Какая дочь, такая и мать

Какая дочь, такая и мать…

Действующие лица:

Екатерина Алексеевна – мать Анастасии (героини романа «Измена»), натуральная брюнетка, 39 лет, рост 172 см, вес 54 кг, грудь 3–го размера, попа 4/5. Андрей Семенович – муж Екатерины, 40 лет, среднего роста (185 см), член 14*4 см, яйца 3 см в диаметре. Аслан – сосед Екатерины и Андрея, обычного телосложения, 32 года, рост 198 см, член 20*7 см, яйца 5,8 см в диаметре; Магомед – брат Аслана, очень мускулистый, 25 лет, рост 196 см, член 22*5 см, яйца 7,7 см в диаметре; Тигран – друг Магомеда, толстый, 23 года, рост 178 см, член 27*7 см, яйца 5,2 см в диаметре; Халид – друг Магомеда, очень мускулистый, 30 лет, рост 186 см, член 29*8 см, яйца 8,8 см в диаметре.

Осознание

- Ay qardaş, bu fahişəyə bax! (Эй, брат, только полюбуйся на эту шлюху!) – произнес Аслан. Глаза Екатерины застилали слезы, вызванные переизбытком эмоций от пережитого оргазма. Ей пришлось моргнуть, похлопав прекрасными ресницами, на которые тоже попали выделения из ее изнасилованного горла, и только тогда она смогла поднять на Аслана сфокусированный взгляд. Она не до конца осознавала, что произошло, и не могла понять, как это могло случится. Но знала, что сейчас ее вид соответствует ее состоянию. Состоянию использованной, едва не потерявшей сознание от мощного оргазма шлюхи. Катя приподнялась на руках, почувствовав, как ладони скользят по ковровому покрытию, пропитанному соками ее кончившей киски и выделениями из ее глотки. Она чувствовала боль в горле и поморщилась, когда попыталась сглотнуть скопившуюся во рту слюну. Женщина пыталась дышать носом, но носоглотка тоже была заполнена скоплением слюней, соплей и смазки с члена кавказца, и Кате хотелось высморкаться, чтобы иметь возможность нормально дышать. Пока что она делала это горлом, ощущая, как на каждый вдох оно отзывается неприятным хрипом. Ноги плохо слушались хозяйку и казались невероятно тяжелыми. Екатерина сидела на влажном ковре, подобрав их под себя и все еще ощущая, как пульсирует ее влагалище от произошедшего в нем взрыва наслаждения. Красавица ощущала как ее собственные соки стекают по внутренней части бедер, как ее обласканный языком Магомеда анус горит сладким огнем и явно жаждет продолжения, несмотря на то что киска посылает блудливой брюнетке мольбы о передышке. Ее грудь все еще стягивал влажный топиком, покрытый полосами прекуума Аслана, собственными слюнями и слезами Екатерины. Единственный оставшийся на девушке элемент одежды так плотно облеплял большие округлости брюнетки, что отлично подчеркивал форму ее прекрасных полушарий и торчащие маленькие сосочки. Катя тяжело дышала, отчего грудь вздымалась вверх-вниз, и бросившая взор вниз женщина поняла, что никакого практического применения топику больше нет – с таким же успехом она могла бы сидеть на полу абсолютно обнаженная. Однако пока Екатерина пыталась прочувствовать собственное тело, в ее маленькой умной головке уже вспыхивали фейерверками десятки мыслей и вопросов, ответа на которые у женщины не было. Самое главное – она не могла понять, как так получилось, что ее план обернулся против нее самой. Она хотела возбудить мужчин, заставить их кончить и на этом закончить то безумие, в которое превратился сегодняшний день. Катя была уверена, что ее привлекательность и сексуальность, помноженное на консервативность семейной жизни кавказцев и их не очень привлекательных жен сделают свое дело, и оргазм ее смуглокожих мучителей не заставит себя долго ждать. Но вместо этого... Вместо этого Екатерина ощутила себя проигравшей. И невероятно глупой. В своем плане она не учла одну важную деталь – у нее так давно не было мужчины, что даже одного взгляда на крепкий половой член ей хватило для того, чтобы забыть о том, кто она есть на самом деле. Она – жена. Она – мать! Она ни какая-то дешевая потаскуха, которая готова броситься на первый попавшийся член, даже если ее собственная сексуальная жизнь не могла похвастаться разнообразием. Катя хмыкнула. Забавно, она считала, что кавказские мужчины не смогут продержаться долго, любуясь сексапильной фигурой богатой русской красавицы, потому что была уверена в их неудовлетворенности сексуальной жизнью в традиционном замужестве... Однако ее собственная сексуальная жизнь оказалась точно такой же. Секс с ее мужем Андреем так давно не приносил красавице удовольствия, что ее половыми партнерами стали секс-игрушки, и совершенно не удивительно, что два твердых мужских достоинства, пусть и принадлежащие отъявленным негодяям, так привлекли внимание темноволосой замужней особы. «Какой просчет...» - подумала Катя, испытав к себе презрение. Однако тут же попыталась себя оправдать. Ведь вовсе не обнаженный половой член стал результатом того, что она спустя несколько минут стала сотрясаться в бешеном оргазме. Причиной был Магомед, точнее его невероятный язык, который сотворил с дырочками Екатерины такое, что до этого не делал ни один любовник. И как же ей понравились эти грубые ласки ее киски и, особенно, маленькой анальной дырочки! Катя знала, что ее попка очень чувствительна, но не ожидала, что может так возбудиться от ее ласки. А что Магомед сотворил с ее клитором, как работал пальцами в ее возбужденной киске! Женщине пришлось закусить губу, потому что она ощутила, как учащается ее дыхание, а пульсация киски становится чувствительнее. Ей вдруг безумно захотелось дотронуться до своей разгоряченной пещерки ладошкой, чтобы угомонить начинающийся пожар в зародыше. К тому же, ладошка Кати была вся мокрая и прохладная из-за жидкости, пропитавшей пол... Однако прежде, чем женщина осуществила свое спонтанное желание, над головой раздался грубый голос: - O, tamamilə itirdi, qardaş! (Она совсем потерялась, брат!) - Çirkli rus fahişəsi. (Грязная русская шлюха.) - Deyəsən bu fahişə heç vaxt normal qurtarmayıb! (Кажется, эта шалава еще ни разу нормально не кончала!) - Çünki mən heç vaxt qardaşlarımızla yatmamışam! (Потому что ни разу не спала с нашими братьями!) Раздался противный мужской смех с явным кавказским акцентом. Он резанул по ушам, приводя Екатерину в чувство и выводя ее из томного состояния. Гадкое чувство всколыхнулось где-то внутри ее полуобнаженного тела, окатив белую кожу женщины холодными мурашками. Сердце забилось чаще, еще мгновение назад бывшие влажными губы пересохли, и красотка облизала их языком, чувствуя соленый привкус собственных слез и застывших остатков преэякулята Аслана на подбородке. Пробужденное в женщине чувство было ей хорошо знакомо – то были остатки ее гордости и самоуважения, которые не собирались так легко сдаваться и признавать свое поражение. Тело Екатерины, может, и подвело хозяйку, на какой-то миг поддавшись невероятному экстазу наслаждения, но все ее естественно сейчас всколыхнулась в отчаянной попытке дать отпор, в желании бороться до конца. Катя вдруг нашла в себе силы подняться на ноги. Она попыталась прикрыть ладонями свой пах, пока взором искала, чем можно прикрыться. Свои трусики она увидела у дивана, но они были разорваны и бесполезны. Шорты! Их женщина обнаружила валяющимися на полу и направилась было к ним, наивно полагая, что кавказцы увлечены обсуждением на языке, которого женщина не понимала. Однако она ошиблась – стоило ей сделать шаг, как Магомед грубо схватил ее за руку и развернул к себе. Мускулистый гигант тяжело дышал, а его глаза горели возбужденным огнем. Едва Катя пересеклась с ним взглядом, вся ее на мгновение возникшая храбрость мигом исчезла, уступая место страху перед рассерженным, огромным самцом, больше похожим на животного, чья мощная волосатая грудь вздымалась вверх-вниз, а на бородатом лице застыло хищное выражением. Женщина не нашла в себе сил сопротивляться взгляду этого молодого парня, младше ее почти на пятнадцать лет. Она опустила взгляд, который тут же уцепился за рельеф покрытого черными волосами пресса и спустя секунду упал ниже. Огромный прекрасный член Магомеда стоял во всей своей красе, и замужняя красотка опять засмотрелась на него. Мощный, обрезанный детородный орган, с толстой головкой, перевитый толстыми венами, слегка покачивался под собственной тяжестью. Он слегка изгибался вверх, в отличие от достоинства Аслана, который был изогнут вниз, видно из-за еще большей тяжести, которую придавала тому толщина его достоинства. Член Магомеда был около пяти сантиметров в диаметре, но в длину был явно больше двадцати сантиметров. «Длиннее, чем у Аслана...», - подумала Катя. И тут же в голове возникло еще одно сравнение: «И почти на десять сантиметров длиннее члена Андрея...». Только сейчас женщина осознала, что кавказцы обладают органами гораздо внушительнее, чем достоинство ее мужа. Они вообще были больше, чем ее муж. Сильнее, мускулистее, выше, мужественнее... От них исходила другая энергия, совсем не та, что исходила от избранника Екатерины. С Андреем было безопасно, уютно, нежно, безопасно. Каждая минута с ним была пропитана любовью. Даже в сексе муж Кати делал все, чтобы его прекрасная жена чувствовала себя богиней. А вот Магомед... От одного взгляда на мужчину Катю бросало в трусливую податливую дрожь, она ощущала исходящую от него опасность и силу, энергия его желания и мощь украшенного мышцами тела сбивала женщину с ног. Темноволосая красавица каждой клеткой своего светлокожего тела ощущала исходящее от кавказского самца желание. Ей не надо было читать мысли Магомеда, что понимать, что именно и как он хочет сделать с ней. Для него Катя была не больше, чем куклой для удовлетворения низменных желаний, потаскухой и шлюхой, которая годится только для того, чтобы ее трахали. И потому любое сопротивление с ее стороны жестко пресекалось – кавказцы не терпели, чтобы их самка им перечила. Ей снова отвесили пощечину – Магомед ударил не так больно, как Аслан, но щеку все равно обожгло огнем. Катя ойкнула, а в следующий момент ее грубо потянули за волосы вниз. Женщина вскрикнула и, не удержавшись на ногах, рухнула обратно на влажный ковер. Ее по-прежнему больно держали за ее шикарные черные волосы, и красавица попыталась разжать стальную хватку мужского кулака. Бесполезно. Ее поставили на колени, и прежде, чем Екатерина успела хоть что-то сказать, член Магомеда оказался возле ее рта. Желание открыть рот и одарить своих мучителей грубыми эпитетами мигом пропало. Женщина понимала, что, стоит ей распахнуть пухлые губки, огромный член моментально вторгнется в теплое пространство ее рта, который вновь принялся наполняться слюной, стоило красавице увидеть перед своим лицом покачивающуюся головку кавказского члена с густо сочащейся из крохотной дырочки смазкой. Тело брюнетки словно понимало, что избежать происходящего не получится, и делало все возможное для того, чтобы облегчить муки. Екатерина сглотнула, и случайно приоткрыла рот, чтобы сделать вдох. В тот же миг мощная головка члена ворвалась в щель между ее пухлыми губками, которые стоили каждой сотни тысяч рублей, потраченных ради них на пластического хирурга. Головка члена сразу же надавила на язык, соленая смазка наполнила рот. Член Магомеда был тоньше члена Аслана, и в уже разработанное горло красавицы проник глубже, не встретив почти никакого сопротивления кроме мокрого и теплого язычка податливой брюнетки. Магомед простонал, когда основание его члена погрузилось в горло Кати, а та могла лишь протестующе мычать, при этом не понимая, почему грубое вторжение кавказского детородного органа в ее рот отозвалось в ее киске приятной пульсацией. Ее тело, соскучившееся по хорошему сексу, помнило, как приятно было чувствовать на своих дырочках язык одного мужчины, пока другой грубо трахал ее идеальный ротик огромным членов. И сейчас, стоило детородного органу Магомеда погрузиться в плен пухлых губок Екатерины, киска женщина потекла так, словно вторжение произошло ни в ее страдающее от напряжения горлышко, а непосредственно в мокрую пизденку. Женщина не понимала сама себя, она упорно отказывалась принимать удовольствие, которое хотело получить ее собственное тело. Это была невероятная мука – сопротивляться желаниям собственного организма, сексуальная неудовлетворённость которого после пережитого оргазма по всей логике должна была уменьшиться. Однако, ее киска, испытавшая самый мощный оргазм за все время своего существования, молила, стенала и кричала о необходимости продолжения. Что, естественно, не могла принять другая сторона Екатерины – сторона, которая состояла из принципов, совести и морали, та часть женщины, которая до сих пор понимала всю неправильность происходящей ситуации. И эта часть Екатерины испытывала невероятную злость. Верная мужу, серьезная и уверенная в себе женщина, добившаяся в жизни всего самостоятельно, не могла простить себе, что не смогла контролировать свои низменные инстинкты. Обладая аналитическим складом ума, за который Екатерину и ценили на работе, женщина даже сейчас лихорадочно прокручивала в голове причины, которые привели к тому, что она, обеспеченная, красивая, успешная и гордая женщина, мать и верная жена сейчас стоит на коленях в собственном роскошном доме и почти не сопротивляется вторжению члена незнакомого мужчины в свой рот. И ладно бы этот мужчина был выбранным ей любовником, - нельзя сказать, чтобы Екатерина, не получая полноценной сексуальной разрядки от секса с собственным мужем, не подумывала о том, чтобы найти достойного кандидата для секса на стороне. Но то были лишь фантазии, которые рождались в голове красавицы в моменты самого яркого ощущения неудовлетворенности и, как любила убеждать себя женщина, скорее всего, фантазиями бы и остались. Тем более, что немалая коллекция сексуальных игрушек, о которых не знал ее муж, вполне успешно справлялись с задачей потушить похотливый пожар в теле Кати. Но даже если на краткий миг представить, что Екатерина решилась бы на поиск любовника... Она никогда не рассматривала кавказских мужчин. И вот теперь ее трахает в рот огромный мускулистый кавказец, решительно и грубо загоняя свой двадцатидвухсантиметровый отросток между губок Кати. Лобок мужчины был покрыт черными волосами и, судя по запаху, который источал член Магомеда, он явно не мылся последние сутки. Рыча как буйный зверь, насильник совершал поступательные движения вперед-назад, и Кате оставалось лишь протестующе мычать и покорно терпеть вторжение в напряженное горло, в котором, к счастью для брюнетки, член кавказца не задерживался долго. Именно поэтому у Кати получалось терпеть мучения – она дышала носом, хоть и с трудом, потому что еще после того, как ее ртом воспользовался Аслан, ноздри были наполнены ее собственными соплями и слюнями. Но, тем не менее, опыт сыграл свою роль – пусть этот опыт Катя планировала демонстрировать будущему мужу, а не грязному волосатому кавказскому насильнику. Вырваться не было никакой возможности – кулак Аслана крепок держал черные волосы женщины, и после нескольких безуспешных попыток разжать кулак мужчины своими ладошками Катя оставила попытки. Она попыталась немного отстраниться от Магомеда, оттолкнув его тело своими ручками, но мужчина был больше, сильнее и мощнее нее. К тому же, едва красавица положила свои изящные маленькие ладошки на его обнаженные волосатые ляжки, Аслан надавил на макушку женщины, насаживая ее прекрасную головку на член своего брата. Теперь красавице приходилось опираться о ляжки Магомеда своими руками, чтобы трахающие ее рот член не оказался единственной точкой опоры. Кате оставалось лишь гневно царапать волосатые мускулистые ноги Магомеда своими длинными наманикюренными ноготками, не догадываясь, что жалкие попытки сопротивления лишь раззадоривают брутального бородатого насильника. - Bu fahişə daha yaxşı əmə bilər, qardaş. Onun üçün yazığı gəlməyin. (Эта шлюха может сосать лучше, брат. Не жалей ее.) – раздались незнакомые слова над головой Екатерины. В следующий миг давление на ее макушку стало больше, и член Магомеда стал проникать в горлышко женщины еще глубже. От неожиданности женщина сбилась с дыхания, поперхнулась и инстинктивно попыталась отстраниться, что было сделать, естественно, невозможно, потому что ее голова находилась во власти Аслана. Магомед довольно рычал. Он закинул свои ладони себе за голову и прикрыл глаза от удовольствия, получая невероятное удовольствие от тесноты горла замужней русской богатой шлюхи, которое насаживал на его член Аслан. Гортанные звуки женского горла, которое безжалостно трахал кавказский член, раздавались даже громче звуков музыки, и вскоре к этим звукам добавились звуки отхаркивания и отрыгивания, которые издавала насилуемая глотка Кати. Аслан так сильно давил на голову красавицы, что та утыкалась губами в волосы на лобке Магомеда и мучилась, ощущая, как огромный рельефный член раздирает ее тело изнутри. Дыхание носом уже не помогало – давление на внутренности оказалось слишком сильным, Катя была уверена, что головка члена почти провалилась в желудок. Слезы текли по изумительно красивому лицу, а язычок замужней темноволосой бедняжки блуждал в ее наполненном рту, тем самым одаривая перевитый огромными венами член Магомеда дополнительной лаской. - Mən rus dərin oral seks sevirəm! (Обожаю русский глубокий минет!) – прохрипел Магомед. Аслан засмеялся, а Катя, не понимая ни одного произнесенного кавказцами слова, могла лишь поднять жалостливый взгляд вверх, надеясь, что Магомед сжалиться над ее бедным терзаемым горлышком и даст ему хотя бы несколько секунд отдыха. Чего Катя не понимала, так это того, насколько возбуждающий вид открылся кавказцу сверху, когда он опустил свой наполненный животным удовольствием взор на покрытое слюнями и слезами, но все еще сохраняющее остатки дорогостоящего макияжа лицо Екатерины. Оно было красным от болезненного напряжения, на лбу выступили капли пота, которые стекали вниз, смешиваясь со слезами, которые крупными ручейками текли из огромных темных глаз женщины и солеными каплями падали с щек и подбородка на плечи и насквозь промокший топик красавицы. Ее длинные темные ресницы дрожали, помада смазалась, а тушь безвозвратно потекла и развратно стекала по щекам черными полосами, превращая прекрасное лицо замужней и самоуверенной женщины в лик использованной дешевой проститутки. - Да, девочка, смотри на меня, пока я ебу твой ротик... – с сильным акцентом возбуждённо протянул Магомед, продолжая размашисто загонять свой член в ротик своей русской шлюшки. «Девочка...», - подумала Катя замутненным сознанием. «Да я старше тебя на пятнадцать лет, мудак!» Женщина поняла, что никакой пощады от своего трахаря она не дождется, и ответила на его фразу лишь очередным отхаркиванием. Густая и тягучая смесь ее слюней, слез и выделений с члена кавказца вырвалась изо рта и носа Екатерины, некрасивыми влажными полосами повиснув на лице и волосатых яйцах мужчины. Магомед и не думал останавливаться, продолжая поступательные движения, и тягучая смесь растянулась между яйцами и подбородком женщины, пока, наконец, на упала вниз. Часть попала ей на скрытую топиком грудь, часть добавилась к луже выделений на мокром ковре. Через секунду Катя срыгнула еще, не в силах справиться с давлением, которое оказывал на ее внутренности безжалостно трахающий ее глотку член. Из-за наполняющей носоглотку жидкости дышать становилось трудно, и женщина начинала ловить себя на мысли, что скоро просто начнет задыхаться от недостатка кислорода. От безысходности и обиды она ударила в ногу мучителя миниатюрным кулачком, но Магомед, естественно, ничего не почувствовал. Он даже ускорил амплитуду движений, с которыми сношал глотку Екатерины, отчего та закатила глаза от безысходности и умоляюще замычала, не понимая, что самцов только заводит унижение, которое испытывает поставленная перед ними на колени русская замужняя красавица. А Кате ничего не оставалось, как принять роль покорной дешевой бляди, которой кавказцы пользуются как неодушевленной куклой для секса, ведь она не имела возможности оказать им никакого сопротивления. - Да... Kirli rus! – грубо произнес Аслан, продолжая насаживать темноволосую головку Кати на достоинство своего брата. Женщина ощутила, что одна рука с ее головы пропала. Ее сосед по дачному участку по-прежнему грубо сжимал ее черные волосы своей ладонью, не позволяя русской бедняжке вырваться из его железной хватки, однако вторая рука кавказца отправилась в путешествие по телу белокожей красотки. Грубая мозолистая ладонь не встречала сопротивления, потому что ладонями Кате приходилось упираться в ноги Магомеда, чтобы не потерять равновесие и окончательно не превратить свою глотку в насадку для каменного достоинства кавказского мужчины. Хотя, по правде говоря, ее горло все равно превратилось в податливую дырку для большого члена, потому что руки женщины оказывали весьма слабое сопротивление неудержимого сексуальному желанию Магомеда. Однако Катя все равно не решалась их убрать, предпочитая иллюзорное сопротивление его полному отсутствию. И потому Аслана имел возможность вдоволь исследовать фигуристое тело красавицы. Первым делом он обхватил ладонью шею брюнетки, словно желая убедиться, что детородный орган Магомеда действительно терзает горло Кати и наполняет его полностью. От прикосновения к своему терзаемому