день счастья.

сегодня их последний день. последний восход и последний закат. рассвет добродушно улыбнулся лучиками утреннего солнца, погладил парней по щекам, спрятался в чужих кудряшках. в воздухе летали пылинки, сладкий запах газировки, малины и любви. повернувшись на другой бок, ричи закинул руку на чужой живот. послышалось тихое, недовольное мычание, и рука снова оказалась на полу. - эй..- хрипловатый и сонный голос. кудри лезут в глаза, бок болит от жестких досок. - доброе утро. - эдди зевает и садится, потирая затылок. темно-медовые глаза щурятся, и в лучах ласкового солца блестят янтарными искорками. хихикает, смотря на растрепанного брюнета. - ты чего? - протягивает обиженно и тоже садится, растирая глаза. берет с пола рядом очки, надевает, мир фокусируется, и он наконец-то замечает едва сдерживаемый смех шатена. - ах ты ж... - ричи берет подушку в руки и с азартом накинулся на парня, однако в следующую секунду ему в лицо прилетает ответный снаряд. они вдвоем падают на доски и смеются, игнорируя боль в лопатках. тозиер прижимается щекой к щеке каспбрака и треплет его за волосы, счастливо улыбаясь. эдди в ответ коротко целует брюнета в уголок губ, обнимает за талию и крепко прижимает к себе, вдыхая едва уловимый аромат вишневых сигарет. - а ты оказывается умеешь обниматься, эдс. - ой, балабол, заткнись, ради бога. ричи открывает холодильник и в задумчивости кусает губу. - у нас только колбаса осталась. эдди фыркает, всем своим видом показывая, какого он мнения о подобном питании. - да брось тебе, эдс! и так все время ты готовишь. - бросает на стол палку колбасы и буханку белого хлеба, рядом кладет нож. каспбрак обхватывает двумя руками кружку с горячим, дымящимся чаем и отпивает. мята и чабрец. шатен улыбается, осознавая, что ричи так заморочился ради него. тот садится перед ним, и довольно, словно сытый кот, ухмыляется. - поедем на озеро сегодня? - естественно. сломанный звонок на руле обиженно звякнул. в корзине - малиновое печенье, термос с чаем и плед. шатен закрывает неприятно скрипящую калитку на ключ и убирает связку в карман. брюнет, видимо, устав ждать, отталкивается от земли и привстает с седла, сильнее нажимая на педали. - догоняй, эдс! бросив велосипед, ричи с наслаждением потягивается и сбрасывает кроссовки с футболкой. теплый песок приятно греет босые ноги, и, видя радостную улыбку тозиера, эдди следует его примеру, подставляя лицо прохладному ветерку. брюнет хватает парня за руку и бежит вместе с ним к голубоватой водной глади. темные глаза лихорадочно блестят на солнце, длинные кудри разметались по лицу. - балабол, ты свихнулся!? - несмотря на резкие слова, радостно хохочет, влетая в теплую воду вслед за ричи и тут же падает, увлекая тозиера за собой. - скажи спасибо, что я спички из кармана выложил! - тоже смеется и брызгает шатену в лицо, параллельно собирая мокрые волосы в небрежный хвост. темнеет. темно-алый огненный шар медленно тонул в озере. оранжевые лучи отражались в воды, будто горели на дне озера огромные фонари. - ты уже третью спичку ломаешь, давай я попробую. - подожди. костерок запылал, и тозиер, довольно хмыкнув, бросает спичку на съедение ненасытному огню. пока брюнет разжигал костер, шатен надел подсохшую футболку, и, расстелив плед, садится рядом с огнем. ричи плюхается рядом, развинчивая крышку термоса. - чаю, мэм? - заткнись, ричи. пачка из-под печенья лежит у велосипеда, пустой термос - там же. они лежат у костра, вдыхая запах дыма, малины и свежести. ричи, уткнувшись носом в шею каспбрака, прижимает его к себе, пока тот перебирает и расчесывает темные кудряшки, иногда целуя то в макушку, то в висок. ингалятор и очки лежат, забытые, да и не нужны им они сейчас. сейчас есть только языки огня, темное, усыпанное звездами небо и теплые руки и губы. их день счастья.