Ненависть

***

      В комнате стоял холод. Батареи были холодными, двери закрыты, а окно открыто. Хотя снаружи не было настолько тепло, чтобы оставлять его открытым. По прогнозу на ночь, обещали минус двадцать градусов со снегом. С такой ситуацией было несложно заболеть, даже если бы кровать стояла в дальнем углу от окна. Среди этой тишины, за исключением редко проезжающих машин, раздался частый кашель.       Дима, спустя минуту, открыл глаза. Не до конца поняв, что произошло, он пытался сдержать кашель, чтобы не разбудить родителей с братом. Матвеев, что скинул с себя одеяло, почувствовал весь холод комнаты. Дотянувшись до бутылки, что стояла рядом с кроватью, парень сделал глоток ледяной воды. Нос был заложен, голова была ватной, а горло саднило. Закрыв это чёртово окно, часы на телефоне показывали почти три часа ночи.       — Класс, — хотелось снова завалиться в тёплую кровать, но слабость говорила обратное, стоит померить температуру. Тихо открыв дверь, Дима почувствовал хоть малое количество тепла. Стараясь не скрипеть полом, он дошёл до кухни, где лежала аптечка с градусником.       Сидя напротив окна, Дима разглядывал вид из окна. На улице темно, единственное, что освещает улицу это луна, свет которой отражается через снег. Раз в несколько минут может пройти человек или проехать машина. Окна напротив были заполнены светом фиолетовых ламп или гирлянд, что красиво переливали цвета. Где-то можно было увидеть ёлку, украшенную во все игрушки, не придержанной единого цвета. Все эти факторы веяли новогодне атмосферой. До нового года остаётся всего полторы недели, что тянутся неимоверно долго.       Окончательно запутавшись в своих мыслях и замёрзнув, Матвеев достал градусник. Тридцать восемь и три.       — Вау, — с сарказмом произнёс Дима, снова доставая аптечку, что казалась очень тяжёлой. — Не хватало мне ещё заболеть.       Спустя несколько минут поисков и упавших пачек таблеток, на шум пришёл Миша, который потирал глаза от яркого света. Разглядев виновника сего шума, младший произнёс хриплым голосом:       — Ты чего тут делаешь? Три ночи, а если родители проснутся?       — Миш, иди обратно спать. Всё хорошо, я сам тут разберусь, — он попытался улыбнуться, что получилось плохо. Проследив за этой неудачной улыбкой, Миша подошёл к брату и приложил ладонь ко лбу. Он молча убрал руку и начал искать жаропонижающее в аптечке.       — Миш, я тебе говорю, я сам в состоянии это сделать, — Дима попытался отодвинуть его от коробки, но в ответ ему протянули блистер с таблетками.       — Вижу. Эта упаковка лежала самой первой, а ты её не заметил, — в ответ младший услышал лишь вздох и тихое спасибо. — Спать давай иди. Я попробую маму утром уговорить, чтобы ты дома полежал денёк.       — Не, я просплюсь и нормально всё будет. И так уже уроков пропустил.       — Дима, блин!

***

      Время потихоньку доходило до семи утра. На кухне шёл телевизор с новостями, на сковородке шипело яйцо, накрытое крышкой. В комнате стоял запах кофе и яичницы. За столом уже собрались старшие Матвеевы, точнее, отец сидел за столом, а мать стояла у плиты. Но это помещение наполнил ещё один человек, вышедший из ванной.       — Доброе утро, мам, пап, — сонливо произнёс Миша, потирая глаза и садясь за стол.       — Доброе, солнышко.       — Доброе, сын.       Пытаясь проснуться до конца, младший смотрел на узоры скатерти и в пол уха слушал новости, пока перед ним не поставили тарелку с жареным яйцом. Поблагодарив женщину, он принялся за еду, обсуждая бытовые темы с родителями.       — Миш, потеплее одевайся. На улице холодно, — заботливо сказала Галина, наливая себе чашечку кофе. — И Диме скажи. Он ещё не проснулся?       — Вроде спит. Миш, иди разбуди соню эту, а то всё так и проспит, — в разговор вторгся мужчина, который спокойно доедал свою порцию.       — Может он сегодня лучше дома останется? — парень поймал на себе удивлённые взгляды и поспешил разъяснить ситуацию. — Просто у него ночью температура была, да и выглядел он не очень-то здоровым.       — Почему ты сразу об этом не сказал? — мать забеспокоилась за сына, бегая глазами по столу и ища телефон.       — Он сказал, что в школу хочет пойти. Я думал, что он выйти успеет, — начал спокойно объяснять Миша, следя за эмоциями матери и отца.       — Ну, Галь, пиши учительнице его, что сегодня Дима не придёт из-за плохого самочувствия, — смирился Андрей, наблюдая за действиями жены. — Сегодня воду горячую отключат на несколько дней. Это вечером будет, наверное.