горлу, напряженному от погружающегося в него огромного члена, женщина издала болезненный хрип. Она и без того с большим трудом терпела боль от вторжения инородного тела в свою гортань, а когда Аслан, не жалея русскую красавицу, еще и сжал ее горло своей рукой, то Катя хотела закричать от невероятных мучений. Она почувствовала себя проткнутой членом Магомеда насквозь, а трахающий ее глотку кавказец явно испытывал удовольствие от того, что его брат сжимает горло русской шлюхи. Вырвавшийся из нутра Кати вместо крика хрип отозвался вибрацией по всей ее гортани, что только доставило Магомеду еще больше удовольствия. - Да! Русская fahişə! Несмотря на то, что сознание Екатерины затуманилось от боли из-за терзаемого горла, жалости к собственного положению и гнева к своим мучителям, она все же понимала, что единственный шанс прекратить мучение – заставить Магомеда кончить. И женщина не могла поверить, что этого до сих пор не произошло. Кавказец держался дольше всех любовников женщины, которых она когда-либо одаривала своим навыком глубокого минета. Даже лучший из ее любовников не мог продержаться больше пяти минут против ее сладкого горлышка, к тому же Катя обожала использовать во время минета свои мягкие пухлые губки. Ей нравилось видеть, как закатываются в удовольствии глаза мужчин, когда женщина обхватывала их достоинства своим ротиком и нежно массировала головку губками, позволяя любовнику насладиться эстетикой все глубже исчезающего в сладкой пещерке пениса. Женщина потратила немало денег на то, чтобы ее губы обрели действительно сексуальный вид, и знала, что очень многие мужчины обращаются на них внимание, смотрят и любуются ее лицом, мечтая трахнуть этот идеально очерченный ротик. Особенно Екатерине нравилось видеть этот взгляд у мужчин, с которыми она работала. Когда она совершала очередную успешную сделку, заключала новый многомиллионный контракт, в очередной раз доказывая, что она умнее и компетентнее своих коллег-мужчин, она буквально каждой клеткой тела ощущала желание ее менее успешных партнеров мужского пола поставить ее, зазнавшуюся успешную девку на место. Мужчинам не нравилось чувствовать себя проигравшими, особенно уступая женщине, и Катя ощущала, как им хочется продемонстрировать свое превосходство над ней, поставить ее на место самым примитивным из способов. Ведь что может сильнее поднять авторитет мужчины в собственных глаза, как не минет от той, кто в карьерном плане превосходит тебя по всем параметрам? Видеть, как начальница или коллега ласкает губками твой член, как стонет от твоего органа в своей влажной пизденке... Кате нравилось ощущать бессильное возбуждение в глазах своих коллег-мужчин, и именно поэтому она никогда не спала с ними. Она не собиралась рисковать своей репутацией недоступной самовлюбленной стервы, за которую ее и любили, и ненавидели в компании. Но делать минет она любила, а любовники, в свою очередь, обожали ее губки и глубокий ротик. Катя знала, что выглядит сексуально, когда ласкает мужской член, и была горда работой своего пластического хирурга. Да, она совершенно спокойно себе в этом признавалась – она сделала губы не только для придания дополнительной эстетики лицу, но и для того, чтобы мужчины сходили с ума, когда их член исчезал во влажном, нежном и мягком плену ее ротика. Лучшей наградой для красавицы был быстрый оргазм, который испытывал мужчина от минета – ей льстило, что любовник не мог продержаться долго. Так было и в начале отношений Екатерины с ее нынешним мужем. Андрей, будучи невероятно консервативным в сексе, сначала совершенно не хотел, чтобы минет был частью их половой жизни. Естественно, стоило ему впервые почувствовать, что умеет делать свои ротиком Катя, ее супруг пересмотрел свои принципы, и вскоре даже стал умолять свою жену время от времени «поласкать его член губками». Эта просьба звучало так мило и нежно от лица стесняющегося своих желаний мужчины, что Катя почти никогда не отказывала ему. Проблема была в том, что из всех любовников Екатерины, Андрей обладал наименьшей сексуальной выдержкой. Он мог довольно долго заниматься сексом, если они делали это в миссионерской позиции, причем желательно без света, что Кате, красивой женщине, которая любила свое тело, гордилась им и любила лишний раз продемонстрировать, абсолютно не нравилось. Однако, стоило Кате проявить инициативу и предпринять попытки хоть немного разнообразить их секс, Андрей терял голову и кончал быстрее девственного школьника. После чего обвинял свою супругу в том, что из-за ее совсем не обязательной раскрепощенности он не мог полноценно наслаждаться семейным долгом. При этом у супруга Кати никак не укладывался в голове тот факт, что именно он наслаждение как раз получает. Андрей кончал от минета всего за минуту, а если Катя вдруг решала потереться о член мужа своей анальной дырочкой, то счет до оргазма супруга шел и вовсе на секунды. А вот оргазм жены был в их сексуальной жизни настолько редким гостем, что, если бы не сексуальные игрушки Кати, она и вовсе забыла бы, что это такое. Вот и получалось, что от секса, который нравился ее мужу, не получала удовольствия Катя, а когда она пыталась добавить в их скучную половую жизнь новые элементы, это не нравилось ее мужу. При этом Екатерина упорно не понимала, что делает не так – по ее мнению, любой половозрелый мужчина должен быть только рад, что его супруга открыта к сексуальным экспериментам. Черт возьми, да она готова была даже какую-нибудь молодую проститутку пригласить для секса втроем, если бы имелся хоть малейший шанс на разнообразие того однообразного действия, что Андрей называл их сексуальной жизнью. Катя даже пыталась подмешивать своему мужу стимуляторы, в тщетной надежде, что дополнительный препараты позволят ее мужу продержаться дольше, и он, возможно, поймет, что секс именно и должен быть таким, каким хотела его видеть Катя: развратным, пошлым, местами даже грубым. Не помогло – мужчина просто кончил более бурно, едва не потеряв сознание, и продержался при этом все равно не более пяти минут. Никакой грубости тоже не было – Андрей упорно считал Екатерину своим ангелом, и обращался с ней соответственно, хотя во время секса женщина делала такие вещи, которые скорее одобрили бы в аду. Ох, как бы она хотела, чтобы Андрей хотя бы один раз в сексе схватил ее за волосы, пусть даже так же неаккуратно, как сейчас держал женщину Аслан. И несмотря на то, что ей до сих пор льстил быстрый оргазм мужа, стоило ей начать ласкать его член губами, женщина мечтала, чтобы хотя бы раз ее муж продержался дольше, чем несколько секунд. Вполне очевидно, что Катя испытывала некоторое удивление от того, что Магомед до сих пор не кончил, хотя кавказец явно совершенно не сдерживал себя, трахая ее ротик уже около десяти минут. Более того, он, кажется, даже близок не был к оргазму, хотя его член стоял так твердо, что Катя даже волновалась, как бы этот рельефный детородный орган не нанес ее внутренностям непоправимый вред. Ее ротик еще никто не использовал с такой грубостью, да еще и так долго, и впервые за всю свою сексуальную жизнь шикарная красотка ощутила, что не она является тем человеком, который контролирует сексуальный процесс. Это было странное ощущение, но несмотря на все отвращение, которое испытывала женщина к происходящему, он не могла не признаться себе в том, что ей приятно чувствовать себя в сексе не лидером. Ей надоело быть доминирующим партнером в сексе, и пусть то, что творили с ней Аслан и Магомед, нельзя было назвать иначе, как изнасилованием, красавица неожиданно начинала испытывать удовольствие от происходящего. Удовольствие, вызванное не столько наслаждением от окружающих ее больших, твердых и красивых членов, не действиями мужчин, - тем более, что получать удовольствие от жесткого траха собственной глотки было намного сложнее, чем от ощущения виртуозного языка Магомеда в обеих своих дырочках, - а от ощущения подчинения, понимания, что ее тело находится в абсолютной власти двух разгоряченных самцов. Ее киска словно только и ждала того момента, когда ее гордая хозяйка поймет, что все происходящее, на самом деле, является, возможно, воплощением одной из десятков безумных фантазий Екатерины, которые были, разумеется, вызваны отсутствием сексуального удовлетворения. Возможно, женщина даже сама себе боялась признаться в том, ей хочется именно этого – ощущать себя игрушкой в руках настоящих самцов. И плевать ей на их национальность! Главное другое – Катя впервые за всю свою жизнь могла получить удовольствие, выпустить накопившееся за долгие годы накопившееся похотливое желание, на некоторое время забыть, что она топ-менеджер крупной российской компании, верная жена, гордая, самоуверенная, прекрасная женщина, описать которую вполне можно было изысканным словом «леди». Магомед, терзающий горлышко покорную русской шлюшки, вдруг ощутил, что она перестала карябать ноготочками его ногу, а ее ручки и вовсе опустились на пол. Сейчас Екатерина стояла на коленях на мокром ковре, выгнув изящную спинку и опираясь на пол ладошками. Ее попка была опущена и лежала на собственных ножках, и женщина ощущала вполне явное желание прикоснуться к своей дырочке пальчиками – пульсация в лоне стала до того ощутимой, что Екатерина, еще не до конца доверяя собственным чувствам и отказываясь принимать, что происходящее может ее возбуждать, ощутила желание поласкать свой клитор и могла поклясться, что вполне может кончить! Она так редко имела возможность получить оргазм во время секса, что сейчас готова была ловить его, даже не думая о том, насколько абсурдно ей, замужней женщине, которую насилуют прямо в гостиной собственного дома два негодяя, получать удовольствие от издевательств над собственным телом. Это был даже не секс – ее просто использовали, превратив ее очаровательный, украшенный изумительный привлекательными губками ротик в дырку для кавказского члена. И, тем не менее, сам факт того, что мужчина имел над ней власть во время этого грубого процесса, да еще и обладал такой ненасытной сексуальной энергией, которая позволяла ему грубо сношать горло шикарной женщины и не кончать, казалось, целую внешность, заводил Екатерину. В это время Аслан продолжил исследовать тело красавицы рукой. Он провел грубыми пальцами по миниатюрным плечам, затем грубо, едва не царапая кожу нестриженными пальцами, провел ими вдоль спины Кати, насладившись изысканным изгибом женского тела, и задержался у бедер русской красотки, явно наслаждаясь их округлостью. Тело Екатерины было божественно прекрасно, словно создано специально для участия в рекламных компаниях, которые демонстрировали бы богатую и роскошную жизнь. Катя знала, что она вполне органично смотрелась бы как в рекламе дорогого автомобильного бренда, так и на фотографии рядом с миллиардером, как на снимке на палубе шикарной яхты, так и на обложке глянцевого журнала с заголовком «Топ самых успешных бизнесвумен планеты». Но сейчас она здесь, у себя дома, и ее бедра гладит даже не ее муж, а грубый и некрасивый бородатый смуглый мужчина, больше похожий на животное, чем на человека. - Heç vaxt belə gözəl bir bədən görməmişəm. (Я никогда не видел такого красивого тела.) – произнес Аслан, присвистнув. - Bəli, bu cəsəd açıq şəkildə çox pula başa gəldi! (Да, это тело явно стоило больших денег!) – добавил Магомед. Он тяжело дышал, и Катя даже подумала, что, может быть, он находится на грани оргазма, однако его член не пульсировал, да и темп, с которым кавказец сношал рот покорной его действиям шлюхи, никак не изменился. На самом деле, Екатерина немного боялась момента, когда ее насильник начнет кончать. Красавица от всей души надеялась, что огромный член Магомеда покинет ее глотку, когда самец достигнет пика своего удовольствия, иначе во время оргазма эта огромная, давящая на гортань женщины дубина просто разорвет ее горло изнутри. - Bəli, qardaş, bu fahişə bizim üçün əla bir iş gördü. Çoxdandır belə qəşəng bir eşşək görmürəm. (- Да, брат, эта шлюха отлично поработала для нас. Давно не видел такой красивой задницы.) - Nə gözləyirsən, Aslan? Bu rus gözəlinin üç çuxuru var, növbənizi gözləmək lazım deyil. (Так чего ты ждешь, Аслан? У этой русской красотки три дырки, не стоит ждать своей очереди). - Düz deyirsiniz, qardaş. Rus qonaqpərvərliyindən tam istifadə etməyin vaxtı gəldi! (Ты прав, брат. Пора в полной мере использовать русское гостеприимство!) Естественно, женщина не понимала ни слова, полностью сконцентрировавшись на дыхание. Она еще дважды не сдержала гортанного отхаркивания, в который раз одарив собственный подбородок, яйца и основание члена Магомеда смесью различных телесных жидкостей. При этом мужчина сразу же поместил свой член в ротик Кати на всю длину, заставляя свою русскую шлюху покорно проглатывать большую часть того, что она только что выплюнула. Пока только яйца Магомеда оставались не обласканными губками женщины, но красавица даже боялась опускать на них свой взгляд. Все дело в том, что яйца Магомеда были огромными, достигали в диаметре почти восемь сантиметров, больно били по подбородку замужней шалавы при каждом погружении кавказского члена в ее похотливый рот, и Катя не могла даже представить, сколько спермы содержится в этих хранилищах мужского семени. А едва красавица подумала о том, что все их содержимое может политься прямо ей в желудок, Катю бросило в холодный пот. В это время женщина ощутила, что хватка ее волос исчезла, чисто инстинктивно Екатерина хотела отстраниться, подумав, что ей позволено сделать спасительный вдох, на краткий миг спастись от трахающего ее глотку члена, однако она ошибалась. Ее голова оказалась в руках Магомеда, который, получив возможность самостоятельно контролировать скорость, с которой симпатичная темноволосая головка Екатерины насаживалась на его детородный орган, принялся быстро сношать блядский ротик брюнетки еще быстрее. Женщина протестующе захрипела, но, к счастью для нее, пять фрикций спустя Магомед замер, погрузив свой член в глотку русской женщины на полную длину. Не в силах более терпеть давление на горло, Катерина затряслась всем телом, ее рвотный рефлекс окончательно сдался, и бедняжка почувствовала, что ее сейчас вырвет. Она закрыла глаза, почувствовав, как слезы падают по щекам вниз, на покрытые густой порцией смазки, предэякулята и слюней подбородок, уткнувшийся в яйца кавказца. Естественно, Аслан не просто так выпустил голову Екатерины из своих рук. С секунду полюбовавшись на то, как роскошные локоны женщины падают ей на плечи, которые дрожали из-за перенапряжения от боли, которую красавица неимоверным образом терпела, старший из двух братьев принялся наслаждаться ягодицами своей жертвы. Катя была слишком занята борьбой с давящим на внутренности членом Магомеда, и не имела возможности сопротивляться действиям Аслана. Мужчина явно остался доволен формой задницы русской темноволосой красотки. Попка у Екатерины была идеальной формы, имела так обожаемую мужчинами упругость и выпуклость, полученную в результате многолетних тренировок в спортивном зале, но при этом не была маленькой, чтобы соответствовать округлости шикарных крутых бедер. Возможно, в будущем Катя сделала бы упор на то, чтобы придать своей пятой точке меньший размер, но в целом она была довольна тем, как выглядит сзади. И завистливые взоры подруг и женщин-коллег, и постоянные взгляды, которые красавица ловила на своих бедрах и заднице вне зависимости от того, надевала ли она платье, юбку или джинсы, являлись лучшим доказательством того, что ее попка имеет почти идеальную форму. Даже ее дочь, Настя, завистливо поглядывала на зад матери, и Катя не без гордости замечала, что годящиеся ей в сыновья ухажеры Анастасии тоже время от времени бросают взгляды на изгиб нижней части ее тела. И вот сейчас ее прекрасную попку лапали огромные смуглые руки Аслана. Катя была уверена, что никогда прежде этому мерзавцу не приходилось прикасаться к столь прекрасной части женского тела, но почему-то это вызвало у женщины не отвращение. Сказывалось ли на ее мыслях нахлынувшее на красотку возбуждение, но она получала удовольствие от того, насколько не похожи были она и ее кавказские мучители. Они явно были не из ее мира, как говорят, из другой лиги, и от этого неправильного противоречивого чувства женщина почему-то еще сильнее возбуждалась. Грязные волосатые пальцы Аслана, грубо и беззастенчиво сжимающие и разжимающие гладкую кожу ее ягодиц, дарили удовольствия больше, чем изысканные комплименты, которыми во время секса награждал Катю супруг. Случилось немыслимое. Как раз в тот момент, когда Катя обрела уверенность, что прямо сейчас ее вырвет прямо на член Магомеда, мужчина полностью вышел из ее истерзанного горла. Громкий «чпок», с которыми огромный детородный орган покинул ротик женщины, раздался громче, чем звуки музыки, которые до сих пор раздавались из музыкального проигрывателя. Получившая возможность дышать Катя принялась рвано и глубокого хрипеть, поглощая столь необходимый ей сладкий кислород, и не обращая внимания, что из ее ноздрей и с губ стекает прямо на лицо и далее на колени влажная смесь слюней, соплей и мужского предэякулята. Из-за огромного количества слез женщина с другом открыла глаза, посмотрев на мокрую лужу, в которой она сидела. Ковровое покрытие не могло впитать ее, и влага растеклась почти на метр, покрывая и обнаженные волосатые ноги мужчины, и колени девушки, и даже ее ладони, на которые Катя до сих пор опиралась. Подняв руку, женщина смогла утереть носик и высморкаться, совершенно не заботясь о том, что делает это прямо на пол, словно какое-то грязное животное. Затем сплюнула туда же – попала себе на колени, но даже не стала вытирать. Ей удалось немного выровнять дыхание, и красотка уже не хрипела, а просто тяжело дышала. Ее плечи и грудь быстро и нервно поднимались и опускались в такт неравномерной работе легких, которые, не зная, сколько времени ей отведено на то, чтобы восстановить дыхание, пытались надышаться на всю жизнь вперед. Спустя полминуты, в течение которой Кате, естественно, так и не удалось себя привести в порядок, она подняла на Магомеда злой взгляд покрасневших из-за полопавшихся капилляров глаз. Благодаря потёкшему макияжу, который только возбуждал кавказца еще больше, ее взор нисколько не смутил насильника. Наоборот он, издевательски засмеявшись, произнес, невероятно коверкая русские слова и даже не стараясь их выговаривать: - Атлична глоткэ, э! Такая ты сучечка, проста кайф! И прежде, чем Катя успела хотя бы слово произнести в ответ на этот грязный комплимент, обхватил свой влажный, но все еще немыслимо твердый член у основания и принялся тереться им по всему некогда прекрасному лицу Екатерины. Оно и сейчас было прекрасным. Аккуратный носик, огромные глаза, идеальные брови, маленький подбородок и пухлые губки долгие годы подвергались обработке лучшими косметическими средствами и заботе самыми высокооплачиваемыми специалистами по уходу за лицом. Однако теперь каждый элемент этого прекрасного овала женского лица словно подвергся пороку. Из одной ноздри при каждом выдохе появлялся, а при каждом вдохе пропадал маленький сопливый пузырек, глаза были красные, словно у обезумевшей наркоманки, и подтеки туши и подводки для ресниц превратили их в огромные темные дыры, с правой брови свисала влажная смесь из слюней и мужского прекуума, подбородок густым слоем был покрыт телесными выделениями, а никакого следа от помады не осталось, и губы покраснели после тех мучений, которым подвергся ротик Екатерины. Не говоря уже о том, что все лицо было покрыто потом и покраснело от невероятного напряжения. И, тем не менее, оно до сих пор было красиво. - Красивая сука, а, брат?! – обратился Магомед к Аслану, водя толстой головкой члена по щечками, подбородку, губкам Кати, едва не залезая ей в глаза и размазывая по женскому лицу смесь многочисленных выделений. Все еще не веря в то, что ей, наконец, позволено дышать, женщина лишь слабо сопротивлялась, продолжая при каждой возможности рвано собирать губами воздух. - Bəli, özünü qürurlu bir arvad kimi göstərdi. Və əslində hamı kimi eyni Qafqaz yataq dəsti. (Да, строила из себя гордую жену. А на деле такая же кавказская подстилка, как и все остальные.) - Э, так трахай ее, нэ? А то я ее выебу. Катя понимала лишь часть из того, о чем говорили кавказцы, но и того, что она могла осознать, было достаточно для того, чтобы сделать выводы о том, что ее ждет. И она была бы рада этому воспротивиться, потому что все же понимала, что она, как верная жена, любящая мать, гордая и самолюбивая женщина просто не может сказать «да» этим кавказским тварям, шантажом добившихся того, чтобы русская женщина не только станцевала для них стриптиз, но и позволила сотворить с ее телом такое, что даже во времена свободной жизни не позволяла даже своим любовникам. Да что там любовникам – мужу! Только подумать, за полчаса ее рот послужил отличной дыркой для двух кавказских членов, и это, кажется, было только началом. Все внутреннее «я» Екатерины хотело вскричать в гневе, броситься прочь из дома, наплевав даже на то, что видео с развратом ее дочери может отправиться гулять во всемирную сеть. Однако ее тело