Благодарю тебя за всё

—Простите Гриззл, Ровена, Гематоген, Склеппина... Я не хочу это больше вспоминать. Каждый раз когда я это вспоминаю, у меня начинает болеть всё тело. —Алерик... Дракула правый... Воистину фон Ужасающий... А я ведь раньше его обожала до глубин своей бессмертной души... Ну как можно так издеваться над племянником? Хорошо, если даже он был рождён не от его родной сестры, он же вампир, он аристократ, он джентльмен! Зачем уподобаться жалким людям вот такой ужасной жестокостью?—выражала свои чувства Склеппина.—Я малютку Оскара обожала как сына родного! —Готика, ты хорошо себя чувствуешь?—спросила Ровена, дотрагиваясь до лба девушки.—У тебя же грипп, ещё и молоко в минус! —Уже лучше...спасибо... Молоко ещё нарастёт. —Кошмар, Готика...—Гематоген был в ужасе от её искалеченного вида.—Твои соски...       От вакуумного отсасывателя молока, работающего на полную мощность у девушки образовались обширные фиолетовые гематомы на сосках. Они не болели, только если не сжать их рукой.       Склеппина выдавила немного крема на свои руки и поманила ими девушку. —Подсядь ближе, я их обработаю.       Готика послушалась и Леди начала массировать её груди. Массаж имел успокаивающий, исцеляющий и главное: сцеживающий эффект. —Вот и всё.—Леди приободряюще легонько похлопала по грудям Готики и подвигнула глазом.—Завтра как новенькие будут!       Но девушку это не приободрило и она захныкала. —Ты чего?—спросила Ровена. —Какая же я уродливая! Какая же я кошмарная! На меня теперь все собаки срываются, лишь бы убить!—Готика тихо заплакала.—Сколько в мире ещё таких как Граф?! Все будут звать меня ужасной! Я не выдержу!!! —Готика, это не так. Готика красивая! Правда! Даже красивее чем тролле-девочки из-под земли, слово Гриззла!—её муженёк клялся всем, что у него есть, что жена его красивая. —Готика. Нет стандартов красоты. Помни! Каждый красив по-своему. И тролль, и горгулья, и зомби! Поэтому не слушай никого!—ответила Ровена, обнимая беременную подругу.       Кажется, девушку это приободрило и она приняла себя какую есть окончательно. —А теперь давайте на этой позитивной ноте ляжем баиньки.—закрыл глаза Гематоген.—У Готики завтра будет трудная ночь и она должна выспаться.       Но Готике так и не удалось выспаться.       Она проснулась посередине дня из-за того, что в её гробу было подозрительно мокро. Внизу живота сильно давило. Девушка прошлась по простыне рукой и подставила её под свет фонаря. Рука и постельное бельё было в густой слизистой тине, которая пахла болотом. "Меконий."—догадалась Готика.       А откуда был меконий? Правильно, у неё начали отходить воды!       Между ног у неё снова зажурчала струя омниотической жидкости и в пояснице кольнуло так, что от боли чуть глаза на лоб не полезли. —Гриззл!!!—закричала Готика, хватаясь за поясницу. Было ужасно больно. —Гриззл на месте. Готике что-то нужно?—существо проснулось, открывая её крышку гроба. —Воды... —Сейчас принесу тебе воды... —Да не воды, а воды! —Куда тебя повести?—задумался тролль. —Долбаеб, у меня воды отошли!!!—рявкнула Готика, воя от нарастающей боли между ног. —Чего? Какая вода? —Рожаю я!!! —Ой!       Гриззл растерялся и схватился за свою лысую голову. Он не знал, что делать. —Ну что ты встал?! —Прости, Гриззл не понимает, что ты от меня хочешь. Я не знаю, как тебе помочь. —Беги за Гематогеном и Склеппиной! Сейчас же! Уууууууаааааа...       