***

      Все тропинки засыпаны снегом, который идёт до сих пор и переливается с помощью фонарей поблизости. Понемногу начинают собираться ученики, что идут в школу, хрустя слоем снега. Изредка проезжают машину, возможно, они едут с работы, а может наоборот.       Слушая музыку в наушниках, Олег шёл в учебное заведение без шапки, не обращая внимания на всю красоту, что его окружает. Единственное, что его волновало это то, что он вышел намного раньше, чем обычно. Шепс мог выйти позже, но не смог этого сделать из-за своего любимого братца, который выпер его с рюкзаком за порог квартиры из-за шума на кухне.       Подходя к зданию, в окошке он заметил линейку учеников, что пришли на дежурство и выслушивают их обязанности на сегодня. Сдав свою куртку в гардероб, Олег пошёл к расписанию, параллельно здороваясь со своими знакомыми из других классов. На удивление, уже успели вывесить расписание на следующий день. Первый урок был к его классной руководительницы, что приходит прямо перед уроком. Придётся ждать в коридоре.

***

      Сев на скамейку, находившуюся напротив лестничной площадки и рядом с кабинетом, Олег ждал своих одноклассников, возможно, ждал кого-то определённого. Того, кто приходит в школу ближе к семи сорока. Но прервавшись на свои мысли, он не заметил того, что кто-то подошёл и положил свою руку на его плечо.       — Доброе утречко, Олежка, — девушка приобняла Шепса за плечи, обращая внимание своего парня на себя. Прервав объятия, она села рядом и положила свою голову на плечо рядом. — Меня ждал?       — А? — Очнувшись, он начал следить за движениями девушки. — Привет, Маш.       — Ты не рад меня видеть? — Маша резко выпрямилась и повернулась к парню, сделав грустную мордашку.       — Не ожидал просто, — Олег снова перевёл взгляд на лестницу, а после на время. После недолгого молчания добавил. — Да и просто задумался.       — А мне кажется, что ты меня избегаешь. Тебе что-то в субботу не понравилось? — она лезла с расспросами, что не очень нравилось старшему. Со всей этой беготнёй, он просто забыл написать девушке, что эти отношения изжили себя. Хотелось, конечно, остаться с ней друзьями, но её характер был слишком выёбистым, чтобы принять это. — Скажи, я исправлюсь. Следующий раз точно будет не забывающимся!       — Маш, послушай. Мне кажется, нам надо взять… — договорить Шепсу не дала девушка, что услышав начало речи, встала и начала негодовать. Олег почти сразу перестал вникать в монолог длинноволосой, ведь всё, что она говорила, он слышал уже много раз. На его удивление, девушка закончила через минут пять и ушла. Не было ни слёз, ни сильной истерики.       Время семь двадцать восемь. Тяжело вздохнув, Шепс снова уткнулся в экран телефона, пытаясь скоротать этим время.

