Откровения

***

      Все как всегда начинается с настойчивых поцелуев у него дома.       Его руки блуждают по твоему телу, вызывая толпы мурашек: очерчивают изгибы талии, давят на грудную клетку, проходятся по бедрам и сжимают их. Ты уже так привык к этому, что поддаешься любому действию беспрекословно. Слышишь его тяжелое рваное дыхание, от чего и собственное сбивается без возможности успокоить его. Слышишь, как его сердце мотором колотится с бешеной скоростью в его груди, не удерживаешься, проводишь легко ладонью, чтобы почувствовать это биение еще сильнее, а затем собираешь ткань майки в кулак, от чего его окатывает будто волной, так как твоя ладонь после спускается ниже, очерчивая мышцы на его животе.        Мысли путаются, но это и неважно — все, что тебя волнует и интересует, так это распаленный парень, что подтягивает тебя за талию ближе к себе. Чувствуешь, как его пальцы обхватывают твое лицо, углубляя поцелуй, от чего по языку ярко распространяется словно табачный дым, но ты ведь совсем не против, наоборот, шире открываешь рот и сводишь бровки домиком. Ты тоже не хочешь отставать, тянешься вслепую к нему, обнимаешь за шею, притягивая и не давая отстраниться, оттягиваешь несильно за отросшие кудрявые волосы на затылке, ты знаешь, что ему это нравится. Рваные и резкие движения губами, сопровождаемые укусами от желания и рвущихся чувств. Твоя голова будто становится ватной, значительно тяжелеет в районе груди, словно твое сердце сейчас расплывется по внутренностям. Ты уверен, он чувствует тоже самое. Он ведь всегда вкладывает всего себя в прикосновения и действия, и они говорят намного больше, чем его голос. Он убирает твою такую мешающую челку за ухо, все также не отрываясь от твоих уже значительно опухших и алых губ. Мокрые звуки с тяжелым дыханием распространяются по всей комнате, заполонив все пространство, а ты только и можешь, что смущенно краснеть, ощущая жар на лице.        Ты не успеваешь сосредоточиться на поцелуях со вкусом этого отвратительного табака, как он сразу же переключается к твоей шее. Тебе это до одури нравится, дыхание сбивается еще сильнее, казалось бы, куда еще больше. Он рывком приподнимает тебя и усаживает на себя, а ты только и можешь, что коротко вздрогнуть от его напора. Твои колени встречаются с твердым деревянным полом комнаты, а он спиной откидывается на стену, утягивая за собой.        У вас обоих словно кипит кровь, а вместе с ней бурлят чувства, плотно связанные сейчас с некоторой животной дикостью, ведь вы и на секунду не можете отлипнуть друг от друга. Наоборот, ты готов наивно отдаться этим рукам полностью и без остатка, а он не хочет тебя выпускать, по-собственнически оставляя яркие лиловые синяки и красные следы зубами на нежной коже.        Чувствуешь, как его широкие ладони медленно скользят снизу вверх по спине, будто пересчитывая позвонки, и останавливаются на твоих лопатках, на что тебя будто вытягивает по струне, а все прикосновения пробивают током даже сквозь ткань одежды. Ты прекрасно знаешь, что он получает удовольствие даже просто от ощущения тебя и твоего тела, поэтому ты лишь сильнее жмешься к нему, беспорядочно хватаясь руками за его широкие плечи. Он проводит языком до основания шеи, не забывая очертить точку пульса, а ты на это из всех сил сдерживаешь протяжный стон удовольствия и возбуждения, ведь он знает, что это место заставляет тебя завестись в мгновение. Ты хмуришься, поджимаешь пальцы на ногах и по привычке откидываешь голову сильнее, предоставляя себя этому вихрю еще больше. Лихорадочно тянется к тебе, кусая и целуя, от чего в животе расползается сладкая