Catch the moment!

… 

  Сегодняшнее утро выдалось непривычным: вокруг чужие стены, чужие окна, и вид из них. Её укрывало совсем другое одеяло, но оно по-особенному было теплым и пахло чем-то приятным. Чем-то новым и при этом совсем знакомым. Мерэй всё ещё сонная встала с кровати и вежливо застелила её, пригладив рукой, будто не хотела доставлять неудобства своим присутствием, затем надела белые тапочки, предоставленные специально для неё. Ей казалось это милым.  «Я ушел на стажировку. Прости, не знал, что так получится».   Только Сейгё вошла на кухню как почти сразу заметила этот стикер, торопливо приклеенный на холодильник. Почерк в записке был еле разборчив, а значит кое-кто сильно торопился. Мерэй обернулась. Позади неё стоял стол. На нём ничего не было, а вот под ним валялась ручка. Девушка, тепло улыбаясь, наклонилась и подобрала её, после чего уложила туда, где она лежала. Конечно же, эта заботливо оставленная записка была от Тошинори. Он явно не хотел будить Сейгё рано утром только ради того, чтобы сказать, что уходит, поэтому прибегнул к сообщению. Лучше пусть прочитает, когда проснется.  Мерэй вновь отошла к кухне и включила чайник, а после направилась к ванне, чтобы помыться. Она зевнула. Её черные и длинные волосы топорщились в разные стороны, а взгляд был уставшим, словно она и не спала всю ночь. Конечно, какое-то время Сейгё действительно не могла уснуть, из-за того, что вокруг так много чужих вещей, которыми она пользуется, и из-за вдруг появившегося ощущения вины, будто для Тошинори Мерэй — какая-то проблема. Всё-таки частично это было правдой, потому что из-за неё ему пришлось спать на диване в гостиной.   По кое-каким причинам Сейгё пришлось остаться у него дома на ночь: стажировка длилась допоздна из-за большого числа злодеев, которых к позднему вечеру стало больше, и, наконец, когда испытательный срок окончился, пускай с переработкой в пару часов, она наконец-то могла пойти домой. Конечно, её поблагодарили, да ещё и извинились из-за того, что пришлось задержаться. Уставшая и потрепанная Мерэй, чуть ли не засыпавшая на ходу, сквозь прикрытые веки почувствовала раздражающий, постоянно мигающий синий свет и крики людей. Раскрыв глаза, она увидела пожарную машину и самих пожарных, которые со шлангом бежали к её дому. Оказывается, из-за недавно напавшего злодея часть дома была разрушена и, помимо этого, он ещё и горел. Благо, в здании никого не было.  Тем поздним вечером Мерэй, забрав уцелевшие вещи, стояла у двери в дом Тошинори с небольшим чемоданом, словно потерянный кот. Он наверняка только что лег спать, ведь свет в доме уже не горел. Девушка неуверенно приподняла кулак выше, боясь застучать. Всё же это не его проблемы, что у неё теперь нет дома, и всё-таки Сейгё постучала. Через какое-то время свет в окнах появился, а за ним открылась дверь. Перед Тошинори стояла потрепанная Мерэй, которая помимо обычного чемодана с вещами, в руке держала кейс с геройской формой. Он, конечно, удивился, и первым делом спросил всё ли в порядке и не пострадала ли она от пожара — та отрицательно качнула головой.   — Сама я нет, а вот мой дом сгорел, — неловко улыбнулась Сейгё, говоря так, будто для неё это было чем-то обыденным, — поэтому...  — Конечно! — сразу воскликнул Яги, даже не дослушав. — Оставайся у меня сколько хочешь.   — Спасибо, — Сейгё низко поклонилась, а парень чуть отошел от двери, пропуская её в дом. Когда она вошла, Тошинори куда-то умчался, вернувшись с белыми тапочками в руке. Он поставил их на пол — Мерэй вновь поблагодарила его.  ... Оставленный на кухне чайник уже вскипел. Девушка к этому времени уже вышла из ванны. Она бодро прошлась до кухни, после чего достала из верхней полки стакан, чтобы заварить кофе. Осталось найти сам кофе, что было немного труднее. Всё же у Тошинори дома Мерэй никогда не бывала, поэтому не знала, где что находится.  