***

      — Ты чё всё время на лестницу смотришь? Кого ждёшь? — сидя на том же месте, Олег разговаривал с Череватым, который заметил странное поведение друга. Время уже перетекло за сорок минут. Дима не любил опаздывать и всегда приходил вовремя. Так же не было видно и его подружки, но причину её отсутствия можно объяснить тем, что девушка почти всегда просыпала будильник.       Парень развернулся к другу и хотел было рассказать причину своего беспокойство, как с лестничной площадки показалась их классная.       — Доброе утро, ребята! — улыбнулась женщина, открывая дверь. — Можете заходить через пару минут.       Четверть коридора, что находилась рядом с кабинетом, стали понемногу собираться доставать учебники, ручки, карандаши, а кто-то наоборот, складывать тетради в рюкзак.       — Не знаешь, где у нас мистер «Я никогда не опаздываю»? — вставая с лавочки и поправляя лямку рюкзака, спросил Олег и подошёл к двери.       — Блять, Олег, ты издеваешься что ли? — Влад стал говорить злым шёпотом. — Тебе вчера русским языком сказали, никаких, блять, драк! Что я слышу сейчас? Понятно теперь почему ты каждую секунду на лестницу смотрел!       — Ты чё так взъелся-то? — округлил глаза шатен, положив ладонь на плечо друга, пытаясь его успокоить. — Может поговорить я с ним хотел? Что сразу драться-то?       — Шепс, вы с ним говорить даже не умеете! Напомнить, что вчера было? — на этот вопрос был отрицательный ответ, но Влад всё равно продолжил. — Вы с простой игры в камень-ножницы-бумага посраться успели! Я с вами играть не буду, ни под каким предлогом больше!       — Да ладно тебе! Это было только один раз за вчера, — он пытался доказать свою версию, но все его аргументы не несли должного доказательства.       — Вау! У вас этот раз в день, каждый день! — постепенно голос Череватого становился громче. На эти звуки подошла Лина, чтобы проверить ситуацию. Она поздоровалась с парнями.       — Не опоздала сегодня даже! Но чё случилось уже? — поправляла свою сумку Джебисашвили и посмотрела на Шепса, и сразу же повернулась к Владу. — Только не говори, что он уже успел с ним подраться!       — К счастью, нет. Мы сейчас обсуждали это. Этот чубрик ждал его, чтобы поговорить с ним. Ты ведь понимаешь, чем обычно их разговоры заканчиваются? — объяснял всю ситуацию коротко стриженный, переступая через порог класса и ловя на себе понимающий взгляд.       — Фигово они заканчиваются. А в итоге-то что?       — Дима не пришёл, — в их диалог ворвался Шепс, садясь на соседнюю парту от Влада. Всё-таки урок был у их руководительницы, так что садиться так как они хотят нельзя.       — В смысле? Он даже мне об этом не писал. Друг называется, — Лина сразу полезла за своим телефоном, проверяя сообщения в чате с Димой. — Он вообще в сети был вчера. Весело, конечно.       — Может, он вчера тебе о чём-то жаловался, что не придёт? — рассаживаясь на свои места, Череватый, что сидел за одной партой с Линой, распластался по всей парте. До второго звонка оставалось ещё куча времени, так что можно было заниматься, чем только можно.       — Я бы запомнила, — девушка пожала плечами и продолжила раскладывать вещи. Конечно, она переживала за своего друга. Думала как до него достучаться, ведь позвонить она не могла, так как телефон Димы всегда был на беззвучке. Перебрав все варианты, ей в голову пришла идея. — Точняк! Мы ведь Мишке написать можем или выловить его где-нибудь. Чери, есть расписание на всю школу?       — Щас скину. Должна потом будешь, — улыбнулся череватый, отправляя фотографию в чат с Линой. На эти слова, он получил довольно сильный подзатыльник. — Ай! Больно вообще-то!       — Меньше выёбываться будешь, — шёпотом сказала Джебисашвили, чтобы Мария Леонидовна не услышала. Девушка встала из-за парты, направляясь к выходу, но повернулась и обратилась к Владу. — Ты со мной?

***

      В комнате было душно. Дверь и окно закрыты. За окном собрались тучи, прикрывая собой, итак, тёмное небо. По прогнозу, скоро должен снова пойти снег. Время было около десяти, когда Дима начал понемногу просыпать. Его сон снова потревожил кашель. Снова накатила слабость во всём теле. Голова гудела. Хотелось спать и пить. Откашлявшись, Дима принял сидячее положение и взял бутылку с водой.       Спустя несколько минут залипания в стену, он оклемался. Быстро повернув голову к окну, а после посмотрев время на телефоне, Матвеев быстро встал, не смотря на слабость. На часах восемь сорок. Он пошёл быстрым шагом на кухню, рассчитывая на то, что дома кто-то остался. К сожалению, в квартире никого не было, но на столе лежала записка, включавшая в себя следующее содержание:       «Котёнок, я написала твоей классной руководительнице, что сегодня ты не придёшь! На столе лежат таблетки, думаю, ты уже знаешь, как их пить. Если нет, то позвони папе!

Мама :)!»