томная тяжесть, заставляя пальцы на твоих руках сжать его плечи гораздо ощутимее. Тело же свое ты не в силах контролировать, ты прогибаешься в спине на встречу приятным касаниям, закусывая губу практически до крови, чтобы подавить в горле непрошеные стоны. Его губы плавно мажут под подбородком, параллельно с этим сжимает ладони на талии, будто фиксируя, и легко тянет вниз, чтобы хоть как-то снять то самое напряжение. Он завелся, впрочем, как и ты сам, вы оба уже не маленькие мальчики и прекрасно это чувствуете. От очередного укуса ты непроизвольно ерзаешь на его бедрах, от чего он не может сдержать гортанный рык и рваный выдох, все твое тело будто прошибает током, сердце пропускает несколько ударов.        Дрожащими руками ты отталкиваешься от его плеч, чувствуешь, как он тянется за тобой, но ты настойчив, оставляешь его прижатым к стене, на что он неслышно хмыкает. Отстраняешься совсем чуть-чуть, чтобы посмотреть на него. Думаешь, что лучше бы ты этого не делал. Взгляд его мутный, дикий, а расширенные зрачки занимают своей бездной всю лазурную цветную радужку. И как же тебе хочется утонуть в этой глубине, задыхаясь и цепляясь лишь за него, словно это единственное, что есть в этом мире.        Он поднимает руку, касается твоей щеки, ты смущенно отводишь взгляд в сторону, не в силах выдержать зрительный контакт. Лицо будто бы горит, единственное, что ты слышишь, это свое сердце и отдаленно его тяжелое дыхание. Подносишь свои подрагивающие пальцы к его ладони, прижимая к себе сильнее. Думаешь, готов ли ты пересечь черту в этот раз. Определенно. Ты был готов к этому давно, не так ли? Почему же ты тогда всегда останавливал его? Сейчас уже неважно, ты откидываешь этот вопрос в глубину затворов твоего сознания.        Тянешь его руку вниз от щеки, ведешь за собой, заставляешь щелкнуть золотую застежку на твоем воротнике, пока его пальцы достаточно неуверенно двигаются под твоими. На мгновение он шире раскрыл глаза, понимая твое намерение, все еще глядя на твое дико смущенное лицо. Берешь его вторую руку, тоже размещаешь на своей одежде, и стягиваешь такой мешающий сейчас гакуран вместе с рубашкой. Чувствуешь, как он сдался, принимая правила игры, сам цепляется пальцами за ткань и тянет ниже, оголяя твои плечи. Поднимаешь такой стыдливый взгляд на него, и думаешь, как же это не вяжется с твоим поведением. Его глаза наконец упираются на твое тело, беспорядочно скользя по нему взглядом. Следишь за ним, пока он мысленно жадно пожирает твою усыпанную засосами шею, острые ключицы и плечи, грудь, подкаченный пресс на животе и выраженные приводящие мышцы таза. Ты понимаешь, что ему нравится, когда он возвращает восхищенный взгляд в твои глаза и сглатывает, приоткрывая рот будто в эмоции удивления. Стеснение окончательно покидает твой разум, когда он нежно и тепло проводит кончиками пальцев от ключиц к животу, размещая на нем свою ладонь, от чего у тебя в который раз спирает дыхание, а внизу сильнее тянет. Ты наклоняешься к нему за новым поцелуем, но он перехватывает твои руки и резко опрокидывает тебя на холодный пол. Ощутимо впечатываешься в поверхность, но ты не чувствуешь боли от легкого удара затылком. Ты смотришь удивленно в его дикие глаза, на которые упало несколько выбившихся черных прядей, пока он точно также открыто пялится в твои, нависая над тобой, удерживая запястья. Читаешь в его глазах неуверенность вместе с немым вопросом продолжения. Натянуто удовлетворенно улыбаешься, видя такую реакцию, выдергиваешь одну руку и касаешься его лица, давая долгожданное разрешение, на что он вновь сглатывает и рвано выдыхает. Ты понимаешь, что играешь с огнем, с всепоглощающим пламенем, что прожигает тебя насквозь касаниями. Ты же осознаешь, что ходишь по грани? Один шаг и ты стремительно рухнешь вниз, а он будет лишь тянуть тебя за собой в эту пропасть. Да, ты прекрасно это понимаешь, поэтому сейчас полностью отдавая себе отчет ты с разбега летишь вниз.        