Тролль кивнул и побежал по лестнице верх вон. Он бесцеремонно залез в склепы вампиров и вывернул их гробы наизнанку. Склеппина не стала ругаться за вторжение и побежала вниз, не приводя себя в порядок, а Гематоген долго ныл, что не дают старику поспать и долго матерился на свои тщательно спрятанные зубные протезы. —Ыыыы....—чем больше у Готики отходило вод, тем больше была боль. Она пыталась её сделать меньше, как только могла. Но никакие позы не могли ей дать облегчения. —Наверх её. Быстро!—скомандовала Склеппина.       Гематоген и Гриззл не стали церемониться, а просто взяли гроб в четыре руки и выволокли его из склепа. —Дети! Подъём!—закричала Леди Склеппина.—У нас роды! —Ура! Роды!—Клопик выскочил первым и вприпрыжку побежал за мужчинами, несущими гроб. —Фу, блять.—прокомментировал Драко, лениво вставая из своего ложа.—Опять в её дыру смотреть? —Роды это очень интересно. Подождите меня!—Букварь сорвался с места и побежал по лестнице вверх. —Уже рожает?—продрала глаза Ровена. —Дракула раздери. Ой-вей, что сейчас будет.—заворчал Пепелок.—Тогда давайте без меня.       Готику быстро притащили в нужное место. Этим местом оказался красивый и просторный склеп Склеппины. —Чёрт! У нас даже ещё ничего толком и не готово!—запаниковал Гематоген. —Драко, Букварь, мигом кресло сюда!—скомандовала Леди.—Клопик, неси тряпки, воду и клизму с ведром. Быстро-быстро!       Все вещи были молниеносно притащены, пока Готика лежала в гробу и изо всех сил сжимала пищащую Оракулу, как резиновый антистресс. Но когда она увидела это пыточное кресло вновь, она запротестовала и пыталась отбиться от назойливых рук в панической атаке: —Нет! Я не сяду! Я не сяду сюда! Даже не пытайтесь! Оставьте меня в покое! Я хочу родить в гробу! —Готика, это нужно!—заблеял Гематоген.—Иначе у тебя дети не смогут выйти! Это кресло придаст тебе более удобное положение! —Тогда уберите остальных! ПОЧЕМУ ОНИ ДОЛЖНЫ СТОЯТЬ И ОПЯТЬ СМОТРЕТЬ НА МЕНЯ?! —Прости, Готика, но убрать остальных невозможно. Мы не сможем принять у тебя столько плодов в четыре руки, это нереально. Просто представь, что здесь никого нет. Угу? Гриззл? Положи Готику сюда.       Тролль исполнил желание Гематогена и усадил Готику на кресло, зафиксировав её в положение роженицы. —Эм... А раздеть?—спросил Гематоген. —Раздеть?—задумался Гриззл. —Готику на этот раз необходимо раздеть полностью. Чтобы она могла после того как родит, сразу приложить младенцев к своим грудкам. —Прости, Готика, но раз надо, так надо.—извинился тролль, начиная стягивать со своей жены шмотки. В итоге голая тушка толстой, горбатой и уродливой вампирши с восемью расплывшимися сиськами лежала, раздвинув свою жирную рогатку и охала от боли, морщила своё лицо так, что оно было похоже на гнилое яблоко, а зубы скрипели, как плохо смазанная дверь в склеп. Некоторые стирались сразу же, оставляя за собой след из дентина. —Ммммммыыыыыууууу...       Из её промежности толчком выстрелили воды с зеленью, обрызгав лицо Драко,едва тот повернулся к ней. Он чуть не блеванул от запаха и ужасной липкой консистенции. На него будто кончили и надругались над ним. —Фу, блять, Готика! Смотри куда стреляешь!—рявкнул вампир, оттряхиваясь.       Остальные отошли на шаг назад от разъярённого влагалища девушки, которое плевалось водами и струйками мекония, урча, как голодный зверь, минуту за минутой открывая шейку матки.       