отказывалось сопротивляться. Оно окончательно сдалось во власть двух наглых возбужденных мужчин и не находило в себе силы оказывать хоть малейшее сопротивление. К тому же оргазм, которым наградили красавицу пальцы Магомеда, был настолько сильным и ярким, что даже ради призрачной надежды ощутить еще раз хоть что-то подобное киска Екатерины готова была предательски течь, орошая внутреннюю часть бедер и оставляя под девушкой очередную лужицу на многострадальном дорогом персидском ковре. – Отличную задницу ты для нас накачала, Катюша, - раздался голос Аслана. Обращение по имени было подобно удару током – оно словно вывело женщину из транса, в который она погрузилась после оргазма, заставило вернуться в реальный мир. И в этом реальном мире сосед по даче Екатерины с удовольствием ласкал ее ягодицы, гладил, мял и щипал их, на что удивительно положительно отзывалось влагалище женщины. Грубые прикосновения незнакомых мужских лап к нежной коже были непривычны, но оказались не неприятны. Вот Аслан ухватил одну из ее ягодиц всей пятерней, а второй отвесил звонкий, но не сильный шлепок, наслаждаясь тому, как упругая кожа дернулась от удара. В это время Магомед тяжело и энергично дышал, надрачивая свой член, и явно возбуждался от того, с какой покорностью русская красавица позволяет ему водить тяжелой головкой каменного члена по влажной коже своего лица. Схватив податливую женщину за горло и с наслаждением увидев, как болезненно морщатся брови и губки Кати, самец испытал садистское наслаждение. Он вдруг усмехнулся и, прошипев «Səhv kir!» так тихо, чтобы только смотрящая на него через полуоткрытые веки женщина расслышала его, громко и смачно отхаркнулся, набрав в рот побольше слюны. Прежде, чем Катя успела зажмуриться, насильник от всей души плюнул на и без того покрытое влажными выделениями лицо русской бедняжки. Слюна разлетелась по всему лицу, попала в глаза, упала на лоб и скатилась по виску вниз, на левую щеку. Но Магомеду было мало этого унижения. Он явно завелся и, продолжая издеваться над русской женщиной, которая почти могла годиться ему в матери, снова схватил Катю за горло и с силой наклонил вниз, заставив красавицу согнуть и буквально уткнуть подбородком во влажный, пропитанный выделениям и соответственно дурно пахнущий ковер. Женщина, не имея ни сил, ни желания сопротивляться, не сразу поняла, что хочет от нее мучитель, но затем она почувствовала, как возле ее лица появилась грязная волосатая смуглая ступня. - Öp, zibil! (Целуй, шваль!) – прорычал Магомед. Катя не поняла, что именно он сказал, но интуитивно догадалась, что от нее требуется. В этот самым момент в ней взыграли остатки гордости, которые на самом деле никуда не пропали и все время таились где-то в глубине ее измученного жестоким минетом и сумасшедшим оргазмом тела. Женщина вдруг поняла, что не хочет целовать грязные, скверно пахнущие ступни незнакомого мужчина. Это была та грань, которую она не готова была перейти даже ради того, чтобы ее возбужденная киска еще раз испытала оргазм. Однако, пока Екатерина боролась со собственным достоинством, Аслан не терял времени даром. Чтобы действительно не рухнуть на ковер лицом, Екатерина оперлась о ковер локтями. Из-за этого ее попка приподнялась, открывая Аслану доступ не только к круглым ягодицам, но и влажным дырочкам, которые были соблазнительно разведены и приоткрыты. Чувствительный анус русской сучки до сих пор до конца не закрылся после мощного оргазма, вызванного как раз лаской языком анальной темной дырочки, которая явно являлась наиболее эрогенной точкой женского тела. Анальное отверстие идеальной женкой попки призывно манило и немного пульсировало, словно просило, нет, умоляло снова почувствовать внутри себя невероятный язык кавказского мучителя. - Oyunlar bitdi, orospu. (Игры кончились, сука.) – вдруг произнес Аслан, а в следующий миг Катя ощутила, как в ее влажную и чувствительную киску грубо и бесцеремонно начинает вторгаться мужской член. Детородный орган Аслана был невероятно толстый, и даже несмотря на немалое количество смазки, которой сочилось влагалище русской женщины, проникновение столь внушительного органа не могло пройти беспрепятственно. Крупная головка кавказского члена раздвинула половые губы и вторглось в мокрую пещерку, уверенно растягивая стенки влагалища, в котором никогда прежде не было такого толстого члена. Это были невероятные ощущения. Катя никогда не ощущала такую наполненность собственной пизденки, и от этого чувства русская красавица задрожала всем телом. Это было невероятно приятное ощущение, пещерка Екатерины так плотно облегала сексуальную дубину Аслана, что женщина чувствовала каждый миллиметр рельефного органа кавказца, растягивающего ее лоно. Каждый сантиметр, на который погружался Аслан, отдавался дрожью в женском теле. Катя ощутила, как ее плечи, грудь, спина и ноги покрываются мурашками от давно забытого чувства твердого члена в своем лоне. Ее текущая киска благодарно текла, тщетно пытаясь смазать огромный детородный орган, а мужчина, не останавливаясь, продолжал буравить своим достоинством дырочку замужней россиянки. Казалось, что его член был таким длинным, что ему не было конца. Член прекратил движение, когда Кате показалось, что он вот-вот дойдет до матки и пронзит ее. Женщина поняла, что она задержала дыхание, пока мужское достоинство погружалось в ее лоно. Словно она боялась спугнуть то удовольствие, которое приносит большой твердый член, вторгающийся в давно не ощущавшее ничего подобного женское лоно. Нет, у ее мужа Андрея был не маленький член. Он достигал вполне себе средней длины в четырнадцать сантиметров, и Катя никогда не считала его небольшим. Но член Аслана был не только длиннее почти на шесть сантиметров, но вдвое толще, отчего казался просто неимоверно огромным для привыкшего к средним размерам влагалища Екатерины. Женщина не смогла сдержать томный вздох, потому что прекрасно понимала, что последует дальше. Достоинство Аслана начало медленно двигаться назад, и растянутая им пещерка Кати не хотела отпускать его, протестующе пульсируя. Прекрасное чувство наполнения покидало женщину, и она издала протестующий стон, который получился необычайно громким и немного хриплым из-за того, что ее горло до сих пор не могло оправиться просто грубого изнасилования, которому оно подверглось со стороны Магомеда. Катя никогда в жизни так не стонала. Член Аслана вышел из нее наполовину, а затем снова принялся погружаться в истекающее женского лоно, повторно растягивая податливую пещерку русской женщины. Стон женщины стал громче, и в это мгновение ее затуманенные от удовольствия глаза вновь увидели перед собой ногу Магомеда. Мужчина не повторял свой приказ, терпеливо ожидая, пока их с братом русская шлюха привыкнет к размеру кавказского члена. Ноготочки русской красавицы скребли влажный ковер, пока в тело Екатерины погружался самый толстый мужской половой орган в ее жизни, и стоны с каждой секундой становились все громче, поскольку член Аслана растягивал лоно русской красотки и дарил при этом ей невероятное удовольствие. Однако даже сейчас Катя не была уверена, что готова целовать пальцы негодяя, который шантажировал ее, а затем едва не задушил, превратив ее прекрасный ротик и узкое горлышко в дырку для своего огромного детородного органа. Но если Катя думала, что сможет справиться с наслаждением, которое дарит ей вторгающийся в текущее лоно толстый член Аслана, то она ошибалась. Она едва не закричала от удовольствия, когда почувствовала, что помимо растягивающего ее податливую русскую пизденку органа в ее попку вдруг вторгается сразу два мужских пальца. И ее анальное отверстие отзывчиво принимает их, словно только и ожидало, когда в него погрузиться инородное тело. Пальцы Аслана, длинные и твердые, вошли в попку Кати наполовину, но этого было достаточно для того, чтобы она закричала в экстазе удовольствия. Ее киска словно стала чувствительнее в несколько десятков раз, и замужняя женщина вдруг ощутила волну приближающегося оргазма. Это был не такой мощный экстаз, как первый, и женщина поняла это еще за несколько мгновений до того, как эйфория пронзило ее шикарное тело. Однако Аслан в этот момент принялся совершать пальцами в попке красавицы поступательные движения вверх-вниз, растягивая оказавшийся на удивление эластичным анус русской красавицы. Чувствительный сфинктер Екатерины покорно и податливо хлюпал, пульсируя и плотно обхватывая пальцы кавказца, в то время как киска женщины не могла справиться с напором мощного члена, настойчиво вторгающегося в мокрое пространство женской пещерки, и погружающегося, кажется, еще глубже, чем в первый раз. - О-о-о... – протянула красавица, ощутив, как начинает содрогаться в мощном шторме удовольствия ее тело, и в этот самый момент Магомед снова рявкнул на покорно склонившуюся перед ним на ковре шлюху: - Öp, zibil! (Целуй, грязь!) Нога кавказца в этот раз буквально ткнулась в лицо Екатерины, и замужняя женщина, ощутив, как ее, наконец, накрывает второй оргазм за день, оказалась не в силах препятствовать приказанию негодяя. Красавица набросилась на ногу мужчины, покрывая поцелуями ступню и остервенело, принявшись вылизывать пальцы и пространство между ними, не обращая внимания на маленькие черные волосы, настойчиво лезущие в рот и нос, совершенно наплевав на неприятный запах и грязь, скопившуюся под ногтями. Катя сосала пальцы, усердно полируя их язычком и пытаясь тем самым приглушить безумный вой удовольствия, рвущийся наружу из ее измученного тела. Оргазм оказался почти такой же мощный, как первый. Катя чувствовала, как по продолжающему как поршень работать в ее киске члену Аслана стекает настоящий водопад сексуальных женских соков, которыми щедро взорвалась ее пизденка. Ноги женщины дрожали, спинка выгнулась, соски напряглись и готовы были разорвать стягивающий большую грудь спортивный лиф. Ее попка вытолкнула пальцы кавказца, но тут же приоткрылась, готовая впустить их обратно. Ее анус отзывался горячей пульсацией на каждый спазм кончающего влагалища. Член Аслана, совершив во взорвавшейся пещерке темноволосой самки еще несколько грубых движений, вышел из нее, заставив Екатерину протестующе застонать. Вся внутренняя поверхность ее бедер промокла, а клитор дрожал от божественной неги, которая охватила все пространство между ног возбужденной замужней брюнетки. Низ живота пылал, требуя продолжения. В мозгу все мысли разлетелись, как от взрыва, и лишь удовольствие осталось единственной движимой силой, которая продолжала существовать в голове и теле Кати. - Tez bitirdi. Əri onu heç sikmir. (Она быстро кончила. Ее муж ее совсем не трахает.) – засмеялся Магомед. Он ногой отпихнул женщину от себя, и та упала на ковер, зажав ладошкой раскаленную от мощного оргазма пизденку и жалостливо переводя наполненный слезами взгляд с одного кавказца на другого. Катя была похожа на брошенную маленькую собачку, которую оттолкнул от себя хозяин. Но самое немыслимое в этой ситуации было то, что женщина испытывала невероятно сильное желание вновь ощутить в своем теплом лоне огромный орган Аслана. Она завороженно смотрела на то, как ходит волосатая мужская рука вдоль смуглого толстого члена мужчины и поражалась тому, насколько сексуально это выглядит. Затем перевела взгляд на Магомеда, чей влажный, обработанный горлом Екатерины член вздымался вверх подобно сексуальному монументу, и томно застонала. Катя смаковала взглядом форму сексуальных орудий мужчин, наслаждаясь их мощью и размерами, при этом облизывая собственные покрасневшие губки и совершенно не контролируя свои пальцы, которые начали грубо теребить твердую и мокрую горошину клитора. - Slavyan köpəyi! (Славянская собака!) – одобрительно присвистнул Магомед, наблюдая за женщиной. - Zəngin rus məmə uclarına əsl yerlərini göstərməkdən necə zövq alıram! (Как же мне нравится показывать богатым русским соскам их настоящее место!) - Сними это, - приказал Аслан, продолжая дрочить свой член, от которого Катя не могла отвести возбужденного взгляда. Она не могла понять главного – как и почему ни один из мужчин до сих пор не кончил. Екатерина так привыкла за несколько лет замужества к скорострельности своего мужа, что почти забыла о том, что в мире существуют настоящие самцы. Но Аслан и Магомед были лучше всех любовников Кати. Русских любовников, разумеется, потому что женщина никогда не позволила бы даже прикоснуться к себе грубым, грязным и скверно пахнущим приезжим. Она старалась их игнорировать, и всегда считала недоразвитыми, недалеко ушедшими в развитии от животных существами. А теперь теребит свою пизденку, любуясь тем, как два кавказских любовника обращаются с ней как с собственной шлюхой. - Снимай! – рявкнул Аслан, заставив красавицу испуганно вздрогнуть. Она даже забыла, что до сих пор не была полностью обнажена. От ее спортивного топика, конечно, уже не было никакого толку. Он лишь стеснял движения, плотно облепив большую грудь женщины и демонстрируя все изгибы ее привлекательных округлостей, в том числе выпирающие сосочки. Топ был мокрый как от слюней и пота женщины, так и от смазки, которой натекло с членов кавказцев столько, сколько спермы не производил член мужа женщины за месяц. И сексуальные орудия до сих пор производили ее, словно настоящие механизмы по удовлетворению возбужденных шлюшек: предэякулят густо сочился из крохотных дырочек на толстых головках, собираясь на кончиках членов и капая на пол. Если какая-то часть Екатерины и хотела продолжать сопротивление, то сейчас эта часть молчала, видно все еще не придя в себя после мощного оргазма. Женщина быстрым движением стянула с себя лиф, поморщившись, когда его мокрая ткань коснулась лица. Красотка хотела даже вытереться им, но элемент одежды оказался даже грязнее, чем она думала – некоторые подтеки стали застывать, образуя некрасивые белые полосы, происхождение которых было вполне понятно. Женщина отбросила топ в сторону – к валявшимся неподалеку шортам. - Bu yaxşı döşlərdir! (Вот это сиськи!) – не сдержался Магомед. Аслан усмехнулся, и произнес: - Mən çoxdandır bu fahişəyə baxıram. Bədənini nümayiş etdirməyi və qürurlu və əlçatmaz görünməyi sevir. (Я давно наблюдаю за этой шлюхой. Она любит хвастаться своим телом и делать вид, что она гордая и недоступная.) - Bütün slavyan fahişələri kimi. Onlar zəif kişilərinə sataşmağı sevirlər. (Как и все славянские шлюхи. Они любят дразнить своих слабых мужчин.) – ответил Магомед с паскудной ухмылкой. Аслан засмеялся. - Bəli, elədir. Bu qancıq bir dəfə bikinidə günəş vannası qəbul etdi və dünyanın ən sərfəli fahişəsinə oxşayırdı. Əri isə heç onun götünü belə tutmayıb. (Да, это так. Эта сука однажды загорала в бикини, и выглядела как самая доступная шлюха на свете. А ее муж ни разу даже не ухватил ее за зад.) - Ciddi? Cəhənnəm o qancığı bikinidə görsəm sikirdim ki, rusca danışmağı unutsun, qardaş! Sadəcə o ağ bədənə baxın! (Серьезно? Черт, да если бы я увидел эту суку в бикини, то выебал бы ее так, чтобы она забыла, как говорить по-русски, брат! Ты только посмотри на это белое тело!) - Odur ki, özünüzü saxlamayın. Qalan slavyan fahişələri kimi, Katya da sadəcə əsl kişi tərəfindən sikiləcəyini gözləyirdi. (Так не сдерживай себя. Как и остальные славянские шлюхи Катя просто ждала, когда ее трахнет настоящий мужчина.) Раздался смех мужчин, приправленный сильным акцентом выходцев из ближней Азии. Катя не понимала ни слова, во время разговора своих мучителей продолжая тяжело дышать и не сводить с членов кавказцев возбужденного взгляда. Взгляда, в котором читалась дикая похоть, вызванная наслаждением красотой больших и твердых мужских достоинств и непрекращающейся лаской своего клитора. Однако ее киска уже почувствовала в себе толстое достоинство Аслана, и женских пальцев теперь ей было мало. Довести себя до оргазма ручкой Катя всегда успеет – именно так она и получала большую часть своей сексуальной разрядки. А что еще делать, если муж забывается сладким сном сразу после собственной разрядки, случающейся до обидного быстро, и оставляет свою обожаемую прекрасную и сексуальную жену сгорать от возбуждения? Получив возможность насладиться сразу двумя крепкими членами, пусть и вопреки собственным желаниям, Екатерина теперь не готова была сказать им нет. Тем более, что после перенесенных оргазмов ее взгляд на Аслана и Магомеда изменился. Они по-прежнему оставались для нее грязными, грубыми, неотесанными мерзавцами, однако при этом обладали настоящей мужской силой и энергией. И если от украшенного мышцами высокого и мощного тела Магомеда оторваться взгляд Катя не могла, то Аслан привлекал женщину своей волосатой грудью, мозолистыми руками, царапинами на не слишком мускулистых, но не лишенных привлекательности больших руках. Это было тело мужчины, который предпочитает работать руками, а не перебирать бумажки в кабинете, тело самца, который не боится тяжелой и грубой работы. И оттого Аслан казался почти таким же привлекательным внешне, как Магомед. Даже бородатость их лиц больше не отталкивала Катю – она почувствовала что-то животное, возбуждающее в этом диком образе кавказских мужчин. Их внешность словно кричала о том, что они не будут обходиться с ней нежно, что относиться к ней как к самке, а не к женщине, для них в порядке вещей. И сейчас возбужденной, ласкающей свою пещерку наманикюренными пальчика женщине это и требовалось. - Oh, mən mütləq bu şirin rus fahişəsini sikdirəcəyəm. (О, я обязательно выебу эту сладкую русскую потаскуху.) – заверил брата Магомед. - Amma əvvəlcə o böyük ağ döşlərdən həzz almaq istəyirəm. (Но сначала я хочу насладиться этими огромными белыми сиськами.) Грудь у Кати действительно была красивой. Пластический хирург, которому за операцию Катя заплатила неприлично огромную сумму, свое дело знал. От природы пышный, тяжелый и рано начавший обвисать бюст женщины превратился в два симметричных полушария, которые даже без бюстгалтера выглядели подтянутыми и упругими. Особенно Кате нравились ее маленькие ареолы, светло коричневые, имеющие едва различимый розовый оттенок. Они были украшены миниатюрными вишенками сосочков, которые придавали груди женщины молодой и свежий вид. Кате нравилось, что ее достоинства полноценного третьего размера притягивают взгляд как представителей сильного пола, так и женщин. И она не отказывала себе в удовольствии надевать одежду с глубоким вырезом, с удовольствием и превосходством отмечая, как пытающиеся выглядеть независимыми и гордыми мужчины сдаются и все же бросают быстрый взгляд в притягательную ложбинку между двух ее больших и притягательных холмов. И, разумеется, Магомед и Аслан тоже не остались равнодушными к верхней части женского тела, когда Катя оказалась полностью обнаженной. Мужчины подошли к девушке вплотную, и Катя завороженно смотрела, как раскачиваются их большие твердые члены при ходьбе, как падает с крупной головки Аслана смазка, как тяжело болтаются огромные волосатые яйца Магомеда. Совершенно инстинктивно стоявшая на коленях подняла руки и принялась нежно и аккуратно поглаживать кавказцев по их ногам. Смотря на своих любовников снизу вверх, Катя поразилась тому, какие же они большие. И какой маленькой она, зрелая, успешная женщина, ощущает себя рядом с ними. А затем сразу четыре руки принялись грубо, по-хозяйски лапать ее прелестную грудь. Ладони мужчин мешались друг друга, но это только заводило мучителей Екатерины. И не только их – уверенные и сильные прикосновения к нежной коже так понравились девушке, что она даже прикрыла глаза от удовольствия, отдавшись новым ощущениям. Большие руки мужчин гладили шелковую кожу, мозолистые ладони касались сосков, сжимали и оттягивали чувствительную кожу. Кто-то сжал ее торчащий сосок, и Катя не сдержала стон. Затем другой сосок сжали больнее, оттянув, и женщина выругалась, за что мигом оказалась наказана – ее ударили по лицу, отвесив обидную пощечину, явно указывая русской красавицы свое место. - Gənc qız kimi konservləri var. (У нее бидоны как у молодой девчонки.) – заметил Аслан. Он схватил левую грудь Кати ладонью и сильно шлепнул по ней другой рукой, наслаждаясь тем, как упруго покачивается крупное сексуальное полушарие. Магомед проделал то же самое с другой грудью, а потом взял оба сексуальных холма в свои смуглые волосатые ладони и сжал так, что Катя издала смесь стона и крика. Она испытала немыслимое противоречивое чувство возбуждения и боли от столь наглых и беззастенчиво гуляющих по ее сиськам кавказских рук. Она открыла глаза и посмотрела вниз, увидев, как зажатая в лапах Магомеда белая кожа сияет между его смуглых пальцев. - Bu cücə öz döşlərində yaxşı sikməyə layiqdir! (Эта сука заслужила, чтобы ее сиськи хорошо оттрахали!) – мощная накачанная грудь Магомеда быстро двигалась вверх-вниз, выдавая его невероятное возбуждение, и Катя бросила заинтересованный взгляд на член парня, который покачивался всего в нескольких сантиметрах от ее лица. Сейчас он казался даже больше, чем был раньше, и Катя поразилась тому, что смогла заглотить такое большое мужское достоинство целиком. Она не без гордости похвалила свои навыки, порадовавшись, что годы отсутствия практики и почти полное исчезновение орального секса из ее