Вы понимаете друг друга абсолютно без слов. Тормоза начинают очень стремительно отказывать.       В мгновение он наклоняется к тебе и вновь обрушивается диким вихрем на твою шею, медленно спускаясь ниже. Ты чувствуешь его горячее дыхание на своей коже и неосознанно вновь прогибаешь спину, прижимаясь к нему сильнее. Он толкается бедрами в ответ, горячо сдавленно выдыхая тебе прямо в ухо, и из твоих губ наконец вырывается несдержанный стон, пока ты хмуришься и вытягиваешь шею. Точно также не можешь сдержаться и, совершенно необдуманно, ты с придыханием произносишь его имя, цепляясь свободной рукой за его затылок и плечи, от чего он вздрагивает.         Крышу сносит у обоих.        Рывком поднимается от тебя, торопливо трясущимися руками снимает с себя черный гакуран, откидывая его также резко куда-то в сторону. Ты смотришь на него с обожанием, да, ты же мечтал о нем. Ты на самом деле только хочешь казаться пай-мальчиком, но не обманывай себя и его. Ты ведь и сам этого так хотел? Разве не в твоих мыслях во время совместных ночей в номерах гостиниц пролетало закономерное грязное желание? Сейчас ты без капли стыда разглядываешь его: как он выглядит между твоих раздвинутых без стеснения ног, его торс и грудь, обтянутые майкой, цепляешься помутневшим взглядом за его руки и получаешь эстетическое наслаждение от перекатывания мышц на них, тебе хочется отдаться ему просто наблюдая за тем, как тяжело он дышит и как быстро вздымается грудная клетка. И ты в экстазе от того, что все это делаешь с ним именно ты. О, будь уверен, он в не меньшем восторге. Задумайся — таким он может быть только с тобой и только по твоей воле. И только тебе под силу доводить его до подобного состояния. Сдерживаешься, чтобы не растечься от этой мысли в лужу.        Когда он наконец расправляется с формой, ты тянешь запястья к его лицу, смотришь на его губы из-под полуприкрытых век. Выставляет руки по обе стороны от твоей головы и с тяжелым выдохом сминает твои губы, пока ты приобнимаешь рукой его шею. Он вновь толкается бедрами и ты чувствуешь, насколько ему тяжело сейчас сдерживаться. Да, ты прекрасно знаешь, что у него железная выдержка, и ты понимаешь, что его не сорвет с этой цепи, пока ты не позволишь этому произойти. Он медленно спускается ниже, и ты в попытке скрыть вновь выступившее смущение, закрываешь лицо локтем и отворачиваешь голову в бок. И твое сердце пропускает пару ударов, а душа замирает, когда откуда-то из района груди в перерыве между поцелуями ты слышишь хриплое:       — я не смогу контролировать себя, если ты передумаешь.        Однако.       Тебе хочется подчиниться ему. Он создает впечатление того, кому нужно подчиняться. Тебе не хочется, чтобы он сдерживался. Тебе не хочется, чтобы он медлил, хоть тебе и безумно нравятся растянутые прелюдии, нравится балансировать на грани и доводить друг друга до изнеможения.        Сглатывая подступивший ком в горле, ты сдавленно отвечаешь:       — не контролируй.        Та самая точка невозврата. И ты слышишь, как что-то внутри него оборвалось.        Тебе хочется, чтобы он был груб, сжал твое горло, перекрывая доступ к кислороду, и чтобы он не сдерживаясь вдалбливал тебя в этот гребаный твердый пол. Ощущаешь себя грязным от таких мыслей? Вполне справедливо. Есть одно пресловутое «но». Вы не одни. Его мать находится буквально в нескольких десятках метров в другом доме на кухне. Расстроен ли ты? Да, пожалуй, впервые ты не рад ее присутствию. Очень эгоистично, не находишь?        