Kalopsia

В царящем хаосе было трудно разобраться кто все начал и как так вышло, что все студенты оказались во дворе, при этом в панике толкая друг друга они перекрывали дорогу к церкви. — Пора уходить, нам тут нечего делать, — сжав руку Карины прошептала Жизель. Несмотря на ситуацию, старосте каким-то образом удавалось держать самообладание и не поддаваться всеобщей растерянности и ужасу. Ю в свою очередь схватила испуганную Нин и потащила ее за собой. Жизель ловко лавировала между толпившимися студентами и игнорировала крики и ругательства. В скором времени они оказались в коридоре который вел к спальням женской половины учащихся. Карина заметила нескольких девочек, которые о чем-то громко перешептывались. Глубоко вздохнув, Жизель притянула девушек ближе и тихо произнесла. — Скорее всего тут некоторое время будет царить беспорядок, пока вся эта ситуация не уляжется. — Это все… очень странно, — призналась Карина. Ей до сих пор было не по себе — складывалось ощущение, что все те крики и возгласы до сих пор отдавались эхом в голове. Жизель кивнула, затем посмотрела на притихшую Ниннин. — Нам понадобится затаится, лучше в нашей с Ю комнате, сможешь взять свои вещи из комнаты? Младшая заторможенна моргнула. — Ждите здесь, скоро буду. Пока младшая направлялась к своей комнате, Ю недоумевала от решений своей соседки — что им вообще могло угрожать сейчас? Сконфуженно глядя на нее, Карина вновь заговорила. — Что это все значит? Жизель не спешила разьяснять — она осторожно посмотрела по сторонамб а потом тихо прошептала. — Поверь мне, многие могут воспользоваться моментом и провернуть то, о чем давно замышляли, но боялись. — Я тебя не понимаю, — Карина не врала — вся эта ситуация казалось нереальной, а каждая минута привносила все больше неопределенности. — Тише, — староста понизила голос, — обсудим все внутри. Группка студенток, что стояла в конце коридора все это время, начала расходиться — каждая девушка ушла к себе и в коридоре стало подозрительно тихо. Именно поэтому прозвучавший пронзительный крик прозвучал словно гром среди ясного неба. Голос, однозначно, принадлежал девушке и было понятно, что она была в одной из комнат неподалеку. Карина испугано посмотрела на Жизель и с удивлением отметила, что та была напугана не меньше ее самой. Первой реакцией было бежать, но Ю прекрасно понимала, что они не могут просто так уйти — они должны дождаться НинНин. — Кажется, я начинаю вникать, — нервно усмехнулась Карина. У ступенек ведущих в их крыло послышались шаги, а через несколько секунд перед ними появился Сонхун собственной персоны. По правилам, студентам противоположного пола не было позволено находится в женской части общежития, но, кажется, Пака это не очень волновало. При внимательном взгляде, становилось очевидным, что парень был чем-то встревожен. Он выглядел в кои-то веки обеспокоенным. — Какого черта? — зашипела Жизель. — Почему вы до сих здесь?! — воскликнул парень — это был первый раз когда его голос был по-настоящему серьезным. — Прости, что? — встрепенулась Ю. Сонхун встал впритык и оглянувшись назад, чуть ли не прорычал. — Вы хоть понимаете, что сейчас тут происходит? И понимаете ли вы, как опасно особенно вам разгуливать в коридорах?! — Расслабься, Пак, — вздохнула Жизель, — мы ждем Нин. Парень вздернул брови — ему не понравилось услышанное. — Где она? Он неподдельно заволновался — все же догадки Карины были верны и парень относился по-другому к их третьей подруге. Но когда это он только успел проникнуться и не выглядело ли это странно, учитывая тот факт, что его дружок не переносил всю их компанию, включая НинНин. К счастью, им не пришлось отвечать на вопрос Пака — Нин появилась на горизонте и выглядела расстроенной. — Что ты здесь делаешь? — таковым был ее первый вопрос. Сонхуну, очевидно, стало полегче. Это было мило, если не учитывать тот факт, что он дружит с самым мерзким парнем в Академии. Кстати о нем — неужели Пак