гниль
мир непорочен, противится долго мне. скачет невеста на вороном коне, треснутый лед, волны врагам под стать, грозы молитву просят вниз ниспослать.
сгущается сажа, горны трубят пургу — локоны вьются в кольца, пока бегу.
град сотрясает землю — злато течёт в груди.
мнé и братьям моим поныне не по пути.
перья кружатся в вихре прощальном, — злом, — устилают дорогу длинную шелковым помелом. старший сын — всегда строгий и верный пёс. армий строй он с рожденья держал за нос.
средний — ровня старшему удальцу. светлый ум и решимость с ним на счету!
...младшенький — облако пышное на свету. мягкий, ласковый, стóйкий — будь на чеку! не то вмиг снесёт тебя танцевать по росе на лугу!
озорной и весёлый, невинный малой шутник.
один я не так, не тот и не тут, не стих. сердце отца оставалось слишком большим для нас, ну и папенька, не томясь, тотчас создал себе новых игрушек!
раз.
«не перечь! прекрати быть таким несносным, да что с тобой! ревность — несметный грех, изгони же её долой!»
два.
ни за что. я, нелюбимый, ненужный… твой. я же был для тебя отрадой, самой судьбой, свежим ветром и солнцем в дождливый день.
ты подзывал идти и я шел с тобой. ты повелевал ждать — я ждал,
ведь ты для меня константой смиренной стал.
я ждал, молчал, когда ты говорил, потому что тебя я любил,
любил,
любил.
и вместо того, чтоб творениям первым честь отдать, искоренить тараканов плодящихся мерзких рать, ты их детьми своими ценными объявил.
сад им засеял, помиловал, полюбил.
я ждал и молчал веками… но здесь промолчать не смог. почему?! отчего?! все, что было исконным запретом для нас, им позволилось, только ива за цвет взялась! я молился тебе одному, видел волю одну — твою, да я… на кого променял ты нас четверых? меня?
коли цели твои погрешны, как и слова, господи, разражусь же я яростью ангельской в полымя.
голод косточки деток твоих пожрет. хворь болезней радости их сотрет. острый плуг и горечь заставят изжить себя.
а четвертым, батюшка, стану я.
коли выбор твой столь беспечен, бездушен, слеп, царствуй впредь на погиблой сырой земле.
коли вера моя для тебя ни в грош, забирай обратно шесть дражайших своих даров. спине непривычно холодно, но,
увы,
крылья бархатны
аспидам
не нужны.