      — Мило, — немного улыбнувшись, Дима положил бумажку на место и пошёл умываться. Состояние было не самым лучшим. Ощущение, что ты в воде. Так же замедленно передвигаешься, так же приглушённо слышно звуки, так же холодно. Глаза слипались. Дойдя до ванной комнаты, он включил воду. Из крана полилась ледяная воду, сколько бы парень не выкручивал горячую воду, её не было.       — Ну, спасибо блять. Осчастливили, — Матвеев выключил воду и включил нагреватель. Не дождавшись, когда он нагреется, Дима всё-таки умылся холодной водой.       Поставив чайник кипятиться, он решил померить температуру, но до этого, дойдя до своей комнаты за пледом. За окном было всё так же темно, иногда пролетали маленькие снежинки. В окнах светили гирлянды. Возникло ощущение, что с ночи ничего не поменялось, осталось таким же. Его размышления прервал звук отключения чайника. Напоследок открыв окно на проветривание, Дима начал искать чай. Есть не хотелось, но надо было съесть хотя бы какую-нибудь печеньку, чтобы желудок заработал.       Пока заваривался чай, Матвеев успел сходить за телефоном и увидеть несколько сообщений от Лины и Миши. Зайдя в чат с братом, он мельком прочитал сообщение, пытаясь понять смысл. Информация при температуре не очень-то хотела усваиваться. Насчёт температуры, градусник показал тридцать семь и пять. Ещё раз прочитав сообщение о том, что без него было очень скучно идти в школу и о том, чтобы он написал как проснётся, Дима ответил кратко, пытаясь не допускать особых ошибок, но не попадание на клавиши никто не отменял:       «Братюнь, сорян. Не хлтел. Я вот прочнулся. Все хорошо!»       Надо было бы ответить Лине, но сил просто не оставалось. Взяв себя в руки, Матвеев, не прочтя сообщения, напечатал короткий текст о том, что он заболел. Отложив телефон, Дима закутался в плед ещё сильнее.

***

      В начале перемены, Джебисашвили пришло сообщение от друга. Не став его мучить, она рассказала Владу о том, что с Димой всё в порядке. На прошлой перемене, к сожалению, они не нашли Мишу. Зато наткнулись на него именно сейчас.       — Привет, Лин! — радостно замахал рукой младший, подходя к девушке и обнимая её, он поспешил рассказать новость о брате. — Дима приболел, его поэтому в школе нет. Он вообще хотел с температурой в школу пойти! Поражаюсь этому человеку!       — Это в его стиле. В любом, блин, виде прийти в школу, хоть умирает, хоть кровью истекает, — на этих словах, Лина кинула взгляд на остановившегося рядом Шепса, но вернула его обратно и продолжила. — Знаешь из-за чего он слёг-то?       — Не знаю, не говорит, — Миша пожал плечами, переводя взгляд на Олега, что явно подслушивал их разговор. Заметив на себе пристальное внимание, Шепс поспешил удалиться к своей компании. — С ним что?       — Диму не увидел. Шаблон сломался походу, — в разговор ворвался Влад, что до этого вёл беседу с каким-то младшеклассником. — Всё ребят чао, я съебуюсь. Не хочу физичку видеть!       Под недовольный взгляд Лины, Череватый скрылся в направлении туалета. Переглянувшись с Мишей, они немного поболтали и разошлись.