Клопик брезгливо отпинал под акушерское кресло ведро и воды с новой силой полились туда, громыхая о железное дно. С каждым толчком жидкости зелёные пятки Готики вздрагивали и она жалостно охала. Ровена гладила её по голове и успокаивала. —Сколько у меня вод... Ссь...Ааах... С детьми точно всё будет хорошо? С ними всё в порядке будет, да?—спрашивала Готика между схватками. —Не волнуйся, Готика. Всё идёт по плану!—ответила Склеппина, присев рядом с её детородным отверстием и измеряя открытие шейки.—Три пальца. —Три это много или мало? Ааа...аа...Ыыыыыыаааааах!!!       Большой клубок тёмно-зелёной тины вылез наружу между ног, шлёпнулся в ведро и влагалище издало звук пердежа только что хорошо поевшего существа. —Хм. Прости Готика, у меня такое чувство... Что ты сношалась с водяным, а не троллем.—сказал Букварь.       Гематоген сразу отвесил ему подзатыльник так, что башка парня хрустнула. —Букварь, где твоя культурность? Нет бы помочь, а не ерунду всякую говорить. —Но откуда у неё столько тины между ног вылезает? —Это не тина, это меконий. —Эй, но тогда Готику надо спасать, как можно скорее! Дети не получают кислород!—вылупил юноша свои глаза. —Забудь. У троллей меконий—это знак того, что у Готики будут доношенные и здоровые дети. —Мммм...—Букварь понял.       Вскоре ведро заполнилось и надо было срочно достать ещё одно. —Оззи явно не будет рад грязному полу...—испугалась Склеппина, вновь послав Клопика за ведром. Меконий троллей так быстро не оттереть от камня. —Пусть Гриззл тогда закроет влагалище Готики хотя бы на пять минут кулаком, пока Клопик ведро ищет.—предложил Гематоген. —Ну и зачем так делать? Девочку и так распирает, ещё давай в себе эти отходы копить. —Гриззл придумал!—воодушевился тролль.—Гриззл сейчас опробует вкусную, отсасывающую методику, пока ребёнок несёт ведро. Готика, позволь?...       А Готика не могла ничего и сказать, она сидела и мычала, извергая из себя, мягко говоря, говно тролликов. Гриззл взял её ножки, обхватил их и прильнул ртом к детородному отверстию, начиная высасывать содержимое.       Вампиры были шокированы.       Меконий густо вываливался из влагалища и вылезал из дырочки, как заварной сливочный крем из вафельной трубочки. Тролль был счастлив, что его кормят, поэтому присосался ещё сильней, создавая натуральный вакуум-отсос, просунув внутрь тонкий, длинный язык, громко хлюпая и слизывая остатки стухшего мекония с гнильцой.       Вдруг из-за вскочившего давления во влагалищной полости воды Готики стрельнули так, что тролль подавился. Он сразу же отклонился и чуть не полетел на пол, без удержки кашляя и перхая. Его счастье, что Клопик уже заменил ведро на новое. Монстр шатался в стороны, хватаясь за своё горло. —Бу..кхе-кха-хка-кхе-кхе, кхааа-кхааа! Бг...уа...Пр...простите...Кх...Гриззл...скоро...кхидёт...Бууу...       Он накашлялся до рвоты и убежал прочь в туалет. Готика снова начала себя чувствовать беспомощной и на неё накатил стыд. —Оооооооооо...—вздохнула Готика.—Ну почему всё вечно у меня через жопу?! —Точно!—Гематоген вскочил с места и взял в руки тазик с грушей.—Букварь, хочешь-не хочешь, нам надо заняться клизмой. —Клизмой?!—рот изобретателя скривился в отвращении.—Профессор, а не поздновато ли ей уже попу прочищать? Это надо было делать до родов! —Лучше поздно, чем никогда. Пошли! —Какой это ещё клизмой?!—завопила Готика.—Вы вообще опозорить меня решили перед всеми?!       Но Гематоген с Букварём беспощадно направлялись к ней с большущей грушей. Груша периодически угрожающе свистела. —Неееееееет!