Сегодня ей не нужно идти на стажировку: из-за того, что она переработала вчера до такой степени, что перестала внятно разговаривать, ей разрешили взять отгул на один день, сказав, что это её награда за помощь. Всё равно героев им пока что хватает, поэтому Мерэй осталась дома одна, предоставленная самой себе. Поврежденным домом ей заниматься не пришлось — этим занялся папа, который ради этого прилетел к дочке в Токио, отлучившись от работы. Неудобств это ему, конечно, не составляло.   Девушка глотнула кофе — на вкус он не был чужим в отличии от всего того, что её окружало. Кофе был привычным, известным ею, словно он заварен в её родном доме, который теперь уже снесут — наверняка папа примет такое решение. Тем не менее, грустно Сейгё не было. Может, только неприятно, что некоторые вещи были утеряны. Всё же ей так же, как и, вероятно, папе, хотелось бы сменить жилье: больно видеть некоторые вещи, напоминающие прошлое.  Мерэй села на диван, где спал сегодня Тошинори. Аккуратно сложенное в углу одеяло напоминало о нём. Интересно, как он там сейчас? Что он делает? Наверное, ей не стоит волноваться об этом. Всё-таки Яги сильный. Настолько, что ему никогда не понадобится помощь других. Он всегда стоит дальше всех и светится так ярко, что можно ослепнуть, даже если находиться в сотнях километрах от него — всё равно его свет, пускай он и будет тусклее, дойдет до тебя и предупредит, что всё хорошо.  А Мерэй? Может ли сделать Мерэй хоть часть от этого? Её сила заключается только в контроле слова, которое она не всегда может контролировать, поэтому, если ей придется столкнуться со злодеем, который предпримет грубую силу — в опасности окажутся не только мирные граждане, но и она сама.   — Значит, когда тебе понадобится помощь, я приду, чтобы защитить тебя. — сказал как-то Тошинори, как только Сейгё заговорила об этом. Он обернулся на неё и уверенно улыбнулся, не скрывая того, что осматривает её лицо. Голубые, как небо, глаза повисли на Мерэй, пытаясь сказать, что он дает ей обещание. Парень встал прямо перед ней и выставил кулак вперед. — Только обещай, что такого не произойдёт, Сейгё.  Она грустно улыбнулась, медленно опуская глаза ниже. Черные пряди у лица слегка приподнимались на ветру. Кулак Тошинори продолжал маячить у её лица, ожидая, что Мерэй стукнет по нему своим, но ничего подобного не следовало и, кажется, не последует и в ближайшие минуты. Конечно, она не обещала. Конечно, она слаба, пускай и говорила, что обязательно сделает так, чтобы её причуда спасала, а не убивала; чтобы никому больше не пришлось страдать из-за неё, и что однажды обязательно скажет, что эта сила спасла множество жизней. И всё равно она слаба.   — И всё равно ты герой. — вдруг произнес он, словно на её золотистых глазах всё было написано. Его протянутый кулак оставался на том же месте, ожидая, когда по нему стукнут. Мерэй подняла глаза на Тошинори — он улыбался. Незаметно для себя её губы тоже растянулись в улыбке, словно парень был для неё чем-то вроде мечты. Кем-то, кто обязательно всем протянет руку помощи, где бы он ни был. Девушка наконец-таки стукнула его кулак своим. — И всё равно ты рвешься в бой, чтобы спасти других, хотя знаешь, что полагаешься на удачу, — Яги отвернулся от неё и уложил руки на бедрах, глядя прямо на закат. Сейгё молча смотрела на его спину, мышцы которой были видны даже под одеждой. Почему-то красивый закат и уходящее солнце сейчас было не таким важным, как он. Тошинори светился ярче самого солнца. Подул ветер. Две длинные блондинистые прядки у его лица качнулись в сторону, что казалось ещё более прелестно, чем когда они находились в обычном положении. — почему? Потому что ты герой. — твердый, но нежный голос Яги придавал уверенность. Он обернулся. Голубые глаза вновь опали на её лицо, бегая по нему. Почему-то эта фраза Мерэй надолго запомнилась. Почему-то она не хотела уходить из её головы, и почему-то ей хотелось сражаться. Вернее, ей нужно было сражаться.