хотел предупредить их о возможной пакости со стороны Хисына или же существовала другая опасность, о которой Карина даже не имела представления?! — Я кое-кого искал, — парень вернул себе привычное выражение лица. Но хоть он и казался невозмутимым, это не означало, что Ю скоро забудет панику на его лице. — Все нормально? Вопрос старосты не требовал ответа — Нин была далека от нормального состояния. — В нашей соседней комнате у одной из девушек нашли… нашли окровавленный нож. — Что?! — они все синхронно воскликнули. Вот это уже было реально страшно. — Я не знаю всего, но Суен чуть в обморок не упала. Первым очнулся Пак. — Где ваша комната? — Прости? — округлила глаза Жизель. И чего это ему понадобилось узнать место их комнаты. Нин настолько удивилась, что даже не успела выдать чего-то привычно колючего и дерзкого. — Пойдем, — Карина слабо верила в Пака, но выбора не было. Она всем сердцем надеялась, что ее внутреннее предчувствие не играло с ней злую шутку и именно поэтому девушка потянула Сонхуна в нужном направлении. Когда они остановились перед их дверью, парень оградил путь перед Кариной и перед тем как войти внутрь, тихо бросил: — Нужно удостовериться, что тут чисто. Жизель с Нин медленно подошли к Ю и затаив дыхание ждали пока парень не позовет. — И как мы докатились до этого, — пробормотала НинНин. Да уж, еще несколько часов назад они все ссорились с Паком, а сейчас он самоотверженно пытался убедиться в их безопасности. Хотя, червячок страха не давал успокоится до конца и Карина решила поддаться внезапному желанию пойти за Сонхуном. Внутри было тихо, а парень проверял за занавеской. Кажется, тут обошлось без кровавых кинжалов. — И все же я тебя не понимаю, — в полумраке сказала Ю. Парень отпустил тяжелый занавес и вскинул брови так, будто Карина сказала самое глупое, что можно было вообще вооброзить в этой обстановке. Девушка практически была уверена, что ее слова останутся не замечанными, но Сонхун, все же снизошел до короткого ответа. — А я и не стремлюсь, чтобы меня понимали. — Ты странный, Сонхун. Во что мне верить: твоей дружбе с Ли или в то, что ты будто заботишься о нас?! Пак легкомысленно пожал плечами — интересно, сколько раз в год он позволяет себе быть серьезным? — Ты слишком зациклена на том, что тебе известно, но сама подумай — как много всего может скрываться в неизвестности. — Глупости, — фыркнула девушка. Сейчас меньше всего хотелось обмениваться пафосными фразочками. — Ну что? — Жизель и Ниннин вошли внутрь и выглядели сконфуженными. Еще бы, такой денек выдался. — Все чисто, дамы. Советую не высовываться в ближайшие несколько часов. Пока Карина раздумывала над новыми вопросами, Пак в несколько шагов оказался у выхода и ничего не сказав вышел в коридор. Первой очнулась Нин, которое все это время крепко прижимала к себе рюкзак с вещами. А Жизель устало вздохнула и достав ключ, заперла дверь изнутри. — Можно я наконец узнаю кого мы остерегаемся?! Если вы скажете, что все это из-за мерзавца Хисына, то я не на шутку разозлюсь! Карина не лгала — ее начинала подбешивать вся эта неопределенность. — Тот, кто напал на директрису, очевидно добивался хаоса, — начала Жизель, — никто не знает чем это может обернуться для нас. Безнаказанность может сподвигнуть некоторых на необдуманные поступки, в том числе и Хисына. — Он не посмеет, — решительно произнесла Нин. Что-то подсказывало Карине, что ее враг очень даже посмеет — этот Ли с первого дня считал ее своим соперником номер один, но это было как минимум глупо. Девушка едва успела освоится в Академии за месяц, а тут ее уже считали чуть ли не самой коварной и хитрой девушкой на курсе. — Будем тихо сидеть и ждать. Жизель начала раскладывать вещи, а остальные последовали за ней. Они обоюдно решили, что Нин будет спать на мягком диване и принялись устраивать для нее удобное место. Никто не спешил что-то обсуждать и Карина чувствовала как в воздухе нависала неопределенность. Она