и по прикидкам парня ему бы хватило той еды, чтобы бесперебойно кормить лисицу от пуза в её человеческой форме дня четыре. Также хитрый сын четвёртого, пока Чоджи не видел, свистнул несколько бутылок алкоголя. Вряд ли их кто-то считал. Да и вряд ли о них кто-то вспомнит. А блондину такой не продадут из-за того, что обычно огненную воду продают шиноби, что находятся в отпусках от тяжёлых миссий, или те, что отбывают наказания за проступки и выговоры. Так что «Хенге там, увы, не прокатит». Так что приходилось выкручиваться. Всё-таки Удзумаки понравился праздник, и хотелось, чтобы и на его дни рождения они так же веселились. Довольный похищенным блондин, будучи всё ещё под спиртным, с трудом направился в свои апартаменты, распечатав лису у себя дома.