жизни не позволили красавице растерять талант. Екатерина по-прежнему не понимала ни слова из нерусской речи мужчин, хотя и прекрасно осознавала, что предметом их разговора является она. Именно предметом, ведь для кавказских мужчин замужняя русская женщина являлась скорее неодушевленной куклой для их удовлетворения, и Катя сомневалась, что они вообще считают ее человеком. Поэтому женщине оставалось лишь наблюдать, как Аслан отходит в сторону, давая возможность своему брату как следует позабавиться с прекрасными сиськами темноволосой шлюхи, которая совершенно не препятствовала разврату, который мужчины с ней творили. Мужчина согнул ноги в коленях, чтобы его пах оказался на уровне груди женщины, и сначала Катя даже подумала, что парень вновь захотел насладиться ее тугим и податливым горлышком. И даже приоткрыла губки, потому что была совсем не против опять впустить орган мужчины в свой развратный ротик. Однако прекрасное достоинство Магомеда юркнуло между грудей женщины, принявшись скользить в ложбинке между ними. Кавказец сжал сиськи женщины по бокам, зажимая свой член между ее крупными нежными полушариями, и в прямом смысле стал трахать грудь Екатерины. Его длинный член свободно скользил между идеальными округлостями русской красавицы, и вытекающая из мощной головки смазка делала процесс траха женской груди еще проще. Опустившая взгляд вниз Катя увидела, что размер члена мужчины позволяет ему не только вдоволь насладиться теснотой, созданной сжимающими его член белыми большими сиськами, но и почти доставать ей до подбородка. «Какой же он длинный...», - не без наслаждения подумала Катя, чувствуя наслаждение от того, что молодой кавказец безумно возбужден от ее тела. Как и любой женщине, ей нравилось чувствовать себя сексуальной, и каменный член смуглого мужчины сейчас был лучшим из возможных комплиментов ее фигуре и внешности. Напор кавказца был столь мощный, что женщине пришлось выгнуть спинку назад, напрягая пресс. Она по-прежнему гладила ладошками ноги Магомеда, играясь с его волосами, нежно карябая маникюром кожу, скрывающую железные мускулы, и даже не подумала завести руки назад, чтобы опереться о пол. Катя вообще с трудом могла соображать после второго оргазма. - Какие у тебя сладкые сыськи, дэтка! – довольно заметил Магомед, ни на секунду не прекращая поступательных движений. Он лишь на короткий миг остановился, чтобы дополнительно смазать скользящий между грудей член своей слюной. Тягучая жидкость растянулась от бородатого рта Магомеда прямо к сиськам Кати, которые вдоволь пропитались просочившейся через топ влагой и влажно и притягательно блестели, словно намазанные маслом. - Сука, да-да-да... – приговаривал парень, а Катя лишь наслаждалась мощью детородного органа, скользящего по ее груди. Ей нравилось то, как эстетично выглядит смуглый орган Магомеда, плотно зажатый между ее роскошных полушарий. Казалось, что они идеально подходят друг другу – рельефный, обрезанный длинный кавказский член и большая, белая грудь русской женщины с торчащими от возбуждения маленькими сосочками. Ручеек сексуальной смазки стекал из отверстия на кончике члена, а крупная головка детородного органа с каждым движением парня все настойчивее билась в шею Кати. Она все продолжала наклонять голову, пытаясь запечатлеть в своем сознании этот момент разврата – то, как ее прекрасную, дорогостоящую, и при этом принадлежащую только мужу грудь трахает кавказский мерзавец, тяжело дыша от возбуждения и ежесекундно отвешивая русской сучке пошлые комплименты на родном языке, чередуя их русскими матом: - İt! fahişə! Bir mürəkkəb qabı! Məxluq! Dərin boğaz! Heyvan! (Псина! Шлюха! Чернильница! Тварь! Глубокая глотка! Животное!) В один момент темноволосая головка брюнетки наклонилась так низко, что ее подбородок уткнулся в ключицы, а головка кавказского члена оказалась так близко, что Кате достаточно было вытащить язычок, чтобы ощутить его солоноватый привкус. Красивый, влажный и казавшийся таким сочным половой член манил соскучившуюся по ощущениям мощного члена в себе женщину, и Магомед, словно прочитав мысли своей жертвы, вдруг подался вперед. Соленая, сочащаяся прекуумом головка его члена юркнула в пухлые губки русской женщины, и та не подалась назад, а, наоборот, принялась смаковать солоноватое навершие орудия секса как леденец. - Сука-а-а-а! – в восторге протянул Магомед, хватая красавицу за волосы. Трахать белую шлюху одновременно и между ее роскошных больших сисек, и во влажный податливый ротик оказалось так приятно, что мужчина явственно застонал, закатив от удовольствия глаза. Он бы их и вовсе закрыл, отдавшись моменту наслаждения, но очень хотел полюбоваться открывшимся ему сверху видом. Некогда элегантная темноволосая женщина нежно обхватывает губами толстую головку его члена, язычком ублажая уздечку и нисколько не протестуя против того, чтобы сексуальная смазка наполняла ее грязный ротик. И при этом ее идеальная круглая грудь с обеих сторон сжимает перевитый крупными венами агрегат Магомеда, который свободно скользит по ложбинке между ними. Орган мужчины то с чмокающим звуком покидал божественный ротик русской блудницы, то, наоборот, снова попадая в его нежный и теплый плен. И при этом Екатерина безропотно смотрела снизу вверх на своего трахаря, и в ее взгляде кавказец читал лишь послушание. - Ey Böyük Allah! (О Великий Аллах!) – вскричал он, почувствовав, наконец, приближение скорого оргазма. Это почувствовала и Катя – по тому, как задрожал и стал твердым как монолит орган ее мучителя. Член был так сладок, что женщина не желала, чтобы он покидал ее рот даже на секунду. Она ощущала, как по ее языку течет тягучая солоноватая смазка, и наслаждалась ее вкусом и консистенцией, не понимая, как прекуум кавказского мужчины может быть вкуснее и насыщеннее спермы ее мужа. И оттого женщина совершенно не боялась того, что мужчина может кончить прямо в ее доступный ротик. Единственное, о чем волновалась замужняя красавица – способна ли она будет удержать во рту все, что хранится в огромных, покрытых черными волосами яйцах Магомеда, которые свисали между ног самца и тяжело покачивались в такт его движениям. Движения мужчины стали агрессивнее, он стал сжимать грудь своей белой самки грубее и даже принялся оттягивать и выкручивать сучке соски, явно заводясь от покорности, с которой богатая замужняя русская шлюха позволяла собой пользоваться. - А-а-а! – то ли зарычал, то ли закричал Магомед, вдруг резко подавшись вперед. Он оставил грудь Кати в покое, но при этом обхватил огромными ладонями ее темноволосую головку и погрузил свой член так глубоко, как только мог. Уже разработанное женское горло неприятно саднило после глубокого траха, однако не могло сопротивляться тому, что мощный детородный орган врывается в него почти на всю длину. Тяжелые яйца кавказца ударили Катю по подбородку, и ее красивое лицо оказалось буквально впечатано в мужской пах, покрытый короткими, неприятно колющимися черными волосами. Катя едва не упала, и ей все же пришлось завести руки назад, чтобы опереться ладонями в пол. При этом Магомед так крепко сжимал ее голову, что Катя даже заволновалась, как бы он не оторвал ее от шеи. Впрочем, волнение о том, как сильно мужчина сжимает в ладонях ее голову, мигом ушло на второй план, когда первая струя горячей, густой кавказской спермы ударила в женскую глотку. Головка полового члена расширилась, раздирая внутренности Кати, но ничего подумать она не могла. Ее тело сейчас ей не принадлежало – оно было просто вместилищем для семени, обильным потоком рвущимся из члена прямо в пищевод красавицы. Первый залп, второй, третий. На четвертый глаза Екатерины закатились, и бедняжка едва не отключилась, потому что давление в глотке стало невыносимым. Женщина ощущала, как горячая густая жидкость скатывается по ее внутренностям прямо в желудок и наполняет его. Спермы было очень и очень много. Ни Андрей, ни любой другой из любовников Кати никогда столько не кончал. Прошло десять, пятнадцать, двадцать секунд, а ее пищевод все продолжал служить спермоприемником кавказскому члену. Оставаться в сознании своей покорной шлюхе помогал Магомед, каждые пять секунд издавая громкий животный рев, и явно от удовольствия хлопающий женщину по щекам. Еще прежде, чем мужчина прекратил кончать, он почти полностью вытащил член из вместительной глотки русской замужней красавицы, и последние два залпа пришлись не в глотку Кати, а ей в рот. Только после этого Магомед окончательно покинул пространство идеальных женских губ. Но попавшей в ротик спермы было все равно так много, что щеки красавицы надулись, а язык с трудом мог пробираться через густой слой жидкости, которая стекала с краешек губ, как бы сильно Екатерина не пыталась удержать семя внутри. И она хотела. Потому что сперма кавказца оказалась невероятно аппетитной. Горячей, тягучей, похожей на солоноватый густой йогурт, но с невероятно насыщенным запахом. Запахом мужчины, настоящего самца. Запахом секса. Запахом, которым никогда не пах муж Кати. И ей так понравился этот густой белый нектар, что темноволосая сучка, не до конца отдавая себе отчет в том, что творит, не осознавая, что ее желудок уже был полон кавказского семени, принялась проглатывать все, что скопилось у нее во рту. На это ей потребовалось пять глотков, но она даже ни разу не поморщилась. Ей было... - Вкусно... – ошарашенно произнесла она вслух. Ей казалось, что она произнесла это тихо, но именно в этот момент в музыке наступил перерыв, и оба мужчины отчетливо услышали, что она сказала. Кавказцы засмеялись, а женщина покраснела, хотя на ее оттраханном, покрытом потом, слюнями и застывшим мужским прекуумом лице заметить это было трудно. - Aslanı eşitdin? Onun xoşuna gəldi. (Ты слышал, Аслан? Ей понравилось.) – Магомед не скрывал восторга в голосе. Подняв на него взгляд карих глаз, покрасневших из-за только-что пережитого грубого вторжения в нежное горло, Катя не без удивления смотрела за тем, как мужчина дрочит свой член. Он нисколько не стал меньше – лишь немного упал, словно не мог стоять из-за собственной тяжести. Но прямо на глазах женщины он стал набирать силу. «Как такое возможно?! Он же только что...» Для женщины, которая спала только с русскими любовниками, было немыслимо представить, чтобы член мужчины сразу после оргазма стал крепнуть. На это обычно требовалось пятнадцать, в редких случаях – десять минут. Но чтобы моментально... «Боже, что же вы за животные...» - подумалось Кате, но в этот раз сравнение кавказцев со зверьми было вовсе не негативным. Наоборот, женщина испытала зависть и всего на краткий миг представила, какого это – иметь возможность наслаждаться мужским членом сразу после его оргазма. И ведь нельзя не учитывать, как долго кавказец держался прежде, чем кончить! Тут же у Кати возник немой вопрос, и она перевела взгляд на Аслана. Тот стоял рядом, медленно водя рукой по своему толстому члену, и явно наслаждался шоу, которое устроили для него замужняя русская шлюха и его брат. Впрочем, едва старший из двух братьев заметил, что Катя наблюдает за ним, он подошел к ней и грубо, рывком поднял на ноги. Катя покорно позволяла кавказцу делать с ней все, что он захочет. Она была одурманена вкусом спермы, который распространялся по ее внутренностям и сводил брюнетку с ума. Ей казалось, что за всю свою жизнь она не пробовала ничего более вкусного, и ей хотелось выпить еще. К тому же, пожар в киске Екатерины никуда не делся, грубость Магомеда лишь распалила желание красотки, и она действительно хотела продолжения. Особенно продолжения с таким красивым и толстым членом Аслана, от одной мысли о проникновении которого в ее горячее лоно шлюшка задрожала и издала тихий стон. Мужчина подвел Катю к дивану и бросил на него. Она лежала спиной на большом подлокотнике, но, как поняла женщина, так и было задумано. Аслан тут же занял место у ее киски, поднял стройные ноги женщины и бесцеремонно закинул себе на плечи. Катя хотела было опустить голову вниз, чтобы видеть, как в ее мокрую, слегка дрожащую в предвкушении киску будет погружаться огромный мужской член, однако у ее трахарей были другие планы. Подошедший к ней сзади Магомед молча взял красавицу за шею и отогнул голову девушки назад. Катя лежала вниз головой, и теперь на уровне ее глаз находились яйца кавказца, которые, вопреки ожиданиям Екатерины, после оргазма ничуть не стали меньше. Лежать в такой позе оказалось удобно, потому что подлокотник упирался Кате в спину, заставляя выгибаться грудью вверх на этом импровизированном «козле». При этом женщина не сразу поняла, насколько пошло и доступно выглядит, ведь помимо подаренного Аслану доступа к любой из ее дырочек, женщина еще и давала возможность Магомеду трахать ее горло так, как он захочет, не встречая никакого сопротивления. Впрочем, мужчины не торопились использовать дырочки своей русской шлюхи, очевидно, понимая, что у них на это куча времени. Катя прогнулась в спине, и ее большая грудь торчала вверх, доступная рукам обеих кавказцев, и те с удовольствием принялись лапать, сжимать и шлепать белую нежную кожу, оттягивать и выкручивать соски, и даже кусать их. Это делал Магомед, с восторгом погрузившись в пышные сиськи русской красавицы, языком лаская ее огромные полушария, облизывая и посасывая каждый сантиметр шикарной части русского тела. Кавказец особое внимание уделял светло-коричневым ареолам и соскам красавицы, и та уже не сдерживала себя, громко стеная и исступленно гладя своими маленькими ладошками мускулистое смуглое тело. Киска женщины горела, требуя члена, и Катя уже хотела даже в гневе спросить Аслана, чего же он ждет, но именно в этот момент головка толстого мужского достоинства проникла внутрь. - Ох, бля-я-я-я! – протянула Катя. Где-то в глубине души она пыталась бороться, не хотела признавать, что все происходящее ей нравится. Наверное, где-то там, в недрах измученного прекрасного женского тела еще живо было осознание, что она замужняя женщина, которая три года с гордостью носила кольцо на обручальном пальце и даже не думала о том, что когда-нибудь сможет получать удовольствие от секса с мужчиной, не являющимся ее супругом. Но стоило члену Аслана войти в ее горячую киску, все мысли о муже, своем положении в обществе, даже о дочери, поведение которой и привело к тому, что Катю трахают сразу два брутальных самца, полностью испарились. Аслан был решителен, тем более что киска женщины не сопротивлялась, а, наоборот, явно была рада принять в себя толстый и рельефный член. Пять, десять, пятнадцать сантиметров... Аслан вошел почти полностью, заставив Катю издать громкий стон удовольствия, и замер, не столько позволяя пещерке своей русской шлюхи привыкнуть к размерам его детородного органа, сколько желая привыкнуть к влажной, обильно истекающей пизденке, которая не привыкла принимать настолько огромные члены. Но для Аслана было не впервой разрабатывать влагалище русской женщины, и он уже привык к тому, что все они были неспособны принять его член. Во всяком случае, сразу. - Я смотрю, член твоего мужа такой же маленький, как у остальных славянских парней, а? – Аслан заметил это как само собой разумеющееся, и его вопрос был риторическим. Катя, которая откинулась на подлокотнике назад и находилась где-то между небом и землей от наслаждения, получаемого от растягивания собственного влагалища крепким и толстым членом, не сразу поняла, о чем говорит ее трахарь. Она так привыкла к тому, что мужчины обсуждают ее, русскую шлюху, между собой на родном языке, что не сразу сообразила, что Аслан говорит на русском. Но, осмыслив произнесенную фразу, не нашла в себе желания возражать. Тем более, что Аслан был прав. Несмотря на резкость произнесенных кавказцем слов, Катя не могла не согласиться с ними. Тем более, что для Андрея, мужа Кати, сравнение его члена с достоинствами остальных парней и мужчин Кати было даже комплиментом, ведь из всех любовников женщины именно член ее мужа обладал наименее внушительными размерами. И каким же извращенным чувством юмора обладает жизнь, что именно у мерзавцев, которые шантажом склонили Катю к сексу, половые органы были самыми прекрасными из всех, когда-либо виденных женщиной. Тем временем Аслан продолжил трахать ее, с каждым новым вторжением в женскую киску увеличивая силу и скорость. Киска замужней женщины, соскучившаяся по твердому члену, возбужденно хлюпала каждый раз, когда мужчина покидал лоно красотки, а стоило кавказцу погрузиться в пещерку Кати вновь, пизденка текла обильнее, словно стараясь смазать рельефный, растягивающий стенки влагалища огромный член. Чувство наполнения было столь ярким, столь желанным и сладостным, что женщина могла лишь громко стонать, не зная, как справиться с огнем, который стремительно распространялся по ее прекрасному телу, словно специально созданному для секса. Сначала Катя запустила руки себе в волосы, потом обхватила голову, спустя минуту поняла, что ее грудь, которую продолжал облизывать Магомед, хочет большего, и самостоятельно обхватила ее руками и буквально ткнула ей в лицо кавказского парня. Острая борода карябала соски и чувствительную кожу ареолов. Это возбуждало, ведь Кате давно надоел нежный, спокойный секс, и она безумно хотела, чтобы ее взяли именно так – грубо, оттягивая соски, растягивая киску огромным членом и, самое главное, не спрашивая, что она хочет. Ей хотелось ощутить мужское начало, она жаждала почувствовать власть мужчины во время траха. И кавказцы исполнили ее желание. Для них она была никем, очередной русской шлюхой, которую им повезло заполучить в собственное владение. И осознание того факта, что ее не при каких обстоятельствах не будут уважать, не будут интересоваться тем, что ей нравится, и уж точно не будут заботиться о том, чтобы все происходящее ей понравилось, и приносило Кате невероятное, запретное, стыдливое удовольствие. Катя призналась сама себе, что ее сильно возбуждало быть просто шлюхой, которую трахают два незнакомца. И моральное наслаждение от этого едва не превышало физическое удовольствие от действий кавказцев. - Nə sıx fahişə! (Какая тугая шлюха!) – возбужденно произнес Аслан, и Катя, подняв голову, невольно залюбовалась им. Пот струился по обнаженному смуглому телу, покрытому густыми черными волосами, его мозолистые, грубые руки гладили обнаженные ляжки и бедра покорной шлюшки, а взгляд темных, стальных глаз выражал лишь полное доминирование над белой замужней женщиной, являющейся для него просто еще одной блядью. Каждое действие мужчины выражало господство над женским телом. Он не думал о том, что эта грязная русская шлюха принадлежала ему. Он это знал. И его уверенность распространилась на Катю, которая, в свою очередь, стала осознавать, что кавказский самец будет делать с ней все, что захочет. - Получи, шлюха! – зарычал мужчина, погружаясь в киску Кати на всю длину. Женщине казалось, будто член ее трахаря пронзил ее пизденку насквозь, и она испытывала экстаз от той грубости, с которой ее трахали, от силы мужского члена в своей возбужденной дырочке, от размеров кавказского органа. Ее клитор давно дрожал в нетерпении, но Катя не могла его поласкать, поскольку ее руки была увлечены лаской собственной груди, которую буквально поедал Магомед. Соски женщины уже стали красными, они возбужденно торчали вверх, потому что любое прикосновение к ним языка, губ и даже зубов мужчины отзывалось внизу живота Кати мощным наслаждением. Она давно уже кончила бы от ласки своих чувствительных округлостей, если бы не испытала оргазм дважды до этого. Но она чувствовала, что третий оргазм действительно близок – и это было немыслимое, невероятное чувство, ведь еще никогда в жизни Катя не кончала трижды. - О-о-о, как же хорошо... – протянула она, не сдержавшись, когда ощутила, как язык Магомеда водит хоровод вокруг ее левого сосочка, в то время как правый путешествует между грубых мужских пальцев. Вот кавказец сжал его и слегка оттянул, и в это же время обхватил левую грудь женщины ртом, насколько это было возможно. Катя выгнулась ему навстречу, не в силах терпеть подобное блаженство, и захныкала, испытывая острое желание дотронуться рукой до своей пизденки, которую уже пять минут уверенно сношал Аслан. Его член погружался в киску женщины на две трети длины, но время от времени буквально разрывал ее матку, резко входя полностью, и в это время Катя ощущала, что полностью теряет над собой контроль. - Что же вы делаете... – с придыханием протянула она, и в этот самый момент пальцы Аслана, до этого ласкающие внутреннюю поверхность бедер замужней красавицы, удивительно нежно провели по клитору женщины. Кавказец ловко перекатил дрожащую от экстаза сексуальную жемчужину между подушечек пальцев и слегка помассировал ее указательным пальцем, замерев на секунду. Его член продолжал трахать водопадом текущую киску женщины, и этого, а также наглых ласк ее груди оказалось достаточно, чтобы Екатерина выгнулась в третьем экстазе за сегодняшний день. Катя дрожала, совершенно не понимая, где заканчивается ее тело. Казалось, что оргазм распространился за его пределы, и женщина растворилась в стонах и криках, которые вырывались из ее уст. Ее тело выгнулось, киска сжалась, выталкивая член