Господин

Тщательно вытерев ноги о коврик у двери, Арсений вставляет ключ в замочную скважину, проворачивает пару раз и открывает квартиру. Мужчина устал за сегодняшний день и до последнего думал, что сегодня у него не будет никаких сюрпризов, пока он этот самый сюрприз не позвал к себе домой.               — Котенок, я дома! — кричит Арсений, снимает ботинки и прислушивается к тишине.               Дома его никто не встречает, мужчина уже несколько расстраивается, ведь Антон должен быть здесь, куда он деться мог? Ушел?       Первым делом вымыв руки, мужчина решает обойти квартиру в поисках Антона. В голову закрадываются очень неприятные мысли о том, что Антон его не дождался.        Подойдя к спальне, Арсений только хочет нажать на ручку двери и открыть ее, как слышит непонятные звуки, шебуршание и тихие сдавленные стоны. Антон воспользовался положением и кого-то привел? Да не. Что за странные сомнения лезут сегодня в голову?               После резкого выдоха, Арсений все же открывает дверь в спальню. От картины, которая предстает перед мужчиной, весь воздух выбивает из лёгких, в штанах становится слишком тесно. Мужчина закусывает губу и долго рассматривает Шастуна. Тот сидит в одних чулочках и… в прозрачном лифчике? Или это топ? Арсению сейчас алмазно поебать на то, что надето на Антоне, ему интересно как раз то, что одежды на парне нет. Что он сидит на стуле, поджав колени к груди, из-за чего отчётливо виден торчащий из его попы длинный пушистый хвост под цвет чулок. Антон дрочит себе мастурбатором и, судя по поджимающимся пальцам на ногах и лёгким судорогам, находится парень уже на грани.               — Смотрю тебе тут не скучно, — от резко накатившего возбуждения голос хрипит, становится низким.               — Ах, простите, Господин, но котёнок вас не смог дождаться, — Антон чётко видит, как потемнели глаза Арсения и заиграли желваки. Именно такой реакции он добивался. Вот он, его Господин, такой властный. Даже от одного взгляда уже хочется отдаться.       Господин, ослабляя галстук на шее, подходит все ближе и ближе.               — Играть вздумал? — Арсений забирает у парня мастурбатор, расстёгивает ремень, вытаскивает из шлевок и, согнув его пополам, громко хлопает, заставляя парня вздрогнуть. — Ну, давай, поиграем!       — Как вы будете играть со своим котёнком? — через пару секунд спокойно произносит Антон, но на ремень смотрит с опаской.               «Пожалуйста, хоть бы не порка, хоть бы не порка! Я не готов!» — внутренне Шастун начинает паниковать, его в жизни не били.               Господин аккуратно берет Антона за запястье. Парень как заворожённый смотрит в глаза, которые от возбуждения стали темно-синими. Этим глазам хочется доверять и, смотря в них, в душе становится на удивление спокойно. Мужчина легонько тянет парня за руку, из-за чего Антону приходится встать. Когда Шастун стоит вплотную к Господину, упираясь стоящим членом ему в бедро, мужчина произносит:               — Для начала я свяжу тебе лапки, чтобы ты больше себя не трогал.       Только сейчас Антон чувствует, что его руки за спиной уже связаны ремнем. Как он это сделал? Когда он успел? Вот же ж колдун!       — А теперь, — Арсений отходит к шкафу, открывает маленький ящик, который Шастун никогда не замечал раньше, и достает оттуда ошейник с цепочкой, — из котенка ты превращаешься в покорного пёсика.       Шастун сглатывает вязкую слюну, слыша щелчок застёжки на его шее, и тихонько скулит, когда Господин наматывает цепочку себе на руку и легко, но властно притягивает парнишку к себе. Попов приближается к лицу Шастуна, обдает губы парня горячим дыханием, но вместо поцелуя толкает Антона на кровать. Парень неловко барахтается, пытаясь улечься поудобней, ведь на руках лежать не очень, но и на спине с анальной пробкой такое себе, если честно. Антон скоро притихает, почувствовав на себе руки Арсения, которые грубо хватают его за бедра и переворачивают на бок, вытаскивая из парня хвост и кидая на пол.       — Пришло время проверить, врал ты мне или нет, — Антон расширяет глаза от удивления, видя в руках мужчины голубую вибрирующую игрушку. Хочется запротестовать, но Господин даёт ему лёгкую пощечину, заставляя заткнуться и подчиниться. Парень безмолвно наблюдает, как Арсений обильно поливает игрушку смазкой, и замирает, чувствуя холодок у своей дырочки. А как же растяжка? Нет, без растягивания он не будет, поэтому снова начинает барахтаться, но мужчина, словно не замечая паники, резко вводит игрушку в анус, и парень громко вскрикивает.       — Больно? — довольно усмехаясь, спрашивает мужчина, но игрушкой не двигает, давая привыкнуть, и Антон скулит, кивая и жалобно глядя на Арсения, а затем снова вскрикивает, когда мужчина выдёргивает игрушку, включает и уже вибрирующую вставляет обратно. — Это тебе за то, что дразнишься так.       — Господи-и-ин, — скулит Шастун, брыкаясь и пытаясь оттолкнуться от озверевшего мужчины.       — Вспомнил, как ко мне надо обращаться, — наигранно умиляется Арсений, а затем сильно шлёпает парня по ягодице, заставляя того снова застонать от боли, — куда собрался, гадёныш? Мы только начали.       Антон жмурится, готовясь к новой порции боли, но Господин силой поворачивает голову парня обратно и приказывает смотреть на него.       — Г-господин, пожалуйста… — договорить ему не дают, снова вводя игрушку в дырочку, но в этот раз уже не так больно и даже немного приятно, потому что Арсений задевает чувствительную точку внутри, заставляя своего мальчика тихонько простонать от удовольствия.       Арсений усмехается, наблюдая за реакцией парнишки, раздвигает ягодицы второй рукой и начинает крутить игрушкой внутри, одновременно растягивая и изнутри и снаружи. Антон плачет, вырывается, но господин его держит крепко. Закончив с круговыми движениями, Попов вытаскивает вибратор, и Антон вздыхает с облегчением, думая, что на этом всё, но Арсений лишь добавляет больше смазки и снова резко вводит игрушку, задевая простату. И начинает быстро-быстро двигать рукой, буквально трахая парня.       Антон скулит и стонет от смеси ощущений. С одной стороны, он все ещё недостаточно растянут и ему достаточно дискомфортно, а с другой, вибрация доставляет удовольствие чувствительной простате. Антон сам не понимает, что скулит и водит задницей, прося ещё, когда Господин вытаскивает игрушку.       — Вставай, — приказывает Попов, натягивая цепочку, заставляя Антона покорно подчиниться, встать и обнаружить резиновый член, присоской прикрепленный к полу. Когда он все успевает? Он-то думал, что его сейчас заставят сосать, а потом жёстко выебут в рот. — Садись.       Шастун моляще смотрит на Господина, за что получает ещё одну пощечину. Всхлипнув и неловко присев на корточки так, чтобы головка резинового члена касалась его дырочки, Антон медлит, но Арсений сегодня не отличается особым терпением, поэтому резко надавливает на плечи парня, заставив того вскрикнуть и полностью сесть на резинового друга.       Господин обходит Антона, снимая свою рубашку, садится напротив него, впиваясь своими губами в чужие. Это мало было похоже на поцелуй, больше на что-то животное. Мужчина кусает губы, держится за чужую талию, напоминая парню продолжать двигаться на игрушке, опускается на шею, кусая и иногда порыкивая между оставлением засосов.       — Мой! — ещё засос. — Не хочу тебя никому отдавать! — больной укус в плечо, из глаз парня текут слёзы.       Из-за такого спектра эмоций Антон находится в какой-то прострации, отдаваясь моменту и чувствам. В какой-то момент он стал получать от этого удовольствие, двигаясь на игрушке быстрее. Арсений возвращает все внимание губам парня, положив руку на член Антона, пережимая у основания, а другой рукой нажимая на искусанное плечо. Антон скулит в поцелуй. Если бы Арсений его не остановил, он бы мог кончить ещё от пары движений на игрушке. Мазохист!       — На кровать, — Антон сейчас готов выполнить любой приказ, главное, поскорее кончить.       Шастун медленно поднимается с резинового члена с помощью Арсения. Из-за неудобной позы ноги затекли, резинка от чулков тоже мешает, и парень решает доползти до кровати на коленях, но чтобы залезть, просто встать и лечь на постель не было сил. Антон уже закидывает ногу, но оказывается прижат в таком положении. Его Господин зафиксировал парня в таком положении, долго смотря на всю эту картинку сверху вниз. Захотелось доставить удовольствие парню. Голым торсом мужчина ложится на спину Антона, произнося шепотом:       — Не опускай ножку, — лёгкий поцелуй в бедное плечо. После тихого «Хорошо» Господин берёт смазку около Антона и поцелуями спускается к промежности парня, кладя руки на ягодицы, раздвигая их. Из ануса вытекает капелька смазки, которую мужчина сразу же слизывает.       От ощущения языка между ягодиц, парень дёргается, пытаясь свести ноги, но от грубого «Ногу!» возвращается в прошлое положение. Становится как-то неуютно, но от руки на своём члене все ненужные мысли и стыд уходят на второй план.       Размеренно дроча парню, уделяя больше внимания головке, мужчина берет смазку, выливая её сразу между ягодиц своего мальчика. От холода мышцы ануса сокращаются, мужчина приставляет два пальца ко входу, пачкая пальцы в смазке, надавливает ими на мышцы, которые от «прелюдии» были уже разработаны. Парень вскрикивает, когда Господин попадает по простате, а рука на члене двигается быстрее пальцев внутри парня. От разного темпа Антона кроет, с каждым толчком он подмахивает бедрами, не зная, назад или вперёд ему двигаться активнее.       — Как же я скучал по твоей сладкой попке, — поцелуй сначала в правую, потом в левую ягодицу. Губы дарят ласку, в то время как руки вытрахивают из парня последние силы, но пальцев мало.       — Ах, Господин! П-пожалуйста! — с каждым движением рук Господина собрать мысли в кучу и говорить внятно, не прерываясь на стоны, становится все сложнее. — Войдите в меня.       — Нет, котёнок, попроси лучше. — Арсений видел как Антону было хорошо, как он выгибался в пояснице, прося большего.       — Господин, пожалуйста, трахните меня уже, я очень сильно скучал по вам и вашему члену, — движение руки на члене ускорилось, а пальцы стали массировать простату. — Возьмите меня за талию, войдите в меня сразу по самые яйца и, не давая мне привыкнуть, начните втрахивать меня в матрас, чтобы я плакал от боли и удовольстви-а-ах! — на последнем слове парень простанывает, кончая на пол.       После того как Антон обмякает, достаточно расслабляясь после оргазма, Арсений вытаскивает пальцы с пошлым звуком, нависает над дрожащим от судорог телом, опираясь на руки по бокам от головы. У парня на глазах слезы и лицо слегка опухшее, что начинает пугать Арсения: неужели перестарался?       — Всё хорошо?       —Д-да, — заикается парень. — Можно воды? — Антон взглядом указывает на стакан с водой, который стоит на столе около кровати. Изначально стакан с почти водой был для Господина, но Антон чувствовал как ему в бедро упирается чужой член, через штаны, а, значит, мужчине вода с возбудителем не нужна, а вот Антону бы не помешала, для второго захода.       — Да, сейчас, — посадив парня посреди кровати лицом к стене, мужчина подносит стакан к губам парня. После того как Антон выпивает половину, Арсений тоже делает глоток и ставит стакан на место.       Антон тянется к брюнету, целуя первым, этот поцелуй кажется более нежным, чем в начале этой их игры.       — Господин, а как же вы? — парень отстраняется и шепчет на самое ухо. — Воспользуйтесь моей влажной дырочкой, — говорит Шастун, ложась на живот и утыкается лицом в подушку, выпячивая зад. — Господин, — дразнящий стон и разведение ног шире.       — Ты, кажется, не совсем…       — Господин, трахните меня, как последнюю шлюху! — требует Антон, пытаясь выгнуться как можно сильнее. — Я хочу почувствовать Вас внутри себя, хочу ощутить каждый миллиметр Вашего члена. Господин, умоляю!       Кажется, Антона сейчас даже не смущают такие фразы. В начале сегодняшнего вечера парень бы уже заливался краской и превращался в сеньора Помидора, но сейчас хочется до дрожи в коленях. Хочется, чтобы его трахнул Господин, как ему только захочется, быстро или медленно. Неужели мужчина сам не желает?       Только Шастун успел подумать об этом возможном «Не хочу» от Арсения, как слышит шебуршание одежды, щелчок крышки от тюбика со смазкой, затем чувствует горячие пальцы мужчины внутри себя, протяжно стонет, чтобы после захлебнуться в своих же звуках.       Арсений толкается сразу после того, как из ануса исчезают пальцы. Входит резко, грубовато, но Антону и нравится это.       — Боже, ты такой хороший мальчик, — рычит Арсений. — Ты, и правда, не трогал себя. Если бы я только узнал, — грубый толчок, выбивая из легких воздух, — только бы я узнал, что ты, ох, игрался, я бы тебя наказал.       — Я был плохим мальчиком, папочка, — на полустоне-полувыдохе говорит Антон, сам начинает неловко двигаться, но мужчина останавливает его за талию, сжимая снова до синяков. — Пожалуйста, быстрее!       Арсений не слушает. Он двигается так, как удобно только ему: медленно, размеренно, растягивая удовольствие. Но он так давно желал этого мальчишку, что хотелось закончить с ним быстро, а удовольствие оставить на потом, когда они, по своему обычаю, будут лениво целоваться после страстного секса. И когда это для Арсения стало так важно не просто иметь шлюху, а обниматься с ней, нежно проводить кончиками пальцев по спине и гладить, кажется, каждый миллиметр тела?       — Прошу, быстрее, — стонет Антон, носом по подушке водит в разные стороны и дёргает руками, словно пытается разорвать ремень.       — Проси лучше, — Арсений резко толкается в Антона, медлит, вжимается в ягодицы Антона и только слышит протяжный стон, как все же жалеет парня, расстёгивает ремень на руках, высвобождая руки Антона.       — Прошу Вас, — просит Шастун снова, и Арсений уже не отказывает. Только выходит, чтобы перевернуть парня на спину и снова войти, но уже гораздо осторожней и медленней, будто пытаясь загладить вину за такое грубое начало их игры.       Антон стонет, прогибается в пояснице и опускает руку на свой уже порядком возбуждённый член и начинает быстро двигать рукой, пока мужчина двигается размеренно и с нежностью, но, когда парень ускоряет движения рукой, входит лишь наполовину, ожидая, когда парень наиграется, а потом можно продолжить и самому.       — Господин, я же прямо сейчас… — говорит Антон, прежде чем излиться себе на живот, а после получить в награду стон мужчины, а после почувствовать теплую жидкость внутри себя, вздрогнуть всем телом и снова протяжно простонать.