—Готика орала на весь голос. Она хотела пустить в ход ноги, но Гематоген крепко схватил её за стопы и развёл их в стороны сильнее, чтобы она не навредила Букварю и открыла на свет анал. —Не бойся, Готика, клизма—это не больно. Мне много их делали.—попытался успокоить свою одноклассницу Букварь.       Носик груши вошёл в её задницу и начал накачивать Готику водой, как курицу антибиотиками. За каждым свистом шло журчание воды, как будто внутрь вампирши вливалась ласковая и бурная речка. В этой речке не было рыбок, но она была живой. Несомненно. Что бы кто ни говорил. Она текла по розовому нутру, залезала в каждый закоулок и туннель кишечника, вдыхая в него жизнь и даря долгожданную прохладу, влагу и удовлетворение. Спокойствие. Чем громче раздавался свист, тем меньше становилось журчание. Но не беда. После кратковременной паузы, поток возобновлялся вновь. И вновь. И вновь. К удивлению, и Готике стало спокойно. Она начала тихо петь, зажмурив глаза, полностью расслабившись на акушерском кресле. Она будто получала удовольствие не от кончика клизмы в попке, а от члена Букваря, который на данный момент покоился в его трусах, свернувшись змейкой и отдыхая.       Но как только накатили новые схватки, Готика снова заухала и не выдержала давления: говенная вода из её задницы пулей забрызгала и Букваря и Гематогена. —Уууууэээээ, Готика!!! Фу, ну нельзя было попозже попу расслабить?!—закричал блондин, отбегая от атакующей его задницы. Гематоген тоже отпустил её стопы, отходя назад.       Но задница у Готики была меткой и струйки нечистот доставали одноклассников на расстоянии пяти метров. Готика была словно прорванная канализация, в которую жильцы набросали всякого говна, помимо говна, которое, по идее, нельзя смывать туда.       Фекальные фонтаны вырывались из её сраки со свистом, меконий и омниотическая жидкость присоединялись к этому хаотическому потоку, переплетаясь между собой спиралями в воздухе, устремляясь вдаль и ввысь, образуя неразрывную и феноменально правильную по структуре искрящуюся и вращающуюся вокруг себя цепь ДНК, тянущуюся к Лунному Свету. Это было дурно пахнущее, отвратительное, но воистину уникальное зрелище, которое на хую вертело все законы физики. Вы спросите: как? Вот и автор не знает. —Ого!!! Какая волна!—Клопик стоял в говне и смотрел на несколько потоков нечистот, достающих до потолка, но с его лица не сползала мечтательная улыбка.       Тролль втянул в себя воздух и улыбнулся. —Готика чудесна, даже когда какает! —Как такое вообще возможно?!—захрипел Букварь, протирая очки от потока говна. —Ты точно ей магнезию в кишку засадил?—спросил Гематоген, не отрывая глаз от уникального явления. —Сто процентов точно! Дракула подери, это настоящее чудо! Я такую красоту видел только во снах! Это Дракула шлёт нам сигнал! —Чего?—повёл бровью Гематоген. —Дракула даёт добро на рождение детишек Готики! Поэтому в воздухе образовалась спираль ДНК! Это значит, что дети уже духовно связались с ним! —Букварь, мальчик... Э...Наука и вера это абсолютно не взаимосвязанные друг с другом вещи. Это просто какая-то аномалия.       Когда прямая кишка вампирши опорожнилась и из неё текла лишь чистейшая вода, цепь ДНК в воздухе разорвалась и микроскопическими каплями разорвалась в воздухе, словно новогодний феерверк, оседая на поверхностях.       Красота закончилась. К схваткам Готики присоединились потуги.