Цветочный венок

— Разбаловал тебя наш Лололошка, ой разбаловал, — усмехается Бурис, вытирая ладонью попавшую на губы каплю похлёбки. — П-простите, я сейчас же… Абди пристыженно склоняет голову, намереваясь встать, когда на колено ложится чужая ладонь, останавливая. Растерянный взгляд смотрит сперва на неё, а после поднимается к лицу сидящего рядом Лололошки. — Не нужно, — Ло ободряюще улыбается парню и поворачивается к Бурису. Выражение лица становится серьёзным, а брови сводятся к переносице. — Не нужно так разговаривать с ним. Лололошка старается быть сдержанным и не грубить мужчине, но смотреть на то, как он раз за разом упрекает Абди, напоминая, где его место, вынуждает всё внутри кипеть от злости. Да что он о себе возомнил? Думает, что раз помог Абди спастись, то имеет полное право указывать? — Тише-тише, парень, — отмахивается Бурис. — Не горячись. Хочется сказать что-то едкое в ответ, но Ло сдерживает себя, не желая усугублять ситуацию. С появлением Абди Лололошка всё больше и больше чувствует себя мамой, несущей ответственность за своего ребёнка. Ему больших усилий стоило доказать Абди, что его незачем бояться, заслужить его доверие, показать, что они на равных. А выходки Буриса откидывают весь прогресс, возвращая их на начальную точку, где испуганный Абди вновь кланяется и обращается к Лололошке на Вы. — Сдерик, расскажи-ка нам лучше про Хэтинтэпа, — внезапно заводит разговор Зариф, разбавляя неловкую тишину. — Нам было бы интересно послушать. — Я слышал, что он картографам покровительствует, — воодушевлённо подхватывает Синдбад. — Да, вы правы. Хэтинтэп покровительствует учёным и…

***

— Господин, вы не волнуйтесь, мы со Сдериком всё уберём. Солнце почти полностью скрылось за линией горизонта, оставив за собой лишь прощальные лучи, что окрасили потемневшее небо персиковой дымкой. Показались первые звёзды, а температура стала ниже, предзнаменуя холодную ночь. — Сдерику лучше отдохнуть, он занимался готовкой. Я помогу тебе. Плечи Абди слегка поджимаются от напряжения, он догадывается, что Лололошка просто хочет поговорить с ним без лишних ушей, и от этого не легче. Сдерик удивлённо моргает и кивает головой, не желая спорить, хотя слабое волнение за новообретёного друга не отпускает. За время его помощи при готовке ужина они успели разговориться и оказалось, что у них не мало общего. — Хорошо, — он сочувственно кивает Абди и разворачивается, уходя к сараю. Тишина. Не такая неловкая, как была при той заминке во время ужина, но напрягающая. Абди молча собирает составленные у потухшего костра миски, нервно поглядывая на занимающегося тем же самым Лололошку, а в голове рой мыслей, одна из которых выделяется особенно чётко: «разбаловал». Разве Абди стал разбалованным? Он по-прежнему старательно трудится, занимается урожаем, ловит дичь… Неужели он стал делать это хуже? Или позволяет себе слишком много? Или... — Абди, — тихий голос заставляет вздрогнуть от неожиданности. — Д-да, г-господин? Ло тяжело вздыхает, слыша к себе это обращение. Просил ведь не называть его так. Не потому что раздражало и не потому что непривычно — Абди заслуживает лучшего. — Бурис не прав. — Н-не прав? — парень застывает, непонимающе смотря на Лололошку. — Он не плохой, но порой слишком грубый, — тот пожимает плечами и опускается на служившее скамейкой бревно, хлопая по месту рядом, а когда Абди садится рядом, продолжает: — Мне не нравится его отношение к тебе. — Но, господин… — Абди, пожалуйста, не зови меня так. Я не твой хозяин, а ты не мой раб, — он заглядывает в глаза парня, стараясь вложить в свой взгляд и свои слова как можно больше серьёзности. — Ты — мой друг. Друг. Абди его друг. От этих слов все внутри щемит, заполняясь нежным теплом. Дружба всегда казалась Абди чем-то особенным, чем-то, что он не мог себе позволить. Даже тех абдов, с которыми он раньше служил одному хозяину, назвать друзьями было тяжело. Господин был жесток к нему и остальные старались держаться немного в стороне, боясь наказания. Может, это и глупо, но от того человека ожидать стоило чего-угодно. — Спасибо ва… — Абди запинается. — Тебе. Спасибо тебе. — Пойдём в дом, у меня есть для тебя кое-что, — нежная улыбка.