Аслана, но его орган был слишком большим и мощным, чтобы какая-то русская шлюха могла вытолкнуть его из своего лона. Поэтому мужчина продолжал хладнокровно трахать Екатерину, не обращая внимания на то, как бьется в конвульсиях изящная фигура замужней красавицы. Магомед же, смеясь, продолжил ласкать грудь Кати. Пользуясь беспомощностью бьющейся в экстазе самки, он оттянул ее соски, испытывая садистское удовольствие от вида растягивающейся чувствительной кожи. Он принялся больно хлестать по груди Кати ладонями, поражаясь распутности русской женщины, которая, наплевав на кольцо на обручальном пальце, перекрикивала музыку почти животными воплями и стонами. - Ay qardaş, bu fahişənin ağzını bağla! (Эй, брат, заткни пасть этой шалавы!) – попросил старший брат младшего, с трудом перекрикивая вопли Кати, которая, кажется, не собиралась успокаиваться и продолжала содрогаться в сладких судорогах. Магомед кивнул, к тому же ему давно хотелось еще раз насладиться горлом этой опытной замужней потаскухи. Ему редко доводилось трахать шлюх, которые могли поместить и удержать в своем горле его член, который был немаленьким даже по меркам его расы. И он собирался наслаждаться представившейся возможностью до тех пор, пока Катя окончательно не потеряет сознание от оргазмов. Магомед дернул Катю за волосы, отклоняя ее голову назад. Если Катя и собиралась сопротивляться, она не могла этого сделать – ее глаза были открыты, но взор был стеклянным. Из-за мощного оргазма шлюха, кажется, совершенно ничего не видела. Ее напряженное тело била крупная дрожь, но постепенно она сходила на нет. Лишь громкие женские стоны продолжали наполнять комнату, но Магомед как раз собирался это исправить. - Ye, rus heyvanı! (Жри это, русское животное!) Очередной стон женщины прервался, превратившись в гортанное бульканье, когда член ворвался в ее горло. Это было уже третье вторжение достоинства Магомеда в ротик Кати, и податливая глотка русской красотки покорно обняла длинный рельефный член. В этот раз женщина находилась вниз головой, и под таким углом ее глотка была еще податливее, чем раньше. Явно ради удовлетворения собственных садистских наклонностей, кавказец схватил шлюху за горло и сжал его, после чего принялся размашисто и жестко трахать глотку Кати. Его член исчезал в глубине женского ротика на всю длину, а огромные яйца шлепали по красивому лицу. Движения трахаря были решительны и непреклонны, и вместо стонов комнату быстро наполнили гортанные булькающие звуки сношаемого большим членом женского горла. Бедняжка не имела ни малейшей возможности сопротивляться. Она чувствовала, как ее роскошные длинные волосы упали на пол, как наполняется влагой рот, как невыносимо сложно и больно становится дышать носом, в который перетекает из глотки смесь слюней. Горло горело раскаленным пламенем, и Катя почти не чувствовала работающий в нем словно механический поршень половой член, потому что вся верхняя часть ее тела превратилась в раскаленный пожар. Прошла минута – и влажный поток, состоящий из месива женских и мужских выделений, стал вытекать из пухлых губок, плотно обрамляющих орудующий во рту красотки половой член. Дышать становилось все сложнее, рвотный рефлекс вновь проявился, но Катя упорно и послушно терпела это мучение, потому что низ ее живота горел другим пламенем – пламенем блаженства и сладострастного удовольствия. Аслан не прекращал трахать разгоряченную киску русской шлюшки, и его мощный член ощущал все изменения, которые происходили с пещеркой замужней красавицы. Кавказец чувствовал, как плотно облепила киска Кати его достоинство, когда она содрогалась в оргазме, какой водопад соков лился из ее разгоряченного лона, тщетно пытаясь вытолкать огромный сексуальный орган. Почувствовал Аслан, и когда самка немного угомонилась, и ее влагалище стало вновь тесным, но податливым, и трахать его вновь стало приятно. Когда Магомед принялся грубо драть шлюху в рот, Аслан ускорил темп, потому что в отличие от своего брата ему пока не довелось кончить, а сладкая киска столь послушной замужней шалавы оказалась настолько приятна, что не использовать ее по назначению было бы обидно. Мужчина драл русскую развратницу еще минут пять, нисколько не заботясь о ее удовольствии, однако он и не подозревал, что Кате именно это и нравилось. От грубого траха ее возбужденной киски по всему телу женщины бежали мурашки, от наслаждения сжимались пальцы на ее ногах, а руки блуждали по собственному телу, лаская стоящие колом сосочки. Она вдруг поняла, что ей не достает грубых мужских прикосновение к своим округлостям, и она, дрожа от возбуждения, нащупала руки Аслана, которые придерживали ее ноги, и положила их себе на грудь. - Соскучилась по мужским ласкам, а, сучка? – самодовольная речь мужчины резанула по ушам, но женщине было наплевать. Самое главное, что ее грудь вновь оказалась в мужских руках, и они принялись вальяжно мять, лапать, сжимать, шлепать, щипать и крутить роскошную белую грудь. Покрасневшие, возбужденные соски тоже получили свою порцию внимания, и Катя непременно бы застонала, если бы ее горло не было занято гораздо более важным и ответственным делом – обслуживало член второго кавказца. Катя захрипела, сбилась с дыхания, и, подавившись, отхаркнула носом, почувствовав, как густая смесь грязных выделений потекла вниз по ее лицу, заливая глаза, стекая по лбу ниже, на роскошные густые волосы. К этому месиву добавился текущий изо рта пузырящийся коктейль из прекуума и женских слюней, и некогда прекрасное лицо женщины стало покрываться влажной, тягучей и теплой маской, стекающей на волосы и ниже – на пол. Пульсация члена в ее киске только усилила удовольствие, получаемое лоном женщины, и Катя была уверена, что весь диван под ней превратился в настоящее море. Она никогда не была такой мокрой, настолько возбужденной и неконтролирующей собственное тело. От каждого действия ее трахарей, даже самого грубого и мерзкого, русская возбужденная красавица получала неимоверное удовольствие, и, почувствовав, что Аслан вот-вот кончит, Екатерина даже подалась ему навстречу. Она была готова позволить кавказцу кончить прямо в ее матку, если он того захочет, и причина была вовсе не в том, что женщина давно сидела на таблетках и не боялась забеременеть, а потому что каждое грязное, развратное действие приближало ее к очередному экстазу и заставляло идеальное тело выгибаться в сексуальной, блаженной неге. Однако Аслан не собирался наполнять сладкую дырочку Кати своим густым семенем – во всяком случае не сейчас. Он хотел и сам еще вдоволь попользоваться ее киской, и дать возможность насладиться разгоряченным влажным лоном замужней шлюшки своему брату. А потому за секунду до того, как залп спермы вырвался из пульсирующей огромной головки члена, растягивающей сладкое истекающее лоно Кати, Аслан вытащил свой член. Киска Кати была так сильно растянута и настолько возбуждена, что не хотела выпускать прекрасный орган мужчины из себя. Целый водопад сексуальных соков сопровождал член мужчины, когда он с громким чавкающим звуком вышел из киски своей партнерши. Кавказец усмехнулся при виде того, насколько широко распахнута ее дырочка. И первый залп его спермы на тело русской суки сопровождался резкими словами: - Шлюха, теперь ты не сможешь насладиться членом своего мужа! «Я уже давно им не наслаждаюсь» - пронеслось в мозгу Екатерины, которая безвольной куклой лежала на диване и лишь надеялась не задохнуться, испытывая одновременно и мучение от терзаний собственного горла, и возбуждение от того, что ее используют настоящие самцы, которые знают, что хочет получить от секса женщина. Самцы с мужественными сексуальными телами, мощными огромными членами, которые могут трахаться часами прежде, чем наградить свою сучку аппетитной, сладкой спермой... В этот момент семя Аслана стало покрывать живот, грудь и шею Кати. Тягучие белые полосы вырывались из крупной лиловой головки члена, горячей густой волной падая на идеальное русское тело. Катя не могла видеть оргазм своего трахаря, потому что ее лицо находилось во власти члена Магомеда, сношающего ее бедное горлышко почти с той же скоростью, с которой старший брат кавказца только что трахал киску податливой белой сучки. Женщина могла лишь ощущать, как теплый липкий нектар падает ей сначала на стройный животик, затем покрывает полушария груди и даже попадает на шею, стекая по ней вниз. По ощущениям Кати, спермы Аслана было не меньше, чем семени Магомеда, хотя яйца мужчины были меньше вместилищ спермы его брата. Душ из спермы прекратился лишь спустя минуту, в течение которой белое тело Кати отзывалось спазмами удовольствия на каждое попадание на него сексуальной белой жидкости, а кавказцы возбужденно рычали, явно довольные открывшимся зрелищем. Катя чувствовала, что кавказская сперма покрывает все ее тело, но могла лишь мычать и хрипеть, позволяя Магомеду наслаждаться ее глубокой и тугой глоткой. - Çirkli rus iti! (Грязная русская собака!) – охарактеризовал произошедшее Аслан, отходя от покрытой кавказской спермой замужней красавицы. Катя, давясь терзающим ее горло членом, ручками принялась гладить свое тело, ощущая, как ее ладони и пальцы измазываются в теплой сперме. Ручка женщины, на которой так развратно блеснуло обручальное колечко, метнулась к призывно распахнутой пизденки, которая все еще текла, недовольная тем, что больше не ощущает твердого мужского достоинства внутри себя. Не обращая на то, что ее ручка измазана в сперме, Катя поместила сразу три пальчика в свое лоно, желая хотя бы частично вернуть своей сочащейся пещерке то чувство наполненности, которое подарил ей член Аслана. Женщина принялась мастурбировать, ощущая себя грязной, доступной, отвратительной и опущенной шлюхой. Ведь Магомед ни на секунду не останавливался, продолжая сношать ее горло. Кавказец рычал и грязно обзывал русскую красавицу, особенно когда очередной поток слюней, соплей, слез и предэякулята стёк по лицу Кати вниз. Она уже не могла открыть глаза, ощущая, что горячее месиво выделений застилает ее веки, и не сомневалась, что ее густые волосы превратились в грязную черную мочалку из-за количества стекающей на них пузырящейся, полупрозрачной смеси. От макияжа ни осталась и следа, а каждый вдох сопровождался горловым покорным бульканьем, которое вырывалось одновременно и из глубокой глотки темноволосой русской сучки, и из ее носа, дышать которым становилось практически невозможно. - Boğazını saatlarla sikə bilərəm, qardaş! (Я могу трахать ее горло часами, брат!) – довольно протянул Магомед. Аслан засмеялся: - Qoy nəfəs alsın, qardaş. Daha bir rus donuzunu sikinlə öldürmə. (Дай ей подышать, брат. Не стоит убивать очередную русскую свинью своим членом.) Издав раздосадованный вздох, Магомед прекратил сжимать горло Кати и покинул его. Тело брюнетки дернулось, красотка издала рваный, жадный вдох, словно старалась впустить в себя сразу весь воздух, который есть в комнате. Она хрипела, сплевывая наполняющие горло выделения, и совершенно не обращала внимание на то, что ее лицо превратилось в отвратительное мокрое месиво. Продолжая трахать свою киску пальчиками, Катя принялась растирать сперму Аслана по своему животу и большой груди, наслаждаясь густотой и теплом белой жидкости, покрывающей ее кожу. При этом изнасилованное горлышко красавицы помимо жадных звуков всасывания в себя воздуха стало издавать еще и хриплые возбужденные стоны. - Шлюха, - лаконично заметил Магомед, и от этого слова Катя едва не словила новый оргазм. Ее киска стала хлюпать, ласкаемая пальцами, однако неожиданно ее ладошку отняла от киски грубая мужская рука. - Ты будешь кончать от членов, собака, а не от своих рук, - раздался голос Аслана. Женщина протестующе выгнулась, попытавшись второй рукой достать до своей возбужденной пещерки, но и эту руку перехватили. - Ты будешь нас слушаться, gəhbə! – это уже Магомед перехватил ее вторую руку. Красавица захныкала, испытав одновременно и разочарование, и безумный экстаз. Запрет мужчин вызвал такую волну наслаждения внизу живота Екатерины, что брюнетка едва не кончила просто от осознания чужого контроля над своим телом. Ей нравилось ощущать себя во власти этих брутальных смуглых самцов, которые управляли и пользовались русской красавицей так, как считают нужным. Подчинение заводило Катю, и, не имея возможности погасить пожар в собственном лоне, Катя принялась больно сжимать округлые полушария своей груди и выкручивать красные, эротично торчащие вверх сосочки. Ее грудь оказалась так чувствительна, что красавица поняла, что может кончить просто от ее грубой ласки. Тем более, когда над ее головой раздавались грязные кавказские комплименты, которыми Аслан и Магомед награждали русскую замужнюю суку, указывая на то место, которого она заслуживала. Член Магомеда вернулся в рот красавицы, но в этот раз не проникал глубоко. Мужчина принялся забавляться с губками красавицы, наслаждаясь тем, как эти произведения искусства пластической хирургии обхватывают крупную головку его члена, а язык Кати вылизывает уздечку и ласкает крохотную, сочащуюся смазкой дырочку. Самец принялся оттягивать щеки своей шлюхи членом, шлепал головкой по покрытому выделениями женскому лицу, собирал пальцами стекающие по щекам подтеки слюней и предэякулята и заставлял свою послушную самку облизывать его пальцы, наслаждаясь покорностью возбужденной русской женщины. Наблюдающий за этим Аслан принялся дрочить свой слегка обмякший после оргазма член, любуясь изогнутой обнаженной фигурой красавицы, ее блестевшими от спермы сиськами, пульсирующей от желания пизденкой и грязным лицом. Женщина каждые несколько секунд пыталась опустить свои руки к киске, но каждый раз мужчины не давали ей это сделать, и по выгибающемуся в экстазе телу кавказцам было понятно, что шлюхе нравится, что смуглые самцы полностью доминируют над ней. - Что, шавка, нравится тебе? – самолюбиво спросил Аслан. Член Магомеда на короткий миг покинул ротик замужней красавицы, и та облизала покрасневшие губы, собирая языком белую густую массу, покрывающую лицо. Она даже не поморщилась, сделав глоток – наоборот, почувствовав теплую солоноватую смесь, скатившуюся в желудок, Катя испытала грязное, развратное удовольствие. - Отвечай, шлюха! – рявкнул Магомед, больно шлепнув по груди покорной шалавы. Однако Катя выгнулась навстречу его рукам, моля о том, чтобы самец еще раз наградил ее достоинства своими грубыми касаниями. Ее ладони грубо сжимали роскошные округлости, но даже одно-единственное прикосновение грубых смуглых ладоней пронизывало тело Кати током наслаждения в несколько раз более мощным, чем собственные ласки. Женщина выкручивала и оттягивала себе соски, издавая гортанные стоны грязной потаскухи, и пыталась справиться с полыхающим в пизденке пожаром. Но только руки кавказцев были способны подарить ей настоящее наслаждение. - Bəyəndinizmi, məxluq?! (Нравится тебе, тварь?!) – зарычал Магомед, повторяя вопрос брата. Он принялся болезненного щипать и бить по груди женщины, отчего ее сиськи покраснели, но при этом стоны красавицы, которая продолжала сглатывать собирающуюся во рту смесь сексуальных выделений, становились громче. С трудом справившись со своим неровным дыханием, которое прерывалось рвущимися из недр женского тела стонами, Катя протянула, совершенно не отдавая себе отчет в том, что происходит: - Да-а-а-а! - Хочешь кончить, шавка?! – рявкнул Аслан. Его руки присоединились к властным ладоням Магомеда, терзающим измазанную спермой и потом грудь Екатерины, и красавица заскулила от удовольствия. Обе ее ручки сейчас были зажаты в крепком кулаке Магомеда, и от невозможности поласкать свою пульсирующую влажную пещерку женщина выгибалась, молотила ножками и сбивалась на животный, возбужденный рык. - Да, хочу, очень хочу, пожалуйста, ну же, я так хочу кончить! – взмолилась красотка, затараторив так, словно вся ее жизнь сейчас зависела от возможности испытать оргазм. - Так может ты позовешь своего мужа, шлюха? – засмеялся Аслан, но Катя вдруг резко ответила: - Нет, пожалуйста, я хочу вас, я не хочу... – на какое-то мгновение женщина замешкалась, но тут же выпалила, громче, чем следовало: - Я не хочу член мужа! - Vəfasız rus fahişəsi. (Неверная русская шлюха.) – констатировал Магомед с довольной улыбкой. - O, Qafqaz siklərini xoşlayırdı.(Ей понравились кавказские члены.) – хмыкнул Аслан, правда, совершенно не удивляясь. – Да, шавка? Тебе понравился мой член? Катя выгнулась в нетерпении, потому что желание внизу живота становилось просто невыносимым. Она вообще готова была согласиться с чем угодно ради мизерного шанса испытать оргазм. И уж тем более она готова была признать тот факт, что члены кавказцев действительно были самыми прекрасными орудиями секса из всех, которыми когда-либо имела возможность насладиться женщина. - Да, Аслан... – протянула Катя с придыханием. Она подняла свою измазанную головку вверх, но не могла открыть глаза, чтобы увидеть свое покрытое кавказское спермой тело. Ее грязные густые черные волосы, с висящими на них сосульками прекуума и застывшими белесыми каплями горловых выделений упали на плечи, а начинающая застывать полупрозрачная маска принялась стекать вниз. При этом та часть, которая попала на губы Кати, оказалась моментально собрана похотливым и ловким язычком русской красотки. - Мне понравился твой большой член, - хрипло призналась Катя, понимая, что и ее внешний вид, и произносимые из оттраханного рта слова выдают в ней опущенную, жадную до члена шлюху. Она по-прежнему балансировала на границе оргазма и елозила попкой по мокрой поверхности дивана, моля о том, чтобы член Аслана вернулся в ее изнывающую киску. При этом она ничего не видела, и оттого чувствовала себя совершенно беспомощной. И это чувство еще сильнее будоражило ее возбужденную натуру. - Хочешь, чтобы я еще раз трахнул тебя? – раздался голос ее сладкого мучителя, и Катя закивала, от возбуждения потеряв дар речи. Громкий умоляющий стон был лучшим ответом Аслану. - Ay qardaş mən də o rus itinin amcığını sikmək istəyirəm. (Эй, брат, я тоже хочу трахнуть пизду этой русской собаки.) – подал голос Магомед. Однако Аслан засмеялся, шлепнул шалаву по обнаженному бедру и произнес: - Onun birdən çox deşiyi var, qardaş. Özünüz dediniz ki, bu şirin göt böyük siklər üçün yaradılıb. (У нее не одна дырка, брат. Ты же сам говорил, что эта сладкая жопа создана для больших членов.) Магомед издал одобрительный смешок. - Bəli, mən bu rus götünün içinə xoruz qoymaq istəyirəm. (Да, я хочу засадить член в эту русскую жопу до самых яиц.) - Sonra onu təmizləmək üçün bir şey tapmaq lazımdır. İndi bu murdar rus fahişəsi zibil yığınına oxşayır. (Тогда надо найти, чем ее вытереть. Сейчас эта грязная русская шалава похожа на мусорную кучу.) - Э, шавка, - обратился к Кате Магомед, и та послушно откликнулась, повернув измазанное оттраханное лицо к кавказскому самцу. - Чем тебя вытереть? Мы не закончили. - На кухне есть полотенца... – тихо произнесла Катя. Ей было трудно соображать, и уж тем более вспоминать местоположение вещей в собственном доме. Сейчас женщина была поглощена пылающим удовольствием, которое нарастало внизу ее живота и требовало выхода. - Daha yaxşı fikrim var, qardaş! (У меня есть идея получше, брат!) – произнес Аслан, увидев что-то за спиной Магомеда. Он слез с дивана и направился в прихожую. Вернулся он через несколько секунд и швырнул ничего не понимающей женщине что-то мягкое, похожее на ощупь то ли плед, то ли на огромное полотенце. - Вытирайся! – мерзко смеясь, приказал русской самке Магомед, отпуская ее руки. Красавица сразу же принялась очищать свое лицо, поражаясь тому, насколько мягкий и приятный на ощупь материал играет роль тряпки. Едва ее глаза вновь обрели способность видеть, Катя распахнула их и пораженно уставилась на зажатую в руках соболиную шубу, которую ей подарил на день рождения муж. Теперь изысканный светло-коричневый переливающийся мех был вымазан в мужских и женских выделениях, которые Катя счистила с собственного лица. Однако повременила женщина всего секунду. Богатство и роскошь, которыми она любила окружать себя в жизни, сейчас не имели ни малейшего значения. Они отошли на задний план, уступив место гораздо более важной потребности – ощутить удовлетворение и унять пожар в своей истекающей пещерке. Поэтому красавица повернула шубу чистой стороной и, совершенно не заботясь о том, что портит огромную сумму денег, принялась вытирать сперму с живота и груди, испытав удовольствие от того, как прохладный материал приятно касается горящих от возбуждения и грубых прикосновений сосочков. Женщина не могла очистить свои волосы, как и не имела возможности посмотреть, насколько ужасно выглядит ее использованное лицо, с которого Катя попыталась стереть остатки уничтоженного членом Магомеда макияжа. Однако ей удалось исполнить приказание самцов и, когда красотка кинула на пол безвозвратно испорченный предмет ее роскошного гардероба, Магомед удовлетворенно цокнул языком. Аслан сидел на диване в ожидании своей русской шлюхи. Он широко расставил ноги и неспеша мастурбировал свой огромный член, который уже опять был крепок и возбужден. Мужчина не спускал с женщины наглого и уверенного