Пока ты витал в облаках, и вообще странно, что ты смог отвлечься от происходящего с тобой, он уткнулся тебе куда-то в шею, одной рукой опираясь над тобой, а другой спускался вниз. Это отрезвило лучше удара тока и ты вернулся в реальность. Тяжелое громкое дыхание вызывает мурашки, а пальцы, что приближаются к твоему ремню на брюках, заставляют тебя непроизвольно напрячь мышцы на животе. Твоя рука потянулась к его плечу, словно тебе нужна была большая опора, чтобы не сломаться и не провалиться, сам не знаешь куда. Секунды тянутся безумно медленно. Ты готов поклясться, что сейчас тебя безумно раздражает такая медлительность. Он пытается расправиться с твоим ремнем, получается не с первого раза. Случайно задевает тебя там, от чего ты нетерпеливо ерзаешь. Тебе уже слишком тесно. Слышишь клацанье замка, а затем расстегивающуюся молнию. Непроизвольно стискиваются зубы, когда наконец чувствуешь такое желанное прикосновение. И ты прикладываешь огромное усилие, чтобы сдержать стон блаженства, даже закрываешь собственный рот рукой, чтобы заглушить себя. Он все еще дышит горячо в шею, ты приоткрываешь глаза и бесстыдно разводишь ноги немного шире, уже максимально открыто давая понять все, что можно. Так легко и бережно теплые ладони проходятся медленно по всей длине, твое дыхание вновь сбивается. Вновь движение, такое же медленное и тягуче-нежное, что ты коротко прогибаешься в пояснице. Все еще чувствуется неуверенность в его действиях. Твой таз сам подается ему навстречу, коротко толкаясь в чужую руку, ты закусываешь губу, чтобы не издавать громких звуков. Вдруг он вновь кусает тонкую кожу, и темп резко ускоряется. Он подается бедрами ближе к тебе, вновь лихорадочно кусая и проводя языком по твоей шее, вместе с тем плотнее обхватывая тебя, а движения рукой становятся гораздо резче. Ты не знаешь, куда тебе деться. Из твоих легких будто выбили весь воздух и стало крайне не хватать кислорода. Твое тело делает все за тебя, тебе не нужно думать. Твои пальцы стискивают ткань футболки, ноги скрещиваются на его торсе сзади, твой позвоночник скоро сломается от твоих резких сильных прогибов то вверх, то в низ, а сердце будто прямо сейчас готово выпрыгнуть из твоей груди. Резкий и быстрый темп, от которого тебя срывает. Тебе хочется кончить лишь от понимания того, что сейчас происходит. То, как большие мозолистые ладони ощущаются на тебе и то, как он ласкает тебя, действительно слишком. Слишком горячо, слишком неприлично, слишком приятно. Ритмичные движения выбивают из тебя абсолютно все мысли, а стоны так и рвутся из твоей глотки. Не сдерживаешься и практически скулишь, подкидывая бедра вверх. А он только и рад слышать то, как тебе хорошо, его дико ведет от того, что именно он доводит тебя до такого.        Чувствуешь, как он отстраняется, напоследок целуя тебя куда-то в скулу, усаживается меж твоих ног, одной рукой продолжая доводить тебя до исступления, а второй несдержанно и лихорадочно трогает твое оголенное тело. Ты поднимаешь мутный взгляд на него. Ты уже ведь совсем забыл, что он тоже требует внимания? Твои руки онемели, колени крупно дрожат, ты будто и пошевелиться не можешь. Но ты знаешь, как исправиться. Выпускаешь изумрудные ленты своего стэнда и оплетаешь ими его тело. Обхватываешь чужие бедра, торс, руки, чтобы чувствовать его еще лучше, и это работает, ведь теперь ты максимально отчетливо воспринимаешь на себе все, что