***

— Примерь. Ло протягивает тёмно-бежевую накидку с капюшоном парню и делает шаг назад, чтоб лучше рассмотреть как она сидит на нём. Он приобрёл её в порту Нарфаниса ещё при прошлой вылазке, но не успел отдать — момента подходящего не было. — Гос… Лололошка, не стоило… — Абди смущённо поправляет ткань. — Стоило конечно! Вечера прохладные, да и днём солнце может печь слишком сильно, не хватало, чтоб ты ещё обгорел, — качает головой Ло и подходит ближе, поправляя ткань на плечах. — Ну красавец! А ещё… — он оборачивается к своему рюкзаку, лежащему на кровати, и что-то ищет в нём. Неужели он правда купил для Абди одежду? Ло как-то давно упоминал что-то про неё, но парень не воспринял эти слова всерьёз. Люди говорят много вещей и дают много обещаний, о которых забывают уже через несколько минут. А верить каждому — себе дороже, разбитые мечты это очень больно. Но сейчас, чувствуя на свои плечах тяжесть тёплой ткани, Абди хочет укутаться в неё как можно сильнее и расплакаться. Приятно. Настолько приятно, что всё в груди сжимается от переполняющих чувств. О нём не забыли, о нём заботятся… Его любят… — Новые трусы! Громкий голос выбивает из приятных размышлений. Абди в ступоре смотрит на нижнее белье в руках друга, быстро моргая, а в голове крутится непонимающее «что?». — Держи. А то ходишь в своих грязных трусишках бог знает сколько, вот я тебе другие взял, — простодушно улыбается Лололошка. А Абди хочет провалиться под землю. Очень сильно хочет просто взять и провалиться, но, к сожалению, не может, поэтому отводит взгляд в сторону. Боги, почему Лололошка не до конца понимает, когда ему лучше промолчать? За последние время Ло стал очень разговорчивыми. При их знакомстве он редко выводил Абди на разговор, обходясь парой фраз, потом стал всё чаще подходить, узнавая, чем тот занимается и как его дела, а теперь… Теперь вот это. — Н-не… Не г-грязные он-ни… — едва слышно шепчет парень, не в силах поднять голову. К щекам приливает румянец. — Да не переживай, я свои тоже меняю редко, — подбадривает друга Лололошка, толкая его локтём в бок. Не получилось. Повисает неловкая тишина, но, похоже, только для Абди. Он в ступоре смотрит вниз, борясь со смешанными чувствами, а Ло как ни в чем не бывало хлопает его по плечу, отдавая предмет одежды. Ну а чего таить? Лололошка человек не стеснительный, даже наоборот, открытый, пусть и говорит мало при остальных. — Ты снял венок? — А? — Абди машинально дотрагивается до своих отросших волос, где ещё недавно покоилось украшение из белых цветков, найденных в лесу. — Д-да… Бурис сказал, что это выглядит глупо… И цветы завяли бы быстро… — Вот как, — Ло невольно поджимает губы. Бурис, что же ты так много лишнего говоришь? — Тебе шло. Красивый. — П-правда? — удивлённый, слегка неверящий, но такой искренне радостный взгляд карих глаз. — А в-вы умеете плести их? Лололошка отрицательно мотает головой. — Х-хотите я научу?

***

— Так? — Нет, вы не обхватили цветок стеблем… Смотрите, — Абди осторожно дотрагивается до пальцев Лололошки, перекладывая их обратно на стебель растения и помогает направить в нужную сторону, чтоб закрепить цветок. Полная луна отдавала едва заметным оранжевым цветом, красиво гармонирующим с синим небом и мириадами звёзд на нём, а температура, словно сжалившись над двумя парнями, замерла, решив отложить холод на потом. Они сидят на поляне, затаившейся в дебрях густого леса, которую совершенно случайно нашёл Абди, сбежавший после встречи с амаром. Невысокая трава покрыта мелкими каплями росы, по всей территории то тут, то там раскиданы красивые белые цветки, издали похожие на упавшие звёздочки. Их сердцевина нежно-жёлтая, с лёгким персиковым отливом в серединке, лепестки чистые и белые, а стебель длинный и достаточно податливый, чтоб стать основой венка. Лололошка уже самостоятельно повторяет действия и смотрит на Абди, а когда тот кивает, радостно улыбается. Но на следующем же цветке он вновь стопорится, заворачивая стебель не в ту сторону и забыв подтянуть его для надёжности, от чего растение почти сразу выпадает. — Да уж… В шахтах копаться проще, знаешь ли, — смеётся Ло, пытаясь вернуть цветок на место. — Для первого раза отлично получается, — Абди хихикает, добавляя в свой венок финальный цветок. Он запускает оставшиеся стебли под петли первых растений, закрепляя их. — Ты уже закончил? — он смотрит то на идеальный венок в руках друга, то на своё кривое, даже наполовину не готовое недоразумение. — Вау, это так красиво… Неожиданное прикосновение к волосам. Ло отрывает взгляд от растений в своих руках, поднимая его и встречаясь глазами с карими. Абди мягко опускает венок на голову Лололошки, поправляя так, чтобы тот сидел как можно удобнее. — А… — Ло осторожно, боясь всё испортить, дотрагивается до украшения на своих волосах, а после широко улыбается. — Спасибо. Но он не видит насколько же потрясающе смотрится со стороны. Нежные спокойные цветки полная противоположность его отросшим буйным волосам. Взволнованные пряди так и пытались выбиться из-под ободка, чьи лепестки старательно успокаивали их, гармонируя своей белизной с тёмным оттенком волос. — Тебе очень идёт, — шепчет Абди. Тебе. Лололошке хочется выть от счастья, что он наконец-то смог услышать к себе обращение на ты, но парень держится, лишь нежно улыбаясь в ответ и кивая на незаконченный венок на своих коленях: — Поможешь?