мало чего понимала в сложившейся ситуации, а еще девушка была слишком измотанной для тяжелых дум. Ее подруги таки и не успели подкрепиться кровью доноров и были заметно ослабшими, но Ю имея опыт голодания и питания кровью животных, была в намного бодром состоянии. Время бодрствования вампиров постепенно заканчивалось — через часа два наступит утро и они будут вынуждены лечь спать, чтобы набраться сил. Через полчаса они действительно улеглись спать, но никто не спешил закрывать глаза. — Знаете, после прошлого года, я и не думала, что в этой Академии найдутся люди которым я смогу доверять. Внезапное признание Нин ошарашило Карину — за все те недели их общения еще никто из них не осмеливался обсуждать внезапно начавшуюся дружбу. Ю сомневалась в начале, но сейчас, ей казалось, что эти девушки вполне могут стать для нее близкими подругами, если, конечно, они захотят считать ее такой же в ответ. Карина никогда ни с кем не дружила, но это не значило, что она этого не хотела — даже наоборот, девушка мечтала найти кого-то близкого и понимающего. Но образ жизни навязанный ей собственными родителями не позволял Ю общаться с кем-то помимо прислуги. — Я… я тоже, — тихо призналась Жизель. Слушать такое от хладнокровной старосты было неожиданно, но не менее приятно. Карина решила тоже в кое чем признаться. — После долгого затворничества в Англии, я думала, что больше не смогу найти друзей. Я даже исключала любую мысль общения с кем-то, но наша внезапная начавшаяся дружба, это лучшее, что могло произойти со мной в Академии. Было неловко говорить о таком, но Карина внезапно почувствовала внезапное облегчение — оказывается делится мыслями может помочь расслабиться. — Ты никогда не рассказываешь о своей прошлой жизни, — тихо и неуверенно заметила Нин. Она была права — Ю каждый раз умело избегала этой темы. Но сейчас, ей вдруг захотелось приоткрыть занавес своей прошлой жизни. — Мне мало чем поделиться — я каким-то чудом смогла просуществовать в старинном замке словно привидение, а мои родители не хотели замечать моего одиночества. У меня не было доступа к внешнему миру — единственное чем я могу похвастаться, так это лучшими учителями, которые приходили к нам и следили, чтобы из меня вышла образованная девушка. — Но как? Разве родители тебя не привозили на званые ужины или вечеринки совета? — удивление Нин не было напускным, но Ю не понимала ее — не всем же везет с родителями. Карина удручено уставилась в потолок — она все еще чувствовала фантомные боли от ударов отца, а крики матери до сих звенели в ушах. Рассказывать о побоях не хотелось — это было слишком унизительно, хоть и в глубине души девушка отчаянно жаждала вывалить всю это скопившуюся боль наружу и наконец-то стать услышанной. Но нельзя — быть слабой в глазах других чрезвычайная роскошь для Карины. — Мои… родители, в основном игнорировали мое существование, хоть я и не знаю чем провинились перед ними. Они начинали замечать меня, когда я допускала ошибки — была там, где не надо, говорила когда нужно было молчать и… и слышала то, что не было предназначено для моих ушей. — Смею предполагать, что ты по ним не скучаешь, — заговорила Жизель. Карина усмехнулась — староста даже представить не могла насколько точны были ее слова. — Мне от их смерти… никак. Такое ощущение, что я всегда была сиротой. Разве что сиротой, о которой никто не знал. Сейчас же она была сиротой, у которой были враги, две подруги и неопределенное будущее. Повисшее молчание не было неловким — Карина к своему удивлению чувствовала что-то схожее с облегчением. Не сказать, что рассказ о своем прошлом дался ей легко, но учитывая, что для девушки само по себе понятие дружбы в новинку, то все это можно было смело считать прогрессом. Возможно, со временем она сможет поделиться чем-то большим — было много чего, что не позволяло ей спать и постоянно тревожило, но сейчас Карина не была в той ситуации, чтобы быть настолько откровенной.