он делает, начиная от его коротких вздрагиваний, заканчивая безумной скоростью пульса. И такая близость, вперемешку с новыми яркими неописуемыми ощущениями, медленно сводит с ума. Он замирает на это мгновение, с интересом наблюдая за тобой. Пытаясь отдышаться, ты тянешь пару лент и приподнимаешь его майку, оголяя пресс и он вновь вздрагивает, а ты вместе с ним. Да, ты видишь по его глазам, что он понял. Помогает тебе стянуть с себя мешающий предмет одежды, и ты будто впадаешь в ступор, как делал это всегда, стоит лишь на мгновение увидеть его тело. Но через пару секунд ты отвисаешь. Ловко с помощью стэнда расправляешься с ремнями, мысленно проклинаешь его за то, что он носит именно два, ведь сейчас это крайне мешает. Сглатываешь в неуверенности, но аккуратно проскальзываешь стэндом под плотную ткань чужих брюк, расстегиваешь лентами ширинку, пока твое сердце крупно обливается кровью. Тебе кажется, что еще секунда, и под тобой пропадет пол от нахлынувших чувств. О, да, ты тоже очень долго хотел его. Холодными касаниями оплетаешь его, от чего он на секунду замирает от контраста и полученного удовлетворения. Неуверенное движение лентой, и ты подмечаешь про себя, что представлял его именно таким. От такого легкого касания из его горла вырывается сдавленный рваный выдох, закрывает глаза, сводя брови к переносице. Вновь движение вверх-вниз, и его тело напрягается еще сильнее, вновь выбивая из него воздух, учащая дыхание. Ты смотришь на него и кусаешь губы, наконец, поднимаешь дрожащую руку к его прессу, ощутимо проводя ладонью по контурам плотных мышщ, пока изумрудные ленты не спеша скользят ритмичными движениями по нему. Своими руками он крепче сжимает твои бедра и коротко двигается тазом навстречу твоим ласкам, от чего он жмурится, подавляя очевидные рвущиеся стоны. Ты видишь, как сокращаются и перекатываются мышцы на его плечах и груди, не удерживаешься, резким движением поднимаешься к нему и тянешь к себе, затем вновь откидываясь на спину. Он снова нависает над тобой, нетерпеливо глубоко целует тебя, пока ты одной рукой впиваешься в его волосы на затылке, а другой сменяешь свой стэнд на собственные холодные пальцы. Он подается к тебе, а его руки, впившиеся в твои бедра, тянут на себя, плотнее прижимая. Одновременно отрываетесь от губ друг друга, не в силах совмещать поцелуй и попытки дышать. Тянет пальцы к вам, так как ты на какое-то время был без внимания, теплая ладонь накрывает вас обоих, сильнее сжимая и значительно ускоряя темп. У тебя перехватывает дыхание и ты гортанно коротко стонешь от новых для вас ощущений, пока твои ноги вновь самопроизвольно обхватывают его со спины, словно чтобы быть еще ближе.        Вы оба на пределе. Внизу завязался будто огромный тугой узел. Он опирается на вытянутую руку над твоей головой и восхищенно осматривает тебя. Мысленно отмечает, что такое банальное занятие, как делать себе приятно, никогда не приносило такую бурю чувств, как сейчас вместе с тобой, когда вы оба невозможно близки. Ты понимаешь, что тебе мало даже этого, настолько ты эгоистичен, насколько и порочен. Подкидываешь бедра вверх, вцепляешься свободной рукой в его запястье и настоятельно тянешь к себе. Он ведется за тобой, не замедляя темп, от чего твой рассудок уже окончательно отказал, желая лишь одного. Прикладываешь его пальцы к своей шее и удерживаешь в таком положении, сжимая на своем горле крепче, но все равно отводишь взгляд. И именно в этот момент он останавливается. Ни малейшего движения, только тяжелое горячее дыхание. Думаешь, что он сейчас поступил как последний мудак, ведь ты был так близко. И ты с нескрываемым разочарованием громко вздыхаешь. Смотришь на него и видишь на его лице совсем невесомую улыбку с многозначительным взглядом, направленные на тебя. Чувствуешь его полное превосходство над тобой. Разве не этого ты хотел? Что ж, принимай его правила, подчиняйся. Ему тоже тяжело не двигаться, так что ради удовольствия вас обоих, ускорь же этот процесс.        — Джотаро, пожалуйста.        И ты знаешь, что его от этого всегда переклинивает. Его пальцы сжимаются на твоей шее, от чего дышать становится практически невозможно, а его рука вновь разгоняет твою собственную на вас обоих. Дико, грязно и мокро. Да, именно так, как нужно. Ты продолжаешь впиваться ногтями в его запястье на горле, еще сильнее сдавливая себя. Ты уже и забыл о приличии, хрипло стонешь на каждое движение, коротко втягиваешь в себя воздух. Голова тяжелеет до темноты перед глазами, обостряя твои ощущения. Весь ты сейчас словно оголенный высоковольтный провод. Ты даже не против, если он тебя по итогу придушит, лишь бы наконец получить разрядку. Думаешь, что тоже должен довести его до подобного, поднимаешь затуманенный взгляд и встречаешься с его потемневшими глазами, ведь ты знаешь, что ему это дико нравится. Он наклоняется ближе к тебе, продолжая упиваться твоим хриплым голосом, и глядя прямо в глаза говорит мягким тоном, от которого крутит живот:       — молодец. хороший мальчик.        Твои стоны становятся громче, разрезают пространство, собачий кайф и похвала, видимо, твои новые обнаруженные фетиши. Начинают напрягаться мышцы всего тела. Глаза закатываются, а внутри нарастает нечто похожее на сильное давление. И по мере нарастания этого блаженного состояния, кажется, что сейчас ты просто не выдержишь и взорвешься. Ты подаешь бедрами вверх, что становится твоим финалом. Бесстыдно изливаешься с громким гортанным стоном первым в ваши ладони. Тебя всего трясет и тебе кажется, что ты сейчас потеряешь сознание.       Он убирает руку с твоей шеи, проводит ей по твоему уже обмякшему телу, пока ты машинально продолжаешь ритмичные движения. Пара толчков и он тоже заканчивает, практически следом за тобой, коротко шумно рыча. Отчего-то глядишь на него в этот момент с намерением запомнить его таким: быстрое резкое и прерывистое дыхание, черные волосы, прилипшие ко лбу, приоткрытый рот и сведенные брови к переносице сильнее, чем обычно. Вам требуется пару минут, чтобы немного восстановить дыхание. Он поднимает взгляд на тебя и практически рушится сверху от оргазма и накатывающихся приятных волн, что подкашивают колени и локти. Подтягиваешь свою непослушную испачканную вами обоими руку к своему лицу, пока он лежит где-то сбоку и смотрит на твои действия. И убедившись, что он видит, медленно слизываешь белую липкую жидкость со своих пальцев, косясь прямо в его глаза и ты уверен, что его сейчас хватит не меньше, чем инфаркт. Соленый вкус распространяется по языку и ты благодарно сглатываешь, после чего облизываешь губы напоказ. Он шире раскрыл глаза и трясущейся рукой касается твоей щеки. Ты сейчас так слабо себя чувствуешь, но находишь силы натянуть легкую улыбку, а затем и ответить на его тягучий и медленный поцелуй.       Вы оба достаточно устали, чтобы даже просто подняться. Еще лежите некоторое время на полу, глядя чувственно друг на друга и держась за руки, прокручивая произошедшее.       А потом вы слышите, как его мать зовет вас попить чай. Он закатывает глаза и поднимается, а ты лишь хихикаешь, пока он помогает тебе встать. Перед выходом из комнаты ты оставляешь на его щеке короткий теплый поцелуй и вы не спеша плететесь на ватных ногах на кухню через сад.

***