***

      Настроение Олега испортилось. Из-за чего, не знает даже он. Возможно, из-за обвинений в его сторону. Ему казалось, что чего-то не хватает. Снова. Такое, конечно, было и раньше. Казалось, что что-то идёт не так. Казалось, что за сегодня он что-то не сделал важное, но не мог понять, что именно.       Такое было тогда, когда парень не конфликтовал с Димой.       Шепс покачал головой, тем самым пытаясь избавиться от этих мыслей. Всё же время на подумать у него ещё будет, но сейчас ему точно не до этого. Слишком долго он не общался с Кириллом, пора исправлять. Найдя парня в толпе людей, шатен подошёл к толпе и подождал конца диалога, некоторые ребята разошлись, а кто-то просто общался между собой.       — Ватсап, братанчик! — подошёл Олег, пожимая другу руку. Видя на лице товарища добрую улыбку, он улыбнулся в ответ.       — Здорово, братан! Чё не писал-то? Я тебе там чуть ли не сотку сообщений написал, — всё время улыбался парень, опираясь спиной о стену. — Слухи ходят, что ты у директора был на отчисление был. Ещё твоя Машка чёт выёбывалась сегодня.       — Уже не моя. Я с ней расстался, — спокойно произнёс Шепс, ловя на себе удивлённый взгляд друга. — Насчёт директора — правда.       — Нихуя тебя жизнь интересная. За три дня такие события, у меня за месяц такого не бывает! — на несколько секунд он замолчал, обдумывая информацию. — Шепсёнок, тебе не кажется, что так быстро девушек менять — не норма? От тебя Катька до сих пор отходит, а ты уже следующую бросаешь.       — Да они мозги ебут пиздец, — так же облокотился на стену шатен, оглядывая коридор для того, чтобы затянуться. К нему придвинул руку Кирилл, тем самым прося подик. Ещё раз затянувшись, Шепс отдал подик. — А трахаться хочется.       — Пиздец, Шепс, слухов не боишься? У тебя скоро прозвище будет — бабник. Остановись пока не поздно! — так же оглядываясь, просил его парень.       — Та похуй, одиннадцатый класс всего осталось проучиться и всё. Уж, если эти слухи поползут, у меня всегда есть вы.       — Ну вот. Я тебя как друга прошу о том, чтобы ты с этим завязывал, — забеспокоился Кирилл, отдавая подик обратно хозяину. — Честно, мы за тебя беспокоимся, а ты хуйню какую-то творишь. То с Димой опять подрался, то в перепалку какую-то влип. Кстати, не видел я твоего Матвеева сегодня. Вы хоть не до смерти подраться успели?       — Не мой он! Хуйню какую-то ты несёшь, — Шепс явно был раздражён, но своими словами обижал своего товарища, даже не думая об этом. — Нельзя мне вообще драться ни в школе, ни за её пределами.       — За языком своим следи, Шепс. Мы хоть всегда за тебя, но слова свои обдумывай! — тоже начал злиться парень напротив, что оторвался от стены. — Ты хоть у нас мега популярити и глава, но мы — твои друзья. — Кирилл начал отходить от Шепса к другим одноклассникам, ставя этим точку в их диалоге, оставляя ему два выбора событий: извиниться или оставить как есть.       Олег думал, что это за день сегодня, каждый раз в чём-то обвиняют. То ли он и вправду делает, что-то не то или его просто не понимают. Не было таких людей, которые знали бы Шепса полностью. Все проблемы, всю радость, всё стеснение, всю злость.

***

      Все расселись на свои места, ну как на свои, на те которые они хотят. Урок начался, в классе стоит гул. Учителя нет, так что можно разговаривать. Но в дверь класса кто-то постучал. За дверью была Мария Леонидовна, увидя своих учеников не на своих местах, она сразу начала возмущаться.       — Ребят, ну я же вас просила не пересаживаться! Вас даже на первом этаже слышно, — подходя к столу учителя, женщина разглагольствовала на эту тему. — Честно, я забыла, что обещала вас рассадить друг от друга. Так что, давайте быстренько рассядемся. Учителя физики не будет минут десять, он задерживается в учительской и просил передать вам, чтобы вы читали двадцатый параграф, — все ребята начали выражать своё недовольство, собирая рюкзаки и подходя к учителю. Она, рассадив первые и вторые парты, перешла к третьим.       — Слишком мне понравилась рассадка Лины с Владом, так что на третью парту первого ряда идут они, — проводив одиноко идущую девушку взглядом, классная руководительница спросила. — А где у нас Череватый? Вроде же был на первом уроке.       — Это солнце ушло в туалет и пропало, — недовольно сказала Джебисашвили и села за своё место. Она ожидала, что её посадят с Димой, как она и просила учительницу, но всё было бестолку. Женщина вздохнула.       — Я к вам приду перед третьим уроком. Итак, за третью парту второго ряда садится Шепс, — Мария Леонидовна замолчала на несколько секунд, пытаясь прочитать свой почерк. — И Матвеев.       В классе воцарилась тишина, даже сам Шепс не мог понять, что произошло. Каждый думал о своём, если на прошлые прошлые пары все улюлюкали, то на эту не знали как реагировать. Все знали о вражде Шепса и Матвеева. Они даже видели это всё. Кто-то с самого начало, кто-то с середины, но все знали, дай им волю — они друг друга попереубивают. Первую тишину прервала Лина.       — В смысле Шепс с Матвеевым? Может вы ошиблись? Они же не поладят, — договорить девушке не дала учительница, что показала ей палец.       — Я сама не рада этой рассадке, но так сказал директор. Он думает, что так они смогут поладить. Ладно, Олег садись давай, первый вариант твой.       Снова достав учебник с тетрадкой из рюкзака, парень решил написать своему соседу, обрадовать его этой вестью. Найдя его контакт, что на удивление не был заблокирован со стороны Димы, он написал о радостной вести:       «Димасик, обрадую тебя, с этой четверти я сижу с чёрноволосым геем — тобой.»