взгляда, из-за которого Катя почувствовала себя вовсе не гордой, замужней и богатой женщиной, в чьем доме и происходит все действие, а маленькой и никчемной девчонкой, которой по счастливой случайности выпало удовольствие быть оттраханной членом настоящего мужчины. Катя аккуратно встала. Больше всего на свете ей хотелось поласкать собственный клитор – она ощущала, что достаточно всего одного прикосновение к возбужденной жемчужине, чтобы снова забиться оргазме, - но осознавала свое положение жалкой русской рабыни, и не смела перечить приказаниям кавказцев. Тем более, красавица помнила произнесенные Асланов слова о том, что шлюхи должны кончать от членов, и, любуясь толстым сексуальным органом мужчины, по всей длине которого ходила смуглая волосатая рука, готова была соответствовать фразе своего трахаря. Аслан поманил ее пальцем. Ее, замужнюю, самолюбивую, обеспеченную женщину, которую уважали и друзья, и коллеги. Что бы сейчас сказали ее подчиненные, называющие ее не иначе, как Екатерина Алексеевна, если бы увидели, как их обнаженная начальница стоит перед развалившимся на диване в ее собственном доме кавказцем и наслаждается тем, как грубо он с ней обращается? Как бы повел себя ее муж, души не чающий в своей ненаглядной супруге? Он называл ее королевой, принцессой, красавицей и богиней. Что сделал бы Андрей, если бы увидел, как его жена возбуждается от грубых прикосновений кавказцев, как отзывается сексуальным стоном на обращение «сука», «шлюха» и «шалава», как покорно и послушно позволяет своим смуглым трахарям обсуждать ее тело, мять и больно хлестать ладонями стройную фигуру? А Настя? Ее обожаемая дочь... Как бы она отреагировала, если бы увидела, как ее мать растирает по своей роскошной фигуре густую горячую сперму и стонет от удовольствия, когда два кавказца доминируют над ней, словно над жалкой и дешевой проституткой? Как бы все они отреагировали, если бы стали свидетелями того, как Екатерина, сексуально виляя бедрами, подходит к вальяжно развалившемуся на диване кавказцу, так бесцеремонно подозвавшему ее к себе, и садится на него сверху? Катя прижалась своим идеальным, разгорячённым телом к смуглой фигуре своего трахаря, позволяя тому положить свои большие грубые ладони ей на ягодицы. Возбужденная киска мигом оказалась прижата к члену Аслана, и Катя не сдержала громкого стона. Ее киска мигом стала покрывать достоинство мужчины сексуальным соком, обильно смазывая его и будто умоляя, чтобы он скорее вошел в нее. И Аслан это сделал. Самец направил свой детородный орган в возбужденную пещерку Кати, и та выгнулась в экстазе, ощутив, как толстый член помещается в ее пещерку полностью, растягивая и наполняя ее. Ее грудь оказалась во власти рта мужчины, который тут же принялся сосать, облизывать и кусать возбужденные соски и огромные полушария возбужденной красотки. Совершенно потерявшая голову от удовольствия женщина начала самостоятельно тереться своей грудью о бородатое смуглое лицо своего трахаря, наслаждаясь тем, как его язык и рот тщетно пытаются ухватить отвердевшие горошины сосков. Член в лоне Екатерины пришел в движение, принявшись медленно входить и выходить из ее мокрой пизденки. Каждым миллиметром своего влагалища шлюха чувствовала рельеф прекрасного детородного органа, трахающего ее. Женщина полностью отдалась наслаждению, понимая, что ей не потребуется много времени, чтобы испытать вожделенный оргазм. Это было великолепное чувство – понимать, что она кончит, что бы ни делала. Что ей не надо волноваться о том, как продлить удовольствие своего мужа, какую позу принять, чтобы член Андрея проник в нее глубже и хотя бы на краткий миг подарил лону красавицы удовольствие от заполнения. Член Аслана был таким большим и твердым, что Катя полностью отдалась во власть своего кавказского трахаря, впервые за долгие годы ощутив, что такое наслаждение от секса. Мужчина ускорил темп, и Катя лишь немного подмахивала ему, двигаясь навстречу вторгающемуся в ее киску прекрасному члену. Катя не сразу поняла, что изменяет мужу. Это осознание пришло в ее голову за несколько мгновений до того, как она почувствовала распространяющуюся внизу живота волну тепла, однако вопреки вполне ожидаемому стыду или хотя бы ненависти к самой себе, женщина ощутила лишь гнев на собственного мужа. Это он виноват в том, что сейчас происходит! Если бы он трахал ее как следует, если бы попытался учесть желания своей жены в сексе, то ничего подобного не произошло. Катя понимала, что причиной того, что она превратилась в покорную шлюху, которой пользуются два кавказских самца, стало ее неудовлетворение. А кого еще она могла в этом винить, как ни собственного мужа? Поэтому Катя не испытывала ни капли стыда. Наоборот, ее стало заводить осознание того, что она, будучи замужней и богатой женщиной, сейчас стонет от огромного члена малознакомого смуглого самца, и этот член так сильно растягивает ее киску, что Катя действительно, возможно, никогда больше не сможет насладиться достоинством своего мужа. Злость на мужа подстегнула красавицу, и она принялась активнее насаживаться на член Аслана, который наградил ее действия болезненным и звонким ударом по сладкой попке, оставив на ней яркий красный след. Катя чувствовала, что каждая клеточка ее тела испытывает удовольствие от траха. Женщина словно стремилась наверстать все те годы неудовлетворённости, которые провела со своим мужем, полностью отдавшись наслаждению, который дарил ей толстый член, наполняющий все пространство ее изнывающей киски. Катя чувствовала себя грязной, падшей женщиной, которую используют только ради секса. Он ощущала себя шлюхой, и это ей нравилось. Она была уверена, что так и должна чувствовать себя женщина, когда ее трахают, и презирала мужа за то, что за три года он своим маленьким членом почти полностью заставил свою жену забыть о том, что такое настоящий секс. Катя быстро глянула на обручальное кольцо на своем пальце, и поняла, что сам факт измены только подстегивает ее удовольствие, наполняя ее нутро грязным, развратным желанием. Прикрыв глаза, будучи не способной больше сдерживать нарастающее внизу живота чувство экстаза, Катя прижала голову Аслана к своей груди, дрожа от того, как губы мужчины больно оттягивают сосок. А затем взорвалась четвертым оргазмом. - Бля-я-я-я! – закричала она матом. Пока ее киска сокращалась, Аслан увеличил темп, с которым драл своим гигантским членом ее возбужденное лоно. Кончающаяся пещерка девушки плотно обхватывала орган кавказского самца, отчего он казался еще больше. Женщина могла почувствовать каждую вену на детородном органе мужчины, и от этого оргазм стал еще сильнее. Красотка заплакала, без сил рухнув всем своим телом на Аслана и исступленно гладя ладошками его волосатые руки и тяжело вздымающуюся грудь, сдирая маникюр о смуглую кожу. Спазмы не прекращались целую вечность, и становились только чувствительнее, потому что мужчина даже не думал покинуть обкончавшееся лоно своей партнерши. Он продолжал драть ее как дешевую суку, которой Катя сейчас себя и ощущала. Низ ее тела дрожал в экстазе, дыхание сбилось, и красавица просто дышала в шею мужчины, своими пухлыми губками целуя небритый подбородок и волосатые щеки. Она понимала, что такую грязную и падшую шлюху, в которую превратили Катю ее смуглые трахари, Аслан целовать не собирается, поэтому самостоятельно ласкала губами те части тела, до которых могла дотянуться своим ртом. Вопреки ее ожиданиям, оргазм не унял пожар внизу живота а, наоборот, будто заставил пламя вожделения разгореться сильнее. Катя вдруг почувствовала возможность кончить еще, хотя она и не понимала, откуда в ее судорожно дёргающемся в непроизвольных конвульсиях, потном теле осталась хоть какая-то энергия. Неужели ее трясет от сексуальной энергии, накопившейся за долгие годы никчемного секса с мужем? Женщина испытывала одновременно и злость на своего мужа, который упорно старался уничтожить в своей жене любовь к дикому, животному соитию, и благодарность к Магомеду и Аслану, которым удалось пробудить дремлющую в Кате блядскую натуру вопреки всем попыткам Андрея искоренить ее. - Как... Мне... Нравится... – с каждым словом Катя насаживалась на член Аслана, поражаясь эластичности собственной киски и не сдерживая крики удовольствия. Ей казалось, что огромный орган мужчины находится в ней так глубоко, что уже давно проник в матку и сейчас трахает замужнюю шлюшку прямо в самые глубины ее истекающего влагалища. С каждым погружением органа Аслана в пизденку та хлюпала, брызгая сладкими соками экстаза, и Катя, ощутив, как смуглый самец зубами оттягивает то левый, то правый сосок ее груди, почувствовала, что новый оргазм растекается по ее покрытому мурашками телу. Ее попка прыгала вверх-вниз, пока пах Аслана и киска русской женщины двигались навстречу друг другу, а мужские руки отвешивали упругим ягодицам звонкие шлепки, от которых темноволосая потаскуха просто сходила с ума. А затем она ощутила, как Аслан замер и, еще прежде, чем с прелестных губок Кати сорвался протестующий стон, женщина ощутила, как в гостеприимно приоткрытую анальную дырочку ее прекрасного зада начал погружаться твердый член Магомеда. Женщина ощутила, как головка мужского члена болезненно разводит ее анус, решительно погружаясь внутрь. Она вскрикнула, но в этот момент Аслан снова стал двигаться в ее хлюпающем влагалище. Не в силах терпеть наполняющее ее наслаждение, красавица выгнула спинку, позволяя Магомеду взять ее сзади. Глаза женщины закатились, она завизжала и кончила опять, задрожав и обмякнув в руках своих прекрасных трахарей. Руки Магомеда ласкали ее грудь, грубо сжимая упругие сексуальные полушария замужней шлюхи, пока соски и ареолы были полностью во власти рта Аслана. Старший кавказец разводил упругие ягодицы женщины в стороны, позволяя своему брату глубже погружаться в темную тугую дырочку Кати. Оба мужчины почувствовали, как содрогается от очередного всплеска удовольствия киска женщины, но, естественно, даже не подумали остановиться. Магомед схватил Екатерину за волосы, когда его член погрузился в задницу русской шлюхи наполовину. Он принялся размеренно трахать ее, поражаясь тому, насколько податливой оказалась маленькая дырочка замужней шлюхи. Мужчина был уверен, что ее муж никогда не трахал Катю в попку, а значит шлюха сама разрабатывала себе анальное отверстие, явно желая получить в него твердый мужской член. И Магомед был не против удовлетворить грязные фантазии русской потаскухи, тем более что дергающаяся в спазмах оргазма шлюха, орошая своими соками член Аслана, явно получала удовольствие от того, что с ней творят ее смуглые кавказские любовники. Кате казалось, что ее тело пронизано миллиардом маленьких чувствительных точек, произвольно взрывающимися фейерверком экстаза. Ее половые губки дрожали, и женщина могла поклясться, что Аслан чувствует, как дрожит ее возбужденная киска. Катя кайфовала от заполнения ее дырочек, и все происходящее действительно являлось воплощением самых развратных фантазий замужней русской шлюхи. И пусть в ее мечтах о двойном проникновении никогда не принимали участие кавказские мужчины, сейчас Катя поняла, что реальность оказалось даже лучше вымысла. Теперь она не могла даже помыслить о членах русских парней – все они казались Кате маленькими и недоразвитыми, как у детей. А органы Аслана и Магомеда были великолепны. Женщина сходила с ума, ощущая как сквозь узкую перегородку два огромных сексуальных орудия трахают ее дырочки. Мужчины довольно быстро нашли правильный ритм, расписывая свою темноволосую шлюшку на двоих. В то время, как Магомед погружался в анальную дырочку Кати, Аслан выходил из влажной и хлюпающей киски женщины, а когда толстый член Аслана вторгался в пещерку замужней шлюшки, разводя ее чувственные и дрожащие в экстазе половые губы, Магомед двигался в попке брюнетки назад, отчего русская самка выпячивала свою задницу, словно волнуясь, чтобы прекрасный орган кавказца случайно не покинул ее растягиваемую кишку полностью. Екатерина ощущала, как ее растянутые дырочки сладко хлюпают под напором огромных смуглых обрезанных членов, и стонала так громко, что перекрикивала шум и музыки, и хлопки тел. - Sikilmiş fahişə! (Драная шлюха!) – прошипел в ухо женщины Магомед, обдав ее щеку горячим возбужденным дыханием. Самец принялся вылизывать своим шершавым языком ушную раковину красавицы, оставляя на ее лице и шее слюнявые разводы. Аслан же продолжал наслаждаться грудью Кати, обсасывая чувственные сосочки и погружая свое бородатое лицо между округлостями русской шалавы. Темп мужчин усилился, и Катя поняла, что ее сейчас порвут на части. И при этом красавице так нравилось быть насадкой на два кавказских члена, что она совершенно не сопротивлялась своим грубым трахарям, наслаждаясь тем, как Магомед властно лапает ее круглую грудь, а Аслан оттягивает соски и облизывает ареолы, смакуя губами каждый миллиметр ее упругой кожи. Нравилось Кате, как ее ягодицы покрываются красными отпечатками от больших кавказских ладоней, как безвозвратно растягивается ее киска, как засасывает ее попка длинный член мужчины, которые еще несколько минут назад так жестко отодрал ее тугое горлышко, что русская бедняжка до сих пор хрипела и не могла нормально говорить. Зато она могла громогласно стонать, понимая, что ее пизденка вот-вот взорвется очередным экстазом удовольствия. Удовольствия, которое было бесконечным благодаря потрясающим кавказским самцам, сношающим покорную белую шалаву. - Получи, сука! – вдруг проревел ей в ухо Магомед, сильно оттянув ее густые волосы и едва не вырвав из них клок. Катя закричала от боли, но ее вопль тут же перешел в стон наслаждения, потому что она ощутила, как начинает пульсировать член кавказца в ее попке. Это было потрясающее ощущение. Огромный член вибрировал в чувствительном анусе красавицы, и от дрожащего детородного органа по всему телу женщины растекалось цунами экстаза. Аслан стал двигаться в лоне красавицы так быстро, что яйца мужчины били по ее половым губам, еще сильнее стимулируя и без того готовое взорваться влагалище русской сучки. И оргазм Кати накрыл ее одновременно с первым выстрелом члена Магомеда в ее задницу. Женщина уже и так находилась на грани потери сознания, а теперь и вовсе, кажется, отключилась. Хотя она отчетливо ощущала, как ее кишку наполняет густая и горячая сперма, которой оказалось так много, что она, кажется, стала наполнять живот белой шлюшки. Катя кайфовала от того, как мужской нектар растекается по просторам ее кишки, и напрягла свое анальное колечко, не желая выпускать ни капли наполняющего ее сока. При этом анус так плотно обхватил член Магомеда, который мужчина пока не вытаскивал, что кавказец громко застонал, обдав ухо женщины раскаленным дыханием и прошептав с восторгом: - Qafqaz şirin dəliyi... (Кавказская сладкая дырка...) Киска женщины исторгла из себя такой мощный поток оргазменного сока, что ей едва не удалось вытолкнуть член Аслана из своего лона. Мужчина тоже был близок к оргазму, и красавица ощущала это по тому, как дрожит его крупная головка и становятся более грубыми и резкими поступательные движения, с которым Аслан загонял свой прекрасный орган в хлюпающую растянутую пизденку падшей женщины. Это усилило оргазм Кати, и она совсем отключилась и обмякла на теле кавказца. В то время, как ее киска содрогалась, позволяя водопаду сексуальных соков стекать по ногам и паху мужчины вниз, Аслан принялся кончать прямо в глубину тугого Катиного влагалища, и женщина откуда-то из-за границы собственного сознания ощущала, как мужчины наполняют ее дырочки белым семенем. - Бля-я-я... – протянул Аслан довольно, на краткий миг отрываясь от сочной груди русской потаскухи. - 100% rus fahişəsi qardaş. O, mənim xoruzu boğazı qədər dərindən əmdi. (Стопроцентная русская шлюха, брат. Ее жопа засасывает мой член также глубоко, как ее горло.) – ответил, тяжело дыша, Магомед. - Эй, шавка, - Аслан отвесил русской красотке несколько пощечин, возвращая ее в чувство. Ответом мужчине был невидящий взгляд наполненных слезами темных глаз, покрасневших, но безусловно счастливых. Катя плохо понимала, где находиться, но осознавала, что ее тело стало вместилищем целого океана кавказской спермы. Она стала прислушиваться к своим ощущениям, и поняла, что, стоит мужчинам выйти из ее дырочек, вся сперма прольется наружу. Чувствовать, как в ее пизденке и кишках булькает горячий нектар было невероятно приятно. Настолько, что первое произнесенное Катей осмысленное предложение, звучало так, что кавказцы пошло засмеялись: - Как же хорошо вы меня наполняете... - Ты хорошая шлюха, шавка, - одобрительно заметил Аслан. - Пожалуйста, не выходите из меня, - не понимая, что она говорит, взмолилась Катя, чем вызвала новый всплеск развратного смеха у своих трахарей. - Нравится чувствовать наши члены в своих дырках, а, сука? – Аслан ладонью нанес несколько хлестких шлепков по груди женщины и по очереди выкрутил ее соски. Сука эротично выгнулась, издав сексуальный, наполненный страстью вопль удовольствия. - Cavabın budur, qardaş! (Вот тебе и ответ, брат!) – тяжело дыша, довольно произнес Магомед. Его член до сих пор не упал, потому что сжимающаяся вокруг его органа пульсирующая попка Екатерины дарила парню океан удовольствия. Магомеду казалось, что анальная дырочка русской шлюхи готова была всосать себя и его яйца. - Я хочу всегда ощущать ваши члены в своих дырках... – плача одновременно и от унижения, и от приятного чувства наполнения, которое подарили ей кавказские самцы, проскулила Катя. Еще до до конца не приходя в сознание, она гладила ладошками шею, предплечья и руки Аслана, на котором безвольно сидела. Ее соски торчали, а большая белая грудь высоко вздымалась в такт ее быстрому, неровному дыханию. - А как же твой муж, Катя? – ехидно спросил Аслан, проводя покрытой мозолями и короткими темными волосами рукой по ее груди, стройному животику с изящным маленьким пупком, спускаясь все ниже – к пылающей, до сих возбужденной дырочке красотки, в которой замер огромный кавказский член. Тело Кати податливо изгибалось, подаваясь навстречу смуглой руке настоящего мужчины, наслаждаясь прикосновениями ее грубого трахаря. - Он никогда... – Аслан коснулся пальцами ее киски, и женщина задрожала, словно ее ударило током. – Боже, как мне нравятся ваши руки... Словно в подтверждение своих слов она обхватила своими ладонями руки Магомеда, которые застыли на ее талии, и подняла их выше, положив на грудь. Она услышала одобрительный смех кавказца позади себя, а затем ее огромные сексуальные округлости крепко сжали, отчего у растворяющейся в сильных мужских руках Кати вырвался очередной громкий эротичный стон. - Мой муж никогда меня так не трогал... – протянула женщина с придыханием. – Он никогда меня так не трахал... - Потому что такая fahişə создана для настоящих членов, а не для русских donuzlar, - произнес Аслан, и Катя, понимая общий смысл произнесенной фразы, согласно закивала грязной, покрытой слюнями и прекуумом темноволосой головой. - Да, мое тело принадлежит настоящим самцам. А не моему муженьку с его маленьким членом! – выпалила женщина. Пальцы Магомеда игрались с ее сосками, и Катя старалась закончить предложение быстрее, чем с чувственных губ сорвется очередной пошлый стон. - Evli vəfasız qadın! (Замужняя неверная дрянь!) – констатировал Магомед. - Я ваша... – растеклась в наслаждении Екатерина. А затем добавила, испытывая настоящее женское счастье от низости произнесенных слов: - Я ваша русская шлюха... Раздавшийся громкий смех кавказских самцов унижал и возбуждал красотку, заставляя постанывать от их невероятной мужской силы, от сексуальной энергии их прекрасных тел. Катя была нанизана на огромные члены кавказцев, которые заставляли женщину втаптывать в грязь собственного мужа, издевались над неверностью и наслаждались покорностью белой самки. Это было низко. Мерзко. И так запретно приятно, что Катя готова была кончать от каждого распутного слова, которое произносил ее очаровательный ротик. Мужчины одновременно покинули ее дырочки, не обращая внимания на протестующий вой русской шлюхи. Катя рухнула на ковер, чувствуя, как целая река кавказской спермы вытекает из ее широко распахнутых красных дырок. Сдавшись пожару, бушующему по всей ее прекрасной фигуре, замужняя красотка сама ласкала свою грудь, сжимая и сдавливая упругие округлости, ручкой осторожно хлопая по клитору, столь чувствительному, что даже легкое прикосновение к нему подушечки женского пальчика заставляло Катю скулить сквозь плотно стиснутые зубы. Ее пальчики юркнули ниже, лаская половые губки, и женщина поразилась тому, насколько широкой оказалась ее мокрая пизденка, из которой вытекала густая, теплая белая жидкость, превращаясь под темноволосой шлюшкой в огромную вязкую лужу. Заведя ручку еще ниже, Екатерина нащупала пульсирующее отверстие ануса, все еще призывно распахнутое и дрожащее в нетерпении, словно эластичная и податливая попка женщины как можно скорее хотела опять заполниться крепким кавказским членом. Не в силах сопротивляться желанию своего сладкого чувствительного отверстия, Катя направила два пальчика внутрь, поражаясь тому, насколько легко они