— Значит ты никогда и не влюблялась? Вопрос Нин откликнулся болью в сердце Ю — ей не хотелось говорить о своих глупых мечтаниях. Хотелось громко засмеяться, но девушка не посчитала это уместным в царящей тишине. — Я… в кого я могла влюбиться, если никого не видела за пределами замка? — Ты счастливица — не познала разочарований от разбитого сердца, — вздохнула Нин. Карина лишь единожды видела подрогу в разбитом состоянии — в тот вечер она сидела у окна и тихонько плакала. За весь период их знакомства они так и не успели обсудить тот вечер, а сейчас Ю резко захотелось задать Нин целый десяток вопросов. — Только не начинай свой рассказ про того придурка Ченле, — тяжело вздохнула Жизель, вызвав смех Нин. — Эй! Я вообще-то любила его! — Все мы понимали, что в ваших отношениях вы оба любите Ченле, — усмехнулась староста. Слушать их шутливую перепалку было весело — Карина всегда хотела быть частью дружеской компании. Ей сейчас не хватало такого же веселого рассказа из прошлого — все ее истории были наполнены детскими травмами и болезненными воспоминаниями. — Лучше расскажи нам сколько лет ты уже сохнешь по Марку, — бросила Нин. Про этого персонажа Ю слышала впервые. — А кто это? Ниннин захихикала, таким образом все больше раззадоривая Ю. В кромешной тьме было трудно увидеть лицо Жизель, но что-то подсказывало Карине, что девушка смутилась. — Никто! Это никто! — Да ладно тебе, Эри, в жизни каждой из нас наступает момент, когда нам начинают нравится недосягаемые придурки. Слегка смутившись Ю присела, предварительно поправив подушку. Она точно не знала что именно ее смутило больше — неожиданный вкус Жизель в парнях или же тот факт, что Нин назвала ее по настоящему имени. В этот момент она почувствовало что-то похожее ревность — ее новоприобретенные подруги все же знали друг друга намного дольше и имели совместное прошлое. Хотела бы и она тоже иметь с кем-то приятные воспоминания, но учитывая детство Карины, было даже лучше, что никто не видел атмосферы угнетения и травли у них дома. — Так кто он? — нетерпеливо спросила Ю. Послышался тихий смешок НинНин. — Он учится на одном курсе с Доеном. — Выпускник, — хитро протянула Нин. И все же Карина не понимала в чем проблема. — Ты бы могла просто с ним поговорить, уверена, что Доен даже бы посодействовал, — девушка искренне недоумевала. Жизель, кажется, тоже присела в кровати. — У него есть девушка, да и я не уверена, что будь он свободным обратил бы на меня внимание. Вот это что-то новенькое — сдышать неуверенность в голосе старосты курса было неожиданным. Обычно она держалась стойко и не показывала лишних эмоций, но сейчас было очевидно, что девушка не чувсвтовала себя достаточно привлекательной или харизматичной, чтобы удостоится внимания какого-то там Марка. — А он случайно не слеп? — усмехнулась Ю. — С чего ты взяла? — волнение Жизель показалось Карине даже забавным. — Только слепой может не заметить тебя! Ты красивая, хорошо учишься… Староста вздохнула, таким образом прервав воодушевленную Ю. — Этого мало, должна быть искра. Даже те люди, которые ненавидят друг друга, чувствуют больше притяжения, чем те, которые безразлично здороваются. Возможно, Жизель старалась просто перевести тему, но все же в ее словах была некая логика. Ненависть, какой бы она не была, все же являлась сильным чувством — внезапный ее наплыв мог заставить забыть обо всем на свете, а сопутсвующий ей гнев обладал разрушающей силой. Было во всем этом еще много азарта — Карина и не знала, что каждый раз сталкиваясь с обьектом своей ненависти, она будет с усердием придумывать как бы лучше задеть опонента. Это странно, но в то же время интересно. Было ли бы в ней меньше азарта, если он не привлекал чисто на физическом уровне. Ю испугалась от собственных раздумий — лучше ей не вникать до такой степени. — В любом случае, мне кажется, что если кто-то тебе действительно нравится, тогда ради этого стоит попробовать сблизится. В этот раз Ю ответила Нин. — Да, но порой это страшно — вдруг тебе не ответят взаимностью, да еще и начнут насмехаться?! — Всякое бывает, но игра стоит свечь. Все девушки внезапно замолчали — теперб каждая думала о своем, а добавить было нечего. Возможно, Карина была неопытной в любовных делах, но она точно знала, что всегда будет честна в своих чувствах. На горизонте появились первые лучи солнца.