A Little Time

18 марта 2001 года, после полуночи Пэнси просто мечтала уснуть после дико напряженной смены в больнице Святого Мунго, когда услышала характерный звук вспыхнувшего камина. Не было никакой необходимости в формальностях ни с одним из гостей, что могли попасть к ней в дом таким образом. Ее камин был открыт лишь для небольшого количества знакомых, поэтому она направилась вниз в своей оверсайз-футболке, которую едва успела надеть, собираясь лечь в постель. Девушка была ошарашена, когда увидела Гермиону, покрытую легким слоем сажи, что плакала, пытаясь достать зацепившуюся за решетки камина мантию. Не раздумывая, Пэнси подбежала к ней, обнимая, и обе девушки повалились на пол. Если бы еще три года назад Паркинсон сказали, что она будет помогать той самой Гермионе Грейнджер, которая не могла унять свою истерику, она бы рассмеялась этому человеку прямо в лицо. Как показало время, они отлично поладили, разделяя роль лучших подруг. После окончания войны Пэнси была не в состоянии понять, чем хочет заниматься дальше. Девушка понимала, что смятение после войны и то, как она поменяла их всех, в частности ее саму, было самым большим клише в ее жизни. Она, Драко, Тео и Блейз извлекли из ситуации ценный урок, чувствуя себя униженными и раздавленными. Все они хотели сделать свой вклад в новый мир, принеся что-то хорошее в сообщество волшебников. Блейз и Тео нашли себя сразу: лучше всего парни умели организовывать вечеринки, и делали это на профессиональном уровне. Ведь они всегда были первыми, кто брался за организацию, стоило кому-то в слизеринской гостиной упомянуть о празднике. Пэнси уже потеряла счет тому, сколько их было, и каждая превосходила предыдущую во всех аспектах. Тем не менее, теперь Нотт и Забини работали над сбором средств для выплат репараций, интеграционными вечеринками между магглами и волшебниками и умопомрачительными торжествами по случаю детских дней рождений вместе с Джорджем Уизли и его «Волшебными Вредилками». Драко же действительно хотел загладить свою вину из-за действий на войне и сумел удивить их всех, отправившись обучаться на аврора. Он подружился с Гарри и Роном после того, как стал напарником Поттера из-за удивительного взаимопонимания, возникшего между ними. Пэнси же решила попробовать себя в качестве целителя. Какой бы безразличной и черствой она ни казалась на первый взгляд, это все еще была та девушка, к которой мальчики обращались каждый раз, как попадали в передряги. Ее навыки в лечении синяков и исправлений переломов носа достигли идеала из-за троих друзей. В больнице Святого Мунго она впервые после войны пересеклась с Гермионой. Их поставили в пару в первую неделю в отделении неотложной помощи, и ни одной из них это не понравилось. Отношения между ними были ужасно напряженными еще несколько недель после, пока однажды вечером они не вышли из палаты, посмотрели друг на друга и одновременно захихикали. Хвала Мерлину, что на коридорах стояла заглушка, чтобы не тревожить пациентов. Когда девушки перестали смеяться, Пэнси предложила выпить, чтобы расслабиться после тяжелого рабочего дня, и, на удивление, Гермиона согласилась. Спустя несколько коктейлей общаться стало легче, и они постепенно открывались друг другу, решив оставить прошлое в прошлом. Гермиона не держала обиды на Пэнси за произошедшее во время войны и любезно приняла ее извинения за отвратительно поведение в школьные годы. Девушки были так счастливы оставить позади все ссоры. Так они и пили всю ночь, разговаривая и смеясь. Пэнси видела в Грейнджер удивительную подругу, которая в тяжелые дни на работе всегда была рядом, помогая; которая выслушивала ее нытье о Блейзе, что даже не догадывался о том, насколько сильно Паркинсон в него влюблена. И, увидев Гермиону на полу своего дома, разбитую и плачущую, внутри Пэнси все рушилось. Девушка не видела ее настолько расстроенной с момента ее последнего визита в Австралию. Родителям Грейнджер вернули память, но им настолько понравилась Австралия, что они решили остаться. Гермиона все еще приезжает к ним на две недели каждый год — больше не может себе позволить из-за практики. Как бы она ни любила свои вылазки к родителям, возвращение домой всегда выбивало у Грейнджер почву из-под ног. Когда рыдания Гермионы постепенно начали утихать, Пэнси решилась спросить: — Ми, что-то не так? Ты можешь мне рассказать? — Все, — девушка шморгнула носом. — Все кончено. Рону нужно отдохнуть от меня. Он пытался доказать мне, что ему просто нужно время, чтобы найти себя и подумать, провести время в одиночестве, но ты должна была просто видеть, как он вечером пускал слюни на близняшек Патил. Он меня за дуру принимает что ли? Он ведь просто хочет перепрыгивать из одной койки в другую. Все пошло наперекосяк еще со Дня Святого Валентина, я чувствую что-то неладное. Я так зла на него, просто ууууууух. Что мне делать, Пэнс? Я ведь не могу остаться с ним на Гриммо, но и не могу попросить Гарри и Джинни выгнать его — Рон ведь их семья и все такое. — Предлагаю тебе переехать ко мне. Это будет весело, у меня большой дом и много места. Если хочешь, можем выбраться куда-то потусить и забыть навсегда об этом рыжем уебке. — Звучит замечательно, — хихикнула Грейнджер. — Спасибо, Пэнс. — Без проблем. Пошли, организуем тебе постель, а с остальным будем разбираться после сна, — девушка помогла Гермионе подняться, утаскивая ее за собой наверх. Когда Паркинсон вернулась в постель, кинув заклинание времени в воздух, она увидела мерцающую цифру «три». К счастью, у обеих девушек был выходной аж до вечера понедельника, и они должны были собрать и перевезти все вещи Гермионы, прежде чем вернуться к работе. 18 марта 2001 года, позднее утро Тук Тук Тук — Ну какие совы утром в воскресенье, — простонала Джинни, переворачиваясь. — Разве не понятно, что это — выходной? Из-за окна на нее смотрела сова Пэнси. Джинни быстро выхватила свиток из лапок птицы, параллельно угощая ее совиными лакомствами. Девушка едва успела проснуться, поэтому, мечтая о чашке крепкого кофе, спустилась по лестнице вниз, прежде чем развернуть сверток. Уизли приоткрыла шторы в гостиной и громко плюхнулась на диван, краем глаза заметив отблеск чего-то металического около камина. Не обращая внимания, Джинни пробежалась глазами по строчкам, и ничто в жизни не могло подготовить ее к тому, о чем она прочла. Не имея сил больше отвлекаться на посторонний блеск, девушка встала, чтобы проверить мозоливший глаза предмет. Это было обручальное кольцо Гермионы. Ярость внезапно наполнила ее до краев. Ее голос и интонация стали сравнимы с голосом миссис Уизли, отправившей кричалку Рону на втором курсе. — РОНАЛЬД БИЛЛИУС УИЗЛИ, ЧТО ТЫ УЖЕ УСПЕЛ НАТВОРИТЬ?