погрузились в ее анус. Третий пальчик, безымянный, тут же присоединился к ним, и Катя вдруг почувствовала своей попкой обручальное кольцо. Она совсем забыла об этом дорогостоящем украшении с огромным бриллиантом, стоимость которого достигала неприличной пятизначной цифры, причем не в рублях. Да, Андрей любил баловать ее дорогими подарками, считая, что его прекрасная принцесса заслуживает носить лучшее. И, конечно, поднимая собственный статус как мужа в глазах коллег и друзей Екатерины. «Интересно, что бы ты сказал, муженек, если бы увидел, как дорогостоящее обручальное кольцо, надетое на пальчик твоей обожаемой жены, исчезает в жестко оттраханном отверстии ее попки?» - подумала Катя, и ее пухлые губки изогнулись в презрительной ухмылке самой настоящей бляди. Она не хотела сейчас думать о муже. Она презирала его. Лишь одно воспоминание о ее слабом, не способным удовлетворить свою женщину супруге вызывало у Кати чувство отвращения. В то же время, быстрый взгляд на кавказцев, которые наблюдали за своей шавкой, развалившись на той части дивана, которая не была покрыта влажными выделениями обкончавшейся сучки, заставил Катю издать благодарный стон и произнести, не контролируя себя: - Я ваша грязная, податливая шлюха... Она принялась трахать свою попку пальчиками. Она никогда бы не подумала, что будет получать удовольствие от анальной дрочки самой себе, но щедро смазанная кавказской спермой попка буквально молила хозяйку наполнить ее, и противостоять желаниям своего униженного, оскверненного кавказскими самцами тела, Екатерина не собиралась. Более того, она спустила вторую ручку со своей груди к горячей пизденке и, подцепив пальчиками густую смесь эякулята, вытекающую из выебанной пещерки, поместила в рот. - Fahişə acdır, qardaş. (Шлюха проголодалась, брат.) – презрительно заметил Магомед. Аслан кивнул, с наслаждением наблюдая за тем, как старательно Катя облизывает покрытые спермой пальчики. Она поместила каждый по отдельности в рот, затем провела язычком между ними, собирая остатки. Несколько капель стекали по запястью вниз, и женщина тут же поймала их губами, не желая терять ни грамма нектара и жадно всасывая в ротик белую жидкость. Катя наслаждалась густым и ароматным семенем кавказцев в своем рту, смакуя его, будто это был изысканный напиток. Сперма оказалась невероятно вкусной, густой и ароматной, разбавленной сладостью киски, из которой она вытекала. Катю посетила невероятно развратная мысль. Она очень осторожно, почти нежно продолжала трахать себя пальчиками в анал, испытывая особое удовольствие от того, как бриллиант на колечке давит на ее тугой коричневый сфинктер. После того, как женщина вдоволь насладилась вкусом вытекающей из растянутой пизденки спермы Аслана, она вытащила перемазанные уже семенем Магомеда пальцы из своей попки и, поднеся их к своему рту, шумно втянула насыщенный аромат мужского семени. - Heç bir şəkildə o bunu etməyəcək! (Она ни за что не сделает это!) – раздался восторженный голос Магомеда. Шлюшка перевела взгляд на смуглого самца, наблюдающего за русской блядью широко открытыми от удивления глазами. А затем, внимательно смотря прямо в темные глаза кавказца, Екатерина поместила первый пальчик себе в рот, старательно и сосредоточенно принявшись облизывать его. Она готова была терпеть неприятный вкус, однако какого же было ее изумление, когда она поняла, что перемешанный с ее анальным соком эякулят Магомеда был намного вкуснее, чем сперма его брата. - М-м-м-м... – не сдержавшись, протянула Катя, тут же поместив себе в рот оставшиеся два пальца. Она принялась сосать их так остервенело, словно боялась, что кто-то отберет у нее этот сексуальный нектар, лишит возможность наслаждаться самым вкусным деликатесом, который она пробовала за всю свою жизнь. - Nə tam zibil. (Какая конченая дрянь.) – раздался голос Аслана. - Əsl rus qızı. (Настоящая русская девка.) – хмыкнул Магомед. - Bu qancıq qafqazlı kişilərə qulluq etməlidir, ərinə yox. (Эта сучка должна обслуживать кавказских мужчин, а не своего мужа.) - İndi o, ona xidmət edə bilməyəcək. Onun pişiyi və götü indi əsl kişilər üçün hazırlanmışdır. (Теперь она и не сможет его обслуживать. Ее пизда и жопа теперь созданы для настоящих мужчин.) От пошлого смеха Магомеда по телу Екатерины побежали мурашки наслаждения. Ей нравилось, как кавказцы обсуждали ее. Как они наслаждались тем, какая она опустившаяся, падшая шлюха. Катя испытывала благодарность своим самцам за то, что они показали ей, какая она на самом деле распутная, жадная до грубого и качественного траха сука. Ей нравилось чувствовать себя грязной и использованной. Закончив облизывать свои пальцы, Катя тут же поместила их обратно в попку, чтобы собрать еще больше вытекающей спермы. Она не могла прекратить наслаждаться вкуснейшим коктейлем, и старательно проглатывала каждый сгусток спермы своих трахарей. Она заглатывала свои пальцы, растягивала собственный рот, даже помещала в него перемазанное в сперме и собственных выделениях запястье целиком, словно старалась достать прямо до своего желудка. В какой-то момент шлюха буквально трахала себя в рот ладошкой, эротично извиваясь и без труда сдерживая рвотный рефлекс. Ее прекрасное тело дергалось в спазмах, стремясь справиться с давлением в горле, но бичевавшая сама себя шлюха покорно терпела мучения над своим ртом, наслаждаясь тем, как ее горло и рот заполняются густым эякулятом кавказцев. При этом другой рукой шлюха попеременно трахала себя то в растянутую киску, то в распахнутую анальную дырочку, поражаясь тому, насколько легко погружается в обе дырочки ее смазанное спермой запястье. «Я больше никогда не буду получать наслаждение от крошечного пениса своего мужа», - подумала Катя, но не испытала ничего, кроме невероятного презрения. «И знаешь, что, Андрей? Мне совершенно не стыдно. Твоя жена впервые за три года нашего брака чувствует себя оттраханной, и ты не имеешь к этому никакого отношения». Катя мысленно продолжала унижать своему мужа, продолжая погружать в свою киску то четыре пальца, то пять, то с громким «хлюп» вонзая в распахнутую влажную пещерку все запястье. Шлюха опять текла, получая удовольствия от тепла вытекающего из ее дырочек семени, и от потрясающего вкуса этого эякулята, который она продолжала собирать из своей попки и даже с пола и послушно прогладывать. При этом она могла поклясться, что слышит, как ее наполняющийся вязкой белой вкуснятиной живот довольно урчит. Но больше всего измазанной в сперме красавице нравилось наблюдать за мужчинами, которые следили за действиями своей русской шлюхи и снова стали возбуждаться. Для Кати, которой ни разу не довелось в своей жизни видеть, как мужской член крепнет третий раз подряд, смотрела на члены мужчин с нескрываемым восторгом. Для нее это было настоящее чудо света, особенно, когда Катя вспоминала, как долго могли продержаться кавказцы, сношая ее дырочки. Она считала себя привлекательной женщиной, и обычно получала удовольствие от того, что сексуальные парни не могли сдержать свой оргазм, наслаждаясь ее шикарным телом. Но настоящее удовольствие она испытывала сейчас, понимая, что, когда огромные органы смуглых самцов окрепнут, они снова будут способы трахать свою шлюху до тех пор, пока она не потеряет голос от многочисленных спазмов наслаждения. Она стала трахать себя в киску быстрее, и в тот момент, когда она в очередной раз засунула себе в попку три пальчика другой руки, чтобы собрать скопившийся в ее анусе эякулят, красотка поняла, что не может сдержать новый оргазм. Она уже потеряла им счет, но каждый новый экстаз возносил ее уставшее, но счастливое тело на новые вершины удовольствия. Красавица громко застонала, сомкнув ножки. Этот оргазм был не таким сильным, и Катя понимала почему – ведь ее тело не было во власти двух прекрасных кавказских мужчин, - однако сам факт того, от чего женщина кончила, заставил красавицу еще долго биться в послеоргазменных судорогах. Замужняя красавица кончила не из-за того, что ее ручка ласкала ее влажную пизденку, и даже не из-за того, что любое прикосновение к чувствительному анусу вызывало сладкие судороги по всему телу. Катя кончила от понимания того, насколько она грязная, падшая шлюха. Замужняя, богатая, респектабельная, шикарная женщина, которую унизили и опустили два грубых мерзавца. Которые пробудили в ней ее развратную натуру, заставили вспомнить желание каждой женщины – получить настоящее удовольствие от секса. И оргазм, накрывший Катю и до сих заставляющий ее содрогаться в сладких судорогах, был вызван именно признанием своей трансформации. Преображением ее из гордой, самоуверенной и шикарной леди в жадную до кавказской спермы самку, дрожащую от множественных оргазмов, самостоятельно трахающую свои растянутые огромными членами дырочки. Все еще дрожа в экстазе, красавица наблюдала за тем, как члены кавказцев вновь окрепли окончательно, и теперь призывно возвышались над ней, стоящей на коленях в луже, наполненной спермой и женскими соками. Не в силах сопротивляться своей новой развратной ипостаси, а, скорее, наоборот, радуясь возможности проявить свою новую блудливую натуру, Катя встала на четвереньки. Затем она опустилась ниже на влажный ковер и почти легла на него своей большой грудью, ощущая, как грубое покрытие касается возбужденных сосков. Ее попка была призывно и сексуально отставлена вниз, когда Катя, подобно кошке, поползла в сторону своих трахарей. Она набросилась на их члены, как голодная самка, и мужчины, конечно, не препятствовали ей. Сначала Катя одарила вниманием член Аслана – она старалась хорошо отблагодарить его за то наслаждение, которое подарил этот толстый жилистый член ее соскучившейся по крепким мужским достоинствам киске. Пухлые губки замужней шлюшки принялись двигаться по всей длине детородного органа, лаская головку, опускаясь ниже, к самому основанию. Ее ручка при этом игралась с яйцами мужчины, перебирая их и нежно гладя пальчиками. Пару раз она игриво проводила наманикюренными ноготками по мошонке, играясь с черными волосиками. Затем красавица поместила головку прекрасного органа Аслана себе в рот и язычком принялась вылизывать каждый миллиметр огромного лилового навершия сексуального орудия. Затем она резко переключилась на Магомеда. Она обожала его член, и ее совсем не смущало, что еще несколько минут назад он ебал ее в попку. Член мужчины был покрыт той же сочной смесью эякулята и прекуума, который вытекал из разработанного ануса брюнетки, и она с наслаждением облизывала длинный сексуальный орган. Ее язык проходил вдоль члена, изгибаясь вдоль крупных вен, Катя игралась с уздечкой и отказывалась верить в то, что в огромных яйцах Магомеда, судя по тяжести, которую женщина чувствовала ладошками, опять скопилась настоящая лавина мужского семени. Катя набросилась своим ртом на эти огромные вместилища белого нектара, не обращая внимания на то, что сочащийся прекуумом член упал ей на лицо и прекуум стекает из крупной головки прямо на ее волосы, превратившиеся в грязную, перемазанную различными выделениями массу. Катя представила, что сказали бы сейчас ее подруги, который всегда завидовали ее шикарным волосам, и улыбнулась, уткнувшись лицом в мошонку. Она принялась тщательно облизывать ее языком, а затем вновь переключилась на яйца Магомеда, тщетно пытаясь поместить каждое из них себе в рот. Это ей, конечно же, не удалось, и красавица просто вдоволь перемазала слюной их и собственное раскрасневшееся от возбуждения лицо. Вторая ее рука метнулась к Аслану, обхватив его достоинство у основания. Екатерина начала быстро дрочить ему, постанывая от удовольствия – таким крепким оказался член кавказца в ее ладони. Она не смогла сдержаться и опять переключила все свое внимание на достоинство Аслана. Несмотря на то, что ее горло было разработано и до сих немного саднило, попытка заглотить толстый член кавказца не увенчалась успехом. Кате удалось поместить в свое горло едва ли половину мужского достоинства, когда она поняла, что не может проталкивать орган мужчины в свою тугую глотку дальше. Не отрывая свои губы от сладкого члена, красавица подняла покрасневшие глаза на своего любовника. - Работай сама, самка! – довольно произнес Аслан, наблюдая за похотливой шлюхой, которая всем своим видом умоляла кавказца помочь ей, насадить ее горлышко на свой огромный и толстый член. Катя обиженно застонала, но предприняла еще одну попытку. Орган Аслана исчез в глотке русской шлюхи больше, чем на половину, и Катя совершила еще несколько движений вверх-вниз, попытавшись протолкнуть достоинство своего трахаря глубже. Она вдоволь сдабривала член мужчина слюнями, но только спустя еще несколько попыток женщине удалось, наконец, уткнуться носом в волосатый лобок. Она с трудом дышала носом, пытаясь справиться с давлением раздирающего гортань горла, но при этом Катя чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете. Ей удалось заглотить член своего мужчины! Она с громким гортанным звуком сняла свое горло с мужского члена, насладившись тем, как стекают ее собственные слюни по крепкому рельефному сексуальному органу. Наградой ей послужила звонкая пощечина, от которой повисшие на губах слюни улетели в сторону. Однако вместо вскрика со рта Кати в миллионный раз сорвался громкий стон. Она принялась остервенело всасывать покрывающую член влагу своими губами, не забывая покрывать достоинство Аслана поцелуями по всей его длине. Несмотря на то, что она готова была целую вечность провести, ублажая прекрасные члены кавказских самцов своим ротиком, Кате хотелось большего. Ей так понравилось чувствовать член в своей попке, что она возбуждалась только от одной мысли о том, как толстый агрегат Аслана может растянуть ее попку. Ей было совершенно плевать, насколько болезненно может быть вторжение столь крупного органа в ее анальную дырочку – ее блядская натура давно отодвинула инстинкт самосохранения на второй план. Поэтому красавица встала и, повернувшись к мужчине спиной, соблазнительно повертела перед ним задом с призывно распахнутым анальным отверстием. А затем, самостоятельно контролируя процесс, взяла его член в свою ладонь и очень осторожно, желая прочувствовать каждой клеточкой тела тот момент, когда толстый половой член будет вторгаться в ее чувствительный анус, принялась насаживаться задом на детородный орган Аслана. Ее киска благодарна потекла, когда Екатерина ощутила всю мощь кавказского члена, растягивающего ее анус. Ей удалось сесть на него наполовину прежде, чем она испытала первый болезненный спазм. Все же достоинство Аслана было почти на два сантиметра шире члена Магомеда, который трахал задницу Кати ранее, и так просто поместить столь крупный орган даже в столь податливую задницу, как у нее, у женщины не получалось. Она захныкала, но не от боли, а из-за переполняющего ее желания ощутить невероятную наполненность своей тугой кишки, и в этот момент Аслан, подхватив красотку под руки, повалил ее на себя. Женщина вскрикнула, но в то же время почувствовала, как твердый член погружается в ее анус глубже, растягивая нежную кожу и вызывая новые, неизведанные ранее ощущения. Катя казалось, что в ее попку вторгается бейсбольная бита, но при этом ей нравилось, как толстый орган Аслана растягивает ее. Боль была, но она почти не чувствовалась за невероятным наслаждением, которое увеличивалось с каждым новым сантиметром толстого члена, исчезающего в заднице темноволосой шлюхи. Головка провалилась внутрь легко, но член Аслан был у основания почти таким же толстым, как и на верхушке, поэтому последние пять сантиметров дались замужней красавице особенно сложно. До крови кусая губы, чтобы не закричать от боли, она хотела было взмолиться, чтобы ее трахарь повременил, дал ее покорной попке хотя бы несколько секунд, чтобы она привыкла к прекрасному чувству огромного члена внутри себя. Но мужчина был непреклонен. Растягивать зад русской шлюхи было так приятно, что он, наплевав на женщину, стремился только к собственному удовольствию. Он держал Катю на весу, и самостоятельно задавал глубину и скорость, с которой его мощный орган буравил анальную дырочку русской женщины. Катя не имела ни малейшей возможности сопротивляться, она полностью находилась во власти кавказца и чувствовала себя бездушной куклой, которую используют для удовлетворения, не заботясь о ее чувствах. И это ей нравилось. Сначала она волновалась, что мужчина не сможет удержать ее шикарное тело, но Катя быстро осознала, что недооценивала кавказца. Как и всегда. Она считала их недоразвитыми животными, глупыми, во всем уступающими русским мужчинам. Раздражающим, грубыми, грязными, шумными и наглыми. А оказалось, что они намного лучше всех мужчин, которых когда-либо знала Катя. Более мужественные, сильные, стойкие, сексуальные. Словно созданные для того, чтобы такие женщины, как Катя, русские женщины, которые по ошибке решили связать жизнь с белыми никчемными мужчинами, наконец, поняли, что такое настоящее женское счастье. Именно сейчас, когда ее упругая попка натягивалась на огромный член мужчины, Екатерина осознала, насколько она счастлива. Ей не нужно было больше думать ни о чем в этом мире. Не стало денег, растворились проблемы на работе, не существовало завистливых взглядов, исчезли проблемы с мужем, вся жизнь Екатерины отошла на второй план. И хотя она лично потратила большую часть своей жизни на то, чтобы одарить себя и свою дочь высоким уровнем жизни, окружить их комфортом, которого они заслуживали, женщина до сих пор не могла понять, как умудрилась совершить такую ошибку и связать свою жизнь с Андреем. «Жалкий, никчемный муженек!» - зло подумалось ей. «Сколько лет я потратила на тебя, на твой вялый член, твое некрасивое дряхлое тело! Ты лишил меня такого количества удовольствия!» Ручка Екатерины метнулась к киске, и пальчики тут же принялись быстро ласкать возбужденную горошину клитора. Ее киска горела огнем и текла водопадом, пока Катя стонала и вопила от счастья, разрываемая огромным членом Аслана. Вся злость на мужа, огромное желание компенсировать годы жизни и никчемного секса с ним превратились в цунами экстаза, в котором тонула темноволосая красавица. Потеряв голову от удовольствия, она погружала в свое лоно пальцы, хлопала себя по половым губкам, больно нажимала на клитор и не прекращала дрочить его, стремясь к самому мощному, самому яркому за сегодня оргазму. Второй рукой Екатерина крутила собственные соски и сжимала грудь, а потом и вовсе полезла в собственный рот, принявшись сосать и заглатывать пальцы, награждать себя по лицу пощёчинами и приговаривая: - Я ваша шлюха! Грязная шавка! Русская потаскуха! Рычание Аслана, подобное рёву льва, раздалось снизу, и Катя ощутила, как энергичнее принялся ходить его член в разработанном анусе замужней сучки. Она боялась даже представить себе, насколько широко сейчас растянута ее анальная дырочка. Кате казалось, что ее порвали на части, но при этом она чувствовала невероятное наполнение, которое дарило ей прекрасное толстое кавказское орудие секса. - Еби меня! Боже, как же мне нравится... О, да...! Шлюха вопила и стонала, потеряв голову. Она не знала, как долго продолжается грубая ебля ее задницы, Катя совсем потеряла счет времени. Знала она только, что ее наслаждение и пожар в киске нарастают с каждым новым движением массивного члена в упругой попке. Она бы уже давно кончила, но наслаждалась этим новым невиданным действом – стараться удержать свой оргазм, пока настоящий мужчина трахает ее, как падшую и жалкую, самую дешевую и продажную на свете шлюху. Она даже не представляла, как приятно может быть это ощущение – понимать, что ты слаба, что твой сексуальный партнер в разы лучше тебя. Аслан был лучшим любовником, чем она, не говоря уже о ее никчемном русском муже. Для Кати этот немолодой кавказец начал принимать очертания настоящего бога. - Я тебя обожаю, Аслан... – взревела она. – Я твоя...! Ее крики сопровождались грубыми толчками члена в ее заде. И, тем не менее, Екатерине удавалось терпеть, хотя она и понимала, что оргазм, когда он все же вырвется наружу, разорвет ее прекрасное тело на части. Шлюха находилась на грани, она даже перестала себя ласкать, понимая, что любая дополнительная ласка ее тела непременно приведет к сладострастному взрыву. Она била себя по груди и по лицу, в наказание за то, что такая слабая русская шлюха, как она, не может сдержаться и хотя бы попытаться соответствовать сексуальному желанию кавказского самца. Она хотела кончать, но терпела из последних сил, с нетерпением ожидая того чудесного момента, когда пульсирующий в ее кишке член Аслана наградит ее густыми всплеском горячей кавказской спермы. А потом появился Магомед. Расширившимися от ужаса глазами Екатерина наблюдала за тем, как мужчина подходит к ней спереди, не обращая внимания на слабые попытки женских рук препятствовать ему. Катя понимала, что не может сопротивляться великолепному смуглому телу своего любовника задолго до того, как он зажал ее ручки в одной своей большой ладони. Шлюха лишь закричала в экстазе удовольствия, переходя на хрип, теряя последний контроль над своей пизденкой, которая текла водопадом и щедро смачивала анус женщины и вторгающийся в него член. Другая рука Магомеда, мощная ладонь красивого кавказского мужчины, который знал, как обращаться с текущей самкой, схватила Катю за шею. - Кх... – прошипела она, понимая, что ей не позволено даже дышать без разрешение своих хозяев. «Пожалуйста...» - взмолилась она про себя. «Мне так хорошо, что я сейчас умру...» А затем Магомед одним быстрым движением, идеально подгадав ритм трахающего попку женщины Аслана, ворвался в киску женщины. Это был конец. Мир исчез. Померк, растворился в тот самый момент, когда киска женщины взорвалась оргазмом. Поток сладких, сдерживаемых женщиной соков вырвался из влагалища, выталкивая только что погрузившийся в него член Магомеда, орошая мужчину и все пространство вокруг целым фонтаном сквирта. Женщина забилась в диких судорогах, и если бы ее крепко не держали мужчины, то явно нанесла бы себе вред. Она молотила руками, кусала красные губы, глотая выступившую на них кровь, выгибалась в таких позах, что рисковала что-то себе сломать. Она даже не заметила, как начал пульсировать в ее попке член Аслана, как огромный густой поток вкусной спермы стал в очередной раз наполнять ее задницу. Катя кончилась, растворилась, исчезла. Она забыла, как дышать, ее сознание померкло, оставив на память обезумевшей от оргазма, потерявшей контроль над происходящим женщине лишь распространяющееся по всей ее фигуре теплый океан. Он растекся по всему ее телу, от густых черных волос до пят, протек по упругой подтянутой груди и круглым белым ягодицам, чтобы вырваться на свободу в виде густого потока женского эякулята, фонтанирующего из киски красавицы. Она не поняла, как оказалась на полу. Ее бьющееся в судорогах тело извивалось на влажном ковре словно от мощного удара током. Это был самый яркий, наиболее сладкий и приятный момент в жизни Екатерины. Не только в ее сексуальной жизни, которая теперь казалась Екатерине посредственной. Ведь она уже жалела, что потратила столько времени и сил на секс с русскими парнями, которые были годны максимум на несколько минут соития, когда могла давным-давно открыть для себя настоящих мужчин. Кавказских мужчин. Сильных самцов, которые готовы трахать такую способную шлюху, как она, часами. Ей вдруг вспомнилось, как ее муж презрительно отзывался о всех приезжих, называя их никчемными и глупыми животными. Красотка уничижительно рассмеялась. «Какой ты глупый, Андрей!» - подумала она. «Это ты жалкий и ни на что не годный. Ты наверняка знал, что не способен ни в чем тягаться с этими сексуальными смуглыми самцами, поэтому и пытался привить мне ненависть к их нации. Что бы ты сказал теперь, увидев, что твоя жена обнаружила правду, которую все от нее скрывали?» - Я вас обожаю... – протянула Катя, уткнувшись в покрытый эякулятом ковер и все еще будучи не способна справиться с дрожью по всему телу. Женщина старалась насытиться каждой секундой своего лучшего оргазма. Он затмевал все иные события ее жизни, был важнее всех успехов на работе, значимее свадьбы с мужем, к которому русская красавица теперь испытывала только презрение. Превыше рождения дочери. Катя испытывала к Насте невероятную благодарность. Ведь именно распутное поведение ее дочери привело к тому, что два кавказца оказались в доме Екатерины и подарили ей столько блаженства. «Спасибо тебе, дочка...» - пронеслось в голове замужней бляди. Мать Анастасии вспомнила показанное Асланом видео, на котором ее дочь стонала от соития с огромным черным мужчиной, и улыбнулась. Кажется, Настя опередила свою маму и раньше нее успела ощутить на себе весь экстаз, который может подарить настоящий самец. Будучи любящей матерью, Екатерина, конечно же, была рада за дочь, хотя немного и завидовала ей. Ведь Настя была так молода – у нее впереди будет вся жизнь, полная секса с брутальными, обладающими прекрасными членами самцами. Но при этом Катя была рада, что ее дочь не совершит ошибку мамы, не потратит свое время на жалких белых мужчин. К тому же, возможно, ее дочь когда-нибудь представит матери своего темнокожего трахаря, который заставил Анастасию счастливо вопить как последнюю шлюху... Женщина улыбнулась. А готова ли она представить Магомеда и Аслана своей дочке? Может быть, ей стоит отблагодарить свою дочь чем-то большим, чем просто словам? Почему-то Катя не сомневалась, что ее смуглым трахарям эта идея придется по вкусу. Какой мужчина откажется выебать дочку своей любовницы, особенно, если эта дочка явно уже распробовала вкус настоящего самца? Катя с трудом приподнялась на ослабевших руках, занимая самую подходящую для замужней белой дряни позу – на коленях перед кавказскими мужчинами. Впрочем, третий оргазм на некоторое время отправил Аслана вне игры. Он устало лежал на диване и тяжело дышал. Его член обмяк, но при этом Катя все равно отметила, что даже не в эрегированном состоянии достоинство кавказца было почти вдвое крупнее пениса ее супруга. Даже не возбужденный, этот прекрасный смуглый самец источал сексуальную энергию в разы больше бесполезного мужа Екатерины. Она почувствовала себя покорной шлюхой, стоило ей только заглянуть в темные, источающее презрение глаза Аслана, которые наблюдали за русской шалавой. - Кончила, шлюха? – раздался голос Магомеда над ней. Обернувшись, Катя увидела, что мужчина стоит прямо перед ней. Его огромное мускулистое тело было напряжено, пот стекал по прекрасным мускулам, и женщина залюбовалась стройным прессом и мощными бицепсами кавказского самца. Его ладонь медленно дрочила двадцатидвухсантиметровый член, который блестел как от прекуума, так и от эякулята Кати, которым она окатила тело самца во время оргазма. Мощная фигура Магомеда теперь была вся влажной, и Катя поняла, что просто обязана облизать это стройное мускулистое тело. К тому же, из-за того, что она так быстро испытала анальный оргазм, мужчина до сих пор не кончил. - Отвечай, шавка! – рявкнул Магомед. Он не любил повторять дважды, и его голос заставил стоящую перед ним на коленях женщину послушно съежиться. - Да, господин... – произнесла Екатерина. Как она могла даже на миг забыть о том, в чем заключается ее задача. Она была грязной русской шлюхой для кавказских мужчин, и их удовольствие являлось ее основной миссией. Мощный оргазм совсем вышиб из головы женщины тот факт, что один из ее любовников остался неудовлетворённым, и теперь шлюшка испытывала стыд за свое поведение. Но она не добилась бы высокого положения на работе, если бы не понимала, что все ошибки можно исправить. А потому прежде, чем Магомед скажет своей русской шавке еще что-то оскорбительное, хоть и справедливое, Катя выпалила: - Я в вашем распоряжении, хозяин. - O, yerini bilir. (Она знает свое место.) – довольно заметил Аслан. Магомед недоверчиво хмыкнул и произнес: - Mən buna əmin olmaq istəyirəm. (Я хочу убедиться в этом.) Он замер над стоящей на коленях женщиной, которая с обожанием смотрела на возвышающийся над ней член и гадала, позволено ли ей насладиться прекрасным органом своего господина. Она безумно хотела впустить достоинство Магомеда в свой влажный ротик, но боялась еще раз обидеть своего сексуального трахаря. - Кто ты, шавка? – спросил Магомед. Катя не стала медлить с ответом. Она с трудом оторвала подобострастный взгляд больших темных глаза от члена кавказца и послушно посмотрела ему в глаза. - Я ваша русская шавка. Звонкая пощечина стала Кате наградой за ее слова. - Ты забыла о своем муже, шавка? Катя была умной женщиной, а потому мигом исправилась: - Я ваша замужняя русская шавка. - Так-то лучше, - подал голос Аслан. - Кто мы для тэбя, шавка? – продолжал издеваться над темноволосой шлюшкой Магомед. - Вы мои господа, мои хозяева. Я сделаю для вас все, что угодно. – отчеканила женщина, ощущая, как ее тело содрогается в спазмах удовольствия каждый раз, когда она Катя озвучивает ее настоящее место в этом мире. - Кому ты прэнадлэжишь, шавка? – даже не стараясь спрятать свой акцент, продолжал допрос мужчина. - Вам, хозяин. Я русская замужняя шлюха, которая принадлежит кавказским самцам. По телу женщины расходилось приятное тепло. Катя чувствовала себя довольной. Ей нужно было это признание, эта присяга, формальный отказ от прошлой жизни и принятие новой себя. Женщины, которая хочет быть счастливой и оттраханной. - Deyəsən hər şeyi başa düşdü, qardaş. (Кажется, она вся поняла, брат) – заметил Аслан. Магомед кивнул. - Открой рот, шавка. Катя послушно распахнула свои прелестные губки в надежде, что твердое сексуальное орудие мужчины, наконец, ворвется в него. Однако вместо этого Магомед громко отхаркнулся и, нагнувшись, спустил тягучую, густую слюну прямо в покорно распахнутый ротик своей белой шлюхи. Катя почувствовала, как влага наполняет ее рот, но не знала, дозволено ли ей проглотить свою награду. Прошло несколько секунд, в течение которых кавказец не спускал с женщины превосходящего взгляда. Он смотрел на нее как на грязное животное. - Глотай, - приказал он, наконец. Катя закрыла рот и, глядя в глаза своему хозяину, послушно проглотила все, что находилось у нее во рту. Слюна отдавала табаком и чем-то горьким, но женщина даже не поморщилась. Она готова была проглотить все, что прикажут ей кавказцы. Она снова покорно распахнула свой ротик, и в этот раз Магомед ее не разочаровал. - Получай свою награду, evli fahişə! – рыкнул он, погружая в горячий рот Кати свой член. Она уже сбилась со счета, сколько раз за сегодняшний день Магомед сношал ее рот, но могла поклясться, что с каждый новым разом сама испытывает все больше наслаждения. Как и в предыдущие разы, мужчина не собирался жалеть свою развратную партнершу. Катя вновь ощутила, как ее влажную глубокую глотку заполняет орган Магомеда, и сосредоточилась на дыхании. Она хотела доказать своему трахарю, что он может сношать ее глотку так грубо, как захочет. И Магомед, конечно, не ограничивал себя. Не прошло и минуты, как его член погрузился в податливое, растянутое горло Екатерины на всю длину. Мужчина долбил шлюху в рот, ни на мгновение не вытаскивая свой орган. Он как будто задался целью дотянуться до желудка бедняжки. Его член выходил из превратившегося в грязную дырку рта всего на пару сантиметров, так еще и темп мужчина задал такой, что громкие чавкающие звуки стали единственным, что было слышно в комнате. Даже музыка отошла на второй план – гортанное хлюпание горлышка, жестоко сношаемое кавказцем, наполнило комнату. - Çirkli rus qulu! Ağzını spermamla dolduracağam! Mənim toxumumu boğursan! Sən mənə aidsən! (Грязная русская рабыня! Я наполню твой рот своей спермой! Ты задохнешься от моего семени! Ты принадлежишь мне!) Катя не понимала ни слова, однако согласилась бы с каждой произнесенной фразой. Она полностью отдалась своему трахарю. Ее руки безвольно висели вдоль тела, и даже на вытекающую из задницы густую горячую сперму и свою влажную, вновь возбужденную киску красавица не обращала внимания. Она была сосредоточена на ублажении Магомеда и старалась сделать все, чтобы кавказец был доволен ее горлом. Она следила за дыханием, закатывала глаза, понимая, как сексуально выглядят ее дрожащие от напряжения ресницы, а когда ей невыносимо хотелось сглотнуть или отхаркнуться, она это делала. При этом она испытывала невероятную боль, ведь ее горлышко было грубо и неестественно растянуто. Однако каждый глоток, который совершала Катя с находящемся в ее горле члене, вызывал громкий стон удовольствия Магомеда. Замужняя русская женщина даже ради мимолетного наслаждения своего кавказского господина была счастлива превозмогать любые мучения. Слюни стекали с губ и носа темноволосой шлюхи, покрывали подбородок, стекали по напряженной шее, распухшей из-за глубоко помещенного в горло члена, собирались на ключицах и падали на упругие груди, покачивающиеся в такт грубым движениям кавказца. Рот красавицы чавкал и хлюпал, покорно принимая достоинство Магомеда. Мужчина в своем желании протолкнуть свой член глубже в рот женщины совершенно обезумел и принялся бить по обратной стороне ее шеи, больно сжимать руками ее макушку и царапать грязными когтями кожу головы. Магомед стонал как животное, срываясь на явно довольные крики, и Катя была счастлива, что ее господину нравится ее глотка. Ей было чертовски больно, она ощущала, что пищевод испытывает такое напряжение, как никогда прежде, но продолжала терпеть, не желая думать ни о чем больше, кроме как об оргазме своего кавказского любовника. И вот, спустя несколько минут грубого и жесткого траха ее горлышка, Катя почувствовала, как начинается дрожать и пульсировать орган в ее глотке. Естественно, Магомед не собирался покидать рот своей шлюхи. Мужчину совершенно не заботило, что пульсация его члена рискует убить русскую шлюху, ведь ее горло растянулось настолько, что Катя испуганно захрипела. Однако, едва первый залп спермы ударил женщине в желудок, она обмякла, закрыв глазки от удовольствия. Она превратилась в покорный, неподвижный спермоприемник, и была довольна своим положением. Положением падшей, покорной спермоглотки. Кончал мужчина долго и бурно. Густая белая сперма мощными залпами выплескивалась из его члена прямо в глубине Катиного тела. Катя чувствовала, как наполняется ее живот. Она не могла даже представить, сколько вкусного нектара сейчас булькает внутри нее. Она чувствовала насыщение. Даже подумала о том, что могла бы питаться спермой своих любовников всю оставшуюся жизнь. Семя Магомеда имело насыщенный сладко-соленый вкус и стойкий аромат мужчины, от которого женщина сходила с ума. Даже когда прекрасный орган кавказца стал покидать ее рот, отчего красавица принялась издавать податливые гортанные звуки, она старалась своим мягким язычком слизать с головки мужчины последние капли его вкусной спермы. Она была благодарна своему трахарю за то, что он наполнил ее живот своим нектаром и накормил свою грязную, опущенную русскую блядь. - Целуй мнэ ноги, шавка! – приказал Магомед, без сил падая на диван рядом с Асланом, и Катя без колебаний согнулась перед кавказцем, принявшись покрывать поцелуями волосатые колени, мускулистые икры и лодыжки кавказского самца. Она подняла одну ногу и, осторожно удерживая ее двумя руками, принялась язычком и губками ласкать смуглую кожу, не обращая внимания на густые колючие волосы, лезущие в рот. Затем также поступила и со второй ногой. Когда Катя перешла к ублажению пальцев Магомеда, то увидела, что Аслан снимает все происходящее на свой телефон. - Скажи еще раз, кто ты, шавка, - потребовал он, наводя камеру на ее перемазанное выделениями лицо. И Катя, не смея перечить своему господину, произнесла, продолжая языком облизывать пальцы Магомеда: - Я ваша замужняя русская шлюха, Аслан. Магомед поднес к ее лицу вторую ногу, и женщина с удовольствием принялась облизывать и ее. Она поместила в рот сразу четыре грязных волосатых пальца, затем попыталась заглотить целиком все пять. Она давилась, сдабривая слезами и слюнями ступню своего кавказского любовника, тут же собирая всю влагу с нижней части ноги и пятки своего смуглокожего любовника. Катя переключалась с одной ноги мужчины на другую, помещая пальцы Магомеда в свой рот так глубокого, что едва не задыхалась. Она кашляла и хрипела, когда грязные ногти карябали ей небо и горло, но все равно послушно обрабатывала своим развратным ротиком пальцы мужчины, словно весь смысл жизни замужней русской женщины теперь заключался в том, чтобы очистить их своим язычком. - Yaddaş üçün bir vuruş, qardaş? (Снимаешь на память, брат?) – поинтересовался Магомед. Он полностью расслабился на диване, закинув мускулистые руки за голову и просто наслаждаясь тем, как русская шлюха моет своим языком его грязные ноги. - Daha yaxşı. Xalidə video göndərmək istəyirəm. (Лучше. Хочу отправить видео Халиду.) - Sizcə bu fahişə ilə bağlı köməyə ehtiyacımız olacaq? (Думаешь, нам нужна будет помощь с этой шлюхой?) - Bu gün onun qardaşının ad günüdür və hədiyyə almağı unutmuşam. (У его брата сегодня день рождения, а я забыл купить подарок.) Магомед засмеялся. Он провел мокрой от слюней женщины ступней по ее грязным волосам и хмыкнул, когда Катя, как любвеобильная кошка, начала тереться о ногу своего трахаря головой. - Нэ отвлэкайся, шавка! – рявкнул он, и русская красотка моментально вернулась к обработке ротиком его ног. - Düşünürəm ki, o, istifadə etmək üçün evli ağ fahişəyə sahib olmaqdan məmnun olacaq. (Я думаю, что он будет рад получить в пользование замужнюю белую суку.) - Rus qadını Qafqaz kişisi üçün ən yaxşı hədiyyədir (Русская женщина - лучший подарок для кавказского мужчины), - произнес Аслан. Магомед согласно кивнул, мерзко посмеялся и сказал: - Əsas odur ki, paylaşmağı bilir. Mən bütün gecəni burada olacağam. (Главное, чтобы он умел делиться. Я собираюсь провести тут всю ночь.) - Katya nə qədər kişinin onu sikməsinin vecinə deyil. (Кате все равно, сколько самцов будут ее трахать.) Да, шавка? Катя не имела ни малейшего представления, о чем говорят ее хозяева, но готова была согласиться с чем угодно, если это приведет к тому, чтобы в ее пизденке оказался твердый член. Она быстро закивала, надеясь, что угадала желания своего господина. Женщина вдруг направила вылизанную ногу Магомеда вниз и принялась тереться о ступню своей мокрой пизденкой. Кавказец засмеялся, и в это время телефон Аслана завибрировал. - Beş dəqiqəyə burada olacaqlar. (Они будут здесь через пять минут.) - Yaxşı. Düşünürəm ki, Katya ad günü oğlanı üçün geyinməlidir. (Хорошо. Думаю, Кате надо нарядиться ради именинника.) - Razılaşmaq. Hədiyyə gözəl şəkildə bükülməlidir, elə deyilmi? (Согласен. Подарок должен быть в красивой упаковке, да?) Мужчины засмеялись, а потом Магомед грубо оттолкнул Екатерину от своей ноги. - К тебе есть задание, шавка, - произнес Аслан. Катя выгнулась, отставив свою оттраханную попку вверх, и поползла прямо к мужчине, подобострастно глядя ему в глаза. - Я сделаю все, что угодно... Аслан хмыкнул. - Nə böyük fahişə! (До чего отличная блядь!) – довольно вставил Магомед. - Düzdü, qardaş. (Верно, брат). Катя, к нам едут гости. Так что тебе стоит привезти себя в порядок. Женщина замерла. В ее помутненных стеклянных глазах не было видно и следа понимания слов, которые произнес Аслан. Прошло несколько секунд прежде, чем Екатерина смогла понять произнесенную ее любовником фразу. - Какие гости? – спросила она тихо. - Наши гости, шавка. Но надо, чтобы ты помылась. Сходи наверх, приведи себя в порядок. Надень что-то красивое. И спускайся. Тебя ждет сюрприз. - Он мне понравится? – еще тише произнесла она. Она подалась вперед и ее лицо легко на колено Аслана. Она смотрела на мужчину полным обожания взглядом, и кавказец понял, что эта русская шлюха сделает все, что он захочет. Она готова была исполнить каждое его желание, любое произнесенное Асланом слово немедленно превратиться в приказ, который шлюха обязана будет выполнить. - Тебе же нравятся кавказские члены, шавка? – Аслан еще раз навел камеру на Екатерину и сделал фотографию ее оттраханного, измазанного выделениями, покрасневшего лица, давно лишенного макияжа, но при этом смотрящего прямо в телефон взглядом, выражающим подобострастное преклонение. - Да, Аслан, - произнесла Катя. - Скажи это полностью, шавка, - повелел мужчина, не сводя с лица женщины камеру. - Я обожаю большие и крепкие члены кавказских самцов, - произнесла, едва не снисходя на стон, Катя прямо в камеру. Находившийся позади Магомед отвесил ей одобрительный шлепок по ягодице, и шлюха дернулась, но не от боли, а от резкой вспышки внутри ее без конца возбужденной киски. От любого касания кавказцев к ее телу Екатерина готова была сходить с ума. - Отлично, - кивнул Аслан, выключая камеру. Он взял подбородок Кати в свою ладонь и произнес, уверенно глядя ей прямо в ее томные, влажные глаза. - Тогда делай так, как я говорю. Приведи себя в порядок. Гости скоро будут здесь. Женщина кивнула. Она с большим трудом встала на трясущиеся ноги. Оглядела, во что превратилась ее гостиная, и не сдержала смеха. Огромный диван, роскошный ковер – все было покрыто выделениями и явно требовало или химчистки, или помойки. Влага растеклась даже по полу, и Катя едва не поскользнулась, когда шла по мраморному полу к лестнице. По пути она собрала свой мокрый топ и джинсовые шорты, подняла порванные трусики. Проходя мимо шубы, коснулась ее ногой и покачала головой. Изысканный элемент верхней одежды был испорчен безвозвратно. Однако Кате было наплевать. Все ее мысли сейчас были заняты загадкой, что же ее ждет, когда она вновь спустится вниз. А пока... Женщина ступила на первую ступеньку лестницы и обернулась на кавказцев, которые наблюдали за ней хищным взглядом. Усмехнувшись, она стала подниматься, прекрасно понимая, как соблазнительно выглядят ее упругие ягодицы, когда она, медленно, смакуя каждую ступеньку, идет наверх. От понимания, что мужчины наслаждаются тем, как покачивается при ходьбе ее сочная попка, из которой по стройным красивым ножкам вытекала сперма Аслана, красотка тяжело задышала от удовольствия. Уже наверху она обернулась, убедившись в том, что оба кавказца не спускали с нее глаз. Прежде, чем замужняя русская шлюха исчезла на втором этаже, она поднесла ладошку к своим пухлым губкам, которыми сегодня вдоволь попользовались мужчины, и послала своим трахарям воздушный поцелуй.